Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Болонский процесс в России идет с трудом


Сорбонна, Париж. Здесь 25 мая 1998 года было положено начало процессу создания общеевропейского образовательного пространства.
<a href = "http://commons.wikimedia.org/wiki/Image:Sorbonne_DSC09369.jpg" target=_blank>Wikipedia. Creative Commons</a>.

Сорбонна, Париж. Здесь 25 мая 1998 года было положено начало процессу создания общеевропейского образовательного пространства. <a href = "http://commons.wikimedia.org/wiki/Image:Sorbonne_DSC09369.jpg" target=_blank>Wikipedia. Creative Commons</a>.

В технических и гуманитарных вузах Санкт-Петербурга постепенно вводится двухуровневая система подготовки специалистов по западным стандартам. Эта система является одним из шагов по присоединению российского образования к болонскому процессу — общеевропейской системе высшего образования. Но российские вузы сталкиваются на пути в Европу с серьезными трудностями.


Болонский процесс представляет собой глубокую образовательную реформу. Предварительным этапом этого процесса стала встреча министров образования Великобритании, Германии, Франции и Италии, на которой была принята Совместная декларация о гармонизации архитектуры европейской системы, Париж, Сорбонна, 25 мая 1998 года. Свое название «Болонский процесс» получил после состоявшего в Болонье заседания министров образования европейских стран, где был принят основополагающий документ Зона европейского высшего образования. Россия официально присоединилась к Болонскому процессу на Берлинской конференции 19 сентября 2003 года.


Основной задачей этого процесса является создание общеевропейского образовательного пространства, повышение мобильности студентов и преподавателей. Университеты, присоединившиеся к Болонскому процессу, координируют системы оценки знаний и учебные программы таким образом, чтобы студент мог получать образование в разных университетах — какие-то курсы прослушать, например, в Сорбонне, а какие-то в Санкт-Петербурге, а в результате получить универсальный общеевропейский диплом.


Болонский процесс — это не только вопрос конвертируемости российских дипломов, не только подготовка специалистов с высшим образованием двух уровней — бакалавров и магистров, — это глубокое изменение самого характера учебного процессов в вузах.


Ректор Российского государственного педагогического университета имени Герцена Геннадий Бордовский считает, что на этом пути у российских вузов есть серьезные проблемы: «Технология образования, сложившаяся у нас в России и очень долгое время развивавшаяся в Советском Союзе, на сегодняшний день существенно отличается от того, что происходит в университетах Европы, Америки, Японии, с точки зрения организации самого учебного процесса. У нас сложилась так называемая лекционно-семинарская система. Центром этой системы является лекция профессора, которую он читает, а студент записывает. Потом они встречаются. Студент, в конце концов, профессору расскажет кусок его лекций.


Болонский процесс предлагает другую схему: здесь исчезает понятие предмета, но возникает образовательная программа. Эту образовательную программу должен сконструировать профессор. Он должен разъяснить студенту, почему ему нужно выбрать среди нескольких программ одну.


Профессор в этом случае не является единственным носителем информации, но он является главным идеологом. Он определяет ключевые понятия. Он встречается со студентами на так называемых проблемных лекциях, пытаясь активизировать деятельность студентов в тех ключевых вещах, которые ему представляются в его программе наиболее важными.


Далее идет сам процесс освоения этой программы, в которой доля самостоятельной работы студента очень велика. Встречаясь с преподавателем, студент пытается показать, что он эту образовательную программу освоил. Не в виде ответа на три вопроса в билете, а в виде тех целей, которые сформулированы в программе, и задач, которые удалось решить. Ассистенты являются постоянными тьютерами. Они оказывают консультационную помощь студенту. Это другая технология, по сравнению с лекционным курсом. Это постоянная способность видеть основные задачи и умение отыскивать решение этих задач через большое количество этих образовательных программ, которые составляют весь курс бакалавриата и магистратуры».


Но новая система будет мертва без предоставления студентам большой свободы выбора предметов.


Геннадий Бордовский считает, что в этом заключается самая большая сложность для российских вузов: «Мы давно уже работаем по новой технологии и можем сказать, что очень трудно предложить студенту на выбор равноценные программы. Студенты, как правило, выхватывают наиболее интересную программу. И получается так, что одни программы оказываются востребованы, а другие — нет. Возникает конфликт. Но без свободного выбора студента все это не будет иметь никакого результата. Те, кто решились переходить новую образовательную технологию, должны понимать, какую ответственность они принимают на себя. В частности, это полное изменение роли библиотеки. Библиотека перестает быть складов учебников. Библиотека становится главным информационным центром, который включен в эту программу».


XS
SM
MD
LG