Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Литовский актер Донатас Банионис о съемках в фильме Андрея Тарковского "Солярис"


Программу ведет Никита Татарский. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Вильнюсе Ирина Петерс.



Никита Татарский: Для известного литовского актера Донатаса Баниониса съемки в фильме Андрея Тарковского «Солярис» в 1972 году стали волнительной встречей с уже известным тогда кинохудожником, испытанием. Он считает режиссера выдающимся мастером философского обобщения.



Ирина Петерс: Литовец Донатас Банионис, приглашенный на главную роль, к тому моменту был уже зрелым 48-летним актером. Но работа в фильме «Солярис», несмотря на опыт, была для него трудной.



Донатас Банионис: Когда мы стали снимать, я понемножку стал узнавать, что он хочет. Если я знал в картинах «Мертвый сезон» или «Никто не хотел умирать» по жизни все, мне было ясно более-менее, а «Солярис» - я не разобрался, что это такое будет. Когда вышла уже картина, я целиком увидел это, музыка Баха, Хоральная прелюдия Фа минор, потом – Рембрандт «Блудный сын» в конце фильма, когда я на колени падаю, - вот это уже мировое достижение искусства. И я понял, куда я попал и что это такое. Посылает Бог и судьба встретиться с такими людьми.



Ирина Петерс: Принято считать, что Тарковский своим фильмом обессмертил роман Лема. Но это мнение пришло не сразу. В 1972 году, когда вышла картина, рассказывает Донатас Банионис, советский зритель, критика и особенно коллеги режиссера фильм не приняли.



Донатас Банионис: Даже мы поехали в Канны на фестиваль – как люди уходили видел, как уходили во время сеанса. Потом одна критикесса написала сразу, на следующий день, что Андрей Тарковский хороший моралист, но очень плохой кинематографист, нет действия, нет экшн, нет того, что привычно, - всякие любовные сцены и так далее. Но на следующий день уже вышли хорошие рецензии, уже разобрались, понимали. Но самое характерное – письмо женщины из какого-то города в России, провинциального, и она просит от всех зрителей (имейте в виду – от всех зрителей!): «Вы такой хороший актер, но больше в такой халтуре (слово было написано), как «Солярис», не снимайтесь, будьте добры». Конечно, я не послушал. Я снимался не только в такой «халтуре», как «Солярис». К кому это фильм был? Зритель – далеко-далеко, не дозрел, чтобы думать так глубоко на все времена философию, которая не имеет сегодняшнего только смысла, обнимает всю историю человеческую: кто такой человек, почему он так поступает. По фильму – стремится познать космос. Для того чтобы познать человеческую суть, совесть, он должен разобраться в себе, а не в космосе. Вот это уже пришло после того, когда уже посмотрел весь фильм. И я понял, что я там делал.



Ирина Петерс: О совместной работе с Андреем Тарковским рассказывал Донатас Банионис.


XS
SM
MD
LG