Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Виталий Портников: «Когда деревья были большими»


Заявление президента Франции Жака Ширака об уходе из большой политики было воспринято в мире как конец эпохи «большого стиля». Фотографии жестикулирующего Ширака появились на первых полосах газет, ведущие французские политики – в том числе и ненавидимый Шираком кандидат на пост президента Франции от правых Николя Саркози – соревновались в изъявлениях уважения к личности отказавшегося от политической карьеры ветерана. Словом, могло бы создаться впечатление, что мы присутствуем на прощании со львом. Но на самом деле проводы Ширака демонстрируют точность совсем другой восточной метафоры – если кот будет править вами слишком долго, вы легко перепутаете его с леопардом.

Жак Ширак всегда был профессионалом большой политики. Но он никогда не был выдающимся государственным деятелем – вот в чем его основная проблема. И – не побоюсь этой оценки – основная проблема Франции. Нет смысла перечислять здесь ошибки Ширака. Его предшественники на посту президента Франции, даже такие, как генерал де Голль и Франсуа Миттеран, тоже совершали ошибки – и многочисленные. Но они были великими государственными деятелями своего времени. И само это время – возможно, из-за неизбежности противостояния с коммунизмом, возможно, из-за того, что еще не ушло со сцены поколение людей, прошедших войну – порождало титанов.


Время Жака Ширака пришло тогда, когда сцена опустела. Конечно, сравнивая французского президента со многими его коллегами, приходится признать: да, фигура! Более того, если Шираку действительно унаследует юркий Николя Саркози, то на его фоне уходящий президент будет выглядеть чуть ли не монументом. Но это смотря с кем сравнивать.


Когда Ширак был мэром Парижа или премьер-министром Франции, его вряд ли воспринимали как будущий памятник. Потому что рядом с ним находились люди, способные на поступок – тот же Миттеран во Франции, Брандт и Коль в Германии, Тэтчер в Великобритании.


Под поступком я имею в виду не умение грамотно провести избирательную компанию, выступить с пламенной речью и дать интеллектуальное интервью – все это Жак Ширак как раз умеет лучше других. Под поступком я подразумеваю, прежде всего, действие, коренным образом меняющее само функционирование государства. Де Голль ушел из Алжира, Тэтчер решилась на Фолклендскую войну, Брандт опустился на колени перед памятником героям Варшавского гетто…


Это не фразы из учебника политологии, а события, навсегда запечатлевшиеся в истории и памяти современников. Не стоит искать таких страниц в биографии Ширака. Или Шредера. Или Берлускони. Нет там таких эпизодов. Есть только более или менее интересные политические примеры. А ведь между личностным поступком и политическим действием – дистанция огромного размера. Именно она и отделяет умелого политика от государственного деятеля. Именно она и объясняет кризис Европейского союза, хорошую мину при плохой игре, замену настоящих героев кумирами из папье-маше и то, что популизм торжествует по всему континенту – от Лиссабона до Владивостока. Это, конечно, еще не та единая Европа, о которой мечтал де Голль, но по географическим контурам очень похоже…


XS
SM
MD
LG