Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Итоги четырехлетнего губернаторства Валентины Матвиенко глазами ее политического противника


Виктор Резунков: Сегодня у нас в гостях в Петербургской студии Радио Свобода полковник МВД, профессор кафедры уголовного права петербургского юридического института, адвокат Анна Маркова.


О предвыборной ситуации в Петербурге, о том, почему партию «Народная воля» отстранили от участия в выборах, о нынешней обстановке в Петербурге вообще, а также о многом другом мы поговорим сегодня.


Анна Борисовна, вы возглавляете на этих мартовских выборах в Законодательное собрание список кандидатов от партии «Народная воля». Городская избирательная комиссия отстранила партию от участия в выборах. Почему? И что вы сейчас предпринимаете?




Анна Маркова

Анна Маркова: Ну, почему отстранила… Я думаю, что участие «Народной воли» и конкретно меня совершенно нарушило бы планы, в первую очередь, городской администрации, а во-вторых, повлияло бы на расклад политических сил. Я думаю, что в это ни у кого сомнений не возникало. О том, что нас снимут с выборов, я знала практически с самого начал, информация у меня была совершенно достоверная. Более того, я обратилась, насколько я смогла охватить достаточно большой круг, в основном по электронной почте я разослала везде, где смогла, свое обращение к жителям великого города, где объяснила причину своего вступления в политическую игру (другое слово, наверное, трудно подобрать), и сказал о том, что скоре всего мы будем сняты. Но это, на самом деле, не наше поражение, а наша победа. Потому что на этих выборах обкатывается и дальнейшая система политического давления на будущих выборах в Государственную Думу, на выборах президента. И мое глубокое убеждение следующее: те, кто не борются, не побеждают.


И на самом деле администрация, Смольный, определенные круги в Смольном сейчас просто наблюдают за этой ситуацией как в такой стеклянной клетке. Пробуют некие действия, совершенно беспринципные, незаконные, - и смотрят на реакцию. Есть сопротивление – быстренько уходят в сторону, предпринимают шаги для того, чтобы снивелировать. Знаете, ведется такая игра - уж простите, у меня, наверное, профессиональный уже подход, - простой и хороший следователь. Плохой сделал такой жест, народ возмутился, поднялся, есть определенная реакция – все, быстро назад, в сторону, не пройдет, надо нивелировать. Нет реакции – значит, можно будет и на следующих выборах производить такие же действия.


То, что сейчас мы наблюдаем, это абсолютно незаконные действия, это действия незаконный с точки зрения правовой и с точки зрения политической, демократии, как угодно. Кучка чиновников от политики, от власти просто посчитала, что они имеют право на все, и производят действия. И мы либо отвечаем, либо не отвечаем.



Виктор Резунков: В целом как можно охарактеризовать выборы?



Анна Маркова: Беспредел.



Виктор Резунков: Хорошо, смотрите, все-таки решение городского суда в отношении партии «Народная воля» каким было?



Анна Маркова: Решение было, если его назвать с точки зрения права, судебной ошибкой. Если говорить о том, что произошло на самом деле, - сумасшедшее давление на судебную власть. Мы изложили свое мнение по этому поводу в жалобе в Верховный суд, направили ее в Москву, и я думаю, что Верховный суд, это просто мое глубокое убеждение, он примет законное решение. Когда это будет? Наверное, за неделю до выборов, как всегда у нас бывает, но все равно мы успеем. Самое главное – показать: если ты не сдаешься, если ты борешься, то правду найти можно.


А решение, как говорится, было принято следующее. Судья принял заявление к рассмотрению, но судебное заседание практически так и не началось. Пришли представители горизбиркома, подали какое-то дикое ходатайство о том, что вообще я не имела права подавать заявление, мои права не нарушены, и со мной вообще, как говорится, нечего иметь дело, несмотря на то, что я возглавляю первую тройку, мне делегированы права представлять партию. Судья два часа думал, как все это обосновать, принял в итоге ходатайство и реализовал в будущем мое право в будущем подать частную жалобу на это решение. Оно абсолютно неправовое, находится в других плоскостных политических рамках. Но, с другой стороны, я считаю, что это нам просто, как говорится, подарок, потому что на основании этого решения мы можем показать возможные действия в будущем, на выборах в Государственную Думу, мы можем создать хороший прецедент в Верховном суде. И очень интересно, какое решение будет принято. Потому что в своей жалобе в Верховный суд я написала, что я считаю, что городской суд не в состоянии рассмотреть беспринципное с точки зрения закона это заявление, и прошу Верховный суд рассмотреть его по существу жалобы. Не просто отменить вот это решение суда, а рассмотреть уже в целом.



Виктор Резунков: Анна Борисовна, а как вы можете объяснить, что в списке кандидатов от партии «Народная воля» в Петербурге – это отмечают многие журналисты – много людей, придерживающихся, скажем, достаточно радикальных национал-патриотических взглядов? Да и на сайте вашей партии висит объявление об очередном «Русском марше», а руководители партии поддерживают открыто проведение и солидарны с активистами Движения против нелегальной эмиграции. Насколько я знаю, вы никогда не выступали в роли радикального национал-патриота.



Анна Маркова: Вы знаете, я думаю, что здесь идет определенная игра с терминами и не совсем правильное понимание философской сути вопроса. Безусловно, я думаю, меня невозможно обвинить в каком-то яром национализме, но давайте все-таки разберем, что такое партия «Народная воля». Во-первых, это партия, которая существует уже больше 10 лет реально. И ее идеология, политическая платформа – это русский патриотизм. И я думаю, что здесь ничего плохого нет. А вот говорить о каком-либо национализме просто нельзя. Что такое национализм? Это борьба за права некого национального меньшинства, которое хочет свои права уравнять с правами более крупных народностей. А как может русский народ говорить о своих правах и о каком-то возрождении национального достоинства, такая огромная нация? Поэтому я думаю, что здесь просто смещение каких-то понятий, все в одну кучу. А патриотизм русский – это традиция возрождения уважения, гордости, традиций великого русского народа, и это прекрасно. С этой точки зрения я и выступаю.



Виктор Резунков: Хорошо, Анна Борисовна, давайте не будем больше затрагивать идеологическую платформу партии «Народная воля», мы можем далеко уйти. Все-таки я хотел бы поговорить с вами вот о чем. Давайте вспомним губернаторские выборы 2003 года. Прошло уже четыре года с тех пор, и как бы вы могли подвести итоги этих четырех лет правления губернатора Валентины Матвиенко? Мне кажется, вы имеете полное право на такую оценку, поскольку в 2003 году за вас проголосовали более 350 тысяч петербуржцев.



Анна Маркова: Знаете, у меня сейчас, несмотря на то, что после выборов ко мне было очень неоднозначное отношение, многие говорили, что я вела себя очень жестко, неинтеллигентно, сейчас я испытываю глубочайшее сожаление, что я, наоборот, вела себя достаточно интеллигентно и не так жестко, как надо было бы, наверное, себя вести. У меня после губернаторских выборов были какие-то сомнения, а вдруг я ошиблась, а вдруг надо дать человеку возможность поработать, посмотреть, и действительно, она полюбит этот город, ее политика будет направлена на развитие в первую очередь города в интересах горожан. Ничего подобного, сейчас заканчивается уже практически, скоро закончится, четвертый год, и кроме сожалений, что я недостаточно жестко провела свою политику, хотя надо было просто, как говорится, идти до конца и делать все возможное, чтобы не отдать город в руки людям, которые совершенно далеки от интересов города. Сейчас, к концу четвертого года можно сказать, что ни одно из обещаний не выполнено.


Я вот слышала недавно одно из выступлений Валентины Ивановны Матвиенко – просто на таком обычном человеческом уровне после этого выступления у меня было такое состояние: полное вранье. Ну нельзя же нас считать за таких идиотов, что просто бросать в эфир кучу слов, может быть, красивых, но абсолютно бессмысленных, абсолютно неправдивых, абсолютное вранье и больше ничего. Никаких обещаний, которые были, никаких программных пунктов не выполнено. Посмотрите, уплотнительная застройка как была, так и осталась, только стала еще беспардоннее. Самое главное, что не хватает сейчас даже подготовленных инженерно участков для строительства. По какой схеме все это происходит, не могут разобраться и уже сами строители. То вранье, которое происходит даже сейчас в подведении итогов – количестве сданных метров, и то… Что создается-то вообще? Создается то, что непригодно для жилья, не прошло еще комиссию. Опять та же самая система «пятилетка за четыре года», лишь бы отчитаться.


Что у нас стало с общежитиями? По-моему, это гетто. И это тема, которая вообще нигде уже не поднимается. Люди не могут даже свои жалкие метро оформить в собственность, чтобы иметь какую-то платформу, чтобы двигаться дальше. Расселение коммуналок как было, так и есть. Нам, видимо, легче бросить 2 миллиарда на богатейший «Газпром», который должен сюда вкладывать и городу платить деньги за то, что его сюда пускают, а мы еще должны бюджетные деньги туда вкладывать непонятно за что. Вместо того, чтобы на деньги городского бюджета решать свои проблемы расселения коммуналок, ремонта территории и так далее. То есть из тех обещаний ничего не выполнено, и, по-моему, не собираются. Только какие-то разносы происходят на правительстве, которые совершенно не из этого времени, и никаких абсолютно действий.


Она сказала единственно правильное, что я услышала, - это то, что хотелось бы видеть город как офисно-деловой центр. Это город не для жителей. Это действительно один большой, как говорится, офис, который живет по совершенно другим законам. Поэтому у меня очень печальные впечатления от того, что произошло за эти три года, несмотря на красивую рекламу, вывески, все остальное. Город живет в совершенно другой жизни, и эта жизнь направлена не в интересах его жителей.



Виктор Резунков: Анна Борисовна, с марта 2002 года по октябрь 2003 года вы были вице-губернатором Петербурга. Скажите, пожалуйста, сейчас, когда вы смотрите на действия властей, на действия правительства Петербурга, я понимаю, вы юрист, адвокат, вы можете сказать то, что можете сказать, как вы считаете, существует ли некая система коррупции во власти городской или нет?



Анна Маркова: Конечно, существует! Вообще, по-моему, коррупция – это понятие… Понимаете, я не хочу ругать и говорить, что это при Матвиенко стало плохо. Это было и при Яковлеве, это было и при Собчаке, вообще это понятие, как говорится, исконно российское со времен возникновения самого государства. Что такое государственный чиновник? Как его вообще раньше воспринимали и каков был его статус? Это человек, которому дали определенные полномочия, и за выполнение этих полномочий он должен был обеспечивать себя сам, то есть находиться на «кормлении», когда-то оно было больше, когда-то меньше. По-моему, сейчас эта схема просто приобрела другие рамки в новом историческом моменте, но никуда не исчезла. Она есть и во Франции, она есть и в Америке, она есть и в Китае. Здесь все зависит только от отношения самой власти к этому явлению, хочет ли оно с ним бороться либо делать вид.



Виктор Резунков: Ну, хорошо, если сравнить администрацию Владимира Яковлева и нынешнюю администрацию, где было больше желание бороться с коррупцией?



Анна Маркова: Вы знаете, сейчас я могу сказать, что коррупция была и во времена Яковлева, и об этом знали, и, естественно, боролись. Но тогда размеры, размах был меньше, это раз. Было больше боязни. Вполне возможно, что это было еще связано и с отношением правоохранительных органов к Яковлеву. То есть Яковлев уже в мою бытность работы вице-губернатором никогда не оставался в спокойном состоянии, его постоянно дергали, за ним следили, за всеми его действиями. Знаете, может быть, это и хорошо, потому что всегда был определенный испуг выйти за рамки закона. Выходили, безусловно, все это было, и моя основная задача была как раз охрана от выхода из правового поля, и я старалась это делать в меру своих сил и возможностей, и считаю, что делала все-таки хорошо. Но всегда было понимание того, что этого делать нельзя, и могут быть очень серьезные последствия, то есть Яковлев всегда был в таком вот состоянии.


У Валентины Ивановны Матвиенко и ее команды, по-моему, сейчас какие-то рамки или, как говорят, тормоза полностью отсутствуют. Ну чего стоит одно высказывание на правительстве: «И пусть только прокуратура попробует что-нибудь возразить!» Это же ужасно! Такие вещи даже в запале нельзя говорить. То есть наше «око государево» становится на одну платформу с администрацией и должно выполнять, иначе всем будет плохо. И сама сейчас система правоохранительных органов, прокуратура – очень печально мне это – становится все больше такой сращенной с администрацией и с самими чиновниками. И для всех, наверное, во главу угла поставлено только одно: страх. Вот страх какой-то уже генетический, возрожденный – потерять свое место, потерять свое положение, не дай бог, выступить против. Уже не закон становится мерилом, а гнев начальника. Дано задание – его надо выполнить. А с правовой точки зрения каким оно будет – уже никого не волнует. Выполняют все. И это страшно. То есть правоохранительные органы у нас сейчас…


Я, кстати говоря, направила запрос Генеральному прокурору (ответ, правда, так и не получила): может ли первое лицо правоохранительных органов быть одновременно в составе высшего исполнительного органа нашей исполнительной власти? Я имею в виду правительство. Конечно, присутствовали всегда на правительстве, когда нужно было, начальники ГУВД, но они всегда понимали свое положение. Здесь быть членом правительства – двойное подчинение: с одной стороны, начальник ГУВД подчиняется губернатору… А вот если представить такую ситуацию, вы уж меня извините, может получиться и так, а вдруг возникнет ситуация, когда надо будет произвести определенные действия против губернатора или против своих же коллег, членов правительства? Как он будет себя чувствовать? Может ли он куда-то пойти, независим ли он? Или что, он должен погоны снимать или спрашивать разрешения у министра внутренних дел? Абсолютно неправильное положение. Тогда уже в члены правительства нужно включать, по-моему, и прокурора города, пускай уж там сразу и надзирает за тем, что происходит. То есть вообще полная ерунда получается.


И коррупция стала намного больше. Выросли ее размеры, вырос ее размах. И выросло, наверное, вот это поле вседозволенности: я власть – и мне все позволено, меня прикроют правоохранительные органы, и ничего мне за это не будет. Вот это страшно.



Виктор Резунков: А какие схемы могут существовать? Мы говорим достаточно неопределенно, не называем никакие имена, но вот, к примеру, вы вице-губернатор, приходит какой-нибудь бизнесмен, ему надо пробить какой-то проект, вы курируете эту область, и он говорит: «Я вам могу предложить «откат»…» Или что? Как это все выглядит? Вы сталкивались с подобными вещами, может быть, или знаете.



Анна Маркова: Сталкивалась, и сейчас сталкиваюсь. Просто, как говорится, в гуще событий. Понимаете, за руку, конечно, если бы я смогла поймать, то, наверное, я смогла бы и все факты предотвратить. Но я думаю, что чудес не бывает. Я сейчас защищаю мусороперерабатывающий завод, который у нас находится на Волхонском шоссе, 116. Все эти разговоры о рейдерстве, о том, что с этим у нас в Петербурге покончено… Вот яркий пример государственного рейдерства! Этому заводу 35 лет. Обычная система, когда коллектив приватизировал, арендное предприятие, заключение договора, потому что земля принадлежит городу и часть оборудования тоже, но предприятие работает, и оно у нас единственное в городе. Причем я должна сказать, что там собрался очень интересный коллектив, это люди, которые в свое время работали в ВПК, удивительные открытия, директор завода награжден грамотами, в том числе и президента, и так далее. И вдруг кому-то в голову попадает, что эту схему надо изменить. И очень странно, что у этой отрасли нет никакой «крыши», они работают сами по себе, что-то делают, и никто их не курирует. И возникает мысль, что это надо все срочно переделать и отдать в другие руки, потому что они какие-то не очень управляемые. И происходит следующее: просто город берет и расторгает договор аренды.


Мы идем в суд, и суд во всех инстанциях признает, что расторжение договора незаконно в одностороннем порядке, но здесь совершенно плевать всем. Курирует эту отрасль жилищный комитет, наш уважаемый Юнис Халитович Лукманов, который говорит: «Нет, я так сказал, и так будет. Это будет совершенно другой завод, с другими руководителями». И происходит захват с помощью милиции в черных масках. Просто, несмотря на решение суда, приходят и захватывают. Другая охрана, другое руководство.



Виктор Резунков: Анна Борисовна, вы были председателем административного комитета правительства Петербурга, курировали работу судебных и правоохранительных органов города. Насколько они сейчас поражены, по вашему мнению, коррупцией и поражены ли вообще? И в чем это выражается? Вы можете какие-то примеры привести?



Анна Маркова: Так же как и вся наша государственная система. Понимаете, нельзя оценивать правоохранительные органы как совершенно отдельно стоящую структуру, которая развивается по своим собственным законам. Это такие же люди, как и мы все с вами, и если они попадают в государственную систему и есть возможность для коррупции, и в этой системе все процветает, то будет то же самое и в правоохранительных органах, и в суде, везде в целом. Это поле должно быть уничтожены, должна быть уничтожена сама система возможной коррупции. Если это процветает в органах исполнительной власти, то это будет распространяться и дальше.



Виктор Резунков: Вы три года возглавляли Фрунзенский район Петербурга. Могли бы вы дать оценку деятельности районных администраций сейчас Петербурга в целом? В прессе, например, очень много говорят о коррупции в районных администрациях. Например, та же уплотнительная застройка. Насколько сейчас можно наблюдать картину, когда в районных администрациях представители крупных строительных компаний чуть ли не диктуют условия главам районных администраций? Такое вообще возможно?



Анна Маркова: Конечно, возможно. Понимаете, это общая система. Если она есть, что такое районная администрация – это часть общей системы. Значит, если поражена общая система, значит, так же будут поражены и все ее органы, в том числе, и районные администрации, комитеты и так далее. Поэтому это все звенья одной цепи: и администрация, и правоохранительные органы. Какая система заложена, такая она и будет распространяться, как щупальца, как раковая опухоль, метастазы будут идти везде, что связано с органами исполнительной власти, будь то администрация районная, будь то комитет и так далее. Был бы запрет общий, были бы внятные совершенно правила, было бы принятие решений по определенным правилам – я думаю, что никто бы не смог принять никого решения подчиниться строительной организации, а если решение уже принято в городе, то глава района будет действовать так же, как и городское правительство.



Виктор Резунков: А с какой стороны на вас оказывалось давление? Вообще, оказывалось какое-то давление, когда вы были главой администрации Фрунзенского района?



Анна Маркова: Да, конечно. Понимаете, без этого, наверное, невозможно, потому что все зависит все-таки от человеческого фактора. Я тоже очень долго думала о своей судьбе, и для многих она удивительна. Говорят: ведь вы же были в исполнительной власти. Многие говорят о том, что у человека как-то неудачно все сложилось. Понимаете, каждый человек волен принимать собственные решения: либо идти как все… Потому что моя судьба, моя карьера складывалась, действительно, удачно, нормально, но я себя всегда воспринимала как защитника, как человека, который даже в правоохранительной системе заставлял слушать себя свое руководство и никогда не делал так: я подчиняюсь – и все, мне приказали. Да ничего подобного, надо заставить не только слушать себя, а доказывать, что все то, что тебе приказывают, выполнять нельзя. Не просто говорить «я не буду», а говорить – почему, что за этим последует. Мне это удавалось. И, кстати говоря, мое решение идти на выборы губернатора – это не борьба за яковлевскую команду, а это мое понимание, мой страх за город и за те последствия, которые будут. Я была внутри этого, и я понимала, что будет происходить. И вот это понимание меня и двинуло против всей государственной системы, против этой машины, которая на меня обрушилась всей своей мощью. Но я абсолютно не жалею о том, что я сделала, и я продолжаю это делать.



Виктор Резунков: Анна Борисовна, послушаем звонки. Александр Васильевич, Ленинградская область.



Слушатель: Здравствуйте. 90 лет назад национал-шовинисты устроили революцию, которая, в конце концов, привела к развалу России. Только партия, которая совершенно не учитывалась в этих событиях, смогла в октябре ликвидировать этот развал. В конце 80-х – начале 90-х годов Бжезинский и его сторонники активно ставили национал-шовинизм, чтобы развалить окончательно Советский Союз. Теперь ваша партия точно так же строится на идеологии национал-шовинизма. Вы не боитесь, что вы окончательно можете развалить Россию?



Анна Маркова: Нет, вы знаете, вы сейчас, мне кажется, повторяете просто штампы. Каждое время имеет свое понимание и развитие и политических партий, и обстановки, и той среды, в которой действует сама партия. Вот даже если соединять «национал» и «шовинизм», что такое национализм, я уже говорила, - это борьба некого малого народа за свои права. Но вот какой малый народ борется здесь у нас, в России? Ну, не может такого быть. Шовинизм… ну, я говорю о патриотизме в первую очередь, о нашем русском патриотизме, который не имеет ничего общего ни с шовинизмом, ни с национализмом. Поэтому вот я думаю, что здесь просто перепутаны все понятия. А те, кто пытается каким-то образом настроить против нормальной идеи возрождения национальной гордости, как раз и пытается как-то замешать все эти понятия и завести совершенно в другую сторону.



Виктор Резунков: Ну, это очень сложный вопрос, Анна Борисовна, давайте не будем углубляться в философские изыскания.


Сергей из Санкт-Петербурга, пожалуйста.



Слушатель: Добрый вечер. У меня вопрос к госпоже Марковой. Вернее, об итогах сначала я хотел бы сказать. Итоги – фаллос, который будет торчать над городом, – это самый главный итог. И тут уже больше ничего не скажешь. А что действительно изменилось резко, например, при Яковлеве надо было на какое-то строительство получать разрешение, тащить целый чемодан документов. Сейчас просто деньги – и все, тебе показывают, куда занести, и больше ничего не надо, а документы уже потом. Это, конечно, достижение. А вот насчет этой вот партии, я ее достаточно давно наблюдаю, это такая партия одного актера, и она, по-моему, больше интересовалась проблемами русских там, где им хорошо, но проблемами русских в России она совершенно не заинтересована была. По-моему, в основном она мутила воду, и строго в западном направлении. Она даже Туркменией, например, не интересовалась совершенно, что там с русскими творили. Это меня, конечно, удивляет, что вы пошли в эту партию. Спасибо.



Анна Маркова: Вы знаете, я думаю, то, что вы сейчас сказали, совершенно правильно, это констатация фактов. Будет ли над городом торчать это сооружение – это еще вопрос, я думаю, мы будем еще все бороться с этим. Сравнивать, что было при Яковлеве и при Матвиенко, - я думаю, я ответила на этот вопрос. А в отношении партии я должна сказать, что мое глубокое убеждение, что сейчас ни она из партий не имеет внятной идеологии.



Виктор Резунков: «Патриоты России» претендуют на внятную идеологию.



Анна Маркова: По-моему, нет. Знаете, у меня такое ощущение, что каждый подхватывает какую-то идею, которая где-то хорошая вызрела, «Патриоты» у «Единой России», «Единая Россия» у «Патриотов» и так далее. Нет внятной идеологии и платформы, все партии держатся на личностях.



Виктор Резунков: Анна Борисовна, а почему, по вашему мнению, «Патриоты России» получили карт-бланш на участие в выборах? Несомненно, у них можно было бы найти, как заявил Сергей Миронов, гораздо больше ошибок, как он сказал на телевидении, и сейчас судятся со «Справедливой Россией» «Патриоты России» именно из-за этого высказывания.



Анна Маркова: Я думаю, что это просто определенный проект, который сейчас отрабатывается опять к выборам в Думу. И возникла эта партия вообще, как из пены родилась, сейчас отрабатывают на ней новый проект. И подписей, я думаю, там не меньше, а может быть, и больше, потому что все были в одинаковом положении. Я думаю, что информация такая достоверная есть, и это реально. Но просто сейчас отрабатывается определенная ситуация. Вот у нас есть «Единая Россия», вот у нас есть «Справедливая Россия», и вот у нас есть «Патриоты». Это такие разновидности, вот они и будут бороться, потому что они приближены к определенным кругам, получили добро на то, чтобы участвовать в этой игре. И посмотрим, кто из них окажется лучше, энергичнее. Хотя они все похожи друг на друга.



Виктор Резунков: Понятно. Дмитрий из Санкт-Петербурга, пожалуйста.



Слушатель: Добрый вечер. У меня в продолжение темы борьбы народа за свои права, но с экономической точки зрения. У нас повысились тарифы, прежде всего на телефон и жилищно-коммунальные. Анна Борисовна, как вы считаете, телефонные тарифы современные, что мы платим за линию, соответствуют ли действительности? Как юрист высокой квалификации и человек, имеющий опыт административной работы, как вы это оцениваете? И второй вопрос, прошло повышение жилищно-коммунальных тарифов, в частности, по Водоканалу. Нам объявлено, что на 13,2 процента повышены эти тарифы. Я не поленился, посмотрел в Интернете закон 97-Э от 10.11.2006 года Комитета по тарифам, как рассчитывается данный тариф. Хотелось бы к Анне Борисовне обратиться, возможна ли юридическая оценка расчета этого тарифа? Это касается и вас, Виктор, и Анны Борисовны, и всех жителей Санкт-Петербурга.



Анна Маркова: Ну, конечно, возможно. Я хочу все-таки быть с людьми честной, и мой выбор партии «Народная воля» в большей степени связан с тем, что она независима абсолютно. И я думаю, что если мы попадем в Законодательное собрание, то я просто обещаю, что со всем пролетарским гневом мы будем бороться против таких тарифов, и бороться – не просто горлопанить о том, что этого не должно быть, это плохо и так далее, а именно юридически, – говорить о том, что эти тарифы необоснованны, доказывать и не пропускать эти законы в Санкт-Петербурге. Наверное, это самое главное. И юридически их обосновать можно, это я вам отвечаю, и можно делать расчеты и доказывать. Чем, в принципе, я и занимаюсь сейчас.



Виктор Резунков: Анна Борисовна, у вас интересная биография, вам удалось оказаться не только в исполнительной власти, но и в банковском сообществе, скажем так, вы были некоторое время вице-президентом Банкирского дома «Санкт-Петербург». Как вы знаете, сейчас в Москве продолжается скандал вокруг дела главы «ВИП-банка» Алексея Френкеля, который обвиняется в убийстве первого зампреда Центрального банка Андрея Козлова. Алексей Френкель, в свою очередь, обвиняет банкиров из Центрального банка России в коррупции. Что можно сказать о банковском обществе Петербурга того времени и нынешнего? Что вы видите, какие изменения произошли?



Анна Маркова: Ну, изменения произошли такие же, как произошли и по всей стране. Она изменилась, сейчас совершенно другие структуры, вышли мощные игроки. Очень усилилось влияние Центробанка, и я думаю, что все это видят. И банковское сообщество точно так же живет и работает, по таким же законам, как и сообщество любое корпоративное, те же самые правоохранительные органы, государственная власть, - закрытая система. Посмотрите, органы госвласти открыты? Несмотря на то, что нам говорят: «Выходите на сайт, все смотрите, все открыто, все доступно», вот возникает тема тарифов, которую мы обсуждали, - и может обычный гражданин понять, из чего она складывается, на каком основании, как ему с этим бороться? Точно так же и в этом направлении. Банковская система – сложная закрытая система, она связана со сложными механизмами, в которых точно такие же коррупционные механизмы, как и в других. Это все звенья одной цепи. Финансирование, бюджет всегда были той темой, где были очень сложные схемы, связанные в первую очередь с прохождением денег. Где деньги, там и коррупция.



Виктор Резунков: Василий из Петербурга, пожалуйста.



Слушатель: Добрый вечер, Свобода. Анна Борисовна, здравствуйте. Я старый житель Питера, и изначально. Мы знаем, когда вы работали в нашем Фрунзенском районе, ваши заслуги в борьбе с преступностью, и вы в борьбе этой победили. И у меня вопрос. Вот мы живем – ни одной бани, столько населения – и ни одной бани нет. Дворцы строят, всякие постройки, но ни одной бани нет, это раз. Туалеты все позакрывали. Пирожки пекут, мороженое продают – все в бывших туалетах, это второе. И Купчинская улица, посмотрите, тротуары – ни одного тротуара. Когда-то изначально сделали асфальт, но забыли проложить телефонный кабель, солдаты зимой разогревали, делали и как попало заляпали. Люди ходят и спотыкаются. Но баню обязательно постройте! И еще что хотел сказать вам, вот выборная кампания, и Путину, и всем скажу. Никто не пойдет на выборы. Если беспризорности не будет положен конец, если пенсионеры и инвалиды будут нищенствовать – никто не победит, ни одна партия!



Виктор Резунков: Житель вашего района.



Анна Маркова: Да, я поняла, спасибо огромное. Я с большим удовольствием вспоминаю свою работу во Фрунзенском районе, но и с сожалением, что что-то не успела. Потому что проект этой бани, согласованный, был, но, к сожалению… Видите, все зависит от человека. Оказалась бы еще на несколько лет в районе работать – баня была бы, потому что был проект. Так же и в партиях, мы сейчас ориентируемся на людей, которые могут повести за собой, могут делать, могут работать и могут вокруг себя строить такой же коллектив. К сожалению, сейчас все действуют по такому принципу. Говорить о том, что не пойдем голосовать, – значит, вы отдадите голоса «Единой России», и у нас будет вот этот «одобрямс» и одна единственная практически партия, которая будет делать так, как будет говорить исполнительная власть. Поэтому я вас прошу, если вы хотите что-то изменить, пойти на выборы. Не только власть виновата, но и мы, которые позволяем это делать с собой.



Виктор Резунков: А за кого же голосовать? Вас не пускают, «Яблоко» не пускают.



Анна Маркова: Как это не пускают? Пустят, куда они денутся! За неделю, но пустят.



Виктор Резунков: Кстати, опять возвращаясь к этой же теме, предвыборной, я не могу не коснуться скандала, который продолжают обсуждать многие журналисты, и не только журналисты, но и политики, вызванный появлением газеты-двойника «Петербургский дневник». Некоторые эксперты подозревают партию «Народная воля» и вас, в частности, в ее издании. Насколько соответствует это действительности? Вы знаете эту газету, и там достаточно негативная информация в отношении Валентины Матвиенко была напечатана.



Анна Маркова: Вы знаете, по-моему, это просто пиар-кампания, которая и создана для того, чтобы увеличить рейтинг что ли Валентины Ивановны Матвиенко. Потому что ей в этой ситуации можно только посочувствовать. Хотя ничего нового, я эту газету даже не видела. Слухи о ее распространении миллионным тиражом явно в городе преувеличены, потому что я сумела ее достать, мне ее принесли склеенную, где-то оттиражированную. Нет ее даже в городе. Я посмотрела, почитала, и вы знаете, люди, которые имеют дело с Интернетом и читают газеты регулярно, по-моему, для них это не новинка. Там просто систематизировано, скомпоновано все то, что писали о Валентине Ивановне, о Тюльпанове, о «единороссах» последние три года. Я не увидела ничего абсолютно нового, чего бы не было в Интернете за последние три года.


Для человека, который, может быть, этим не пользовался и не читает, не владеет этой информацией, все это, скомплектованное в одном месте, должно было произвести впечатление, потому что на нашу старую петербургскую интеллигенцию, конечно, это должно было произвести впечатление просто гадливости и брезгливости. И по идее здесь цель одна – чтобы люди не ходили голосовать, потому что это грязь, противно, даже муторно к этому прикасаться, к этим выборам. А Валентине Ивановне можно только посочувствовать, потому что если такая беда существует, то это действительно беда, и издеваться над этим, наверное, просто грех.


Конечно, никакой причастности и быть не может, потому что есть у меня отношение – я прихожу к вам с удовольствием, я говорю об этом. Я подготовила обращение к жителям великого города, причем подписалась полностью, вплоть до телефона, и сказала, что я думаю и об этой башне, и о политике в городе, и о коррупции, и о системе выборов. Но я подписалась, что вот я, Маркова, и делайте со мной, что хотите, но это мое мнение. Я вспоминаю 2003 год, когда так же была распространена черная какая-то пиар-продукция.



Виктор Резунков: Тогда еще в большей степени даже.



Анна Маркова: Да, тогда в еще большей степени. И было уже задержание двоих людей, которое никуда не привело. Как потом выяснилось, сами же, чтобы посочувствовали, пожалели, и придумали. Поэтому политтехнологи сейчас способны на очень многое. И я бы не придавала большого значению этому «Дневнику», потому что его в городе нигде не найти, я его не вижу. А то, что там есть, все это есть в Интернете, берите и читайте, кто хочет.



Виктор Резунков: Наталья из Москвы, пожалуйста.



Слушатель: Здравствуйте. Скажите, пожалуйста, интересовались ли проверочные комиссии вопросом, почему вместо обычных ящиков на избирательных участках для сбора бюллетеней теперь какие-то сложные механизмы? При этом последние выборы были – там предупреждали, чтобы обязательно галочка вписывалась в квадратик. Меня это навело на грустные мысли.



Анна Маркова: Ну, не только вас. Вы знаете, я обязательно ваш вопрос задам. Завтра в 9:30 в Санкт-Петербург приезжает Вешняков, и он собирает всех лидеров партий, чьи списки были зарегистрированы, и меня тоже пригласили. Это очень хороший признак. Если бы сняли нашу партию, я думаю, я завтра не была бы приглашена на эту встречу. И я ваш вопрос завтра обязательно задам и потом прокомментирую.



Виктор Резунков: Во многих регионах страны «Единая Россия» почему-то оказалась в списках на первом месте – тоже наводит на определенные мысли.



Анна Маркова: Да, хороший вопрос, тоже наводит. Очень вовремя вы его задали, спасибо.



Виктор Резунков: Так же как и фамилии кандидатов напечатаны разными шрифтами, от «Единой России» другим шрифтом.



Анна Маркова: Да-да.



Виктор Резунков: Вот интересная сегодня информация прошла, я хотел бы с вами ее тоже обсудить в конце нашей программы. Сегодня «Фонтанка.Ру», интернет-издание, сообщает, что Северо-Западное управление внутренних дел Петербурга и Ленинградской области разослало по своим подразделениям телетайпы, предписывающие предоставить до 21 февраля в отдел кадров список сотрудников неславянских национальностей. Из общего количества сотрудников милиции – неславян предписано отдельно выписать всех, занимающих руководящие должности. Чем вы можете объяснить такие вот вещи?



Анна Маркова: Вы знаете, честно говоря, то, что вы сейчас прочитали, это было всегда.



Виктор Резунков: Всегда, вы имеете в виду, наличие некоей пятой графы в отделе кадров милиции?



Анна Маркова: Понимаете, на самом деле это относится к определенным тонкостям оперативной работы, и оно существует, сколько существуют правоохранительные органы. Потому что в своей среде, я думаю, ни для кого не секрет, что та самая организованная преступность, она далеко не глупа, последнее время работает гораздо быстрее и точнее, и многие засылают именно «своих» и выращивают своих представителей в органах правоохранительных, в органах исполнительной власти и так далее. Управление собственной безопасности должно с этим бороться. Вы понимаете, что все далеко не просто в этом мире. И это не только пятая графа, и это связано сейчас и с терроризмом, а терроризм, вы понимаете, откуда к нам приходит. Просто опять совершено идиотский чиновнический поход. Какой-то дурак-чиновник написал так в милицейских погонах, а дальше все это растиражировали. Смысл в этом совершенно другой, и всегда это существовало, и всегда будет существовать, чтобы в своих рядах… Хотя тут надо и с другой стороны к этому подходить, смотреть, что происходит.



Виктор Резунков: Людмила Дмитриевна из Петербурга, пожалуйста.



Слушатель: Я хочу сказать в отношении любви к Валентине Ивановне. Понимаете, у нее плохое отношение а нашему народу. Наш народ ходит пешком от ЦПКО до станции метро «Горьковская».



Анна Маркова: Вы знаете, я сама живу в поселке Парголово. Там поселок такой рабочий, и сейчас коренным жителям там уже по 70-80 лет. Если раньше существовала маршрутка, были автобусы, то сейчас старики и старухи просто ходят пешком в магазин и добираются до города. Я единственная, кого хорошо знают, я всегда проезжаю и в свою машину сажаю всех, кто идет пешком. Ну, это ужасно. А вот в отношении плохого отношения и вообще к дорожному движению, к тому коллапсу, который существует сейчас в городе, у меня тоже определенное отношение. Но я думаю, что это уже другая тема другой беседы.



Виктор Резунков: Спасибо большое, Анна Борисовна.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG