Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Конфликт между РАН и Минобразования перешел в острую фазу


Программу ведет Андрей Шароградский. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Москве Мумин Шакиров.



Андрей Шароградский: Российская академия наук заняла жесткую позицию и продолжает отстаивать новый академический устав, принятый на общем собрании в конце марта этого года. Устав, предложенный Министерством образования и науки , был отвергнут учеными. С позициями сторон ознакомился наш корреспондент Мумин Шакиров.



Мумин Шакиров: Конфликт между чиновниками и академиками перешел в острую фазу после того, как ученые отвергли устав, предложенный Министерством образования и науки. Его разработали по заказу правительства эксперты из фонда «Открытая экономика». Документ предусматривал передачу всех главных функций управления академией, в том числе и распоряжение финансами и имуществом, Наблюдательному совету, на две трети состоящему из чиновников и представителей власти. Самим академикам предлагалось оставить лишь экспертные функции по определению научных направлений. Ученые выступили категорически против этого устава. Позицию своих коллег в очередной раз сегодня в Москве на пресс-конференции выразил заместитель председателя комитета Госдумы по образованию и науке Сергей Колесников.



Сергей Колесников: Возникли попытки разобраться с Академией, как с имущественным комплексом, как с неким финансовым мешком, с тем, чтобы не позволять этим "яйцеголовым", этим академикам самим распоряжаться этими средствами и имуществом, попытаться создать некий наблюдательный орган, который этим "недоумкам" из академии поможет распоряжаться собственностью и финансами. Я говорю, может быть, грубо, но реально это так. Суть фундаментальной науки, к сожалению, в том, что чиновник не в состоянии предвидеть то, что будет происходить на поле фундаментальной науки. А здесь дается инструмент чиновнику управлять развитием фундаментальных исследований. Это очень опасный процесс, нигде в мире это не делается, везде, если наука в высшем образовании сосредоточена, там высочайшие принципы самоуправления введены, и государство старается не вмешиваться. Это, если хотите, венчурные вложения государства. Государство дает умным людям деньги и говорит: вы умные люди, вы представляете, наверное, что будет происходить с тенденциями развития общества, науки и государства и вы это должны нормально потратить. Да, мы можем потерять деньги, но мы можем получить прорывные направления. Только так это делается.



Мумин Шакиров: Сергея Колесникова поддержал вице-президент Российской академии наук Александр Некипелов. Ученый Некипелов выступил также против участия менеджеров от министерства образования и науки в качестве управленцев в их ведомстве.



Александр Некипелов: Но ведь это же глупость применительно к учреждениям бюджетным ставить вопрос о том, чтобы там были какие-то менеджеры, то есть, ну, не какие-то, а менеджеры в таком рыночном смысле слова. Ведь бюджетные учреждения наши не имеют права по закону даже кредит взять, не говоря о том, чтобы размещать ценные бумаги, привлекать капитал к развитию и так далее. Что там будет делать высококлассный менеджер? Хороший советский завхоз нужен в учреждениях. А вот когда мы говорим о том, что нужно создавать инновационную систему в стране, в том числе создавать инновационный пояс вокруг Российской академии наук, других государственных академий наук, вот там да, там менеджеры нужны, настоящие менеджеры.



Мумин Шакиров: Правда, в своем выступлении Александр Некипелов не разъяснил, чем завхоз отличается от менеджера. В итоге, академики в конце марта этого года на общем собрании приняли свой академический устав, отказавший от варианта, предложенного Министерством образования и науки. Помимо резких критических замечаний в адрес самого устава, у ученых также вызвало раздражение сопроводительное письмо к документу. В нем было четко сказано, что в случае, если академия не утвердит Модельный устав, Министерство образования и науки, в свою очередь, не утвердит президента РАН, избранного академиками, и не согласует устав, принятый самостоятельно академий, и не выделит деньги во второй половине 2007 года в соответствии с принятым бюджетом. Автора этого письма так и не удалось найти ни членам академии, ни журналистам. Желания взять под контроль финансы, выделяемые Академии наук России чиновниками из правительства, не безосновательны, считает молодой ученый, доктор биологических наук Михаил Гельфанд. По его мнению, у каждой стороны есть аргументы, заслуживающие внимания.



Михаил Гельфанд: В позиции чиновников драгоценные зерна состоят в том, что необходима конкурсная среда, необходимы гранты, необходимы прозрачные программы. В позиции чиновников даже вот эти разговоры про Наблюдательный совет... на самом деле такие наблюдательные советы существуют практически во всех странах. Наука все-таки ответственна перед обществом, и некий социальный заказ на те или иные исследования дает общество. Можно ли такую систему установить у нас при колоссальном уровне безграмотности как чиновников, так и депутатов, я не знаю. Возможно, что в Наблюдательном совете доля ученых должна быть существенно увеличена. В позиции чиновников есть здравое зерно, которое состоит в том, как не так сделать, чтобы одни и те же люди сначала принимали стратегические решения, потом распределяли деньги в рамках этих стратегических направлений, потом сами же производили исследования и потом сами же оценивали их результативность. Вот такая система точно работать не может. В позиции ученых существенную роль играет то, что действительно отчетность должна быть адекватной, а не той, которая сейчас. Сейчас, скажем, поездку на конференцию надо в начале года расписать не то по четырем, не то по пяти графам бюджетной классификации. Министерство пытается бороться со злоупотреблениями, делает это оно доступными любому бюрократу способами, а именно увеличением отчетности, увеличением ее дробности. В результате те, кто обходил эти ограничения, так и продолжают обходить, а те, кто реально работает, вынуждены заполнять какую-то безумную гору бессмысленных бумаг. Конечно, текущие... если человек получил грант на несколько лет, то он должен быть свободен в использовании средств, выделенных по этому гранту, но зато через несколько лет он должен показывать результат. Соответственно, получение следующего гранта должно быть обусловлено в значительной степени успешностью выполнения предыдущего.



Мумин Шакиров: Подводя итоги, Михаил Гельфанд считает, что о победе академиков над чиновниками говорить преждевременно.



Михаил Гельфанд: Это победа не академиков, а некоторой группы руководящих в составе Академии наук. И если к академикам причислять не только действительных членов Академии наук, но и реальных ученых, то ничего хорошего от этого конфликта ожидать не приходится. Те механизмы, которые сейчас существуют в Академии наук для распределения финансовых средств на исследования, они абсолютно непрозрачны, и фактически это такой закрытый клуб, который как-то что-то решает. Довольно часто эти решения разумны, в этом смысле как раз мне бы не хотелось какую-то критику наводить. Среди наших академиков довольно много действительно очень хороших ученых. Но сам процесс настолько непрозрачный, что всякий раз, даже когда решение вроде бы принимается справедливо, все равно возникают какие-то не очень приятные ощущения у остальных.



Мумин Шакиров: Последнее слово останется за чиновниками. В одном из своих выступлений, заместитель министра образования и науки Дмитрий Ливанов заявил, что Устав Российской академии наук, который был принят ее членами, будет еще согласовываться. Документ вступит в силу только после его утверждения правительством. Это не финальная точка, а продолжение дискуссии.


XS
SM
MD
LG