Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Защита прав потребителей образовательных услуг


Марьяна Торочешникова: Защита прав потребителей образовательных услуг - такова тема сегодняшней передачи.


С экспертом в студии – сопредседателем Союза потребителей России Алексеем Корягиным – мы постараемся разобраться в том, как правильно заключить договор о получении платного образования, можно ли потребовать от репетитора компенсацию за некачественную подготовку к экзаменам, и ответить на другие вопросы, связанные с платными образовательными услугами.


Мы уже обращались к этой теме в начале учебного года, однако теперь она снова не менее актуальна. Школьники наверняка уже определились с выбором вуза или колледжа и вовсю готовятся к поступлению в эти учебные заведения. Кто-то ходит на подготовительные курсы, кто-то предпочитает занятия с репетитором. А что предлагают будущим абитуриентам за их деньги?


Но все же для начала, я считаю, просто необходимо оговориться и еще раз напомнить о том, что сегодня мы говорим о платном образовании и платных образовательных услугах, и это очень важно. Поскольку, вообще-то, образование, в принципе, услугой как таковой не является, и в соответствии с Конституцией Российской Федерации теоретически должно предоставляться бесплатно гражданам Российской Федерации. В том числе у всех граждан Российской Федерации есть право и на бесплатное высшее образование. Но мы говорим исключительно о платном образовании, чтобы не возникало никаких вопросов. И вот как раз с этой точки зрения предоставление вот такой услуги, оно регулируется законом «О защите прав потребителей», помимо всего прочего. И здесь у людей гораздо больше шансов отстоять свои права в том случае, если высшее учебное заведение, например, будет эти права нарушать, или репетитор, или какая-то компания, которая организовывает курсы профессиональной подготовки или тренинги. Ну, сейчас очень много таких услуг.


Тем не менее, хотелось бы попросить вас, Алексей Евгеньевич, рассказать о том, где чаще всего и кто – студенты, абитуриенты – сталкиваются вот с такими проблемами, касающимися защиты прав потребителей образовательных услуг, - при поступлении, при заключении договора, во время обучения – когда?




Алексей Корягин

Алексей Корягин: Вы знаете, я просто хочу сейчас привести несколько цифр, которые внесут, скажем так, некую ясность в соотношение платных и бесплатных образовательных услуг в нашей стране. Это как бы официальная статистика, и заключается она в следующем. Вы абсолютно правильно сказали, что Конституция гарантирует нам бесплатное образование и среднее законченное. И вот сейчас, кстати, вы в курсе того, что в апреле внесен Министерством образования законопроект, который, скажем так, обязывает получать обязательно 11-летнее образование. Об этом сейчас идут...



Марьяна Торочешникова: То есть это уже не право, а обязанность, да?



Алексей Корягин: Да. Здесь очень много спорных моментов. Но некоторые субъекты Российской Федерации... в частности, московский закон об образовании, он включает обязательное 11-летнее образование. Это на самом деле все очень интересно, потому что мы находимся на определенном переломном моменте. Вот эта реформа образования, она сейчас проходит определенный этап, ну, скажем так, 2006-2007 годы, когда идет определение уровня образования, определение методики работы.



Марьяна Торочешникова: Но это все-таки уже разговор для темы другой нашей передачи – «Образование», которая выходит на волнах Радио Свобода.



Алексей Корягин: Да. Поэтому я хочу привести цифры. У нас примерно соотношение платных и бесплатных образовательных услуг высших учебных заведений (сейчас будем говорить для ясности о высших учебных заведениях): половина студентов учатся бесплатно, а половина – на платной основе.



Марьяна Торочешникова: В тех же вузах?



Алексей Корягин: Да, в тех же вузах. Причем тут очень интересный момент. И источник – это Федеральная служба государственной статистики. Всего учится у нас порядка 7 миллионов человек в высших учебных заведениях, из них почти 6 миллионов – в государственных вузах. Так вот, из этих 6 миллионов, которые учатся в государственных вузах, половина фактически (ну, чуть меньше), учится на платной основе. А вот в негосударственных вузах, которые лицензированы, имеют аккредитацию, все, естественно, учатся на платной основе. Но вот соотношение такое.


Поэтому платные образовательные услуги – это очень серьезный вопрос, связанный и с правами граждан на образование, на качественное образование, это регламентируется, как вы правильно сказали, законодательством о защите прав потребителей. И этого многие, к сожалению, пока не понимают, а отсюда - все вытекающие ошибки, связанные с заключением договоров при поступлении в вуз, при получении определенных документов, при оплате платных образовательных услуг. Тут достаточно много различных нарушений.



Марьяна Торочешникова: Кстати, если говорить о нарушениях при заключении договоров об оказании платных образовательных услуг, скажите, Алексей Евгеньевич, а проводили ли вы какое-то специальное исследование? Вот люди, которые учатся в государственных учебных заведениях, но на платной основе, они находятся в более привилегированном, в более защищенном положении, чем остальные студенты, или же нет? Или, напротив, их права нарушаются чаще?



Алексей Корягин: К сожалению, нет. Я могу сказать так, что Союз потребителей России второй год целенаправленно занимается этой работой по выявлению нарушений в этой сфере потребительских услуг - в платном образовании, главным образом в высших учебных заведениях. В прошлом году достаточно большой мониторинг был проведен на базе вузов, которые в Московской области располагаются. Они могут быть и московскими, которые открывают свои филиалы, представительства в Московской области, так и непосредственно те, которые находятся на территории Московской области. В этом году, как раз с апреля эта работа продолжается. И Общество защиты прав потребителей Свердловской области сейчас очень большую работу провело как раз по изучению договорной базы. И могу сказать так, что и в Московской области, и в Свердловской области нарушения, в принципе, как бы типичные.



Марьяна Торочешникова: А что это за нарушения?



Алексей Корягин: Ну, нарушения можно обобщить, так скажем, по нескольким группам. Я могу сказать так, что самое интересное, что и у нас, и в Свердловской области получились очень схожие цифры. Всего 10 процентов условий договора или, скажем так, изученных договорных документов соответствуют законодательству Российской Федерации о защите прав потребителей. 10 процентов!



Марьяна Торочешникова: То есть, предположим, если договор на 10 страницах, то только одна из страниц договора соответствует закону, а все остальное недействительно.



Алексей Корягин: Да. Или один договор из десяти полностью соответствует законодательству. Вот эти цифры очень интересные, они получились и в Свердловской области, и в Московской области. Ну и в московских вузах та же самая ситуация. Мы, кстати, изучали договорную базу и Московского государственного университета, и там тоже есть определенные нарушения... были в прошлом году, я не говорю про этот год. Мы давали свои определенные рекомендации, которые, вполне возможно, учтены.


Но могу сказать так, первое и самое главное нарушение – это просто не предоставляют договор для ознакомления. То есть приходит молодой человек в вуз, ему говорят: «Вот здесь сиди, изучай, смотри, подписывай». А ведь, как правило, много приезжих, много людей, которые приехали из другого региона. И вот он сидит, у него в одном кармане деньги, в другом документы, и ему...



Марьяна Торочешникова: ...он вынужден принимать решение на месте.



Алексей Корягин: Да. А это неправильно. И таких – половина. Это во-первых.


Дальше. В 20-ти случаях нет информации о наличии лицензии. И в 90 процентах... вот, в частности, в Свердловской области также отмечают, что неправильно оформлены полномочия представителя образовательного учреждения.



Марьяна Торочешникова: Если это филиал.



Алексей Корягин: Да и филиал. Или если вы приезжаете непосредственно в комиссию, то не известно, кто этот договор подписывает.


Итак, первое, о чем мы сейчас сказали, - это, в общем-то, информация о высшем учебном заведении, о договоре и так далее. Это, так скажем, информационная недостаточность в предоставлении информации абитуриентам, а впоследствии и студентам, потому что студент в течение образовательного процесса может познакомиться практически с любыми документами. Это первый блок.


А второй блок – это несоответствие положений договора требованиям законодательства. То есть вузы в свои документы закладывают неправомерные условия.



Марьяна Торочешникова: Например?



Алексей Корягин: Я процитирую, например, как раз по Свердловской области... Например, включение пункта в договор, дающий право вузу в одностороннем порядке расторгать договор в случае неоплаты, просрочки оплаты образовательных услуг, а также в случаях, когда обучающийся отчисляется в связи с невыполнением учебного плана.



Марьяна Торочешникова: Но это же вполне логичные требования, если разобраться на вскидку. В чем здесь противоречия законодательству?



Алексей Корягин: Это противоречит 310-ой статье Гражданского кодекса Российской Федерации, когда нельзя отчислить... Договор нужно расторгнуть в соответствующем порядке.


Дальше. Например, когда в одностороннем порядке включаются какие-то дополнительные условия по оплате дополнительных экзаменов, зачетов. То есть, предположим, студент не сдал, а в условиях договора написано, что «вы должны заплатить за дополнительную пересдачу экзамена».



Марьяна Торочешникова: Это незаконно?



Алексей Корягин: Конечно, незаконно.


Дальше. Установление в договорах, помимо платы за обучение, так называемых безвозмездных, единовременных сумм на содержание образовательного учреждения.



Марьяна Торочешникова: Ну, это чистой воды побор. Вот это как раз очевидно.



Алексей Корягин: Далее. Вот то, что было включено в Московской области. Включение в договор условий, ограничивающих права потребителей (студентов) на отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг в любое время и без основания причин. То есть смысл вот в чем. Студент учится, он может в течение даже, предположим, учебного года, семестра разорвать этот договор, и ему обязаны вернуть деньги.



Марьяна Торочешникова: За все то время, которое он...



Алексей Корягин: Нет, которое он недоучился, скажем так. И вот мы в Союзе потребителей России выставляли несколько претензий, требований аналогичного плана к вузам, которые отказывались выплачивать деньги, которые были проплачены авансом.



Марьяна Торочешникова: А чем это мотивировали вузы?



Алексей Корягин: Вы знаете, ну, вузам, конечно, интересно не отдавать лишние деньги, естественно, им хочется оставить их у себя. Вузы особо ничем не мотивировали. Но потом, после наших требований возвращали.



Марьяна Торочешникова: До суда дело не доходило?



Алексей Корягин: Не доходило.



Марьяна Торочешникова: То есть в претензионном порядке удавалось решить все эти вопросы?



Алексей Корягин: Да. Далее. Вот, например, я могу сказать так, что на самом деле вот очень важным моментом является то, что вуз не включает полную сумму – ту, которую должен заплатить за весь период обучения студент...



Марьяна Торочешникова: За все пять лет, скажем.



Алексей Корягин: Да, за все пять лет. И договоры часто заключаются даже на один год. То есть это вообще камень преткновения, скажем так...



Марьяна Торочешникова: То есть получается, что один год человек учится по одной цене, на другой год могут эту цену повысить, и так далее.



Алексей Корягин: Да. И повышают до такой степени, что человек, предположим, платит порядка 30 тысяч за семестр на первом году обучения и в два раза больше платит уже на четвертом, предположим, или на пятом. Вот это неправомерно. С другой стороны, абитуриент, а впоследствии студент, вынужден играть по тем правилам, которые навязывает ему вуз. Потому что у вуза все очень просто: «хочешь – подписывай этот договор, не хочешь у нас учиться – не подписывай, пожалуйста, иди в другой». Вот нарушение прав граждан на этом периоде – на периоде поступления, я считаю, что это нарушение в чистом виде гражданских прав.



Марьяна Торочешникова: Но это вообще довольно распространенные нарушения для России, с точки зрения составления любых договоров. Поскольку получается, что человек, который приходит заключать с какой-то фирмой, с образовательным заведением договор, он уже находится в ситуации гораздо более худшей, чем тот человек, который эту услугу предлагает. Поскольку как раз так и говорят: «Не хочешь учиться у нас – иди в другой вуз, с другим договором». «Не хочешь ехать от нашей туристической компании отдыхать, с нашим договором – иди в другую». Вопросов нет. То есть с этой точки зрения люди, которые предоставляют услуги в России, в большинстве своем недисциплинированные, и они не держатся за клиентов.



Алексей Корягин: Я согласен с вами. Просто есть небольшая, конечно, разница между возможностью выбора турфирмы и вуза. На самом деле вот те нарушения, о которых мы сейчас сказали, они системные. И я вообще просто могут с твердой уверенностью сказать, что они в большинстве вузов Российской Федерации... и навязанные услуги, то есть тенденция об устойчивой практике навязывания потребителям каких-то условий, ущемляющих их права, она повсеместно прослеживается. И в какой бы вуз вы ни пошли практически, увы, вы это будете наблюдать.



Марьяна Торочешникова: А что делать в этой ситуации? Понятно, что с точки зрения действующего в России законодательства, если вы подписали какой-то договор, который нарушает положения этого же российского законодательства, то он судом будет признан недействительным.



Алексей Корягин: Вы знаете, да, по законодательству это так, но, к сожалению, это не всегда так бывает. Вы знаете, суды сейчас очень часто принимают такую позицию, и это тоже становится, увы, порочной практикой...



Марьяна Торочешникова: Какую позицию?



Алексей Корягин: «А вы же подписывали договор, вы же его читали...».



Марьяна Торочешникова: То есть судьи, в таком случае, даже не обращают внимания на явные нарушения, которые содержатся в договоре?



Алексей Корягин: Да. И я вам могу сказать с абсолютной точностью, что так бывает.



Марьяна Торочешникова: Я просто хочу здесь провести аналогию тогда уж с трудовыми договорами. Поскольку здесь уже есть сложившаяся в судах практика, и судьи достаточно принципиальны в этом вопросе, если видят, что трудовой договор, подписанный человеком, нарушает какие-то положения закона, то суды признают эти договоры недействительными. Почему тогда в случае с договором, например, об оказании платных образовательных услуг суды не занимают такую принципиальную позицию? Чем это можно объяснить?



Алексей Корягин: Я хотел бы сказать вообще о потребительских делах в целом. Потому что я говорил именно об этом, что суды часто говорят так: «Вы подписывали условия договора и вы на них шли». «Да, это противоречит, мы говорим, - законодательству, это ущемляющие права потребителя условия договора. Ну и что, вы подписывали...». И такие дела мы проигрывали, к сожалению, и в судах первой инстанции, и в кассационных. Такая практика, увы, есть. Я, конечно, не говорю, что это повсеместно и так далее. Но примерно одно из десяти дел, по нашей статистике, в которых на этом положении есть нарушения законодательства о защите прав потребителей, которые уже содержатся в договоре, то получается, к сожалению, вот так – суды принимают во внимание условия договора. Я тоже не могу объяснить, почему это так. Это отдельная тема для разговора.



Марьяна Торочешникова: А какую позицию занимает прокуратура вот в этой ситуации? Обращались ли туда с жалобами на такие нарушения со стороны администраций высших учебных заведений или колледжей?



Алексей Корягин: Вы знаете, прокуратура, кстати, здесь занимает достаточно принципиальную позицию. И я могу сказать так, что и надзорные органы в Российской Федерации, которые осуществляют надзор и контроль в сфере образования, достаточно принципиальную позицию занимают. На самом деле буквально вот сейчас, в феврале, вышло новое постановление правительства Российской Федерации «Об утверждении правил осуществления контроля и надзора в сфере образования», как раз перед новым учебным годом. Плюс идет реформа контроля над качеством образования. И здесь работа идет. Но слишком много вузов, скажем так. Все проверить, все проконтролировать сейчас достаточно сложно. И получается так, что Рособрнадзор занимается в основном контролем здесь, но главным образом, это все-таки, скажем так, лицензирование и так далее. А Роспотребнадзор, который тоже имеет возможность контроля и надзора в сфере защиты прав потребителей...



Марьяна Торочешникова: Если речь идет о платных образовательных услугах.



Алексей Корягин: ...да, пока к этой теме только подходит.



Марьяна Торочешникова: Вы знаете, я очень тревожную мысль уловила во всем том, о чем вы говорили. Получается, что сейчас студенту, потребителю образовательных услуг гораздо эффективнее искать защиты не в суде, о чем я постоянно говорю в передаче «Правосудие», а вот в каких-то надзирающих и контролирующих органах.



Алексей Корягин: Да, я с вами абсолютно согласен. А вывод тут даже в другом. Я повторю эту мысль, что потребитель образовательных услуг, а особенно в высших учебных заведениях, он ведь не защищен.



Марьяна Торочешникова: Законодательно? Или законодательно он защищен, но правоприменители не спешат его защитить.



Алексей Корягин: Да. И перед выбором – учиться на тех, ущемляющих его интересы, условиях, или не учиться – человек волей-неволей выбирает первое. Он думает: «Ну, может быть, это меня, собственно говоря, не коснется».



Марьяна Торочешникова: На самом деле вопрос этот тем более актуален, что сейчас достаточно широкое распространение получили кредиты на образование, на обучение. И естественно, что человек, который берет кредит для того, чтобы учиться, ему бы хотелось знать, какую сумму в целом он должен заплатить за весь курс образования. Наверное, и банкам это было бы тоже интересно знать.



Алексей Корягин: По банкам... кстати, мы сейчас посмотрели несколько банков, которые предлагали услуги в прошлом году, и в этом году они с небольшим энтузиазмом к этому относятся. Я хочу вам напомнить, что кредиты на образование у нас выдаются, скажем так, начали выдаваться или начали об этом говорить примерно шесть лет назад. На сегодняшний день законодательная база по предоставлению кредитов на образовательные услуги не проработана. Идея, в принципе, очень хорошая заложена на самом деле. Ведь тонкость заключается в том, что пока человек учится в вузе, он не платит непосредственно, он платит только проценты, он не гасит кредит. А вот отучившись, он начинает его гасить. Ну, это связано и с работодателем, и так далее. Это хорошая идея.



Марьяна Торочешникова: И это очень хорошая тема.


Но вот мы говорили о тех нарушениях, которые допускают вузы при заключении договоров о платном образовании. А как можно эти нарушения устранить самостоятельно? Куда жаловаться? И вообще, на что надо обращать внимание при заключении договора, чтобы потом посреди семестра вдруг не быть ошеломленным известием о том, что нужно еще платить какие-то дополнительные суммы, что пересдача экзамена платная, что в следующем году обучение обойдется в полтора-два раз дороже? Что нужно делать?



Алексей Корягин: Во-первых, маленькая подсказка, Марьяна. Все-таки существуют типовые формы договоров, которые уже утверждены, которые существуют, и они везде опубликованы. Вот первая рекомендация, она самая простая – изучить эту типовую форму. И сравнить эту типовую форму с условием договора, который вам предоставляет вуз.



Марьяна Торочешникова: Это Министерство образования, насколько я понимаю, разрабатывало такие типовые договоры.



Алексей Корягин: Да, это утверждено.



Марьяна Торочешникова: То есть это можно теоретически найти в любой правовой базе, например, «Гарант», «Консультант».



Алексей Корягин: Да, абсолютно верно. И вот через какое-то время Союз потребителей выпустит справочник, в котором все формы типовых договоров на оказание платных образовательных услуг будут приведены.



Марьяна Торочешникова: И, кстати, я хочу нашим слушателям тоже сделать подсказку. У нас существует Общество защиты прав потребителей образовательных услуг, у них есть сайт в Интернете, его можно найти, и там есть ссылки на все вот эти нормативные документы и сами эти нормативные документы приведены.


Геннадий из Ленинградской области дозвонился на Радио Свобода. Здравствуйте.



Слушатель: Здравствуйте. У меня вопрос к вам следующий. Правильно ли то, что оплата на заочном и очном отделении университета одинаковая? Я думаю, что это неправильно. Потому что все-таки на заочном отделении человек гораздо меньше обучается, а на очном – больше. А вот у нас так сложилось, что берут плату одинаковую. Спасибо.



Марьяна Торочешникова: Спасибо, Геннадий, за ваш вопрос.


Алексей Евгеньевич, действительно, не является ли это нарушением закона?



Алексей Корягин: Нет, Геннадий, я считаю, что здесь опять же вам оставляют право выбора – заключать этот договор или нет, на заочную форму идти или на очную. По смыслу, вуз самостоятельно устанавливает размер оплаты, условия. В конечном счете, давайте смотреть. По идее, и объем знаний, и диплом очной и заочной формы, они равнозначны. Поэтому и знания студент должен получить одинаковые, что на заочной форме, что на очной. Да, мы знаем, что вроде бы заочная форма чуть-чуть уступает, скажем так...



Марьяна Торочешникова: Меньше нагрузка на преподавателей, меньшее число лекций прослушивают студенты.



Алексей Корягин: Это так. Но объем знаний-то нужно дать все равно один и тот же. А кто-то может сказать: «Извините, у нас дистанционная форма подачи знаний, обучения», - может быть, это, например, дороже, чем очная форма. Ну, трудно мне сказать.



Марьяна Торочешникова: Но с точки зрения закона здесь нет нарушений?



Алексей Корягин: Нарушений нет.



Марьяна Торочешникова: Алексей Евгеньевич, скажите, пожалуйста, а вот в договорах должен ли вуз обосновывать каким-то образом цену за обучение? То есть понятно, что если, например, вы обращаетесь за медицинскими услугами платными, то вам в прейскуранте укажут: анализы – столько-то, перевязка – столько-то, - и так далее. В договоре об оказании платных услуг будут ли перечислены вот те конкретные пункты, которые вы оплачиваете, или нет? И должны ли они вообще там приводиться?



Алексей Корягин: Если говорить о том, что вообще должно содержаться в договоре. Давайте мы просто согласно законодательству и посмотрим. Это наименование исполнителя в первую очередь, его правовая форма, местонахождение. И что очень важно – уровень и направленность основных и дополнительных образовательных программ, перечень образовательных услуг. То есть предмет договора должен четко определять основное содержание предоставляемых образовательных услуг, как основных, так и дополнительных. Сроки образовательных услуг, они тоже должны фиксироваться в документах, которые регламентируют образовательный процесс, стоимость обучения, порядок оплаты. И что очень важно – документ такого уровня, степени образования будет выдан обучающемуся после успешного освоения им соответствующих образовательных программ в установленном порядке. То есть в договоре должен содержаться уровень и направленность основных образовательных программ, перечень образовательных услуг.



Марьяна Торочешникова: Это то, о чем мы говорили. То есть курс по истории России, например.



Алексей Корягин: Да. И сколько это стоит. Но, конечно, разбивки такой: сколько за лекции по истории России или по истории зарубежных стран, - не предусмотрено. Другое дело, что даже большинство договоров не содержат вот этого перечня, - вот в чем все дело.



Марьяна Торочешникова: И соответственно, потом нельзя предъявлять претензии к администрации вуза: «А что ж вы мне не читали курс лекций вот по этой теме, если он мне необходим?».



Алексей Корягин: Да, очень трудно. Хотя образовательные программы и учебные планы должны быть доступны любому студенту, так же, в принципе, как и абитуриенту. То есть я прихожу в вуз, и я должен познакомиться... Но опять же есть образовательные стандарты, которые... ведь аккредитация и лицензирование высшего учебного заведения происходит в определенном порядке, установленном законодательством, и там все это предусмотрено. То есть подразумевается, что вуз, получивший лицензию на свою деятельность, он, соответственно, предоставляет необходимый объем и качество услуг, необходимое для получения полноценного высшего образования. Это как бы подразумевается.


Но, в действительности, да... жалобы от студентов на самом деле очень типичны. «У нас не читают такие-то дисциплины». Или: «У нас такие критерии оценки, что мы не понимаем, как писать дипломные работы». И это все живые примеры, которые я могу приводить бесконечно. Потому что звонки и обращения через Интернет идут. То есть я говорю о том, что преподаватели вузов часто уже придумывают такие подачи материалов, такие критерии оценки, которые для студентов просто непонятны абсолютно. И вот в этом как бы сложность даже той же сдачи.



Марьяна Торочешникова: А получается, что в той ситуации, если в договоре обусловлена повторная пересдача экзамена за дополнительную плату, то преподаватель даже заинтересован в том, чтобы студенты сдавали экзамены не с первого раза, а приходили и приходили, и каждый раз платили вузу какую-то сумму.



Алексей Корягин: Конечно. Вы знаете, честно говоря, дело доходит до абсурда. Да, такое практикуется.



Марьяна Торочешникова: Давайте послушаем дозвонившихся. Иван из Москвы, здравствуйте.



Слушатель: Добрый день. Бывает еще такая ситуация, что студенту читают все курсы, которые положено читать. Но читают так, что после этого он свою специальность, по существу, не осваивает.


И второе. Я все-таки хотел бы согласиться с радиослушателем. Был когда-то номер незабвенного Аркадия Райкина, когда человек приходит в столовую, а ему предлагают: «Вы приходите со своими продуктами, сами приготовьте, сами за собой посуду помойте, а платите ту же цену». Это примерно то же самое, что и на заочной форме обучения. Студент вынужден сам, своими силами получать образование в значительной мере, а деньги платит те же самые.


И последнее, самое главное. Мне кажется, что все эти разговоры абсолютно бесполезны, потому что в нашей конкретной ситуации в стране невозможно установить действенный контроль над этим делом. Все контролирующие работники будут подкуплены. Поэтому, к сожалению, это все разговоры, извините, бесполезные. Спасибо.



Марьяна Торочешникова: Да, Иван, ваше мнение понятно. Но вообще, трудно же тогда жить, если изначально давать себе установку на то, что ничего не получится и все подкуплены. Тогда вообще пропадает смысл и в Обществах по защите прав потребителей, ну, в частности, и в передаче «Правосудие», где мы пытаемся рассказать о том, каких изменений нужно добиваться.


Давайте послушаем Александра, который дозвонился к нам из Москвы, а потом все-таки расскажем о том, как вносить изменения в договор. Здравствуйте, Александр.



Слушатель: Добрый день. Вот вы говорите, что, например, за первый курс заплатил человек 30 тысяч, приходит на второй курс, а ему говорят – 40 тысяч. Что делать в этом случае? Естественно, это нарушение. Но ведь вам скажут просто-напросто: «Не хочешь? – убирайся». Так получится, что 30 тысяч пропадают.



Марьяна Торочешникова: Вот об этом мы сейчас и поговорим.



Слушатель: И второй вопрос. Вот ты не сдал сессию, экзамен, тебе говорят: «Плати за пересдачу». А я, например, платить не могу. Опять то же самое получается. И что делать в этом случае? К кому обращаться? Потому что это же ведь смех! Но в нашей стране это возможно.



Марьяна Торочешникова: Александр, спасибо за ваши вопросы.


Алексей Евгеньевич, давайте сначала на первый вопрос попробуем ответить.



Алексей Корягин: Давайте мы эти вопросы объединим. И даже объединим с тем вопросом, который задал Иван, потому что он на самом деле важен, и он отображает в определенной степени, конечно, настроение и в обществе, и тех, кто платные услуги старается получить. Потому что ведь получают и второе высшее образование, а это люди уже, скажем так, достаточно зрелые, но они сталкиваются с тем же самым - какие-то дополнительные курсы по повышению квалификации и так далее. За что мы платим деньги при получении своего образования, как молодой человек, которому 18-20 лет, так и уже более зрелые люди, которые хотят поменять профессию и так далее?


Вот отвечая Ивану, я могу сказать так. В любом случае надо отстоять свои интересы. Подкуплены или не подкуплены, не компетентны какие-то органы, но если ты уверен в том, что ты прав, то в любом случае надо пытаться отстаивать свои права. И возможностей для этого достаточно, в принципе. Есть и судебная перспектива, но все равно надо обращаться и в Рособрнадзор. Я могу сказать так... не владею сейчас до конца статистикой, просто не могу вспомнить, но в прошлом году больше 20 вузов Российской Федерации были лишены лицензий именно в связи с нарушением законодательства, в том числе и по предоставлению платных образовательных услуг.



Марьяна Торочешникова: То есть обращения с жалобами не прошли даром, да?



Алексей Корягин: Да. Другое дело, что здесь труднее бороться с коррупцией в государственных вузах. Потому что здесь заинтересованы как и те, которые предлагают... Кстати, в государственных вузах очень мало требуют, скажем так, напрямую деньги. Здесь чаще абитуриенты и их родители ищут подходы, кому заплатить, и так далее.



Марьяна Торочешникова: Но это тема для отдельной передачи. Мы сегодня ее не будем касаться.



Алексей Корягин: Да, надо бороться. Отвечаю на вопрос Александра. Предположим, с вашего сына (родственника, дочери) требуют эти деньги. Надо четко знать, во-первых, свои права. Поступая на платное отделение в вуз, надо понимать, что человек входит в другие правовые взаимоотношения, переходит вообще в другое качество, скажем так, жизни, где серьезные требования, серьезные деньги будут им платиться. Поэтому права свои надо хотя бы немножко знать, изучить. И если они нарушаются, то надо выставлять претензии руководству вуза, обращаться в Рособрнадзор, обращаться в Роспотребнадзор, обращаться в Общество по защите прав потребителей. Я повторю, например, у Союза потребителей России и у Общества по защите прав потребителей Московской области такая практика работы есть, и она достаточно успешная.



Марьяна Торочешникова: Но для начала можно попытаться внести изменения, собственно, в текст договора, который вы заключаете, и попробовать настоять на том, чтобы договор был заключен на весь период обучения.



Алексей Корягин: Да, на весь период. И Александр задал очень важный вопрос. Вот проучился студент за 30 тысяч, приходит человек на следующий год, а ему говорят: «Перезаключай договор – на 25 процентов больше». Если это в базовом договоре не прописано, то это неправомерно. Платить не надо. И тогда вы имеете право требовать те деньги, которые, в принципе, заплатили уже за первый год. Если договор не на год, а если он на пять лет заключен. Но если вы заключили договор на год, вам оказали услуги за год, вы за это заплатили 30 тысяч рублей, то оснований требовать эти деньги назад у вас нет. То есть тоже не нужно быть достаточно, скажем так, простым человеком и подписывать, не глядя, все эти бумаги, договоры и так далее.


Прежде чем выбрать вуз... во-первых, его надо и выбирать все-таки грамотно, смотреть. Ну, рейтинги – это одно дело, но познакомиться с документами, но познакомиться с лицензией, познакомиться с опытом работы, поговорить со студентами, посмотреть в Интернете. То есть выбор вуза-то не осуществляется за две недели до поступления все-таки, а это как бы требует достаточно длительного периода. Итак, выбрать вуз. Дальше. Познакомиться с теми документами, которые есть в вузе, и они должны соответствовать праву. Дальше. Вам должны дать договор. Если вам договор не дают, ну, не надо его тогда как бы подписывать...



Марьяна Торочешникова: Ну, не надо вообще тогда все-таки идти, может быть, учиться в этом высшем учебном заведении, а может быть, стоит поискать другое место, где более открытая администрация.



Алексей Корягин: Да. Потому что качественных вузов достаточно. Несмотря на то, что нарушений очень много, но хороших вузов достаточно.



Марьяна Торочешникова: То есть выбирать есть из чего, к счастью.



Алексей Корягин: Конечно, есть выбор.



Марьяна Торочешникова: Давайте послушаем Раису Васильевну из Москвы, она дозвонилась на Радио Свобода. Здравствуйте.



Слушатель: Здравствуйте. Моя дочь - студентка МГУ. Она не прошла по баллам, и учится на платном отделении. Она сдает сессию на «отлично». Вот имеет ли она право перейти на бюджетное отделение с этими оценками? Спасибо.



Марьяна Торочешникова: Раиса Васильевна, спасибо за ваш вопрос, он, действительно, интересен, и я думаю, что не только для вас, но и для многих родителей.


Алексей Евгеньевич, в договоре должна ли предусматриваться вот эта возможность перехода на обучение на бесплатном отделении?



Алексей Корягин: Ответ очень простой. Может, соответственно, студент попытаться и приложить усилия для того, чтобы перейти с платного отделения на бюджетное. Это законодательством не запрещается. Вузы, соответственно (в том числе, насколько мне известно, и МГУ), идут на это. Потому что борьба за хорошего студента (в МГУ, во всяком случае), она продолжается. И МГУ - это один из тех вузов, который, кстати, и я заканчивал, и авторитет его высок. Так что это возможно, соответственно.



Марьяна Торочешникова: А какими-то специальными документами это не регулируется? То есть уже в частных разговорах решается вот такой вопрос между студентом и администрацией вуза?



Алексей Корягин: Надо подавать заявление на имя ректора вуза, и он будет рассматривать это заявление.



Марьяна Торочешникова: А дальше – уже как решится, так и решится, да?



Алексей Корягин: Да, конечно.



Марьяна Торочешникова: А вправе ли брать какую-то дополнительную плату за сдачу каких-то дополнительных экзаменов при переходе с платного отделения на бюджетное...



Алексей Корягин: Вы знаете, в каждом вузе многое установлено все-таки уставом этого вуза. Но дополнительных платных услуг при переходе с платного отделения на бесплатное, как правило, все-таки не предусматривается. Другое дело, что, повторяю, каждый случай рассматривается отдельно. И поэтому многое зависит от тех правил, которые установлены непосредственно в вузе.



Марьяна Торочешникова: Но в любом случае, эти правила не должны противоречить федеральному законодательству.


Давайте послушаем Александра из Петербурга. Здравствуйте.



Слушатель: Здравствуйте. Я слышал такую новость для тех, кто платит алименты, что есть закон, по которому выплата алиментов продлевается, если ребенок после 18-летия выбрал платное образование. И теперь уже придется платить за учебу. Скажите, пожалуйста, так ли это? Спасибо.



Марьяна Торочешникова: Александр, вот вы меня поставили в тупик этим вопросом.


Алексей Евгеньевич, вы готовы сейчас ответить на этот вопрос?



Алексей Корягин: Нет, не готов я ответить.



Марьяна Торочешникова: Я постараюсь выяснить, что там происходит, и возможно, в одной из ближайших передач мы об этом расскажем. Но вот, к сожалению, сейчас ни я, ни мой гость, мы не готовы ответить на этот вопрос.


Но вообще, с точки зрения Семейного кодекса, если в него не вносились какие-то изменения, то продлевать срок выплаты алиментов, в принципе, не должны, вне зависимости от того, поступил ли ребенок на платное отделение в вуз или на бесплатное. Здесь нужно просто разбираться и выяснять до конца, что там происходит.



Алексей Корягин: Марьяна, я хочу еще дополнить ответ Раисе Васильевне. Как раз в законе в статье 16-ой о высшем и послевузовском профессиональном образовании как раз прямо указано, что наряду с правами студентов в высших учебных заведениях предусмотрен переход с платного обучения на бесплатное в порядке, предусмотренном уставом высшего учебного заведения. Это как раз то, о чем я и говорил.



Марьяна Торочешникова: То есть Раисе Васильевне нужно просто постараться ознакомиться с уставом, и там будут...



Алексей Корягин: Да. Кстати, что очень важно – это все-таки наличие вакантных мест. Но, как правило, все-таки для хорошего студента они всегда находятся.



Марьяна Торочешникова: То есть и законодательная поддержка для такого шага есть.


Александр Георгиевич из Москвы дозвонился на Радио Свобода. Здравствуйте.



Слушатель: Здравствуйте. Я бы хотел внести поправку. Я работаю доцентом. И у нас тоже есть и платное, и бесплатное отделения. Но самое интересное, что преподаватели от того, что студенты пересдают экзамены, они ничего не имеют.



Марьяна Торочешникова: Спасибо, Александр Георгиевич. Это, видимо, ваша реплика на мое предположение о том, что, возможно, преподаватели могут быть заинтересованы в том, чтобы студенты пересдавали экзамены. Ну, я надеюсь, что, действительно, так и есть.



Алексей Корягин: Александр Георгиевич, но мы говорим о том, что это может быть в ряде вузов, но, естественно, не во всех. И как раз это одно из самых грубых нарушений, которое вот в прошлом году встречалось меньше, чем в позапрошлом. Но все-таки оно встречается. И об этом свидетельствуют, я повторяю, даже те цифры, та информация, которая поступила к нам из Свердловской области. Но, конечно, есть много вузов, где все абсолютно нормально.



Марьяна Торочешникова: И меня все-таки очень волнует вопрос о взаимоотношениях будущего студента, абитуриента с репетиторами. И это вообще, мне кажется, очень сложная тема для обсуждения. Хотя бы уже потому, что, как правило, люди, которые обращаются к репетиторам за услугами, не заключают с ними договоры. И поэтому, собственно, ни Гражданский кодекс, ни закон «О защите прав потребителей» не могут здесь регулировать взаимоотношения между школьником, например, и репетитором. Но, тем не менее, можно ли каким-то образом призвать репетитора к ответу за то, что школьник учился-учился, год ходил, с ним занимался, деньги платил, а в итоге – ничего? И что тут будет критерием, в частности? Ведь у разных людей разные способности к восприятию материала.



Алексей Корягин: Я скажу так, что репетитор репетитору рознь, и это мы тоже прекрасно понимаем. Или вы занимаетесь у репетитора в частном порядке, предположим, вам кого-то порекомендовали, или это репетитор, которого, скажем так, вы нашли в какой-то организации. Вот в первом случае вы не подпадаете под закон «О защите прав потребителей». Это ваши, скажем так, гражданско-правовые больше отношения, личные отношения. А во втором случае, да, вы подпадаете под этот закон.


Но здесь же нужно, с моей точки зрения, больше не на закон смотреть, а больше смотреть на житейский опыт. Если к вашему ребенку ходит нормальный репетитор, то вы через месяц почувствуете отдачу и хороший результат. А если этого нет... Я могу сказать так, что в основном дети все-таки примерно одного и того же уровня по тому, как они усваивают материал. И все-таки натаскать, скажем так, - и в этом заключается задача грамотного репетитора – можно практически кого угодно. А вот если вы видите, что перед вами халтурщик, то вы это тоже почувствуете примерно через месяц.



Марьяна Торочешникова: А как призвать к ответу этого халтурщика?



Алексей Корягин: Очень просто. Надо разорвать...



Марьяна Торочешникова: Просто расстаться и забыть про все деньги, которые ему заплатили, да?



Алексей Корягин: Да, расстаться, сказать «спасибо, до свидания». Вы же тоже рискуете, имея в виду те деньги, которые вы собираетесь вкладывать. Как правило, все-таки вы не сможете получить (опыт подсказывает) назад деньги с человека, который вам оказывал эти услуги плохо, если это было в частном порядке. С какой-то организации – да. Почему бы и нет?..



Марьяна Торочешникова: Если речь идет о подготовительных курсах при вузах... организовываются подготовительные курсы для старшеклассников, то просто не понятно, что здесь будет критерием оценки.



Алексей Корягин: Критерий оценки всегда размыт в течение обучения на этих курсах, и все-таки у репетиторов тоже. Он конечен – поступит абитуриент в этот вуз или нет все-таки. Согласитесь, других критериев нет. Поэтому должна быть самооценка в первую очередь у того же будущего студента, у абитуриента – идет накопление знаний или не идет.



Марьяна Торочешникова: То есть здесь фактически закон бессилен?



Алексей Корягин: Ну, практика показывает, что мало кто обращается. И был такой случай, и об этом писал «Московский комсомолец», что обращались в суд вот именно в плане репетиторства, но не смогли доказать, что услуги репетитора были оказаны некачественно. В Москве был такой прецедент.


Поэтому здесь, к сожалению, надо больше, с моей точки зрения, уповать на здравый смысл. Потому что вы платите деньги, вы договариваетесь с этим репетитором, и вы должны сами оценивать, у вас должна быть субъективная оценка, все-таки устраивает он вас или не устраивает. И вы же знаете уровень способностей своего ребенка – слабый он, посильнее, что ему нужно... И здесь, я считаю, большую роль играют, конечно, родители школьника, которые нанимают репетитора.



Марьяна Торочешникова: Алексей Евгеньевич, скажите, пожалуйста, вот условия при заключении договора для абитуриентов, которые поступают в высшие учебные заведения, и для тех, кто идет на платные курсы повышения квалификации или платные тренинги, они те же самые или там другие уже договоры?



Алексей Корягин: Скажем так, практически те же самые. С учетом, конечно, специфики тех документов, которые выдаются по окончании этих курсов и так далее. Здесь все зависит от объема часов, которые даются. Но по смыслу заключения договоров, они одни и те же, конечно.



Марьяна Торочешникова: И поэтому имеет смысл почитать вот те типовые договоры, о которых вы говорили, утвержденные Минобразованием…



Алексей Корягин: ...да, и правительством Российской Федерации. Там как раз есть несколько вариантов.



Марьяна Торочешникова: Алексей Евгеньевич, спасибо за участие в нашей программе.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG