Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В центре Москвы продолжают сносить памятники архитектуры


Программу ведет Алексей Кузнецов. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Москве Игорь Телин.



Алексей Кузнецов: Москва продолжает строиться. Одни восхищаются новыми, ультрасовременными зданиями эпохи Лужкова, старожилы же с горечью вспоминают о бездумно уничтоженных памятниках архитектуры, особенно в центре столицы, где земли под строительство катастрофически не хватает. На очередной такой стройке в Дегтярном переулке побывал корреспондент Радио Свобода Игорь Телин.



Игорь Телин: Работают отбойные молотки. Кроме пневмотехники, рабочие вовсю используют кувалды, ломы и кирки. Пройдет еще несколько дней, и центр Москвы лишится еще одного исторического здания. Адрес - Дегтярный переулок, дом три. Необычное, красивое здание долгие годы было скрыто гостиницей "Минск". Не стало "Минска". Скоро не будет и этого строения. В последние годы здесь располагалась Дирекция единого заказчика Тверского района столицы, само же здание было построено еще до революции, и всего три года осталось до его столетия, которому быть уже не суждено.


Дом в стиле "ар нуво", построенный по проекту архитектора Ольгерда Пиотровича в 1910 году был украшением переулка. Своеобразная архитектура модернизма, отделка - все это привлекало внимание, говорят местные жители.



- Это был уникальный дом. Этот дом украшал не только Дегтярный переулок, он украшал Тверскую улицу. Уникальное здание. Это нельзя делать. Так делать нельзя.



- Я отношусь очень отрицательно. Нельзя. Надо сохранять. Жалко.



- Здание, которое представляет у нас историческую ценность, действительно для нас очень знаменательное, потому что годы уже прошли, стиль архитектуры меняется, надо бы сохранить для потомков. Но, к сожалению, видно не понимают наши власти, что делают.



Игорь Телин: Разговоры о том, что дом номер три по Дегтярному переулку будет снесен, пошли с тех пор, когда было принято решение о сносе гостиницы "Минск" и строительстве на этом месте нового многофункционального центра, состоящего из трех частей - торговой, офисной и гостиничной. Местные жители пытались бороться за это и другие старые здания в своем районе.



- Пару лет назад народ занимался этим делом, и мы пытались создать территориальное образование, чтобы решить эту проблему, и тогда мы вообще бы могли решать вопросы о сносе тех или иных зданий. Но тогда так это дело и заглохло. Знаете, когда этот дом стали сносить, у меня свекровь даже расплакалась, она очень переживает по этому поводу, потому что это район, где она родилась, и эти здания для нее буквально родные.



Игорь Телин: Большинство опрошенных местных жителей говорят примерно одно и то же: городские власти не понимают, что делают. Нет, это не так, считает краевед, сотрудник газеты "Известия" Рустам Рахматуллин, как раз московские власти все понимают.



Рустам Рахматуллин: Проблема предельно актуальна. Приблизительно с 1994 года, когда строительный комплекс вышел из перестроечного оцепенения, когда памятники начали разрушаться просто постановлениями правительства Москвы, игнорировался старый советский закон. Вероятно, правительством полагалось, что старый закон не действует, но он действовал до принятия нового. С тех пор, как новый закон федеральный и местный приняты в начале наступившего века, сносы не прекратились, они только изменили форму. Статусные памятники больше не сносятся постановлением правительства Москвы, но вандализм нашел новые лазейки. По существу, ничего не изменилось.



Игорь Телин: Каким образом принимаются решения и получаются разрешения на снос старинных зданий в Москве, снос, который Рустам Рахматуллин иначе как вандализмом не называет.



Рустам Рахматуллин: Основные способы следующие. Первый - сокращение или пересмотр предмета охраны, предмет охраны - это законодательное требование к паспорту на памятник, но он может быть описан таким образом, что от здания останется одна стена. Второй способ - это научно-методическое реставрационное решение, связанное с так называемой "заменой материалов". То есть просто снос, предположим, деревянного дома, его превращение в бетонный, что оформляется, как реставрационное методологическое решение на основе отрицательных технических заключений. Третий вариант из самых популярных - это просто исключение зданий из списка памятников. Понятно, что это возможно только в отношении вновь выявленных памятников, то есть особого списка зданий, который авторизуется, пополняется или сокращается решением местных властей, даже не мэра города, а Москомнаследия, уполномоченного правительственного органа. Во всяком случае, при прежнем руководстве Москомнаследия эта практика процветала. Что касается исключения статусных памятников регионально и федерального значения из списков, то это вправе делать только премьер-министр России или, так скажем, правительство России, что и было сделано, например, в отношении внутренних корпусов Средних торговых рядов на Красной площади. Вот главные способы современного вандализма. Есть еще специфические, связанные с проблемой садов и парков, изменения их территорий, где тоже есть свои лазейки. Словом, вандализм - это такая вещь: ее в дверь, она в окно.



Игорь Телин: По мнению краеведа, допускать сноса старинных зданий в Москве нельзя. Если это произошло, то по каждому такому факту должна разбираться прокуратура. В прошлом году впервые в столице было возбуждено уголовное дело по факту сноса здания кузницы XVIII - XIX веков в Оружейном переулке.


XS
SM
MD
LG