Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

60 лет доктрине Трумэна. Политика, которая изменила мир; Фонд будущих поколений. А что, если его потратить сегодня? Война 1812 года в Америке; Рассказ об американской правозащитной организации Объединенные комитеты




60 лет доктрине Трумэна. Политика, которая изменила мир.


Ирина Лагунина: Исполнилось 60 лет с момента провозглашения «доктрины Трумэна» - начала политической стратегии Соединенных Штатов, радикально изменившей в ХХ веке лицо послевоенного мира. О ней и ее последствиях материал Владимира Тольца.



Владимир Тольц : В среду 12 марта 1947 г. в Конгрессе Соединенных Штатов выступил с речью президент Гарри Трумэн. И речь эта, по мнению одного из его биографов, «стала, вероятно, самым знаменитым и самым противоречивым президентским выступлением в американской истории ХХ века».



Серьезность ситуации, сложившейся сегодня в мире, требует моего выступления перед объединенной сессией Конгресса. Внешняя политика и национальная безопасность нашей страны находятся под угрозой. Один аспект существующей ситуации, которую я представляю Вам сейчас для вашего рассмотрения и вынесения решения, касается Греции и Турции. Соединенные Штаты получили от греческого Правительства просьбу о финансовой и экономической помощи. Предварительные сообщения от американской экономической миссии в Греции и сообщения от американского посла в этой стране, подтверждают утверждение греческого Правительства, что помощь крайне необходима, чтобы Греция могла остаться свободной страной.



Владимир Тольц : Трумэн просил у Конгресса 400 миллионов долларов экономической и военной помощи. Но речь шла не об учреждении еще одной программы зарубежной помощи. И не о каком-то совместном предприятии на Балканах вроде нынешнего проекта строительства нефтепровода Бургас-Александруполис. Президент просил средства на создание совершенно новой внешней политики, предполагающей изменение лица мира.



Семена тоталитарных режимов распространяются и растут в злой почве бедности и борьбы. Они достигают своего полного роста, когда надежда людей на лучшую жизнь умерла.
Мы должны поддержать эту надежду.
Свободные народы мира обращаются к нам с просьбой в поддержании их свободы. Если мы колеблемся в нашем лидерстве, мы можем подвергнуть опасности мир во всем мире. И, конечно, мы подвергнем опасности благосостояние нашей нации.


И я уверен, что Конгресс не откажется от этой ответственности.



Владимир Тольц : Возложение на США этой ответственности было делом вынужденным. И не только факторами политическими. В конце 46 -начале 47 года разрушенная послевоенная Европа переживала не только жесточайший экономический кризис, но и необычно суровую и холодную зиму. Эти обстоятельства вынудили британское правительство в феврале уведомить своих американских союзников, что Англия прекращает свою помощь Греции и Турции (попросту и на себя-то не хватает средств!) Для раздираемой политическими противоречиями и бешеной инфляцией Греции, в которой англичане весьма неэффективно пытались сохранять военный контроль за положением, для Греции, где набирало мощь коммунистической партизанское движение, снабжаемое из сопредельных уже ставших коммунистическими стран (Югославии, Албании и Болгарии), британское решение означало в близкой перспективе установление там коммунистического правления. Это очень хорошо понимали не только Черчилль и Трумэн, но и Сталин, радостно уже вскоре после Ялты поведавший представителям болгарских и югославских коммунистов «В своё время Ленин не мог даже мечтать о таком соотношении сил, которое мы достигли в эту войну…» Однако зав кафедрой истории Европы и Америки МГИМО профессор Владимир Печатнов считает, что советскую угрозу Греции Запад преувеличивал. Коммунистическая – да! Но не советская…



Владимир Печатнов: В Греции шла гражданская война и оказывалась со стороны Тито прежде всего, Югославии, активная помощь левым прокоммунистическим силам. Роль Советского Союза Греции была довольно минимальной. Сталин считал ее британской зоной влияния, исходил из того, что Запад не отдаст Грецию. Тем не менее, англичане, а затем и американцы стали рассматривать ситуацию в Греции, как чреватую угрозой советской экспансии, выхода Советского Союза к Средиземноморью, которому надо дать решительный отпор.



Владимир Тольц : Еще сложнее обстояло дело в Турции. Уже летом 1945 г. Молотов, по инструкции Сталина, предъявил Турции ультимативное требование создать "совместные" советско-турецкий базы для защиты Босфора и Дарданелл. А еще - возвратить Армении и Грузии земли, уступленные большевицким правительством по соглашению 1921 г.



Владимир Печатнов: В Турции ситуация была иной. Там советская роль и давление было гораздо грубым и зримым. Главной целью советской политики было изменение режима проливов получение в лучшем случае контроля над проливами – старая мечта российских царей, а потом коммунистов. Своего апогея эта война нервов достигла летом 46-го года. Сталин рассчитывал на то, что турки дрогнут, а Запад за них не заступится. Он ошибся и в том, и в другом. Турки, напуганные советским давлением, пошли искать защиты на Западе, а американцы, в свою очередь, эти объятия широко раскрыли.



Владимир Тольц : Так к началу 47-го в Южной Европе назрел военно-политический кризис, который госсекретарь США Джордж Маршалл истолковал, как « имеющий прямое и непосредственное отношение к Соединенным Штатам». 27 февраля обращаясь к лидерам Конгресса США он сказал: «Советское доминирование может расшириться на весь Ближний Восток до границ Индии. (…) мы стоим перед первым кризисом из серии, которая может привести к советскому доминированию в Европе, на Ближнем Востоке и в Азии» Президент Трумэн осознавал, по его словам, что «он стоит перед необходимостью принять решение более серьезное, чем когда-либо принятое любым президентом» Историк Холодной войны, профессор Темплского университета в США Влад Зубок рассказывает мне:



Влад Зубок: Трумэн обладал одним качеством, которое можно по-разному оценивать – он умел быстро принимать решения. Он принимал решение и потом крепко спал. Например, принял решение сбросить атомную бомбу, после этого он не мучился кошмарами и сновидениями. Он принял еще в 46-м году в феврале-марте, пообщавшись с Черчиллем, перед тем, как Черчилль сказал речь о железном занавесе, принял решение сдерживать Советы, сдерживать сталинскую империю. И после этого действовал в этом духе. Так что курс Трумэна сформировался еще раньше, даже, можно сказать, за год до «доктрины Трумэна» в его уме четко обрисовались контуры этой самой доктрины.



Владимир Тольц : Что же сейчас через 6 десятилетий после создания доктрины Трумэна, открывшей, по мнению некоторых исследователей, для Америки «эру глобализма», можно сказать о ее эффективности. Турецкий историк профессор Нимет Ренклийилдыз рассказывает моей коллеге Елене Солнцевой.



Нимет Ренклийилдыз: Турция получала сто миллионов долларов, однако фактически помощь оказалась гораздо внушительнее. Дополнительная часть средств в виде долгосрочных кредитов была выделена на приобретение промышленного оборудования, автомобилей. В Анкаре было создано особое министерство, занимавшееся исключительно реализацией американского плана.


В то время в обществе царило приподнятое настроение. Измученная инфляцией Турция с радостью принимала американскую помощь. В это время в Стамбульский порт с дружеским визитом зашёл американский крейсер. Средства информации назвали это событие началом американо-турецкой дружбы.



Владимир Тольц : Турецкий историк профессор Нимет Ренклийилдыз.


Его коллега из США Влад Зубок:



Влад Зубок: Сейчас американцы пожинают плоды того хождения в Ближний Восток, которое началось, грубо говоря, с доктрины Трумэна. Ведь по сути дела, в марте 47-го года они провозгласили торжественно о помощи Греции и Турции, но замах был гораздо больше. Замах трумэновской речи был помочь тем народам, которые хотят жить свободно, и препятствовать тем силам, которые хотят навязать этим народам другой образ жизни. Не говорилось, какой, но ясно – подразумевался коммунизм.



Владимир Тольц : Это противостояние удалось. Греческие коммунистические партизаны были изгнаны из страны. Многие оказались в СССР. Проливы остались за Турцией. Продвижение коммунизма в Малую Азию и на Балканы приостановлено. Профессор МГИМО Владимир Печатнов.



Владимир Печатнов: Доктрина была успешной в том смысле, что, во-первых, она привела с точки зрения американских интересов к стабилизации ситуации в самой Греции, где гражданская война вскоре прекратилась, а левые прокоммунистические силы потерпели поражение. Этому, правда, способствовал и Тито, который, как известно, в 48-м году разругался со Сталиным и тоже прекратил свою активную поддержку греческим коммунистам. А что касается Турции, то там ситуация тоже стала более стабильной, усилилось американское присутствие. Турция стала де-факто союзником Соединенных Штатов, а потом обе страны, как известно, вошли в состав Североатлантического блока. И в этом смысле доктрина Трумэна была успешна. В Советском Союзе вызывала, конечно, опасение идеологическая подоплека доктрины, которая по существу действительно была началом глобальной идеологической войны, ведь речь шла о противопоставлении двух образов жизни. Вот этот идеологический запал, конечно, настораживал кремлевское руководство. Но мне кажется, главным Рубиконом была не сама доктрина Трумэна, а выдвижение плана Маршалла. Но это, как говорится, другая годовщина.



Владимир Тольц : Действительно, об этом мы будем говорить в другой раз.



Фонд будущих поколений. А что, если его потратить сегодня?



Ирина Лагунина: Президент России в очередном Бюджетном послании правительству вновь предложил создать за счет нефтяных доходов Фонд будущих поколений. Главный экономист президентской администрации предлагает тратить часть средств этого фонда на выплату текущих пенсий.


В некоторых нефтяных странах мира Фонды будущих поколений существуют уже много лет, но тратятся - иначе. Подробнее об этом – в материале Сергея Сенинского...



Сергей Сенинский: ... В очередном Бюджетном послании президента предлагается разделить Стабилизационный фонд, формируемый за счет доходов казны от экспорта российской нефти, на две части - Резервный фонд и Фонд будущих поколений. Причем объем основного, Резервного фонда будет устанавливаться ежегодно в процентах к ВВП страны, то есть общему объему экономики. Наш первый собеседник – в Москве – аналитик финансовой корпорации «Уралсиб» Владимир Тихомиров:



Владимир Тихомиров: Этот процент, естественно, будет меняться каждый год в номинальном исчислении, поскольку ВВП каждый год меняется. То есть предполагается, что ежегодно Резервный фонд, достигнув максимального процента от ВВП, будет затем увеличиваться теми же темпами, как растет ВВП.



Сергей Сенинский: Уже были прогнозы о том, что объем Резервного фонда может составлять примерно 10% ВВП. То есть, если объем экономики России в 2006 году – 1 триллион долларов, стало быть, в Резервном фонде, будь он уже создан, должно быть 100 миллиардов долларов. А каким в этом случае должен быть его прирост в 2007 году?



Владимир Тихомиров: ВВП России при, скажем, сценарии правительства роста 6,2% в этом году, ВВП должен составлять порядка одного триллиона 150 миллиардов долларов. То есть Резервный фонд должен составлять порядка 115 миллиардов долларов на конец 2007 года. Фактически это означает, что за 2007 год, по логике Бюджетного послания, Резервный фонд должен вырасти на 15 миллиардов долларов.



Сергей Сенинский: Главный экономист «Альфа-Банка» Наталия Орлова:



Наталия Орлова: Насколько я поняла, речь шла о разделении Стабилизационного фонда на две части, то есть Резервный фонд, который мы продолжаем накапливать, и его значение ожидается в районе 10% ВВП, и Фонд будущих поколений. Из этого второго фонда часть средств потенциально может распределяться для покрытия дефицита пенсионного фонда, то есть фактически на выплату текущих пенсионных обязательств. Потому что на данный момент пенсионный фонд находится в балансе, на самообеспечении, но через несколько лет, может быть через год ему действительно потребуется помощь со стороны федерального бюджета. И для решения этой проблемы пенсионного фонда и рассматривается такая схема частичного использования Стабилизационного фонда.



Сергей Сенинский: Объем Стабилизационного фонда России сегодня – более 100 миллиардов долларов, то есть 10% ВВП. Получается, что будь он разделен уже сегодня на две части – Резервный и Фонд будущих поколений, все деньги уйдут в Резервный, а на Фонд будущих поколений пока ничего не остается.



Владимир Тихомиров: Такая ситуация не исключена. Все зависит опять-таки от доходов бюджета, возможности бюджета направлять дополнительные средства в резервы, будь то Резервный фонд или Фонд будущих поколений, и от темпов роста российского ВВП. Если нефть останется на уровне текущего года, тогда можно говорить, что приток средств в резервы и в Резервный фонд, и, возможно, в Фонд будущих поколений будет ниже, чем, скажем, был в прошлом году. Если предположить, что темпы роста ВВП будут выше, чем, скажем, 6% или около того, заложенных правительством на этот год, тогда не исключается ситуация, что для Фонда будущих поколений, если будут отчисляться какие-то средства, то средства совсем небольшие - порядка двух-трех, пяти, возможно, десяти миллиардов долларов в год.



Сергей Сенинский: Первым из «фондов будущих поколений» в мире обычно называют «Постоянный фонд Аляски», созданный в этом американском штате 30 лет назад. А началась эта история еще в 1969-ом, когда власти штата организовали аукцион, на который выставлялись лицензии на разработку аляскинских месторождений нефти и газа. Из столицы штата – города Джуно – сотрудница корпорации, управляющей «Постоянным фондом Аляски» Лора Ачи:



Лора Ачи: Аукцион принес в казну штата 900 миллионов долларов – астрономическую по тем временам сумму, в пять раз превышавшую годовой бюджет Аляски. В итоге было решено потратить эти деньги на ряд капитальных проектов и социальных программ в течение пяти лет. К 1975 году строительство нефтепровода заканчивалось, а от 900 миллионов долларов, вырученных на аукционе, почти ничего не осталось. Вот тогда и возникла идея, чтобы 25% будущих доходов штата, получаемых от разработки на его территории не только нефти, но и других природных ресурсов, инвестировались бы в некий постоянный фонд. Так и появился «Постоянный фонд Аляски», правила распоряжения которым с тех пор закреплены в конституции нашего штата.



Сергей Сенинский: В этот фонд ежегодно переводится 25% всех налогов и рентных платежей, которые штат получает от нефтяных компаний, и они, разумеется, разнятся год от года, поясняет Лора Ачи. Остальные 75% идут в бюджет штата...



Лора Ачи: Конституция штата гласит, что сам фонд должен оставаться в неприкосновенности, по усмотрению законодателей штата использоваться может лишь реальный доход, который приносит инвестирование средств фонда.



Сергей Сенинский: Объем «Постоянного фонда Аляски» сегодня – примерно 34 миллиарда долларов. Это втрое меньше российского Стабилизационного фонда и почти в 9 раз меньше крупнейшего из подобных фондов в мире – «Пенсионного фонда Норвегии». В нем сегодня уже 290 миллиардов долларов. Фонд был учрежден на 15 лет позже, чем на Аляске, - в 1990 году – решением парламента и назывался «Нефтяным фондом». А в 2006 году его объединили с национальным пенсионным фондом и переименовали... Из Осло – советник Министерства финансов Норвегии Андерс Ланде:



Андерс Ланде: Смена названия символизирует цели, во имя которых делаются эти накопления. Это не значит, конечно, что все деньги фонда пойдут только на пенсионные выплаты. Но таким образом мы подчеркиваем, что в будущем возникнет большая потребность в этих средствах, и было бы неплохо их откладывать уже сейчас.



Сергей Сенинский: В 2002 году правительство Норвегии получило право расходовать небольшую часть средств нефтяного фонда...



Андерс Ланде: Ежегодно после совершения всех необходимых платежей мы рассчитываем сумму, которую можем изъять из нефтяных доходов госбюджета. Она составляет примерно 4% тех реальных доходов, которые Норвегия получает, инвестируя средства фонда. То есть сам фонд остается в неприкосновенности, поэтому он не сокращается. Каких-то особых предписаний, как правительство может использовать эти 4% доходов, не существует, часть идет, скажем, на строительство дорог. Но в целом они не отличаются от налогов или иных поступлений – и те, и другие пополняют один бюджет.



Сергей Сенинский: То есть и в Норвегии, и на Аляске правительство может тратить сегодня средства не самого нефтяного фонда, а лишь той прибыли, которую оно ежегодно получает, инвестируя капитал фонда. Сам фонд при этом остается в неприкосновенности... Из Москвы - Наталия Орлова, главный экономист «Альфа-Банка»:



Наталия Орлова: Пока у нас не обсуждается вопрос о разделении источников, составляющих Фонда будущих поколений, на часть основную, которая накапливается за счет доходов бюджета, и доходы, полученные от инвестирования. Тем не менее, совершенно очевидно, что, учитывая нынешний размер Стабилизационного фонда - порядка ста миллиардов долларов, в годовом выражении бюджет инвестирования таких средств получает около пяти миллиардов. Это в принципе достаточная сумма, которой в ближайшие годы будет хватать для решения тех же пенсионных проблем. Поэтому, я думаю, что когда дело дойдет до обсуждения, какую часть денег Стабилизационного фонда можно будет направлять на решение ткущих пенсионных проблем, возможно, эта привязка к процентным платежам возникнет.



Сергей Сенинский: Все средства российского Стабфонда размещены сегодня в трех валютах: по 45% в долларах и евро, и еще 10% - в британских фунтах. Какова нынешняя доходность этих средств?



Владимир Тихомиров: Стабфонд фактически до октября прошлого года держался в рублях, потому что не была утверждена инвестиционная стратегия Стабфонда, и потом потребовалось определенное время, чтобы перевести деньги Стабфонда рублевые в валютные. С учетом того, что произошло определенное ослабление американской валюты, Стабфонд за этот период потерял. Доходность появится, видимо, тогда, когда будет принята другая, новая инвестиционная хартия, которая позволит деньги Стабфонда или Резервного фонда в будущем вкладывать в какие-то бумаги с фиксированной доходностью, будь то облигации американские, европейские облигации или какие-либо другие инструменты.



Сергей Сенинский: Общие расходы Пенсионного фонда России составляют сегодня примерно 6% годового ВВП страны, то есть около 60 миллиардов долларов. Если в ближайшие несколько лет денег из бюджета на выплату текущих пенсий перестанет хватать, насколько оправданным будет покрыть нехватку за счет средств Фонда будущих поколений, если такой будет создан при разделении нынешнего Стабилизационного фонда?



Наталия Орлова: Учитывая общее старение населения, избежать каких-то трансфертов из федерального бюджета, из Стабилизационного фонда, иными словами, не удастся. Вполне вероятно, что те деньги, которые сейчас правительство будет зарабатывать, инвестируя средства Стабилизационного фонда, они могут быть потрачены на покрытие дефицита государственного пенсионного фонда. Это сумма пять миллиардов долларов в год приблизительно, учитывая нынешнюю оценку Стабилизационного фонда. Ее в общем-то на первые несколько лет будет вполне достаточно, чтобы решить проблему пенсионных обязательств.



Сергей Сенинский: Владимир Тихомиров, финансовая корпорация «Уралсиб»:



Владимир Тихомиров: В своей основе вопрос на самом деле политический, требуется политическое решение. И не только в плане перенаправления части средств или части дохода Стабфонда от инвестирования средств фонда в пенсионный бюджет, но и в принципе вопрос о том, какова должна быть политика пенсионной реформы. На мой взгляд, по логике было бы более правильным при пересмотре пенсионной политики одновременно увеличить расходы бюджета на содержание пенсионного фонда не через Стабфонд, а напрямую из бюджета. Это было бы правильно, потому что государство несет ответственность за пенсионные расходы. Что касается Стабфонда, Стабфонд по сути - это уже сформированный профицит бюджета, направленный в резервы и из него обратно отчислять какие-то средства на финансирование дефицита бюджета, возникающего в силу пенсионной задолженности, было бы, на мой взгляд, неправильно.



Сергей Сенинский: «Фонд будущих поколений» - красивое название. Остается выяснить, в какой мере ему будет соответствовать в России использование этих средств поколениями нынешними...



Война 1812 года в Америке.



Ирина Лагунина: Ни в территориальном, ни в экономическом плане от этой войны ни одна сторона не выиграла, поэтому ее называют «Войной, в которой никто не победил». Но она показала миру, что Соединенные Штаты стали чьим-то родным домом, который его жители будут защищать до последней капли крови... что из «соединенных», но разрозненных штатов они превратились в единую страну, с которой надо считаться. О войне 1812 года рассказывает Марина Ефимова.



Марина Ефимова: Американца и русского попросили назвать страну, в истории которой была война 1812 года, чья территория во время этой войны была частично оккупирована противником, чья столица была сожжена, но которая, тем не менее, закончила войну победоносно. Русский назвал Россию, американец – Соединенные Штаты. И оба были правы. И еще одно любопытное сходство. Под свежим впечатлением от войны 1812 года были написаны два популярнейших текста. В России - стихотворение Лермонтова «Бородино», а в Америке - стихотворение Фрэнсиса Ки «Знамя, усыпанное звездами», ставшее текстом американского национального гимна. На этом сходство кончается, не говоря уж о том, что Россия воевала с Наполеоном, а Америка - с Англией.


Повод. 22 июня 1807 года. Атлантика, прибрежные воды у штата Вирджиния.



Диктор: Американский военный корабль «Чесапик» - один из семи кораблей, из которых состоял тогда американский военный флот - был остановлен английским фрегатом «Леопард». От него к американцу пошла шлюпка с офицером. Капитан «Чесапика» Джеймс Бэрон ждал ее с тревогой. Дело в том, что Англия, воюющая с Наполеоном, отчаянно нуждалась в матросах и, по сложившейся подлой практике, английские фрегаты останавливали и обыскивали американские торговые суда, якобы, на предмет ареста дезертиров, а на деле – для принудительного рекрутства. Но военные корабли они пока не трогали. Америка была нейтральной страной. Британский молоденький офицер, заикаясь от волнения, передал требование своего капитана обыскать «Чесапик», на котором, по их сведению, служат четыре английских дезертира. Бэрон отказался. Через час «Леопард» открыл огонь из всех своих пятидесяти пушек. На «Чесапике», в течение 50-ти минут, было убито 22 человека. И капитан Бэрон, сделав один выстрел, приспустил флаг в знак задачи. Его судили за трусость.



Марина Ефимова: Этот случай, описанный, в частности, историком Мари в Книге «Война без победителя», стал красной тряпкой, который размахивали в Америке «ястребы» – сторонники войны с Англией - которым долго противостоял президент Джефферсон, но перед которыми не устоял следующий президент, Джеймс Мэдисон. Читая о войне 1812-го года в Америке, без конца натыкаешься на эпитеты «бессмысленная война», «напрасная». Почему? Об этом историк, автор книги «Союз 1812-го года» Джек Лангут.



Джек Лангут: Этой войны можно было избежать, хотя поводы были. Серьезные и не очень. Со времен Войны за независимость у многих было чувство, что Канада - часть Америки, и если мы попытаемся отхватить ее у Англии, канадцы нас поддержат. Что было ошибкой. Канадцы, в 1812 году, наставили нам синяков под фортом Детройт. Другим поводом была враждебность индейцев севера. Заручившись поддержкой англичан, индейцы, во главе с легендарным вождем Текумешем, истребляли поселенцев. В районе Великих озер от рук индейцев погибал один человек в неделю, а там кровь лилась рекой. К тому же политики «ястребы» - сенатор Калзун, сенатор Джон Клей, губернатор Индианы Вильям Гаррисон - мечтали отомстить за поруганную честь Америки. Родом с запада, дети новых земель, смельчаки и дуэлянты, он путали способы защиты личной чести и чести страны.



Марина Ефимова: Так или иначе, они добились своего. 18 июня 1812 года Конгресс объявил Англии войну. Англия была не очень к этому готова. Она была занята войной с Наполеоном. Но как была не готова Америка! 7 тысяч необстрелянных солдат регулярной армии, плюс довольно большая милиция в несколько сотен тысяч человек. Но это были вооруженные фермеры и охотники, которые уходили и приходили, когда хотели. Генералов – 8 на всю страну. Герои революции, они постарели на 30 лет, и не следили за новшествами военного дела. Одного из них, генерала Дирборна, прозвали «гренни Дирборн» - «бабауля Дирборн».



Диктор: Колонна кентукских милишемен, под командой 60- летнего генерала Джеймса Винчестера, с трудом подвигалась по замерзшей реке к порту Детройт, когда до нее добрались посланцы Френчтауна – поселения на реке Рейзен. Они боялись индейцев и просили помощи армии. К вечеру, в метель, колонна добралась до городка и расположилась на долгожданный ночлег. Винчестер так был рад укрыться от ледяного ветра, что забыл расставить посты, и под утро 23 января 1813 года 2000 английских солдат и индейцев атаковали спящий лагерь американцев. Канадский генерал Проктер вел себя щедро по отношению к индейцам. Он оставил под их охраной всех американских раненых – 64 солдата и офицера. Винчестру он сказал с улыбкой: «Индейцы – замечательные врачи». Индейцы поняли жест Проктера по-своему. Они сняли 64 скальпа, и послали их ему в подарок.



Марина Ефимова: Волна ужаса и гнева покатилась по Америке. «Помни Рейзен!» - стало таким же кличем этой войны, как 130-ю годами позже - «Помни Перл Харбор!». Но настоящий патриотизм воспламенился от пожара Вашингтона. Англичане сожгли его намеренно. Правда, не весь, а только правительственные здания. Захват столицы настолько застал его обителей врасплох, что когда англичане вошли в пустой уже Белый Дом, они обнаружили в столовой накрытый к обеду стол. Итак, к концу первого года войны, которую американцы сами начали, они имели на своем счету: огромные потери в людях, немалые потери в пограничных территориях, сожженную столицу, отступающую армию, обесчещенных генералов и пустую казну. Однако, война 1812 года, в которой с самого начала все шло не по плану, была полна сюрпризов. Одним из сюрпризов войны 1812 года было морское сражение на озере Эри. Командир маленькой американской флотилии, 27-летний капитан Оливер Пери был, казалось, разбит. Один из двух его фрегатов был разнесен в щепки пушками англичан. Но пока англичане ждали, что Пери спустит флаг и сдастся, он доплыл на шлюпке до своего второго фрегата, и на нем выиграл битву, заставив сдаться всю английскую флотилию. Другим сюрпризом была защита порта Балтимор. Тщедушный юрист и поэт-любитель Фрэнсис Ки был смельчаком. 13 сентября 1814 года он рискнул поехать на английский флагман, чтобы выручить попавшего в плен друга. Английский флот стоял в устье реки Потапско, и готовился обстрелять маленький флот Макгенри, закрывавший своими пушками подход к стенам Балтимора. И Фрэнсис Ки оказался свидетелем этого обстрела, о котором рассказывает историк Стив Албот в документальном фильме «Война 1812 года»



Стив Албот: У англичан было самое разрушительное оружие по меркам 1814 года: огромные пушки, и каждое пушечное ядро начинено 95 килограммами пороха. И за сутки на форт Макгенри было сброшено полторы тысячи таких ядер. Но тут соединилось много обстоятельств: стойкость защитников, непробиваемые стены форта, недостаточная меткость англичан и, наконец, везение. Одно ядро попало в пороховой погреб форта. Через минуту весь форт должен бывал взлететь на воздух. А если бы пал форт, скорее всего, пал бы и город.



Марина Ефимова: Но ядро не взорвалось, пожар залил сильный дождь. И, вообще, в форте погибло всего 6 человек. Весь день и всю ночь американцы, защитники Балтимора, англичане и Фрэнсис Ки, с борта своего кораблика, не отрывали глаз от огромного американского флага на флагштоке форта Макгенри. Пока он там - форт не капитулировал. Иногда флаг так затягивало дымом, что казалось, что его нет.



Стив Албот: Рассвет. В 4 утра замолчали пушки форта. Защитники берегли ядра. Но бомбардировка продолжалась до 7 утра. И вдруг, после 25 часов обстрела - тишина.



Марина Ефимова: Все вглядываются в дымную даль. И вдруг, в просвете – флаг. Под эти крики английские корабли медленно развернулись и ушли в залив. А Фрэнсис Ки, тут же, на палубе, начал писать стихи:



«Скажи, реет ли все еще флаг


Над землей свободных,


Над домом отважных…»



Неловкость текста заключалась в том, что среди защитников Балтимора сражались и черные рабы, бок о бок со своими хозяевами. Но чей гимн без греха?



Война 1812 года отмечена примерами отчаянной доблести и отчаянных нелепостей. И самой доблестной нелепостью была последняя битва этой войны.



Джек Лангут: Англичане мечтали закончить войну. Но когда они отстояли Канаду, у их стратегов появилась идея, что, если они отобьют у американцев Новый Орлеан и устье Миссисипи, то отрежут Соединенные Штату от Дальнего и, даже, от Среднего Запада, и вынудят остаться относительно маленькой страной вдоль побережья Атлантики. Тогда они могли бы претендовать на остальной континент. Но этот план не был продуман.



Марина Ефимова: Новый Орлеан защищал 47-летний генерал Эндрю Джексон, прозванный за твердость «старым орешником» – Олд Хикори. Прибыв на место, он обнаружил, что город абсолютно открыт для атаки, поскольку среди окружавших его болт проложено много каналов – баю, на местном диалекте - по которым легко пройдут английские баржи с пехотой и амуницией. По приказу Джексона все они были завалены деревьями. Но один баю случайно пропустили. Между тем, Джексон готовил оборону.



Стив Албот: Он набирал людей на защиту города буквально на улицах. В его армии были франкоговорящие креолы, рабы, индейцы и пираты с мексиканского залива, которые оказались лучшими артиллеристами в армии. Ядром в армии были кентукские и тенессийские охотники - дикие и такие грязные, что солдаты просили не ставить их с подветренной стороны от кентукцев. Но зато это были настоящие снайперы. Словом, народное ополчение.



Марина Ефимова: Англичане довольно быстро обнаружили чистое баю, дошли по нему до первой плантации, высадились, и арестовали отдыхавшего на террасе майора местной милиции Габриеля Гильера. На Гильер выбил окно, и под пулями англичан нырнул в прибрежные заросли. Англичане его не преследовали, боялись крокодилов. Гильер успел предупредить Джексона. Олд Хикори умело выбрал позицию. За спиной - чаща, впереди - высохшее болото, широкое поле. Его солдаты стояли в обманчиво открытом строю, но за ними был высокий земляной бруствер.



Диктор: Англичанами командовал сэр Эдвард Пакенхэм. Его армия воевала с Наполеоном и состояла из испытанных ветеранов, включая знаменитый шотландский полк хайлендерз. Пакенхэм был опытным генералом, но он недооценил военный талант Олд Хикори. Опасное пустое пространство в милю шириной перед позициями американцев не насторожило сэра Эдварда, и он дал сигнал к атаке. Когда британцы подошли на выстрел, Джексон кивнул музыкантам, и они грянули «Янки Дудл». Это был условный сигнал. Стрелки попрыгали за бруствер, пушки дали залп, кентукцы разрядили свои винтовки. Красные мундиры на открытом поле падали, как трава. Оставшиеся в живых повернули было назад. Не выдержав позора, Пакенхэм на коне сам рванулся на поле, и был тут же убит. Не сдавались только хайлендерз. Высоченные, красавцы как на подбор, они не привыкли сдаваться и рассчитывали на рукопашную. Но не добежали.



Марина Ефимова: Один английский офицер в ажиотаже атаки добежал до бруствера, и вскочил на него. Он увидел десяток направленных на него мушкетов. Но никто не стрелял. А один американец пальцем указывал ему на что-то за его спиной. Офицер оглянулся и увидел, что за ним никого нет. Зрелище разбросанных по полю сотен трупов своих солдат вызвало у английских офицеров такой шок, что они собрали остатки сил и вернулись на корабли. В битве за Новый Орлеан англичане потеряли 2036 человек убитыми и ранеными. У американцев было убито 13 и ранено 60 человек.



Стив Албот: Это одна из великолепных побед в военной истории, одна из редчайших битв с таким раскладом потерь. Уже одно это невероятно. Еще невероятнее и трагичнее то, что эта битва произошла после того, как война была кончена. Средства связи были такими медленными, что ни американцы, ни англичане не знали, что в Генте подписан мир уже в канун Рождества 14-го года. А битва произошла в середине января.



Марина Ефимова: Ни в территориальном, ни в экономическом плане от этой войны ни одна сторона не выиграла. Поэтому ее и называют «войной без победителей». Но она показала миру, что США стали чьим-то родным домом, который его жители готовы защищать. Что из Соединенных, но разрозненных Штатов они превратились в единую страну, с которой надо считаться. Поэтому войну 1812-го года называют еще «второй Войной за независимость».



Р ассказ об американской правозащитной организации Объединенные комитеты .



Ирина Лагунина: В последнем докладе о правах человека в мире, выпущенным госдепартаментом США в начале марта, России уделено 137 страниц – больше, чем какой-либо другой стране мира. Из проблем выделяется и ксенофобия. Цитирую доклад: «Нападения на почве расовой или этнической неприязни в последние годы значительно участились. Хотя зачастую сложно определить, действительно ли в основе этих действий лежат ксенофобия, религия или этнические предрассудки». О росте ксенофобии говорят и российские правозащитные организации. Сегодня – рассказ о совместной российско-американской работе против этого явления. Я передаю микрофон Людмиле Алексеевой.



Людмила Алексеева: Мой собеседник Леонид Дмитриевич Стонов родился в нашей стране и покинул ее в зрелом возрасте. Сейчас он американский гражданин, но своей родины не забыл. Леонид Дмитриевич является международным директором американской правозащитной организации и «Объединенные комитеты». Эта организация активно работает во всех странах на территории бывшего Советского Союза, в том числе в России.



Леонид Стонов: В 70-м году различные комитеты, которые существовали в разных штатах Америки, решили объединиться для того, чтобы защищать участников ленинградского «самолетного дела». Сейчас мало кто помнит это «самолетное дело»: люди хотели угнать самолет с целью показать всему миру, что нет свободы выезда и привлечь общественное внимание к этой проблеме. Их приговорили к смерти. Но тогда была такая ситуация: одновременно к смерти приговорили баскских террористов, и весь мир за них ходатайствовал, их помиловал Франко, и советские власти были вынуждены изменить приговор для участников «самолетного дела». Первое время наша организация занималась в основном вопросами свободы выезда и защиты узников Сиона.



Людмила Алексеева: Узники Сиона – это те, которые хотели выехать в Израиль и не получали разрешения?



Леонид Стонов: Те, кто сидели в тюрьме за свои взгляды, которые касались переезда в государство Израиль. И первые может быть 20 почти лет наша организация занималась тем, что помогала отказникам, не только евреям. Если защищаются и соблюдаются права человека, то нет проблем с национальными правами. Концепция прав человека это определяющее направление в построении вообще демократического мира. Может быть связи с советскими правозащитными организациями определили лицо нашей организации. Но где-то с 90-го года мы очень активно сотрудничаем с Московской Хельсинкской группой, может быть это повлияло, может быть просто широкие взгляды людей, которые составляют нашу организацию. Мы вообще стали заниматься всеми правами человека, не только вопросами выезда. И стали типичной американской правозащитной организацией.



Людмила Алексеева: Не совсем типичной, потому что большинство американских правозащитных организаций занимаются, естественно, проблемой прав человека внутри Америки, а вы занимаетесь правами человека в разных странах.



Леонид Стонов: В особенности в бывшем Советском Союзе, стопроцентно даже в бывшем Советском Союзе. Сейчас мы стали заниматься в основном вопросами всех видов ксенофобии - это лакмусовая бумажка вообще развития общества. Если имеют место проявления ксенофобии, то это отражает нездоровье в какой-то части всего общества и особенно та ксенофобия, которая развивается властными структурами или та ксенофобия, которая используется в предвыборной кампании, та ксенофобия, которая используется в строительстве политических партий и движений. Это очень опасные вещи. И поэтому мы вместе со многими российскими организациями, вместе с организациями на Украине, в Белоруссии занимаемся, во-первых, мониторингом, во-вторых, стараемся как можно лучше информировать мировую общественность с тем, чтобы она как-то могла повлиять на развитие событий в России именно с точки зрения обуздания этой самой ксенофобии. Я думаю, что в течение двух ближайших недель мы запустим блог, и тогда люди будут присоединяться к нашей инициативе.



Людмила Алексеева: Как вы решили назвать ваш блог?



Леонид Стонов: «Коалиция против ненависти». Нам кажется, что дело не только в блоге, а что организации работают совместно, создадут коалицию противостояния вот этому разрушительному явлению, каковым является ксенофобия. Причем любая ксенофобия, на почве национальной ненависти, на почве межрелигиозной ненависти, что, кстати, сейчас очень важно потому что преследуются очень многие конфессии на территории Российской Федерации.



Людмила Алексеева: То есть вы предполагаете некую общую площадку для объединения усилий по решению этой острой для нас проблемы?



Усилий и информационных, и усилий юридических, и усилий концептуальных. Вопрос очень сложный, здесь и психофизиологические моменты в разгуле этой ксенофобии. Масса вопросов – исторические, социальные корни. Ксенофобия проникла в общество очень глубоко.



Людмила Алексеева: Этот блог будет на русском языке?



Леонид Стонов: На двух языка, пока на русском и на английском, в дальнейшем имеется в виду украинский тоже. И он будет международный, потому что украинские правозащитные организации, особенно те, которые защищают права верующих, мы стараемся привлечь к нашей работе.



Людмила Алексеева: Это единственный проект в нашей стране?



Леонид Стонов: Один из проектов но может быть самый главный. Так же мы работаем над вопросом взаимоотношений бизнеса и прав человека. Зависимость внешней политики государства от внутренней политики и от соблюдения прав человека, нам кажется, что есть глубокая и очень сильная связь от того, в каком состоянии права человека находятся и что утверждает внешняя политика государства.



Людмила Алексеева: Вас интересуют прежде всего взаимоотношения между Россией и Соединенными Штатами?



Леонид Стонов: Вообще взаимоотношения России с западным миром. Появился ничем не вызванный ксенофобский антиамериканизм. С давних времен народы Советского Союза и народы Америки симпатизировали друг другу, особенно во время Второй мировой войны вместе воевали. Сегодня эти связи нарушены и некоторыми кругами раздувается совершенно беспочвенный антиамериканизм, который отражается, кстати, и на экономической деятельности, и на политической деятельности, и на настроениях людей. И это тоже есть одна из форм ксенофобии.



Людмила Алексеева: Как вы собираетесь противостоять этому явлению?



Леонид Стонов: Мы, во-первых, работаем и с американским конгрессом, и с американским государственным департаментом, мы стараемся разъяснить те шаги, которые надо было бы сделать, чтобы помочь российскому гражданскому обществу встать на ноги. Потому что самое главное в России, в Белоруссии, в Украине, где угодно в посттоталитарных государствах способствовать созданию зрелого, открытого гражданского общества. Естественно, это очень сложно, но это единственный путь к тому, чтобы люди уважали друг друга, уважали себя в первую очередь и противостояли натравливанию одной группы людей, неважно, по какому принципу – национальному, религиозному, социальному и так далее.



Людмила Алексеева: Вы намерены разъяснять это и американским бизнесменам, работающим в России?



Леонид Стонов: Бизнес должен понять, что безопасность инвестиций напрямую зависит от ситуации с гражданским обществом и от ситуации с соблюдением прав человека.



Людмила Алексеева: То есть вы хотите американский бизнес каким-то образом подвигнуть способствовать оформлению гражданского общества в России?



Леонид Стонов: Совершенно верно. Тем более, если они делают инвестиции, то эти деньги участвуют в социальных преобразованиях, в расширении количества рабочих мест, в улучшении рабочих мест. И тут есть абсолютно прямая связь с соблюдением прав человека. И люди лучше будут работать, если соблюдаются их права. Мы хотим, чтобы было ясно, какой регион более безопасен для инвестиций с точки зрения ксенофобии и соблюдения прав человека. Но, например, Краснодарский край, я не верю, что там может безопасность инвестиций в условиях невиданной ксенофобии, не только поддерживаемой часто властями, но очень часто инспирированной властями. О какой безопасности инвестиций может идти речь в регионе, где все время нарушаются и права отдельных людей, и права социальных, религиозных, национальных и других групп.



Людмила Алексеева: Таким образом, направление работы объединенных комитетов - создание международного блога на русском и английском, а затем и украинском языках для обсуждения проблем, связанных с ксенофобией. Отслеживание ситуации с этой точки зрения способствование инвестициям американского бизнеса в Россию, в те регионы, где власти не поощряют ксенофобию. Может быть это образумит глав тех регионов, где эти условия не соблюдаются?


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG