Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Правильное ведение беременности


Ольга Беклемищева: Сегодня наша программа в определенном смысле – это продолжение предыдущей. Потому что проблемы детства начинаются еще во внутриутробном периоде. И мы постараемся сегодня ответить на вопрос: как правильно выносить и родить ребенка?


Сегодня мы, к сожалению, можем констатировать, что знаний, которыми вполне можно было обходиться нашим мамам и бабушкам в этом вопросе, уже недостаточно для современных будущих мамочек. Борьба с естественным отбором, ухудшение экологических условий, изменение режима питания – все это приводит, к сожалению, к прогрессивному снижению жизнеспособности каждого следующего поколения. И поэтому очень важно правильно вести беременность.


Сегодня у нас в гостях - профессор Василий Алексеевич Петрухин, акушер-гинеколог, руководитель 1-й клиники в Московском областном НИИ акушерства и гинекологии, чья докторская диссертация была посвящена сахарному диабету у беременных, а также руководитель Областного Центра «Сахарный диабет и беременность». В нашем разговоре также примет участие наш постоянный американский эксперт - профессор Даниил Борисович Голубев.


И мы начинаем. Василий Алексеевич, сейчас часто говорят, что не более 10 процентов беременностей протекают физиологически нормально. А как обстоит дело с остальными 90 процентами? Какие самые частые патологии встречаются у современных мамочек?



Василий Петрухин: Наиболее частыми осложнениями беременности на сегодняшний день являются – угроза прерывания беременности, воспалительные заболевания женских половых органов, и соответственно, эта инфекция передается ребенку, внутриутробная инфекция, развитие эндокринопатий, которые обусловлены как сахарным диабетом, так и патологией щитовидной железы, гестозы – наиболее опасные для жизни матери и ребенка осложнения, а также преждевременные роды, обусловленные всеми перечисленными выше факторами.



Ольга Беклемищева: А вот сахарный диабет... Имеется в виду тот сахарный диабет, который уже был у женщины до того, как наступила беременность, или тот, который развивается во время беременности?



Василий Петрухин: Надо сказать, что если 10 лет тому назад наибольшую проблему представлял сахарный диабет, который существовал до беременности, - это сахарный диабет первого и второго типов, то на сегодняшний день эти женщины, благодаря успехам здравоохранения, достаточно благополучно... ну, относительно благополучно вынашивают беременность. У них практически мы не отмечаем гибели детишек или рождения детей в крайне тяжелом состоянии, хотя и это тоже бывает. А вот на первый план выходит диабет, который развивается во время беременности, и который вроде бы после беременности бесследно исчезает. Вот по влиянию на ребенка, потому что он начинается без каких-либо серьезных симптомов, он наиболее опасен сейчас, с нашей точки зрения.



Ольга Беклемищева: И я думаю, что мы как раз, прежде всего, поговорим именно о втором диабете.


Но для начала я просто хочу обратить внимание наших слушательниц на то, что если у вас есть сахарный диабет до беременности, то это отнюдь не приговор.


Василий Алексеевич, вот на самом деле, если у женщины уже есть сахарный диабет – ведь это, действительно, актуальнейшая проблема. Всемирная организация здравоохранения отметила, что буквально через 10 лет практически каждый второй будет иметь тот или иной вид диабета. Вот что делать? Ведь многие женщины настолько боятся этого, что приходят в женскую консультацию гораздо позже, чем надо было бы, потому что боятся, что их отправят на прерывание беременности.



Василий Петрухин: Совершенно верно. И к сожалению, в России, в ряде регионов (а приходится ездить по России) до настоящего времени диагноз «сахарный диабет», тяжелых его форм, - это как знак равенства к прерыванию беременности. Ее категорически запрещают.


Хотя надо сказать официально, резко снизились показания к прерыванию беременности, их стало очень мало. Можно выделить, например, такое показание, как ишемическая болезнь сердца. Ну, я за свою практику, а я уже практически больше 20 лет занимаюсь этой проблемой, ни разу не видел ни одной беременной с ишемической болезнью сердца. Есть очень узкий круг показаний. Но главное, как вы уже правильно сказали, что женщина должна прийти до беременности, чтобы спланировать эту беременность, минимизировать те осложнения, которые характерны для сахарного диабета – и тогда ей гарантировано...



Ольга Беклемищева: И минимизировать влияние осложнений на ребенка.



Василий Петрухин: Естественно. С первого дня беременности. Потому что закладка всех органов и систем, скажем так, фундамента благополучной беременности происходит с первого дня беременности, с первой минуты беременности. И если минимизировать осложнения, то шанс на рождение благополучного, здорового (ну, в определенных понятиях) ребенка очень велик.



Ольга Беклемищева: Обратите внимание, уважаемые слушательницы, потому что это очень важно.


К сожалению, как вы мне сказали, только в этом году появилась методичка для акушеров-гинекологов женских консультаций, где разъясняется этот момент, что сахарный диабет – это не препятствие для беременности. И мы сразу спешим об этом сообщить нашим слушательницам, чтобы они были в курсе. А вот этот Московский областной НИИ акушерства и гинекологии, который представляет наш уважаемый гость, он как раз и специализируется, насколько я знаю, на ведении беременных с сахарным диабетом, и имеются очень хорошие результаты.



Василий Петрухин: Да, конечно.



Ольга Беклемищева: А сейчас у меня вопрос к нашему американскому эксперту – профессору Даниилу Борисовичу Голубеву. Актуальна ли для американских медиков проблема диабета у беременных?



Даниил Голубев: Весьма актуальна, если принять во внимание, что в Америке около 4 процентов всех случаев беременности осложняются нарушениями углеводного обмена – это приблизительно 130-140 тысяч беременностей в год. У 12 процентов женщин диабет диагностируется еще до беременности – это предгестационный сахарный диабет первого или второго типа, а у 88 процентов заболевание возникает непосредственно на фоне беременности - это гестационныйдиабет, и он наступает в 100 раз чаще, чем беременность, протекающая на фоне предгестационного сахарного диабета.


Предгестационный сахарный диабет считается одним из наиболее опасных экстрагенитальных заболеваний, при котором высок риск для здоровья и жизни матери и плода. В ходе многих клинических и экспериментальных исследований и наблюдений удалось показать, что гипергликемия и связанные с ней метаболические нарушения влияют на развитие целого ряда перинатальных осложнений, включая самопроизвольные аборты, преждевременные роды, гипоксию, внутриутробную гибель плода и врожденные пороки развития у детей, нередко не совместимые с жизнью. У матерей с предгестационным сахарным диабетом чаще отмечается многоводие, инфекция мочевыводящих путей, развитие и прогрессирование сосудистых осложнений сахарного диабета во время беременности.


Учитывая все вышеперечисленные причины, а также неудовлетворительные исходы беременности в 30-ти, а то и 50 процентах случаев, до 80-х годов прошлого столетия во многих странах, включая Америку, врачи рекомендовали женщинам с сахарным диабетом вообще избегать беременности. В случае же наступления беременности для улучшения обмена веществ у матери и снижения риска развития перинатальных осложнений у плода женщины проводили почти всю беременность в стационаре под постоянным наблюдением специализированной бригады.


В настоящее время подход к проблеме беременности на фоне сахарного диабета коренным образом изменился. Появление новых технологий в производстве высокоочищенных генно-инженерных инсулинов человека и качественных средств самоконтроля позволяет больным сахарным диабетом самостоятельно управлять своим заболеванием, своевременно и гибко корригировать инсулинотерапию в зависимости от результатов самоконтроля и добиваться стабильной компенсации заболевания.


Доказано, что оптимизация контроля гликемии, выявление и стабилизация поздних осложнений диабета и сопутствующих заболеваний задолго до зачатия достоверно снижают частоту развития различных видов перинатальной патологии, осложнений беременности и предотвращают прогрессирование сосудистых осложнений сахарного диабета во время беременности. С начала 90-х годов принято проводить обязательную предгравидарную подготовку у всех женщин с сахарным диабетом.



Ольга Беклемищева: Спасибо, Даниил Борисович.


Вот как раз на сегодняшний день хорошо видны успехи медицины. И это не может не радовать.


Василий Алексеевич, по-моему, мы уже донесли благую весть до наших слушателей по поводу того, что правильным образом ведя себя с диабетом, можно родить здорового ребенка. А вот когда у девочки нет никакого диабета, она приходит в женскую консультацию – и тут...



Василий Петрухин: Настороженность на развитие гестационного сахарного диабета должна быть в ста процентах случаев. И во многих странах за рубежом проводится скрининг в ста процентах на наличие гестационного сахарного диабета. Потому что вот эти гормоны, которые вырабатываются во время беременности, они у всех женщин вырабатываются, и как они повлияют, каковы резервы поджелудочной железы в выработке инсулина, не известно. Есть группы риска повышенные и крайне высокие. И надо сказать, что особую осторожность надо проявлять тем женщинам, у которых избыточная масса тела, а это наиболее часто встречающийся фактор. Вот по нашим данным, это 25 процентов среди всех пациенток, которые заболели гестационным диабетом. Это женщины, у которых мамы, папы или ближайшие родственники болеют диабетом. Это пациентки, у которых дети предыдущих беременностей были крупнее 4 килограммов, у кого погибали дети...



Ольга Беклемищева: Отягощенный акушерский анамнез.



Василий Петрухин: Да. И масса других факторов. То есть я всегда говорю так: проще обследовать всех, потому что на начальных этапах это очень легко сделать. Надо смотреть количество сахара, есть ли сахар. Но обязательно не в утренней порции, как, к сожалению, смотрят у нас до сих пор во многих женских консультациях, а в суточном количестве, за сутки, есть ли сахар.



Ольга Беклемищева: Имеется в виду моча.



Василий Петрухин: Да. А также сахар крови не только натощак опять-таки, что делается повсеместно, но и через два часа после еды.



Ольга Беклемищева: И это очень важно, уважаемые слушатели. Потому что традиционно для диабета используют кровь, взятую натощак. А беременность – это несколько особое состояние. И почему нужно брать анализ все-таки после еды?



Василий Петрухин: Потому что свойство гестационного диабета, то есть диабета, который развивается во время беременности, - это не пониженная продукция инсулина, а наоборот, даже его повышенная продукция. Но его не хватает для обеспечения всех потребностей растущего организма ребеночка и мамы. И вот здесь, понятно, если ночью мама не кушает ничего, и ей, наоборот, сказали, что она должна сдать кровь на сахар, то она будет строго соблюдать диету, то и сахар будет не только, может быть, нормальный, а даже чуть ниже нормы. В то время как пищевая нагрузка, она предоставит большую потребность в инсулине, и организм с этим не справится. То же самое касается и мочи. Но исследование мочи вообще не требует никаких, скажем так, психологических затрат, это даже не прокол пальца...



Ольга Беклемищева: В принципе, даже не требует визита в женскую консультацию. Можно купить тест-полоски.



Василий Петрухин: Да, тест-полосками можно совершенно спокойно определять дома.



Ольга Беклемищева: Но только имеется в виду суточная...



Василий Петрухин: Да, суточная, в течение дня собранная.



Ольга Беклемищева: Но вот если выявилось, что ситуация с сахаром не очень хорошая, то что нужно делать?



Василий Петрухин: Непременно надо лечь в стационар. То есть если выявляется гестационный диабет, то больная должна лечь в стационар, чтобы выяснить досконально, какова степень выраженности этих симптомов, повлиял ли уже диабет на ребенка или нет. Потому что, конечно, чаще вот этот гестационный диабет развивается после 20 недель, потому что плацента начинает функционировать активно в эти сроки.



Ольга Беклемищева: То есть на поздних сроках беременности.



Василий Петрухин: И сейчас считается, что тесты надо проводить до 24 недель на наличие гестационного диабета, потому что есть определенные тесты – у кого группы высокого риска, то надо проводить тесты с глюкозой. То есть женщина пьет глюкозу, а потом берется у нее сахар крови. А если вдруг, не дай Бог, выявили этот диабет, то обязательно надо лечь в стационар.


Потом назначается диета. Если диета не помогает в течение двух недель – сахар крови не нормализуется, тогда надо, не боясь, переходить на инсулинотерапию ради здоровья ребенка.



Ольга Беклемищева: А каким образом повышенный сахар в крови может повлиять на ребенка?



Василий Петрухин: Вы знаете, вот уже наш коллега из Америки говорил о том, что наиболее частый случай – это развитие диабетической фетопатии, то есть это комплекс проявлений у ребенка различной степени тяжести. В легких случаях – это просто увеличение подкожно-жировой клетчатки, а в тяжелых случаях – это увеличение печени, селезенки, сердца плода, вплоть до внутриутробной гибели ребенка. И частота гибели детей внутриутробно или в раннем послеродовом периоде, то есть до семи суток, она в пять-шесть раз выше, чем среди популяции. И это очень опасно. Поэтому бояться того, что... очень многие женщины боятся, что «я привыкну к инсулину, останусь на инсулине» - это абсолютно неверное представление. Сейчас инсулины абсолютно другие, и к ним никакого привыкания не будет.



Ольга Беклемищева: Так что, уважаемые дамы, политика страуса, который думает, что все каким-то образом образуется, если об этом не думать и не знать, она очень опасна. И я напоминаю о том, что говорила в начале нашей передачи. Усилиями медиков естественный отбор у нас почти как бы исчез. Это, с одной стороны, слава Богу, - больше детей остаются живыми. А с другой стороны, мы должны понимать, что каждое следующее поколение все-таки немножко болезненнее предыдущего. И это надо учитывать.


А вот кроме диабета, что еще может быть опасным для беременности в современных условиях?



Василий Петрухин: Ну, в современных условиях масса, конечно, факторов влияет... Конечно, это патология почек, это артериальная гипертензия, это на их фоне развивающийся гестоз – наиболее тяжелое осложнение беременности, опять-таки достаточно скрытая патология щитовидной железы. То есть по данным скрининга по России, в ряде регионов, и мы проводили в Московской области, 26 процентов беременных имеют ту или иную степень патологий щитовидной железы. Потому что мы все-таки в регионе с дефицитом йода живем. И вся Россия практически – это йододефицитный регион.



Ольга Беклемищева: И я напоминаю о том, что в прошлой передаче академик Баранов очень много говорил о том, что нужно бороться с йодным дефицитом каждому из нас.



Василий Петрухин: Да. Приведу такой пример. По нашим данным, 5 процентов всех беременных женщин имеют гипотиреоз. У них частота рождения ребенка с болезнью Дауна – 1 к 37. А если брать в популяции, то 1 к 700. То есть колоссальная частота рождения детей с болезнью Дауна.



Ольга Беклемищева: То есть практически в 14 раз выше.



Василий Петрухин: В том-то и дело. Потому что считается, что болезнь Дауна – это непредсказуемая ситуация. А оказывается, что, наверное, в каких-то случаях мы сможем ее ликвидировать, если своевременно... опять-таки своевременно мы скомпенсируем вот эти патологии.



Ольга Беклемищева: А какие могут быть общие рекомендации? Вот вы советуете будущим мамам обязательно проверять сахар, соблюдать диету, чаще ходить к врачу. А что еще?



Василий Петрухин: Ну, все довольно банально, никакой Америки мы здесь не откроем. Во-первых, как я уже сказал, избыточный вес. То есть если есть избыточный вес, то это является фактором риска для развития не только гестационного диабета, но и диабета второго типа в дальнейшем.



Ольга Беклемищева: И кстати, вы как раз мне говорили о том, что появление гестационного диабета - на самом деле это звонок и для самой мамы, не только опасность для плода, но и некоторый предупреждающий звоночек, что потом может развиться диабет второго типа достаточно часто.



Василий Петрухин: Да. И данные статистики говорят о том, что где-то от 60 до 70 процентов женщин, у которых был диабет во время беременности, а после беременности он вроде бы исчез абсолютно, и никаких данных, даже при углубленном обследовании не выявлялось, в дальнейшем может развиться диабет второго типа со всеми его тяжелейшими последствиями, которые мы знаем, - это и ишемическая болезнь сердца, это и гангрена, и слепота, и так далее. Поэтому если женщина во время беременности перенесла, даже в легкой форме, гестационный диабет, компенсировала его диетой, то в дальнейшем она раз в полгода обязательно должна посещать эндокринолога для контроля над своим углеводным обменом.



Ольга Беклемищева: И конечно, следить за собственным весом.



Василий Петрухин: Безусловно. Здоровый образ жизни никто не отменял.



Ольга Беклемищева: Но его довольно трудно соблюдать в современных условиях. Вам так не кажется, Василий Алексеевич?



Василий Петрухин: К сожалению, да. Но надо.



Ольга Беклемищева: На самом деле на кону стоят очень важные вещи.


И возвращаясь опять же к нашей теме – к нашим любимым беременным мамочкам. Сейчас наверняка увеличится количество женщин, которые пойдут рожать второго и третьего ребенка, поскольку им вроде бы пообещали поддержку. Вот есть какая-то разница в протекании первой и второй беременности, если, скажем, в первой беременности уже были какие-то сложности, в частности с сахаром?



Василий Петрухин: Надо сказать, что количество повторных родов стало возрастать в последние годы, и это не было связано с указами президента. Я думаю, что указы президента, конечно, еще больше стимулируют этот процесс. Но и вторые, и третьи роды у нас были и до указов, по нашим наблюдениям.



Ольга Беклемищева: Ну да, на самом деле стоит чуть-чуть улучшиться жизни – и женщины с удовольствием рожают и второго, и третьего ребенка.



Василий Петрухин: Да, с этим никто не будет спорить.


Но надо знать, что если в первую беременность был гестационный сахарный диабет, то практически стопроцентно он повторится и во вторую беременность. Тут нет никаких сомнений.



Ольга Беклемищева: И у меня вопрос Даниилу Борисовичу Голубеву. А что рекомендуют американские врачи делать для того, чтобы снизить риск возникновения гестационного диабета у беременных женщин?



Даниил Голубев: Считается, что причиной возникновения гестационного диабета является сниженная чувствительность клеток к собственному инсулину из-за высокого содержания в крови гормонов беременности. После родов уровень сахара в крови чаще всего возвращается к норме. Однако существует также и вероятность развития во время беременности диабета первого типа или существование невыявленного диабета второго типа. Вот в этом – главная опасность этого состояния.


По данным американских исследователей, чтобы своевременно выявить гестационный сахарный диабет и способствовать сохранению здоровья женщины и будущего ребенка, необходимо знать о факторах, способствующих возникновению этого типа диабета. Причем знать об этом должен не только врач, но и женщина, которая готовится стать матерью. Развитию гестационного диабета способствует генетическая предрасположенность, которая реализуется под воздействием определенных факторов риска. К ним относятся - избыточный вес; сахарный диабет у ближайших родственников; отягощенный акушерский анамнез, в частности, предыдущий ребенок, рожденный с весом более 4 килограммов; наличие гестационногодиабета в предыдущей беременности; хроническое невынашивание; многоводие; мертворождение; пороки развития у предыдущих детей. Если у женщины имеются перечисленные выше факторы риска, то при первом же обращении к акушеру-гинекологу в связи со своей беременностью у нее обязательно будут определять уровень сахара в крови и будут следить за этим показателем в течение всей беременности.


В наш век информационной насыщенности и планирования семьи женщины также должны быть осведомлены о возможном риске развития у них гестационногодиабета для своевременного обращения за квалифицированной медицинской помощью. Это позволит своевременно выявить заболевание и назначить лечение с целью сохранения здоровья женщины и рождения здорового ребенка.



Ольга Беклемищева: Спасибо, Даниил Борисович.


А сейчас я предлагаю послушать медицинские новости от Евгения Муслина.



Врачам разных специальностей следует больше интересоваться сексуальным здоровьем своих пациентов. Проблемы в супружеской спальне часто объясняются глубокими медицинскими причинами. Игнорируя нарушения в половой жизни, медики иногда рискуют упустить ранние признаки сердечной недостаточности, депрессии или других серьезных заболеваний. Так пишут в британском журнале «Ланцет» доктор Розмари Бассон и ее сотрудники из канадского Исследовательского центра сексуальной медицины в Ванкувере. Доктор Бассон и ее голландский соавтор доктор Виллиброрд Шульц из университетского медицинского центра в Гронингене проанализировали обширный массив медико-статистических данных и обнаружили существенную корреляцию между сексуальными нарушениями и такими болезнями как диабет, депрессия, сердечная недостаточность, рассеянный склероз и болезнь Паркинсона. «Жалоба пациента на импотенцию, - говорит сексопатолог из Нью-Йоркского университета доктор Эндрю МакКалох, - может быть вершиной целого медицинского айсберга». Так, например, трудности с эрекцией, характерные для пожилых мужчин, – частый признак сердечных болезней. В одном исследовании показано, например, что из 132 мужчин, имевших потом операцию на сердце, каждый второй задолго до операции жаловался на эрекцию. Такие жалобы предваряют в среднем 60 процентов кардиологических операций. Диагностировать болезни у женщин на основании сексуальных показателей труднее, чем у мужчин, но и у них падение, например, интереса к сексу вместе с некоторыми другими отклонениями от нормальной половой жизни может быть признаком гормональных нарушений, почечной недостаточности или диабета. «Будучи иногда индикатором нездоровья, секс может порождать и положительные медицинские мотивации, - говорит доктор МакКалох, - люди часто более склонны оздоровлять свой стиль жизни, если это сулит им перспективу лучшего секса».



Физически активные пожилые люди и даже те, кто стал активнее только после выхода на пенсию, способны сохранять равновесие при ходьбе гораздо лучше, чем их пассивные сверстники. В то же время люди, активные в молодые годы, но прекратившие физические упражнения с выходом на пенсию, быстро утрачивают эту способность. Об этом говорится в экспериментальном исследовании доктора Филиппа Перрэна и его коллег из университета Анри Пуанкарэ-Нанси, опубликованном в Международном журнале спортивной медицины. Пожилые люди с ослабленным чувством равновесия подвергаются повышенному риску падения и костных переломов. Однако комплекс физических упражнений, разработанный доктором Перрэном и его коллегами, позволяет укрепить мышцы и улучшить работу вестибулярного аппарата, тем самым задерживая его старение на 10-15 лет и значительно снижая травматологический риск.



Болезнь Дауна – это неизлечимая форма врожденного слабоумия, вызванная аномалией хромосомного набора. Рождение каждого такого ребенка – тяжелая трагедия для семьи. Чтобы трагедию предотвратить, на 13-ой – 16-ой неделе беременности производят предродовой генетический тест, в процессе которого в плодный пузырь вводят иглу и извлекают капельку жидкости для анализа. Американские акушеры рекомендуют всем будущим матерям проделывать такой тест. Однако подобная процедура повышает опасность выкидыша, когда может погибнуть потенциально здоровый ребенок. Специалисты американской биотехнологической компании «Равген» разработали новый, неинвазивный тест на синдром Дауна, безопасный и для матери, и для ребенка. В новом тесте для проверки хромосомных аномалий используются молекулы эмбриональной ДНК, извлеченные из образцов крови матери.



Ольга Беклемищева: И мы продолжаем. Василий Алексеевич, мы уже рассказали о тех нарушениях сахарного обмена, которые могут быть спровоцированы беременностью. И профессор Голубев подчеркнул, что одна из теорий – невосприимчивость клеток беременной женщины к собственному инсулину и является причиной этого гестационного диабета. Но ведь вообще беременность – это такой сложный процесс, в течение которого, наверное, может отказать любая система организма. Вот вы уже перечислили исходы осложнений беременности, то есть невынашиваемость и так далее. А какие могут быть нарушения на физиологическом уровне?



Василий Петрухин: Ну, в развитии многих осложнений беременности, в том числе и диабета, очень большая роль отводится иммунной системе. Конечно, очень многие механизмы в организме регулируются иммунологически.



Ольга Беклемищева: А ведь ее, в принципе, беременность подавляет, чтобы не было отторжения плода.



Василий Петрухин: С одной стороны, да, подавляет. А с другой стороны, какие-то механизмы и стимулирует. То есть в мире и в природе все взаимоуравновешено. Если что-то подавилось, то что-то активизировалось, чтобы было это равновесие. И конечно, очень выражены нарушения микроциркуляции, свертывающей системы крови. Многие хронические заболевания приводят к повышению свертываемости крови. И беременность сама по себе... все-таки роды – это кровопотеря, и организм готовится к кровопотере массивной. И повышается потенциал коагуляционный. То встреча вот этих двух неблагоприятных факторов может приводить к серьезным нарушениям микроциркуляции, вплоть до тромбозов, тромбоэмболий – что тоже может приводить, к сожалению, и к летальному исходу.



Ольга Беклемищева: А есть ли какие-нибудь способы профилактики?



Василий Петрухин: Конечно, есть. Во-первых, надо контролировать это все. Я еще раз говорю о том, что надо регулярно посещать женскую консультацию.



Ольга Беклемищева: Ну, это великая истина, которая от повторения совершенно не становится не истиной.



Василий Петрухин: Но, к сожалению, не все это понимают. И думают, что «если я себя хорошо чувствую, то никаких проблем у меня не будет». Хотя это не так. Есть опять-таки группа риска по развитию так называемых тромбоэмболических нарушений. Сейчас есть маркеры нарушения аутоиммунитета. Слава Богу, по крайней мере, в Москве, в Московском регионе это контролируется.



Ольга Беклемищева: Василий Алексеевич, давайте мы об этом расскажем подробнее, но только сначала ответим слушателю.


Нам дозвонился Константин из Петербурга. Здравствуйте, Константин.



Слушатель: Здравствуйте. У меня даже больше просьба, нежели вопрос, к вашему гостю. Пожалуйста, объясните нашим девочкам, которые сейчас как раз находятся в том самом возрасте, когда рожают детей, что нельзя питаться в «фаст-фудах», нельзя питаться в «Макдоналдсе» и прочих заведениях. Это просто прямой путь к вымиранию нации. Вот мне кажется, что это очень серьезно. Вы, как профессор, выскажите, пожалуйста, свою точку зрения по поводу этой отвратительной еды. Вот Америка, мне кажется, уже вымирает – вот эта страна толстых людей. Спасибо.



Ольга Беклемищева: Спасибо, Константин. Но я пока не наблюдаю вымирания Америки. Более того, достаточно рекордными темпами растет численность населения в этой стране.


Что вы думаете по поводу фаст-фуда, Василий Алексеевич?



Василий Петрухин: Ну, понятно, что питание в «фаст-фудах», оно наносит вред. Это уже, по-моему, всем понятно. Но его запрещать не надо. Надо как-то пропагандировать здоровое питание и кушать овощи с грядки, фрукты – это прекрасно. И если есть финансовые возможности потреблять экологически чистые продукты, то, конечно...



Ольга Беклемищева: Но вообще-то, беременная женщина не должна быть голодной. И уж если выбор такой: ничего или сосиска, - то лучше выбрать все-таки сосиску. Это так?



Василий Петрухин: Нет, сосиска – это тоже вредно. Лучше, как я всегда говорю, кусочек отварного мяса, не важно какого, но главное – не жирного, чем сосиска. Ну, конечно, еда в «фаст-фудах» – резко увеличивается вес. Все эти кока-колы, пепси-колы, все сладкие напитки, они тоже крайне негативно...



Ольга Беклемищева: Кстати, «Фанты», «Лимонады» и прочие «Буратино» - они тоже в этом печальном списке есть. Не надо пить сладкие, газированные напитки.



Василий Петрухин: К сожалению, в этот печальный список и соки попадают. Потому что лучше выпить свежевыжатый сок, чем вот те соки, которые мы видим на прилавках. По крайней мере, я беременным рекомендую, что если есть такая возможность, то лучше выпить свежевыжатый сок, и не важно – яблоко, морковка и так далее, чем пить сок консервированный, скажем так.



Ольга Беклемищева: Действительно, он не очень полезный.


Ну, хорошо. Но это как бы заход в сторону. И возвращаемся к тому иммунологическому контролю, который можно организовать в современных условиях. Что это такое? И где это делают?



Василий Петрухин: Часть исследований делают просто в женской консультации. Если выявляется группа определенного риска, а она опять-таки есть – какие указания на аутоиммунные нарушения до беременности, какие-то отягощенные анамнезы, прерывание беременности...



Ольга Беклемищева: Я напомню нашим слушателям, что аутоиммунные заболевания – это такие, как ревматоидный артрит...



Василий Петрухин: Ну да. Но уже такие крайние, как системная красная волчанка...



Ольга Беклемищева: Ну, если у родственников они были.



Василий Петрухин: Да-да. Есть более скрытые формы. Но сейчас мы не будем в это углубляться.


Есть специализированные лаборатории, где проводят исследования. Вот сейчас очень популярно обследование на антитела к фосфолипидам, волчаночный антикоагулянт, антитела к хорионическому гонадотропину, то есть к гормону, который вырабатывается плацентой. И вот при нарушении этих антител имеются выраженные патологии со стороны матери и плода.



Ольга Беклемищева: Спасибо, Василий Алексеевич.


И следующий слушатель – это Татьяна из Москвы. Здравствуйте, Татьяна.



Слушатель: Здравствуйте. У меня вот какой вопрос. Меня очень и очень беспокоит моя дочь. Она до родов весила 50 килограммов при росте 164 сантиметра. И во время беременности она очень поправилась. Сахар был, так скажем, на грани. И поправилась она где-то на 14 килограммов. И она родила. Вот ребенку сейчас 4 месяца. А вот эта полнота не проходит.



Ольга Беклемищева: Так еще рано, Татьяна.



Слушатель: Она, правда, кормит ребенка. Скажите, а могли ли это быть какие-то изменения... вот вы произнесли «нарушение углеводного обмена».



Василий Петрухин: Вы знаете, одним из факторов риска развития гестационного диабета является быстрая прибавка веса. И если это происходит, то целесообразно провести уже не просто забор крови, как мы говорили, через два часа после еды или суточный анализ мочи, но где-то в сроки беременности 24 недели или же даже позже, тест с нагрузкой глюкозы.



Ольга Беклемищева: Но женщина уже родила...



Василий Петрухин: В принципе, она прибавила 14 килограммов. И считается, что это не катастрофическая прибавка веса. У нас недавно в институте рожала женщина, которая 40 килограммов прибавила за беременность. Ну, это, конечно, достаточно редкая ситуация и крайне негативная. А 14 килограммов – это не проблема. Обычно за беременность прибавляют 12 килограммов, что считается нормальным.



Ольга Беклемищева: И до 19 килограммов, по-моему, еще нормально.



Василий Петрухин: Я все-таки отношусь к тем специалистам, которые считают, что все-таки за беременность, ну, средней женщине, скажем так, можно прибавить 10-12 килограммов. И можно целую передачу говорить о том, какой был до беременности вес... Некоторые наши пациентки с весом за 100 килограммов, наоборот, худеют во время беременности, и тоже рожают совершенно здоровых детей. Так что это все очень индивидуально.



Ольга Беклемищева: А может быть, имеет смысл сейчас ей проверить сахар?



Василий Петрухин: Да, сахар можно проверить. Если ребенок родился с нормальным весом, меньше 4 килограммов, то я думаю, что все будет благополучно. Ну, проверить сахар не мешает, как я уже сказал, любому человеку. Потому что риск развития диабета в популяции очень велик.



Ольга Беклемищева: Да, и он растет с каждым годом, к сожалению.


И возвращаясь к иммунологическому контролю. В свое время была такая надежда на то, что проверяя антитела у беременных женщин, мы сможем выявлять практически все виды внутриутробных патологий. Вот эта надежда, насколько я понимаю, не очень оправдалась. Все-таки иммунологический анализ оказался в ограниченных случаях применимым. А как в течение беременности можно было бы посмотреть, все ли в порядке с ребеночком? Я не имею в виду УЗИ, а как-то более тщательно.



Василий Петрухин: УЗИ – это тоже достаточно хороший метод, если его делает опытный врач, на хорошем оборудовании и смотрит внимательно, и не 5 минут, а положенные 20, а то и больше минут, иногда и до 40 минут...



Ольга Беклемищева: Если есть что посмотреть, да?



Василий Петрухин: Какой порок исключают. Это во-первых.


Но, конечно, абсолютно точным методом на сегодняшний день, скажем так, является все-таки инвазивный. То есть это забор материала от ребеночка: либо около 12-13 недель забирается кусочек от хориона (будущая плацента), либо берется кровь из пуповинки. Методики отработаны.



Ольга Беклемищева: То есть на самом деле у самого ребеночка ничего не забирается, да?



Василий Петрухин: Забирается. Кровь из пуповинки – это берется у ребеночка.



Ольга Беклемищева: Но не кусочек кожи...



Василий Петрухин: Нет, не кусочек кожи. Этого сейчас делать не надо.


Либо даже есть методика и забираются околоплодные воды, где плавают кусочки слущенного эпидермиса ребеночка и так далее. И смотрит специалист-генетик. Тогда это исключает полностью.


Все остальные – биохимические, иммунологические, есть масса маркеров – они все-таки показывают какой-то высокий риск, но полностью не исключают развитие врожденных аномалий. Да даже, наверное, и генетический, потому что все-таки полностью геном человека... хоть и сказали, что его расшифровали, но еще не до конца.


Поэтому очень большое количество можно исключить путем этого забора.



Ольга Беклемищева: Да. И мне не нравится в биохимических маркерах то, что они дают некий процент, и дальше мама начинает сама мучиться, как ей отнестись к этому проценту. «Вот 25 процентов развития патологии – это много или мало? А если уже хочется ребеночка, то давайте я рискну...». А в результате может быть человеческая трагедия.


И слушаем Анну из Обнинска. Здравствуйте, Анна.



Слушатель: Здравствуйте. Если сможете, помогите, пожалуйста, подскажите. У нас трагедия. Молодой женщине (ей 30 лет) удалили во время внематочной беременности одну трубу. И сколько она ни ходила, сколько ни лечилась, ей никто не может помочь. Она не может забеременеть. А вот в государственных клиниках, которые у нас есть, это стоит баснословные деньги. Мы не наберем столько денег.



Ольга Беклемищева: А что именно вам предложили?



Василий Петрухин: Экстракорпоральное оплодотворение, да?



Слушатель: Да, вы меня правильно поняли. Вот в каких-то других городах... мы так радовались, что где-то помогают женщинам, и не за такую огромную сумму денег. Скажите, ничего не ожидается... вот просто помочь женщине. Я вас очень прошу. У нас большое горе.



Василий Петрухин: Ну, не надо так расстраиваться преждевременно. Обнинск – это же, по-моему, Московская область. И я рекомендую вам прийти к нам – Покровка, 22а, поликлиническое отделение. У нас есть отделение экстракорпоральных методов оплодотворения. Пообщайтесь со специалистами. Потому что сейчас помощь со стороны правительства Московской области идет. Возможно, вы найдете какие-то альтернативные варианты, не связанные с колоссальным количеством денег. На сто процентов не обещаю, но попытайтесь. И я думаю, что это значительно снизит вам финансовую нагрузку.



Ольга Беклемищева: Да, всегда можно найти не такой способ, так эдакий. Тем более что все-таки одна труба у женщины есть.



Василий Петрухин: Надо обследоваться. Пусть обращается – у нас очень хорошие специалисты...



Ольга Беклемищева: Слушательница уточняет, что Обнинск – это Калужская область, к сожалению.



Василий Петрухин: Калужская область – это уже сложнее. Ну, тут я уже не могу сказать... Я не могу знать все центры. Я знаю, что в ряде регионов, действительно, есть поддержка со стороны правительства. Но надо общаться со специалистами. Я не владею такой информацией.



Ольга Беклемищева: В конце концов, я думаю, что есть и какие-то ходатайства в тот же облздрав. Может быть, они найдут какие-то варианты.



Василий Петрухин: Да, варианты есть разные. У МОНИИАГ есть интернет-сайт. По Интернету можно списаться с руководителем этого отделения и решить эти вопросы. По крайней мере, вам что-нибудь посоветуют.



Ольга Беклемищева: Спасибо, Василий Алексеевич.


И следующий слушатель – это Татьяна из Москвы. Здравствуйте, Татьяна.



Слушатель: Здравствуйте. У меня вот какой вопрос. Дочери поставили диагноз «синдром Э лерса – Данл оса». Он как бы не очень выражен, но это проблемы с развитием соединительной ткани. Она уже взрослая девушка. И я хотела бы знать о том, какие проблемы у нее могут возникнуть во время беременности и с рождением ребенка?



Василий Петрухин: Наиболее серьезная проблема – это невынашивание. Конечно, в данной ситуации это невынашивание. Хотя, насколько я знаю, недавно в Московском Институте акушерства и гинекологии были роды у пациентки с этим синдромом, причем со значительно выраженным. То есть она доносила эту беременность и родила ребеночка. Поэтому шансы есть. Но дочке надо обязательно прийти в Центр акушерства и гинекологии, если она живет в Москве, улица Академика Опарина, и там ей дадут грамотную, специализированную консультацию. Женщины вынашивают такую беременность, если опять-таки будет участие врачей, и если она будет слушаться рекомендаций.



Ольга Беклемищева: Я хочу задать, может быть, некрасивый вопрос, но я чувствую, что его надо задать. Ведь, действительно, у многих людей имеются серьезные проблемы со здоровьем. Насколько целесообразно вообще сохранять беременность в случае тяжелых нарушений у мамы? Я понимаю, что вы, акушеры-гинекологи, настроены на то, чтобы любого ребеночка родить, но ведь это, к сожалению, иногда приводит... как говорят педиатры, «наших пациентов нам поставляют акушеры-гинекологи». А в ответ акушеры-гинекологи говорят: «А вы следите за репродуктивным здоровьем девочек раньше». В общем, это такая «семейная» свара.



Василий Петрухин: Ну да. И здесь надо сказать, что, конечно, если брать пример диабета, с чего мы начинали сегодняшний разговор, а это касается и всех хронических заболеваний, то есть четкие рекомендации по тому, кому можно вынашивать беременность, а кому – нет. И в Центрах, которые специализируются на различных патологиях, там есть специалисты, которые имеют колоссальный опыт практический. Например, конечно, никто не будет рисковать жизнью женщины, если мы знаем, что, да, наверняка ребенок либо погибнет внутриутробно, либо у него будет тяжелейшая патология – и он будет инвалидом. Но с развитием демократии никто насильно, конечно, беременность не прерывает.


И я призываю к тому, что не надо бояться врачей. Насильно вас никто не потащит ни на аборт, ни на прерывание беременности. Будет лучше, если вы придете до беременности, спланируете эту беременность и будете вынашивать ее под присмотром врачей. А некоторые женщины приходят уже в сроки беременности 29-30 недель с тяжелейшими осложнениями, которые катастрофически угрожают ее жизни и здоровью ребенка. И в итоге все заканчивается печально и для мамы, и для плода. К сожалению, от этого мы не уйдем. Не надо бояться медиков.



Ольга Беклемищева: Если вам не понравился тот врач, который вас смотрел, ну, найдите еще кого-то. Складывайте, суммируйте мнения специалистов.


И нам дозвонилась Алла из города Химки. Здравствуйте, Алла.



Слушатель: Здравствуйте. У меня такой вопрос. Моя дочь, возможно, будет рожать...



Василий Петрухин: Что это значит – возможно? Наверняка должна рожать...



Слушатель: Ей 27 лет. Я родила в 32 года. При родах я очень располнела. Потом я начала придерживаться диеты – не ела ни торты, ни сладкого, ни белого хлеба...



Василий Петрухин: Это прекрасно!



Слушатель: Девочка у меня более-менее здоровая. А вопрос у меня такой. Если врачи не рекомендуют рожать, может быть, не стоит так стремиться к этому, а вспомнить о Боге?



Ольга Беклемищева: Понятно. Спасибо.


Вот мы как раз и говорили о том, что есть четкие показания, но, наверное, есть еще и чудеса, когда вроде бы нет никаких оснований для рождения здорового ребенка, а все-таки рожают здоровых детей.



Василий Петрухин: Ну, надо все-таки доверять врачам – это во-первых. Потому что сейчас большинство врачей – это квалифицированные люди. «На Бога надейся, но сам не плошай» – это старая русская поговорка, которая здесь уместна.



Ольга Беклемищева: И для того чтобы самому не плошать, давайте в завершение передачи еще раз расскажем о рекомендациях, на что нужно обратить особое внимание.



Василий Петрухин: Первое – здоровый образ жизни, безусловно. Это исключение вредных привычек, а особенно курения. Потому что влияние курения на беременность и на прогрессирование всех осложнений – диабета, артериальной гипертензии – колоссальное.


Второе, что обязательно, - если вы планируете беременность, а в современных условиях лучше все-таки ее планировать, то вы должны посетить до беременности врача акушера-гинеколога, провериться на наличие инфекций, передающихся половым путем, на наличие каких-то, возможно, вам не известных хронических заболеваний почек, сердца, печени.



Ольга Беклемищева: И кстати, если их обнаружат, то это отнюдь не приговор. Просто нужно будет предварительно пролечить все это.



Василий Петрухин: Конечно. Третье – если вы забеременели, то вы должны регулярно наблюдаться у врача акушера-гинеколога. А если требуется какое-то лечение, показанное врачом, то его надо осуществлять, а не делать вид, что вы пьете все таблеточки, «а на самом деле я такая умная – я не пью ничего».



Ольга Беклемищева: А медикаментов груда...



Василий Петрухин: Сейчас уже борьба врачей с грудой медикаментов проходит. Сейчас снижается медикаментозная нагрузка на организм женщины беременной. Поэтому будет легче, я думаю.



Ольга Беклемищева: Но уж если вам доктор назначил, так уж выпейте, пожалуйста.



Василий Петрухин: Да, безусловно. И, пожалуй, это все рекомендации.



Ольга Беклемищева: И это очень важно.


На самом деле не так давно завершилось большое рандомизированное исследование в Великобритании, и там, кстати, исследовали артериальную гипертонию, и выяснилось, что 65 процентов пациентов бросают принимать назначенные им медикаменты после первого года лечения. «Полегчало – мы и бросили». И все время нужно людям говорить о том, что это, к сожалению, прижизненная терапия. А уж при беременности – тем более. Это так, Василий Алексеевич?



Василий Петрухин: Да. И я хочу сказать, пользуясь моментом, потому что у нас в Центре рожают не только женщины с сахарным диабетом, но и с патологией щитовидной железы, которые, например, принимают тиреостатики, пациентки с эпилепсией, которые принимают противоэпилептические препараты, ясно, что они... во всех инструкциях написано, что они противопоказаны при беременности. Но отменять их не надо самостоятельно, потому что обострение любого из этих заболеваний...



Ольга Беклемищева: ...точно уж приведет к трагедии.



Василий Петрухин: ...приведет к колоссальному нарушению со стороны плода, нежели их прием, профилактические меры по нивелированию этого воздействия на ребенка, обследование мамы и ребенка в процессе беременности. Поэтому это очень важно. К сожалению, сейчас очень много хронической патологии. И бросать лечение из-за беременности не надо.



Ольга Беклемищева: И нам дозвонился Александр из Москвы. Здравствуйте, Александр.



Слушатель: Добрый день. В последнее время какие-то странные сообщения появились о том, что ультразвуковое обследование на плод влияет очень отрицательно. Как к этому относится господин Петрухин? Спасибо.



Василий Петрухин: Японцы сказали так... У них уже родились девочки, которых самих смотрели ультразвуком у мамы в животике. И они сказали так, что ультразвук можно делать столько раз, сколько это необходимо, если к этому есть показания. Поэтому вот эта боязнь делать ультразвук... Обязательно надо его делать в 12-13 недель, где-то в 22-23 недели, в районе 30 недель, ну и потом - перед родами. То есть в этом нет никакого сомнения. Катастрофически бояться ультразвука не надо. Я думаю, что это какие-то неправильные разговоры идут о том, что ультразвук – это крайне вредно. Я не отношусь к числу таких специалистов.



Ольга Беклемищева: Я думаю, что не специалисты об этом говорят. Потому что, к сожалению, человеку свойственно бояться технического прогресса. И если вы помните, периодически возникают нападки на систему вакцинопрофилактики. И иногда, к сожалению, мнение таких недобросовестных людей преобладают в общественном мнении, и это приводит к трагедиям. Вот отменили однажды обязательную прививку от дифтерии – и мы имели 500 детей только в Москве, умерших от дифтерии. На самом деле эти разговоры об опасностях медицинского наблюдения, они, как правило, ведутся не специалистами, и они не очень добросовестны. Потому что, насколько я понимаю, тем более, в акушерстве и гинекологии все, что имеет допуск на право применения для беременных женщин, оно проходит жесточайший контроль.



Василий Петрухин: Контролируется все постоянно, все постоянно усовершенствуется, и без всякого вреда для женщин. А это просто досужие разговоры.



Ольга Беклемищева: Благодарю вас, Василий Алексеевич, за участие в программе.


Всего вам доброго! Постарайтесь не болеть.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG