Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сербия не может быть признана напрямую ответственной за преступления в Боснии


Программу ведет Андрей Шароградский. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Софья Корниенко, Айя Куге.



Андрей Шароградский: Международный суд ООН постановил сегодня, что Сербия не несет прямой ответственности за геноцид во время боснийской войны 90-х годов XX века. Суд, штаб-квартира которого находится в Гааге, впервые признал геноцидом убийство около 8 тысяч боснийских мусульман в Сребренице. При этом суд счел нужным отметить, что Сербия могла приложить усилия, чтобы не допустить этой трагедии.



Софья Корниенко, Гаага: Несмотря на то, что согласно постановлению суда, юридический наследник Федеративной Республики Югославия - государство Сербия не может быть признано напрямую ответственным за преступления в Боснии, по Конвенции ООН 1948 года о геноциде Сербия виновна в том, что не предприняла шагов для предотвращения трагедии в Сребренице. Президент Международного суда Розалин Хиггинс.



Розалин Хиггинс : Нами не было найдено прямых доказательств того, что Федеративная Республика Югославия оказывала поддержку обвиняемым в геноциде в полном сознании того, что эта поддержка будет использована для осуществления актов геноцида. Федеральные власти Югославии, по мнению суда, должны были однако принять все возможные меры для предотвращения трагических событий, уже начавшихся к тому времени. Хотя масштаб этих событий невозможно было с точностью предвидеть, его можно было предположить.



Софья Корниенко: Зачитывая приговор, Розалин Хиггинс сказала также, что самую справедливую оценку событиям июля 1995 года в Сребренице уже дал несколько лет назад Международный трибунал по бывшей Югославии, который вынес обвинительный приговор по делу о геноциде в Сребренице одному из непосредственных участников преступления Радиславу Крштичу. По словам президента Международного суда, Сербия виновна также и в том, что недостаточно сотрудничает с Международным трибуналом, отказывая в экстрадиции главного обвиняемого в геноциде в Сребренице Ратко Младича, который, по данным трибунала, до сих пор находится в Сербии.


Что же касается остальных убийств во время войны на территории Боснии, суд не нашел достаточно оснований, чтобы причислить их к разряду «геноцид». Напомню, что война в Боснии началась весной 1992 года. Всего в ней погибло, по последним подсчетам, около 110 тысяч человек, 60 тысяч из которых были боснийскими мусульманами.


Боснийская делегация уедет из Гааги не с пустыми руками, заявил глава делегации, адвокат, представляющий интересы Боснии, господин Фон ван ден Бизен.



Фон ван ден Бизен : Сербия знала, что геноцид, возможно, будет иметь место, и ничего не предприняла. Суд признал это. Далее, суд указал на систематическое нарушение Сербией обязательств по выдаче Международному трибуналу лиц, обвиняемых в геноциде, в особенности - Ратко Младича. Сербии поручено незамедлительно принять эффективные меры с целью выдачи Младича. Наша сторона удовлетворена этими решениями суда. Было упомянуто, разумеется, что Сербия пока игнорировала призывы ООН об экстрадиции обвиняемых в геноциде. Но мир меняется, и если Сербия хочет причислить себя к сообществу цивилизованных стран, ей, в конце концов, придется подчиниться.



Софья Корниенко : Итак, создан прецедент, ранее суд еще ни разу не высказывался по обвинениям, предъявленным одним государством в отношении другого.


Президент Международного суда Розалин Хиггинс подтвердила, что Международный суд справедливости ООН был по праву уполномочен вынести вердикт по вопросу виновности Сербии в геноциде в Боснии. Ранее Сербия оспаривала полномочия Международного суда, так как в начале 90-х годов Сербия не состояла в ООН.


Следует отметить, что решение Международного суда в Гааге выделить Сребреницу в списке преступлений боснийских сербов в Боснии может рассматриваться и как попытка еще раз покаяться в бездействии ООН, конкретно - нидерландского контингента, во время трагедии. Десятки боснийских вдов стояли в понедельник утром перед входом во Дворец Мира в Гааге с плакатами «Сербия виновна» и «Это был геноцид».



Фон ван ден Бизен : Я думаю, что признание Международным судом трагедии в Сребренице как несомненного примера геноцида и признание ответственности Республики Српски в совершении этого преступления имеет огромное моральное значение для близких погибших. Суд подтвердил, что они были правы в своем гневе, годами стуча во все двери, чтобы их горе было услышано, и чтобы мир откликнулся на их жалобу.



Софья Корниенко : При этом суд отклонил требования Боснии и Герцеговины к Сербии о выплате денежной компенсации, отметив, что финансовое разрешение спора в данном случае неуместно.



Андрей Шароградский: Теперь о том, как восприняли сегодняшний вердикт на Балканах, прежде всего в Белграде и Сараеве.



Айя Куге, Сараево: В Сараеве решением международного суда ООН очень разочарованы. Некоторые из тех организаций в Боснии, которые защищают права мусульманских жертв, уже сообщили, что такие выводы высшей судебной инстанции ООН указывают лишь на то, что современный мир не имеет ни инструментов, ни воли, ни желания предупредить акты геноцида.


Руководство Республики Сербской в Боснии наоборот, довольно решением в Гааге, несмотря даже на то, что фактически ответственность за геноцид в Сребренице перекладывается с Сербии на боснийских сербов.


В Белграде приговор международного суда все считают большим успехом. Облегчения не скрывают ни обычные люди, ни политики. Как в своем обращении к гражданам заявил президент Сербии Борис Тадич, очень важно, что Сербия не провозглашена виновной за геноцид в Боснии, но всё-таки тяжело, что государство должно нести ответственность за то, что не было предпринято всё, чтобы не случился геноцид против боснийских мусульман в Сребренице.



Борис Тадич: Политика, которая привела к тому, что мы снова в негативном виде оказались в центре внимания мировой общественности, была политикой режима Слободана Милошевича. С 2000 года до нынешнего дня демократическая Сербия работает над тем, чтобы изменить такое представление о нас. Теперь, когда мы получили судебный эпилог той трагической политики, ясно, что каждый, кто в Сербии будет сопротивляться сотрудничеству с Гаагским трибуналом и принятию в парламенте декларации, осуждающей преступления в Сребренице, прямым образом действует против интересов своего государства и будущего её граждан.



Айя Куге: Президент Сербии Тадич считает, что если Сербия не выполнит решение суда и не выдаст Гаагскому трибуналу обвиняемых в военных преступлениях, среди них обвиняемого в геноциде в Сребренице генерала Ратко Младича, политические и экономические последствия для страну будут драматичными.


Представитель специальной прокуратуры Сербии по военным преступлениям Бруно Векарич заявил, что для сербов решение Международного суда имеет историческое значение.



Бруно Векарич: Я считаю, что это решение имеет не только формально-юридические характер, но, судя по всему, и историческое значение. Им опровергнуто частое утверждение о том, что сербы являются народом, осуществляющим геноцид. С другой стороны, важен и вердикт, согласно которому государственные органы Сербии не предприняли всё, чтобы предотвратить такое преступление, какое было совершено в Сребренице.



Айя Куге: Белградские аналитики отмечают, что приговор суда ООН является важным для нормализации политических отношений на Балканах.



Андрей Шароградский: Прокомментировать вердикт Международного суда ООН я попросил известного российского специалиста по странам бывшей Югославии Сергея Романенко.


Сергей, скажите, почему все-таки на этот раз обвинения выдвигались именно против Сербии, не против боснийских сербов, которые всегда обвинялись в этом преступлении в Сребренице, а именно против Сербии?



Сергей Романенко: Все дело в том, что это касается не только Боснии и Герцеговины, но и Хорватии. Оба этих государства, которые возникли после распада Югославии, считают, против них была совершена агрессия. Агрессия, естественно, совершалась со стороны даже не Сербии, а тогда это называлось Союзная Республика Югославия, которая состояла из Сербии и Черногории. Естественно, политическая власть находилась в Белграде, находилась в руках Милошевича. Поэтому возникает, кстати, очень сложная политико-правовая коллизия, потому что сейчас Сербия независимое государство, Черногория независимое государство. Кроме того, надо сказать, что Сербия сделала, несмотря на все противоречия, но значительный шаг в сторону от наследия Слободана Милошевича. Поэтому, мне кажется, что обвинять современное сербское государство, делать его ответственным за геноцид 1992-1995 годов было, в общем, неправомерно, несправедливо.



Андрей Шароградский: Вот, решение принято, согласно которому кровавая бойня в Сребренице названа геноцидом. В то же время за Сербией не признана прямая ответственность в этом преступлении. Как вы считаете, сегодняшний вердикт Международного суда ООН, окажет ли он стабилизирующее воздействие на ситуацию на Балканах?



Сергей Романенко: Мне кажется, что, наверное, будет не очень удовлетворена или совсем не удовлетворена боснийская сторона. Там ведь иск подавался со стороны не только мусульман-босняков, но и боснийских хорватов. Кроме того, конечно, непонятно, как это отразится на внутренней ситуации в самой Боснии и Герцеговине. Но я думаю, в данном случае такой компромиссный характер, наверное, должен удовлетворить сербскую сторону, не говоря уже о том, что все-таки президент Сербии Борис Тадич, например, считает, что нужно признать факт преступления в Сребренице. Другое дело, что нельзя всю войну, это, безусловно, так, 1992-1995 годов, объявлять геноцидом. Потому что не только сербы совершали подобные преступления, хотя, может быть, в более мелких масштабах, но их, к сожалению, совершали и боснийские мусульмане по отношению к сербам и хорватам, и хорваты по отношению к сербам и боснийским мусульманам. Поэтому каждую сторону, наверное, в какой-то степени можно обвинить в проведении политики геноцида. Другое дело, что именно со стороны сербов это приняло наиболее массовые масштабы, вот в этом проблема. А так в одну сторону делать ответственность, я думаю, это было бы тоже неправомерно и несправедливо.



Андрей Шароградский: А почему этот иск рассматривался именно в Международном суде ООН, а не в Международном трибунале по военным преступлениям бывшей Югославии?



Сергей Романенко: Это вообще-то история восходит к 1993 году, там 20 июня, если я не ошибаюсь, Босния и Герцеговина подала этот иск и до прошлого года, так сказать, ему не давали ходу. Но в прошлом году делу был дан ход и поэтому сейчас был вынесен вердикт. Но я просто думаю, что речь идет о компетенции, разной компетенции разных судов. Конечно, в том виде, в каком был предъявлен иск Боснии и Герцеговины к Сербии, он просто не может быть рассмотрен трибуналом по военным преступлениям бывшей Югославии, потому что он опирается на конвенцию против геноцида, которая была принята 1948 году, согласно которой геноцид объявляется тягчайшим преступлением против человечества и предусматривает, кстати, и уголовную ответственность, но международную уголовную ответственность за подобные преступления. Речь идет просто о разной юрисдикции, о разной компетенции двух судов, между которыми общее только одно - то, что они созданы в ООН и находятся в Гааге. А так это совершенно учреждения.


XS
SM
MD
LG