Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Беспорядки в столице Венгрии Будапеште


Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Александр Гостев .



Кирилл Кобрин : В столице Венгрии Будапеште этой ночью произошли серьезные массовые беспорядки. Во время столкновения демонстрантов и полиции ранения получили более 10 человек. Около 100 манифестантов арестованы. При разгоне толпы, пытавшейся прорваться к зданию парламента Венгрии, полиция использовала водометы и слезоточивый газ. Нескольким улицам в историческом центре города причинен серьезный ущерб.


Многотысячное выступление оппозиционных групп против социалистического правительства венгерского премьера Ференца Дюрчаня, сперва начавшееся мирно, было приурочено к национальному празднику Венгрии - очередной годовщине революции 1848 года, подавленной австрийскими и русскими войсками.


Власти страны и руководство города не исключают, что участники беспорядков вновь попытаются собраться в центре Будапешта сегодня вечером.


Мой коллега Александр Гостев побеседовал о подробностях и подоплеке последних событий в Будапеште с писателем, журналистом Радио Свобода, специалистом по странам Центральной Европы Ярославом Шимовым.



Александр Гостев: Что, собственно говоря, произошло вчера ночью в Будапеште - стихийный протест какой-то части венгерского общества против полиции, против правительства социалиста Ференца Дюрчаня, приуроченный, в общем-то, к случайной дате, или же закономерное, запланированное выступление народа?



Ярослав Шимов: Больше было таких закономерных, как вы сказали, запланированных элементов, поскольку дата (это не случайная дата) - это национальный праздник Венгрии, годовщина начала революции 1848 года. Оппозиция, в принципе, уже давно предупреждала, что эта дата ею будет использована. Стихийные явления были, скорее, осенью, так сказать, в предыдущий раунд венгерских, будапештских, волнений, когда, конечно, мало кто ожидал, что протест оппозиции выльется в такие формы. Тогда, как мы помним, волнения были очень сильные, и принесли определенный материальный ущерб, и раненых было много. На сей раз речь идет, скорее, о продолжении антиправительственной кампании, в центре которой стоит оппозиция. Но основным мотором, движущей силой являются, скорее, более радикальные группировки. Не партия ФИДЕС, являющаяся ядром консервативной оппозиции, а более радикально настроенные националистические силы, которые выступают и все-таки пытаются добиться своей конечной цели - отставки нынешнего правительства.



Александр Гостев: В числе манифестантов опять были и ультраправые экстремисты, и левые анархисты и так далее, которые помимо стычек с полицией, еще и враждуют между собой. О каких политических группах все-таки идет речь?



Ярослав Шимов: Есть как бы такая, условно назовем, респектабельная оппозиция - это партия ФИДЕС и союзные с ней силы консервативного направления и их, скажем так, попутчики, среди которых много маргинальных групп. Правильно вы совершенно говорите, есть среди них и правые и левые, но тут всегда нужно во время таких протестов отделять те группы, которые, говоря таким бытовым языком, всегда рады побузить. В данном случае, почему и правые, и левые радикалы присутствуют? Потому что нынешнее правительство несимпатично ни тем, ни другим.



Александр Гостев: В чем все-таки глубинные причины происходящего?



Ярослав Шимов: Все-таки Центральная и Восточная Европа - это еще не Запад, с точки зрения уровня жизни, с точки зрения массового сознания каких-то его черт. Назовем это предбанником Запада. У Венгрии есть определенные и довольно существенные экономические проблемы, в частности, очень крупный, выбивающийся за все еэсовские рамки, дефицит бюджета. Рост экономический, как и во всем этом регионе, довольно солиден. Но, тем не менее, и безработица есть значительная, есть определенные региональные различия. Допустим, восточные регионы Венгрии победнее, люди там не настолько чувствуют себя хорошо и уверенно. Но есть и политические причины - это давнее противостояние правых и левых сил, характерные для Венгрии. Здесь как бы соединилось все воедино. Плюс еще, как раздражитель, играет личность самого премьера - бывший комсомольский активист, успешный предприниматель, ставший миллионером, человек, ведущий себя часто экстравагантно, очень многим не нравящийся, в том числе и националистам. Говорят, что у него есть некие еврейские корни. В Венгрии эта тема всегда для националистов была болезненной. Все эти факторы, взятые воедино - социально-экономические, политические, какие-то субъективные, они и дают вот этот коктейль, который приводит в итоге к массовым беспорядкам.



Александр Гостев: Я недавно видел статистические данные. Венгры вместе с литовцами делят первое место в Европе по количеству самоубийств и депрессий, если так можно выразиться на душу населения. В чем причина этого явления? Можно ли их в какой-то мере считать, в свою очередь, причинами происходящего?



Ярослав Шимов: На эту тему мне доводилось общаться, беседовать с самими венграми. Они говорят, что, конечно, имеются исторические предпосылки к этому. Венгрия - страна, которая часто терпела, может быть, слишком часто, поражения, причем, сражалась, но в итоге как-то все у них не складывалось. Это и 1918-1919 годы, когда после Первой мировой войны они потеряли очень много территорий, и 1956 год и так далее. Это накладывает, это передается из поколения в поколение. Историческая память она такая остается негативная. Как говорится, событие прошло, а осадок остался.


Кроме того, венгры чувствуют свое определенное одиночество. Допустим, мне часто доводилось от них слышать фразы о том, что у нас прекрасная литература, но она мало переводится на другие языки, поскольку язык очень сложный. Это создает ощущение какое-то такого немножко... Вроде бы европейцы, но какие-то очень уж своеобразные, специфичные. Это азиатское происхождение - когда Венгрия, Hungary , от слова "гунны".



Александр Гостев: То есть все-таки как-то это сказалось в событиях прошлой осени, в нынешних событиях?



Ярослав Шимов: Напрямую я бы, конечно, не стал говорить. Там, на мой взгляд, там причины такие более рациональные, относящиеся к современной эпохе, но где-то на уровне массового сознания или даже подсознания это есть.



Александр Гостев: То есть социально-психологический подтекст присутствует?



Ярослав Шимов: Ну, его всегда надо учитывать, когда любые бунты, любые революции, любые волнения. Конечно, без этого не обходится.




XS
SM
MD
LG