Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Николай Долгополов, президент Федерации спортивных журналистов России - о шансах Сочи на проведение зимних Олимпийских Игр 2014 года, плюсах и минусах Олимпиады для страны




Владимир Кара-Мурза: Сегодня в Сочи приступила к работе оценочная комиссия Международного Олимпийского комитета, призванная выбрать столицу зимней Олимпиады 2014 года. О шансах сочи, о значении Олимпиады для принимающей страны говорим с Николаем Долгополовым, заместителем главного редактора газеты «Труд», президентом Федерации спортивных журналистов России. Как вы считаете, имеет ли Россия шансы принять на этот раз зимнюю Олимпиаду?



Николай Долгополов: Да. Я бы сказал так: Сочи имеет шансы принять зимнюю Олимпиаду. Олимпиада дается не стране, а городу. Что для этого нужно? Для этого нужны гарантии страны. Это все взаимосвязано. Потому что впервые за те годы, российские годы, новые годы получены все абсолютно все гарантии, а их ровным счетом 550,от правительства России, от спонсоров, от всех тех, кто хотел бы, чтобы Сочи стал столицей зимних игр 2014 года. Это небывалый случай в нашей современной российской истории, даже у Москвы не было таких мощных гарантий, подкрепленных 339 миллиардами рублей. И я думаю, что это в основном и делает Сочи одним из двух фаворитов в этой гонке трех городов.



Владимир Кара-Мурза: А велика ли политическая составляющая при выборе принимающего города?



Николай Долгополов: Вы знаете, мне кажется, что что бы мы ни говорили о спорте, что мы ни плели о том, что он вне политики, вне того вне всего, конечно, политическая составляющая очень велика. И отбрасывать какие-то политические моменты я бы не стал. Голосуют люди, голосуют члены МОК, у них свои симпатии, антипатии и здесь многое решается буквально в последний момент методом убеждения. Я бы сказал, что, например, вы спросили вопрос о политических симпатиях и антипатиях, я бы сказал, что благодаря этим симпатиям и антипатиям человек по фамилии Тони Блэр победил другого человека по фамилии Жак Ширак, когда шла борьба между двумя гигантами, двумя титанами, блестяще подготовленным Парижем на игры 2012 года, совершенно безукоризненно составившим свою заявочную книгу и таким некоторым шалопаем лондонским. И лондонский денди оказался сильнее именно благодаря тому, что политический лидер Блэр дал такие обещания, что не принять их для членов МОК было бы невозможно. И только благодаря этому вот такой получил Париж нокаут, от которого он не оправился. Париж больше не будет выставляться в ближайшем обозримом будущем на проведение ни летних, ни зимних Олимпийских игр.



Владимир Кара-Мурза: Бывший депутат Государственной думы Валерий Драганов, член исполкома Российского футбольного союза, верит в успех идеи.



Валерий Драганов: Шансы у Сочи на самом деле высокие. Сочи сегодня может получить дополнительные плюсы и еще и потому – это, конечно, инвестиционная перспектива Сочи как город, территория, принявшая Олимпиаду, а значит создавшая надлежащий инвестиционный климат. И конечно, это даст очень серьезный толчок развитию вообще этой рекреационной зоны. Все разговоры о том, что будут отвлечены средства от местных бюджетов – это все какая-то спекуляция.



Владимир Кара-Мурза: Давно ли вы были сами в Сочи и могли ли представить себе этот город-курорт столицей зимней Олимпиады?



Николай Долгополов: Я в свое время ездил в Сочи, регулярно отдыхал там. Недавно я съездил туда, время у меня мало, утром я прилетел, посмотрел самое интересное из того, что мне помогли показать, и вечером улетел. Вы знаете, я скажу вам, что все-таки пока все, что есть в Сочи - это великолепные проекты, которые будут осуществлены, которые, на мой взгляд, вполне реальны. Но тем не менее, предстоит грандиозная работа, не просто большая работа, а грандиозная работа, которую за семь лет вполне можно сделать при том объеме выделенных средств и при том желании. Вы спросили, верю ли. Я, знаете, верю еще почему – тут за дело взялись с двух сторон. Взялся главный российский болельщик президент Путин, который хочет, чтобы Олимпиада была в России, и может быть благодаря этому за дело так же энергично взялись некоторые люди, которые хотели бы, чтобы президент был доволен, чтобы они были довольны, чтобы мы с вами были довольны. Я имею в виду олигархов. И то, что Дерипаска сумел в кратчайший срок сделать с аэропортом, меня это очень удивило. Я не ожидал, что из того тухлого маленького, убогого, назовите как хотите, сочинского аэропорта получится такой гигант. Я его еще не видел, я видел только по телевидению, я лечу в Сочи, дай бог, 22-го на два дня, последние два дня работы оценочной комиссии. Вот что это так получится, я не верил, но это современный терминал, то, что мы, к сожалению, даже в Шереметьево пока не имеем и вряд ли будем иметь. Вот это впечатляет. Первый шаг очень решительный, как удар - это еще не нокаут, но это человек сильный нокдаун послал городу Пхенчонг или городу под названием Зальцбург, это сильный шаг, скажем так.



Владимир Кара-Мурза: Чемпион мира по шахматам Гарри Каспаров расценивает происходящее как грандиозную аферу.



Гарри Каспаров: Можно предположить, что будут предприняты беспрецедентные усилия для того, чтобы всеми правдами и неправдами убедить членов Олимпийского комитета в необходимости проведения зимней Олимпиады в Сочи. Это грандиозный чиновничий проект, цель которого получить контроль над немыслимыми совершенно финансовыми потоками. Насколько можно понять из той информации, которая попадает в прессу, есть много вопросов, связанных с правами собственности на землю, на которой должны выстраиваться будущие олимпийские объекты. Под шумок решается и экологическая проблема, то есть под угрозу ставится уникальный заповедник. В данном случае в полном соответствии с главными принципами путинской модели управления страны, все подобные проекты имеют шанс на их реализацию, если чиновники, их инициировавшие, конкретно в этом заинтересованы.



Николай Долгополов: Я узнаю Гарри, его критический взгляд, его мощный кинжальный выпад, он в своем репертуаре. Но я скажу, что такой выдающийся шахматист как Гарри Кимович может (извините меня, Гарри) и заблуждаться, и может быть на что-то обижаться. Я все-таки полагаю, что дело в данном случае не совсем в чиновниках. Как вы смотрите на то, допустим, у нас вся будет идея национальная, вдруг она превратится в национальную. Я в это верю. Знаете, почему? Может быть у нас появился один шанс, богом данный, превратить именно Сочи в ту золотую долину, о которой мы мечтали. Все сходится, пока кроме одного – кроме голосов членов МОК. Я имею в виду нежелание Гарри как-то это понять. Мне думается, что дело не в замашках президента и не в чиновниках, а то, что все-таки в конце-концов настало время и нам стать какой-то частичкой мира, у которого есть своя Калифорния. Может быть Сочи и будет нашей Калифорнией. Так хочется, чтобы это было.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Тулы от радиослушателя Николая.



Слушатель: Добрый вечер всем в студии. У меня вопрос гостю Владимира: если мы сравним бюджеты сочинской Олимпиады, добавим бюджет московской Олимпиады, которой не было, двух питерских и сравним бюджет всех трех национальных программ, то первый окажется раз в десть больше, чем все национальные программы. У меня такой вопрос: почему для России национальные программы, судя по бюджету, оказались в десять раз менее важными, чем какая-то потемкинская деревня в Сочи?



Николай Долгополов: Я бы все-таки не назвал это потемкинской деревней. Николай, уважаемый тезка, вы понимаете, мы говорим о разных вещах. Ведь мы вкладываем в Сочи не просто так, это не деньги, выброшенные на ветер – это то, что довольно быстро, поверьте, принесет отдачу. И как раз те же деньги, которые мы вкладываем в Сочи, они быстро обернутся, принесут нам прибыль. И как мне кажется, мы можем рассчитывать на то, давайте забудем о том, что Сочи станет туристическим раем, туристической Меккой, спортивно-оздоровительным центром, но это просто станет нашей национальной гордостью. Я бы Сочи отнес в ряд тех национальных проектов, о которых вы так упомянули, с такой болью. А что касается национальные проектов, то я считаю, что на некоторые из них денег выделяется недостаточно, и здесь я с вами, уважаемый коллега, уважаемый слушатель, совершено солидарен.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем Москвича Владимира.



Слушатель: Здравствуйте. Сочи – это действительно рай в России. У нас не осталось таких курортов. И если действительно пройдет Олимпиада, и она поднимет, возродит и даст стимул этому городу, то он может еще дальше продвинуться. И надо только приветствовать и всеми силами стараться добиться, чтобы там была Олимпиада. Тем более, что сочинцы народ очень гостеприимный. Я бывал все время и каждый год бываю в Сочи. И хоть он многослойный, там есть и крайне бедные люди ,и крайне разбогатевшие на туризме, и все-таки если он продвинется, мне кажется, выиграют все.



Владимир Кара-Мурза: Сочи все-таки летний курорт, а Олимпиада зимняя, нет ли здесь противоречия?



Николай Долгополов: Наоборот, это совершенно оригинальный проект. Внизу море, лето, наверху - глубокий снег. Сейчас до последней поры, до последних недель Европа мучилась от отсутствия снега. Многие чемпионаты мира, многие этапы кубков переносились с места на место. Франция не могла принять то, Италия это, все срывалось. Вот там наверху в горах на Красной поляне лежит снег и снег этот очень глубокий. Я бы сказал, что это такое богом созданное место. Мало где я таких видел по миру местечек, как Сочи. И потом, в чем огромное преимущество города – там все очень компактно все близко. Мне приходилось бывать на многих олимпиадах, был на всех, не считая последней олимпиады в Турине, на которую не смог выбраться. Но вы знаете, всегда думаешь: боже мой, все хорошо, если бы не эта изнурительная еда. Помню, даже в Лиллехамере, чтобы добраться до одного города из другого - это такая мучительная гонка. А как мы гоняли по долинам Солт-Лейка – это было мучительно абсолютно. Или, скажем, возьмите хороший город Альбервилль, для меня лучшая Олимпиада в 92 году, она была более-менее компактная. Но вы знаете, когда садился ты на автобус в шесть утра, чтобы доехать до трасс, тебе надо было спешить, забитые дороги. В Сочи этого всего не будет, мы таких «радостей» будем лишены, и зрители, и журналисты, и люди, которые там просто приедут поболеть. Здесь, мне кажется, компактность, на мой взгляд, первый и самый важный плюс, которым не может похвастаться ни корейский город и даже ни знаменитый, запетый и воспетый самим собой Зальцбург с его музыкальными фестивалями. Представьте себе Зальцбург, такое место, что он нового может дать миру, спорту? Для меня это будет обычная рядовая олимпиада, которых были уже десятки. Корея, я там бывал не раз в этой замечательной Южной Корее. Своеобразная страна, своеобразные порядки. Гостеприимные люди. Но вы знаете, там будет очень сложно для нас, по крайней мере, для европейцев. Не так много людей говорят по-корейски, я думаю, там будут огромные сложности. В Сочи не потому, что я неплохо владею русским, а потому что другой склад ума - европейский. Может быть люди приучены к сервису, может быть огромное желание принять Олимпиаду – вот это огромное преимущество.



Владимир Кара-Мурза: Депутат Государственной думы Константин Затулин, директор Института стран СНГ, тревожится за судьбу родного города.



Константин Затулин: Что касается условий Сочи, они действительно уникальны, но надо обратить внимание на то, что город Сочи – это город, который за последнее время переживает серьезный кризис. У меня как у сочинца сердце не спокойно, поскольку я прекрасно себе представляю, в чьи руки эта Олимпиада попадает в случае с Сочи Краснодарским краем. Доверить сегодня такие большие средства на освоение города, на освоение территории, предназначенной для Олимпиады, именно им - это очень сильно рисковать. Курорт в этом городе борется с самим городом. Город и курорт - это взаимоисключающие цели развития. И с этой точки зрения надо очень серьезно озаботиться тем, что в Сочи происходит, потому что Олимпиаду как вставную челюсть пытаются вставать в город, в котором очень тяжело сегодня жить.



Николай Долгополов: Ну что ж, Константин Затулин прекрасный депутат, прекрасный теннисист, которого я часто видел в числе победителей любимой нами «Большой шляпы». Но вы знаете, здесь, мне кажется, его тревога в принципе для меня очень понятна, он коренной сочинец, он волнуется за свой город. Но вы знаете, действительно тут надо сказать, что мы всегда очень лихо распоряжаемся средствами, особенно из федерального бюджета. И здесь я тревогу уважаемого Константина Затулина разделяю и даже, я бы сказал, полностью разделяю. Надо, чтобы полностью контроль над средствами был в ведении федерального центра. Назначить такого уважаемого человека, как Степашина, который любит и спорт, который все это понимает прекрасно, где-то быть в числе, не будем говорить надзиратель, надсмотрщик, но в числе тех, кто следит за тратой средств. Потому что тут действительно не исключены различные злоупотребления. Но как только мы начинаем говорить о больших, крупных проектах, за которые хотела бы взяться наша страна, мы сразу начинаем думать о том: а вот, а вдруг, а если... Действительно, если разграбят, бывает – это наша действительность, надо, чтобы этого не было. Но если мы боимся этого, это не значит, что мы не можем взяться и попытаться хоть раз в жизни работать честно. Я к этому призываю.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Армавира от радиослушателя Сергея.



Слушатель: Добрый вечер, господа. Понимаете, действительно в Сочи уникальнейшая природа, я тоже бываю очень часто, тут недалеко. Затулин правильно сказал, у меня тоже такое волнение, там такая природа девственная, там есть фундуковая роща и водопады. По экологии, мне кажется, там очень сильный будет удар. И потом там еще отмывание денег идет колоссальное. Это курорт. Можно сравнить его не с Сан-Франциско, не с Калифорнией даже, а с Флоридой. И вот там такое, красотища неописуемая. Олимпиада все-таки зимняя, а курорт летний, может такой удар нанести. Там эти дворцы ледовые, там же везде природа, магнолии растут. Ломать очень легко.



Николай Долгополов: Ломать не нужно ни в коем случае, я тут с вами абсолютно согласен. Если вы заметили, последний проект огромный заявочной книги, трехтомник заявочной книги, там ледовые дворцы, ледовые площадки, два ледовых дворца, если я правильно вы обратили внимание, дворец для фигурного катания и для шорт-трека, они вынесены из самого города, в городе их не будет, как планировалось когда-то давно. То есть ваши тревоги может быть не так обоснованы. Я вовсе не адвокат Сочи, но я внимательно слежу за всем, что происходит, и мне было интересно, как обернется, чем обернется встреча вице-премьера Жукова с нашими экологами, защитниками природы. Как я понял, если я не ошибаюсь, вроде бы договорились, нашли решение. Наши экологи, защитники природы будут вместе с устроителями Олимпиады возможной, мы говорим так, как будто свершилось, еще надо убедить наших членов МОК проголосовать за Сочи. Надо смотреть немножко вперед. Ведь мы не портим природу, мы ее преобразовываем. Если то соглашение устное, которое заключил Жуков и экологи, если оно будет выполняться, такого грандиозного урона не будет.


Вспомним Олимпиаду Лиллехамер, даже во время Олимпиады я имел честь наблюдать людей, которые выходили с плакатами и кричали: вон отсюда, вон из Норвегии. Потом я бывал там, ничего не было особенно повреждено. В Норвегии на многих объектах еще тогда в 94 курить было запрещено, было запрещено бросать бумажки. Если, не дай бог, опустил не в урну, а в другое место, за тобой бежали волонтеры и кричали – «мистер», иногда те, кто узнавал в наших папахах россиян, кричали «товарищ», подбирали за нами вещи и второй раз ты не кидал, ты вел совершенно по-другому. Вы знаете, действительно экология это и моя забота тоже, я очень к этому трепетно отношусь. Но не надо, чтобы поступили с Сочи, как вышло с нашим замечательным Одинцовским районом. Тут надо очень внимательным быть и очень аккуратным. И я думаю, что соглашение, которое заключено в устной форме, оно должно быть официально ратифицировано, он даже формализовано, будем бюрократами в хорошем смысле слова, ни в коем случае не будем отдавать на откуп строителей, должны работать вместе три-четыре силы. И я думаю, что это реально не повредить, не навредить.



Владимир Кара-Мурза: Главный редактор газеты «Россия» Юрий Ковешников, бывший высокопоставленный чиновник Госкомспорта СССР, видит в Олимпиаде одни плюсы.



Юрий Ковешников: Если Олимпиада в Сочи пройдет, то Сочи получит такой толчок в развитии инфраструктур и новых стадионов, и баз отдыха, которые будут всегда загружены. Я вам приведу один пример: в Лейк-Плэсиде была олимпиада, в Америке зимняя, там американцы до чего доэкономились, что олимпийская деревня для спортсменов помещалась в будущей тюрьме, потому что так было удобнее потом отдать это здание под помещение нужной функции. А объекты такого рода в Сочи планируются на уровне четырех-пятизвездочных отелей. Понятно, что там дальше будут жить - это здравница, это курорт и так далее. Поэтому это будет все замечательно и никакой политики нет, здесь чистый рынок.



Николай Долгополов: Вы знаете, надо же, мы с Юрой Ковешниковым не только единомышленники, но скажу по большому секрету – мы друзья по жизни. Я просто удивляюсь: неужели мы и мыслим одинаково? Абсолютно с ним согласен.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Александра.



Слушатель: Здравствуйте, господа. Прежде всего я хочу сказать, что наша Калифорния, как и Флорида - это Крым, сдуру отданный Украине. А насчет Олимпиады, я патриот России, но я за то, чтобы Сочи получил отказ и как можно быстрее. По-настоящему Олимпиаду надо было проводить в Сибири или на Северном Урале, но туда наши богатенькие и чиновники не поедут. Похоже, они хотят под олимпийской вывеской получить для себя летне-зимний курорт.



Владимир Кара-Мурза: Как вы относитесь к моде нынешнего поколения политиков на зимние виды спорта?



Николай Долгополов: Я скажу с иронией: для меня это не всегда приятно, я иногда испытываю определенное раздражение. Как это все бывало: начался теннис, все взялись за ракетки, потом все встали на горные лыжи. Иногда бывают такие смешные вещи: люди полные, не совсем уже юные, неловко катаются. Я очень боюсь, что вдруг во время телепередачи, телесессии кто-то подвернет ногу, сломает руку. У меня какое-то чувство неловкости. И потом страшное желание подставить себя под камеру, фотокамеру. Человек, который второй раз в жизни пришел в церковь помолиться, встал рядом с Борисом Николаевичем и не умело креститься в разные стороны. Вот такую же иногда неприязнь вызывают вот эти все кадры. Я бы их не показывал с точки зрения этической. А есть люди, которые профессионалы, прекрасные спортсмены, прекрасно сохраняют свою форму и в 50, и в 55. Кстати, Затулин, я вспоминаю его, прекрасно играет в теннис для своего возраста, и его бы я показал с теннисной ракеткой - это было бы не стыдно. А вот, допустим, какого-то человека, стоящего очень неловко на лыжах, я бы просто посоветовал: бросьте это дело, сходите в зал, попарьтесь в сауне, пивка выпейте, не надо света, не надо вспышек.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Эмиля Викторовича.



Слушатель: Добрый вечер, господа. Господин Долгополов, у Брехта есть такая пьеса «Антигона» - это обработка трагедии Софокла и там один герой говорит: спрос на пышность - признак неблагополучия. Там может быть национальные идеи сделать не пышность сочинскую, а устранить сначала наши внутренние неблагополучия за те самые деньги, которые будут выделены на Олимпиаду. Вот моя точка зрения. А вы как думаете?



Николай Долгополов: У вас есть точка зрения, я ее уважаю. У нас действительно есть возможность вложить деньги в сочинскую Олимпиаду, но не потратить, а вернуть их, вернуть вложения. То же самое вы вкладываете деньги в акции, и они вам возвращаются с процентом. То же самое и вложение в Сочи. А если будет происходить так, как опасаетесь вы, может быть не без оснований, просто взять, вложить и потерять, тогда действительно это пышность. Но я против пышности в любых ее проявлениях. И мне хочется, чтобы Олимпиада сочинская была не пышная. Я не люблю это всю пышность. Скажем так, были такие Олимпиады, которые неприятно вспомнить, а были Олимпиады очень скромные, очень деловые, я бы сказал, очень эффективные. К таким олимпиадам я бы отнес олимпиаду в Нагано в 98 году. Все было очень быстро сделано, все было экономично сделано, японцы все продумали, не было лишних трат, не было того, что вы называете пышностью, я называю бесполезным шиком. Здесь я с вами согласен, никакой пышности быть не должно. Да и потом, вы понимаете, мы действительно не тянем пока на пышность. У нас есть масса других проектов, которые требуют срочных вложений и может быть пока без отдачи.



Владимир Кара-Мурза: Депутат думы Александр Лебедев, зам главы думского комитета по делам СНГ, надеется на благотворность Олимпиады.



Александр Лебедев: Она действительно позволяет существенно развивать инфраструктуру спортивную, тем более, что, конечно, она очень старая, сплошь и рядом ее там нет, в частности, в горах. Может быть и другая точка зрения, что недостаточная прозрачность денежных потоков, особенно когда они осваиваются государственными чиновниками вне контроля парламентского, предполагает коррупцию.



Николай Долгополов: Об этом мы уже говорили.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем Александра, радиослушателя из Санкт-Петербурга.



Слушатель: Добрый вечер. Пьер де Кубертен, его принципы - бескорыстная трата сил. Олимпиада совершенно нарушила - это чистый бизнес. Ваш гость, который так рассказывал об окупаемости, может оценить эффективность этого проекта и что получит конкретно Россия, не денежные мешки, которые будут на этом наваривать, сочинские, московские и так далее, а именно Россия что выиграет. Я понимаю, что есть престиж, есть имя страны и так далее, но для меня это звук пустой в спорте сейчас. Поймите, спорт для меня чистый бизнес.



Владимир Кара-Мурза: Что получил Советский Союз от московской Олимпиады?



Николай Долгополов: Вы знаете, здесь, на мой взгляд, я позволю себе экскурс в историю более подробный, потому что вопрос был задан очень серьезный. Вы знаете, для меня московская Олимпиада - это был может быть первый звук, который бы я назвал первый звук перестройки. Отдаленный, несколько заглушенный этой всей брежневщиной, этой скукотой советской жизни. Но вот тогда впервые возможно и зашатались устои государства, который назывался Советский Союз. Мы поняли, что можно жить по-другому, что есть другая жизнь и другие люди. Мы наконец-то узнали, что есть не только колбаса за два рубля двадцать копеек, но роскошные колбасы, которыми кормили олимпийцев и заодно это что-то перепадало москвичам. Я даже вспоминаю такие вещи, когда прожженные циники плакали, когда улетал пахмутовский, добронравовский Олимпийский Мишка, потому что от нас уходило то, что нам дали на две недели - вот глоточек маленькой свободы, чувство уважения. Потому что даже милиционеры здесь все были очень вежливы, все было очень гостеприимно. И это, по-моему, понимали и мы, и наши гости. Потому что гости приехали в 80-е, сложные времена – Афганистан, бойкот, Картер, ехали не под своими флагами, выступали под чужие олимпийские гимны.


Дело не в том, сколько мы медалей выиграли, 80 или 79, не в этом дело было, а в том, что мы многое поняли. Мы поняли и научились хотя бы немного дружить, мы показали, что мы многое можем. Потому что те объекты, которые мы построили, они до сих пор работают, действуют. Вы говорите, что даст? Я когда захожу на роскошный стадион «Олимпийский», как мой дом родной, я там знаю всех, меня все знают, извините за нескромность. Но это то, что мы построили к Олимпиаде. Когда его строили, я приходил туда молодой мальчишка, корреспондент «Комсомольской правды», я был аккредитован при Олимпийском комитете, жил на улице Тверской, тогда Горького 25/9, а оргкомитет Олимпиады-80 находился улице Горького 22. Вы знаете, я никогда до конца не верил, что мы все это сделаем, построим, освоим. И когда все это возникло, то и возникло ответное чувство. Вы знаете, это чувство счастья было – мы сможем, мы сделали. Вы знаете, я бывал на разных олимпиадах, мы не хуже были. Для меня это чувство гордости, пусть затаенной, чисто спортивной, но гордости.



Владимир Кара-Мурза: По мнению писателя Александра Проханова, главного редактора газеты «Завтра», Россия становится страной контрастов.



Александр Проханов: Нельзя не отдать должное тем олимпийцам, которые борются за престиж нашей страны. Конечно, мы знаем, что из себя представляет русская деревня - вот эти несчастные полулюди, полузагадочные существа, бредущие по заснеженным тропинкам, порождают ощущение выжженной земли, погибшей страны, мертвой цивилизации. И казалось бы, вложить баснословные деньги туда - в деревню, где могут рожаться новые поколения здоровых русских крестьян, здоровых русских людей. Но так устроен современный мир и современное сознание властителей этого мира, что можно бросать под колеса истории миллионы бросового, ненужного, забытого народа, но при этом создавать новые курорты, создавать новые центры олимпийской цивилизации.



Николай Долгополов: Просто действительно великолепный оратор Александр Проханов, можно сказать - Цицерон. Позвольте маленькое возражение: для кого мы создаем эти курорты? Почему такое стопроцентное чувство уверенности, что это только для очень богатых? Может быть мы с вами тоже сможем заехать, в конце концов. Дожить бы нам с вами до 2015 мы, когда все спадет, тогда приедем, поселимся в четырехзвездочном отеле, на пять звезд, наверное, не потянем с нашими зарплатами и попробуем там пожить. И тогда вдохнем воздуха. А что касается бедных наших несчастных людей, я скорблю вместе с вами, и я испытываю и разделяю ваши чувства.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Михаила.



Слушатель: Господа добрый вечер. Можно наблюдать в последние годы все труднее в Подмосковье выбраться на свободную воду, она все менее и менее свободна, все более и более огорожена ведомственными, частными и черт знает какими заборами. Так что у меня, безусловно, нет никакого сомнения, что делается это все в Сочи для меня, а для тех, которые награбили того же ЮКОСа и отовсюду еще. Меня там точно не будет.



Николай Долгополов: Вы знаете, я могу предположить несколько без всякой, скажем, натяжки, что, видимо, ЮКОСа там тоже не будет, как и вас. Вы совершенно верно сказали, что Подмосковье становится похож на район, находящийся в осадном положении, там столько сейчас построено роскошных коттеджей, сколько я не видел в великолепных странах Скандинавии. Какая связь, что строятся роскошные коттеджи, что нет свободной воды с тем, что в Сочи мы хотим провести Олимпиаду и сделать большой хороший курорт. На мой взгляд, эти сомнения имеют под собой натяжку. И давайте, если мы говорим об Олимпиаде 2014, это еще через семь лет, дожить бы, давайте верить в хорошее, а не говорить, что это для кошельков, для ЮКОСа. ЮКОС далеко от нас сейчас.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем Алима радиослушателя, из Калининградской области.



Слушатель: Добрый вечер. У меня два вопроса к вашему гостю. Вначале небольшая реплика. Вы думаете не тем местом мозги, у вас забиты, если они у вас есть, то только долларами.



Николай Долгополов: Вы знаете, я вам скажу, что может быть мозги есть, насчет долларов вы ошибаетесь - долларов нет. И может быть я на этом позволю себе прекратить дискуссию с вами.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Николая.



Слушатель: Доброй ночи, уважаемые господа. Все, кто строил санкт-петербургскую магистраль высокоскоростную и вырыл котлован, они все сейчас на месте и строят другие. За этот год введено 11 километров за несколько миллиардов долларов. Выиграли женщины наши, несколько человек в Страсбургом суде, беспрецедентное дело, по несколько тысяч евро должно государство выплатить. У нас двуевровое пособие детское не выплачивалось несколько лет и наконец-то признали.



Владимир Кара-Мурза: Радиослушатель намекают на гигантоманию, что строят скоростную трассу Москва-Санкт-Петербург, зарывают деньги в землю, а не хватает на детские пособия.



Николай Долгополов: Действительно не хватает, действительно печально, может быть иногда трагично. Действительно это слабость, это бедность, это, я бы сказал, тяжелая доля. Два евро он сказал, а на самом деле и двух евро не наберется. Печально, что сказать здесь.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвичку Евгению Витальевну.



Слушательница: Добрый вечер. Ваш собеседник вспомнил Олимпиаду 80 года и сказал, что неинтересно жить было в СССР. Но тогда было два государства в мире - Америка и СССР. А сегодня вам интересно, но перестроечная Россия сзади Северной Кореи – оценка это мировая.



Николай Долгополов: Я не говорил, что мне неинтересно было жить в СССР, мне вообще очень интересно, как я надеюсь, и вам. Я говорил, что мы почувствовали некоторое новое дыхание, то дыхание, которое, на мой взгляд, позволило изменить жизнь к лучшему, и Олимпиада помогла нам. А жить мне было интересно в СССР, и сейчас в России. Не знаю, если есть загробная жизнь, то и там интересно жить.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Краснодарского края от радиослушательницы Дианы.



Слушательница: Добрый вечер. Я жила в Подмосковье, судьба занесла меня в Краснодарский край - полное убожество, полное. Люди настолько задавлены, людям негде отдыхать, они только поглощены какими-то свиньями, курами и так далее. Я тут живу, не можем до федеральной дороги, триста метров каких-то несчастных выпросить у администрации дорогу. И все для гостей, все для заморских туристов, все для заезжих. О людях совершенно не забоятся.



Николай Долгополов: Я думаю, что если наконец все-таки ваш край получит Олимпиаду, наш ваш край, то все-таки, я думаю, дойдет эта трасса и триста метров до вас доведут. Потому что невозможно будет людей, которые станут хозяевами такого праздника, невозможно держать за триста метров до главной дороги.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Игоря Анатольевича.



Слушатель: Добрый вечер Николай Михайлович. Тут, кстати, процитировали Проханова, я от него иного не ожидал. Вспомним, как «Молодая гвардия» написала, что стадион в Лужниках был построен антиправославными силами, чтобы спортивными зрелищами отвлекать людей от идеологии марксизма. Вы не упоминаете, что люди вами не довольны, потому что представляет из себя нынешняя спортивная пресса, ведь надо к Олимпиаде готовиться широким фронтом. А спортивная пресса - это сейчас туда сливают всех профессионально непригодных, как будто эта тематика какая-то помойка.



Николай Долгополов: Я не согласен с этими. Какие у нас есть прекрасные журналисты спортивные, тут я вам скажу как президент Федерации спортивных журналистов. Почитайте газету «Спорт-Экспресс», где работают великолепные специалисты, такие как Александр Кружков, как Владимир Гескин, Глеб Россошик, Владимир Кучмий. Почитайте газету «Советский спорт» с прекрасными перьями. Сейчас новое перо, не знаю, читаете ли вы такую фигуру, как Юрий Сивидов - блестящий спортивный футбольный журналист. Не знаю, включите телевидение и послушайте репортажи Вити Гусева по Первому телеканалу. Я не хочу никому рекламу сделать, но есть его прекрасный антипод Дима Губерниев из «Спорта» - это новый телеканал «Спорт». Я бы сказал, что сейчас очень много талантливых спортивных ребят. Недавно мы провели конкурс, я горжусь этим, мы достали деньги, у нас очень небогатая федерация, и мы объявили этот конкурс. Я бы очень рад - мы получили 120 работ. Если бы вы знали, откуда только ни писали спортивные журналисты. Я дал работы на рецензии известным писателям нашим и, скажем так, были люди удивлены: такая глубинка и такая свежесть мысли. Но то, что много желтого, много, я бы сказал, черного - да, действительно, пресса такая, не только спортивная. А то, что куда-то сливают, не согласен я с этим.



Владимир Кара-Мурза: Журналист-международник Игорь Фесуненко, знаток футбола, считает, что зимняя Олимпиада погубит Сочи.



Игорь Фесуненко: Если говорить о нашем намерении провести зимние олимпийские игры в Сочи, то мне кажется, эта идея совершенно ошибочная, чудовищная, я бы даже сказал. И я надеюсь, что Международному олимпийскому комитету хватит здравого смысла, чтобы эту идею напрочь похоронить. Почему? Потому что, мне кажется, Сочи – это город и окрестности, наименее приспособленные для успешной организации такого рода мероприятий. Сочи – это жемчужина нашего юга, это курортная зона и пытаться втюрить туда зимние олимпийские игры, мне кажется, просто глупо. И недавняя катастрофа с освещением, несмотря на все обещания учесть опыт, наладить и так далее, она показывает, что мы просто к этому не готовы. Не говоря о том, что зимы сейчас неустойчивые. Если такая же зима выпадет на 14 год, то там придется безумные совершенно безумные деньги на завоз снеговых пушек, на устройство каких-то искусственных замораживающих сооружений и так далее. Нет, повторяю еще раз, мне не нравится эта идея.



Николай Долгополов: Пушек не надо завозить, там все есть. Собственно, внизу снега не нужно, там все будет в закрытых залах, как проводится последние лет 40-50, может быть уважаемый коллега увлекается футболом, не так тщательно следит за олимпийским движением. Скажу вам другую вещь, что действительно есть такие сомнения по поводу того, что нужно. Мы всегда, всю жизнь сомневаемся, только мы начинаем какое-то большое дело, и мы впадаем в сомнение. Это не то, что один раз отмерить, семь раз отрезать или наоборот, но всегда очень много сомнений. Я не за то, чтобы ввязываться в драку, как говорил один известный политический деятель, а там посмотреть, что будет, нет. Но ведь концепция олимпийская довольно четко прописана. Что вы думаете, если уж на то пошло, в городе Пьенчанг, его называю по-другому Пхюнченг, корейцы сами называют его по-разному, вы думаете, у них лучше все это? Поверьте мне, я там бывал, там более сложная обстановка, политические условия очень скомканные, назовем деликатно. Коррупция, если вы на это намекаете, она там процветает более пышным цветом, чем в других странах или в других городах-кандидатах. Но можно все устроить в чинном, благополучном, но я хочу сказать, извините за выражение, скучном Зальцбурге, дай бог ему здоровья. Что мы от этого выиграем? Что приобретем мы, где здесь наш будет выигрыш? Мы откажемся, мы пролетим мимо и что из этого? То есть мы опять чего-то не добьемся, мы опять упустим какой-то галс. Я не хочу называть его историческим, потому что все-таки это спорт и давайте играть по этим правилам спортивным. Но все-таки хочется добиться, хочется победить. Мне кажется, что если есть такой шанс, его надо и использовать, играть до конца.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Дмитрия.



Слушатель: Добрый вечер. У меня вопрос к вашему гостю: вы случайно не в «Единой России»?



Николай Долгополов: Давайте по мере поступления вопросов. Нет, я случайно не там.



Слушатель: Вам повезло.



Николай Долгополов: Позвольте я вам отвечу, повезло или нет. Я скажу так, что журналист, на мой взгляд, не должен состоять ни в одной партии, у него могут быть симпатии, антипатии. У меня симпатии в данном случае, мы ведем разговор на спортивную тему, чисто спортивные. Если вы меня спрашиваете, то я позволю себе развить свою мысль. Здесь мы говорим не о политике, не о «Единой России», не о «Справедливой России», не о компартии, не об СПС, я не хочу все это перечислять, мы говорим о том, получит ли город под названием Сочи Олимпиаду-2014. И вот здесь я вам высказываю в корректной форме, вас стараюсь не обижать, свое личное сугубо, не провентилированное нигде и ни с кем мнение. Оно такое, что за свободу, за олимпиаду и за благополучие надо бороться.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем Владимира, радиослушателя из Подмосковья.



Слушатель: Добрый вечер. Реплика, потом вопрос. Реплика по поводу Виктора Гусева. С моей точки зрения, как спортивный журналист он не состоялся, им загублены многие спортивные судьбы людей, которые работают в спортивной редакции на центральном телевидении. Это мое мнение. А вопрос конкретный: скажите, пожалуйста, почему народ хочет, чтобы была олимпиада зимняя и правительство хочет, а соединить это в единое целое не получается? Если бы это происходило в Сибири, в Красноярске, в Саянах, то это, мне кажется, был бы центр для всей России для зимних видов спорта, а тут можно было бы горные лыжи, слалом или бобслей развить.



Николай Долгополов: Вы назвали уже много видов спорта. Вашими бы устами мед пить. Здесь если хотя бы эти виды спорта будут развиваться, мы своего добьемся. А потом, вы доживете, судя по молодому голосу, я вряд ли уже, может быть мы добьемся в конце концов и того, что и в Красноярске в 2034 тоже, возможно, будет олимпиада. Я за это, и здесь я вас поддерживаю.



Владимир Кара-Мурза: Как вы оцениваете шансы Сочи в связи с приездом, я так понял, вы собираетесь сами повстречаться с членами оценочной комиссии?



Николай Долгополов: Я действительно оцениваю шансы как такие: есть возможность впервые за долгие годы вопреки необычности и благодаря необычности и эксклюзивности проекта получить Олимпиаду. Это будет очень сложно, а еще сложнее будет этот проект воплотить в жизнь. Но и то, и другое, как это ни странно, реально.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG