Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Россия хочет, чтобы Совет Европы перестал ее проверять


Между Москвой и Страсбургом есть, как минимум, две нерешенные проблемы - отмена в стране смертной казни и внесение изменений в работу Европейского суда по правам человека

Между Москвой и Страсбургом есть, как минимум, две нерешенные проблемы - отмена в стране смертной казни и внесение изменений в работу Европейского суда по правам человека

Россия хочет добиться от Совета Европы снятия мониторинга, то есть постоянной проверки российских обязательств перед этой организацией. Об этом в Москве сегодня заявил глава российской делегации в Парламентской Ассамблее Совета Европы Константин Косачев. Косачев обсуждал сегодня то, как Россия выполняет свои обязательства перед Советом Европы, с двумя докладчиками по России в ПАСЕ.


России надоело, что ее постоянно проверяют. Об этом уже довольно долго говорят члены российской делегации в Парламентской Ассамблее Совета Европы, утверждая, что Москва пошла на многое в законодательстве и правоприменительной практике, чтобы соответствовать стандартам Совета Европы. Председатель комитета Государственной Думы по международным делам Константин Косачев, возглавляющий российскую делегацию в ПАСЕ, при этом признает, что между Москвой и Страсбургом есть, как минимум, две действительно нерешенные проблемы - это 6-й и 14-й протоколы к Европейской конвенции о правах человека. Первый отменяет в стране смертную казнь, второй - вносит изменения в работу Европейского суда по правам человека, и оба не ратифицированы Россией.


Докладчик ПАСЕ по России, бельгиец Люк Ван ден Бранде говорит, что негативное отношение к документу, касающемуся работы суда, наносит имиджу России серьезный ущерб: «Для нормальной работы суда, учитывая то, что сейчас на его рассмотрении находятся 86 тысяч жалоб, и был разработан 14-й протокол, цель которого - облегчить работу со всеми этими обращениями. Последствия того, что Россия, единственная из стран-членов Совета Европы, не ратифицировала этот документ, - это то, что протокол не вступит в силу, так как для начала его действия нужно согласие всех 46 стран. По-моему, не только в интересах суда, но и в интересах России, чтобы о ее позиции не говорили, как о блокирующей работу суда».


Люк Ван ден Бранде и его коллега из Греции Теодорос Пангалос были в России в течение трех дней и отправились из Москвы в Сибирь, чтобы посмотреть, что происходит там с правами человека. Они осматривали и тюрьмы, и после визита в одну из них Теодорос Пангалос обратился к журналистам: «Я хочу воспользоваться тем, что вы здесь, чтобы через вас обратиться к Министерству юстиции. В Новосибирске есть следственный изолятор, и люди, которые им управляют, достаточно компетентны, по-человечески приятны и много работают. Они нуждаются в новой тюрьме на тысячу мест, и нужно построить ее сейчас, а не через десять лет. Я обращаюсь к министру потому, что в одной камере, которая своими размерами очень мала, мы видели 36 женщин. Это означает, что если все эти женщины одновременно встают со своих коек, то они не помещаются в камере. Это очень плохая ситуация, и такое существует не только в России, но именно эту тюрьму я посетил и именно этих женщин я видел. Я думаю, что критика таких порядков должна привести к тому, что честные люди в пенитенциарной системе России должны получить необходимые средства на строительство нового здания, чтобы число людей в камерах сократилось до 18 или 14».


Говорили и о ксенофобии, о том, что в борьбе с ней государство должно помогать обществу, а не указывать ему очередную жертву. В случае с грузинами, насильственно вывезенными в конце 2006 года из России, дело дошло до Европейского суда - там уже подтвердили, что иск Грузии к России о массовых нарушениях прав человека уже поступил в суд. Европейские парламентарии говорят аккуратно: с одной стороны, Россия должна уважать соседей, с другой - соседи должны уважать Россию.


Константин Косачев высказывается более определенно и сердито: «Власти Грузии совершили большую ошибку, пойдя по пути предъявления этого иска от имени государства. Безусловно, права человека должны защищаться, в том числе в Европейском суде, и я бы не видел никакой проблемы, если бы те граждане Грузии или граждане России грузинской национальности, которые считали себя ущемленными в своих правах, обращались в Европейский суд по правам человека. Но подача такого иска в таком пакетном варианте от имени государства, очевидно, является попыткой политизировать эту проблему, превратить ее в межгосударственный спор, и, на мой взгляд, такой шаг не служит задаче нормализации российско-грузинских отношений. У нас очень непростые отношения были последние месяцы. И нынешний шаг нас может отбросить на какие-то уже пройденные позиции».


Глава российской делегации в ПАСЕ довольно часто упрекает своих европейских коллег в использовании двойных стандартов. Говоря о ситуации с приезжими в России, которая в свете борьбы с ксенофобией очень интересует европейцев, Константин Косачев попенял на невнимание Страсбурга к проблеме русскоязычного населения стран Балтии: «Мне представляется крайне важным избегать в процедурах мониторинга двойных стандартов и предъявления к одним странам завышенных требований по отношению к другим. Здесь я хотел бы сослаться на тот вопросник, который перед этим визитом мы получили от докладчиков, те вопросы, которые они хотели бы обсудить в рамках визита. Я хочу процитировать. В частности, здесь один из вопросов звучит так: "Новое миграционное законодательство, особенно в части, касающейся выходцев из бывших советских республик". Я готов обсуждать эту тему, но я настаиваю на том, что тогда эта тема - судьба выходцев из бывших советских республик - должна применяться и к другим государствам-членам Совета Европы. И когда Парламентская Ассамблея Совета Европы прекращает даже не только мониторинг, но и постмониторинговый диалог в отношении Латвии и Эстонии, где судьба выходцев из бывших советских республик широко известна, и это не является проблемой для Парламентской Ассамблеи, то это либо не должно являться проблемой и в случае с Россией, либо это должно являться проблемой во всех без исключения случаях».


Между тем доклад, в котором может появиться предложение о снятии мониторинга с России, скорее всего, увидит свет не раньше, чем к середине 2008 года, то есть после парламентских и президентских выборов в России. Можно с уверенностью сказать, что на выводах этого доклада отразится и атмосфера, в которой пройдут обе кампании, и первые шаги, которые сделает обновившаяся российская власть.


Показать комментарии

XS
SM
MD
LG