Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Нацболы готовы превратить запрещенную партию в «широкое народное движение»


Эдуард Лимонов верит, что после окончательного запрета НБП его сторонников примут в каждом доме

Эдуард Лимонов верит, что после окончательного запрета НБП его сторонников примут в каждом доме

Генеральная прокуратура требует признать НБП экстремистской организацией. Национал-большевики - активные участники Маршей несогласных, известные своими неординарными акциями протеста. Несколько активистов НБП в разное время были осуждены за организацию захватов различных объектов и административных учреждений. В НБП все обвинения в экстремизме называют надуманными и подчеркивают, что все их действия носили и носят мирный характер.


Неоднократные предупреждения в течение установленного законом срока являются достаточным основанием для признания НБП экстремистской организацией и запрета ее деятельности, считает обвинение. Бессменный лидер нацболов Эдуард Лимонов с таким утверждением не согласен:


- Решение, я надеюсь, не будет принято, форсировать события они не будут. Меня будет представлять адвокат Сергей Беляк (он уже однажды меня защищал). Будем биться. Что мы ожидаем? Мы ожидаем просто очередные судебные репрессии. Однако будем бороться до последнего юридическими средствами. Давление на суды колоссальное, но на наши суды особенно и давить не надо. На мой взгляд, они такие, что там стоит власти подморгнуть - и они готовы делать все, что от них требуется. Это бесчестные суды. Самих судей надо судить немедленно. Надо избавиться от этой судебной системы как можно быстрее.


- Если нацболов запретят окончательно, что вы намерены делать? Возможно ли объединение с другими организациями, партиями?
- Мы и так объединены в коалицию «Другая Россия». Деятельность Национал-большевистской партии два раза приостановлена, и два раза она ликвидирована. Второго судебного решения, как вы видите, нет, но, наверное, будет. Мы уже давно не соответствуем критериям политической партии. У нас нет руководящего органа, у нас нет юридического адреса, да и фактического адреса нет. У нас закрыли сайт, у нас нет, собственно говоря, никаких признаков политической организации. Есть широкое народное движение нацболов. Вот так назовем это.


26 апреля Эдуард Лимонов отправится в Санкт-Петербург, где должен состояться суд по итогам Марша несогласных, в котором лидер НБП принимал непосредственное участие.


- В Питере меня задерживали оперативники из 18-го отдела УБОПа, - продолжает Эдуард Лимонов. - Во главе этого отдела стоит полковник Чернопятов. Это удивительно - с боевым оружием они вломились в квартиру. Около 30 человек я насчитал в общей сложности. Все это, конечно, незаконно абсолютно. А позднее, к вечеру, мне были предъявлены обвинения по Административному кодексу - участие в несанкционированном митинге и организация несанкционированного митинга, а также сопротивление сотрудникам милиции. Очень опасная статья. Вот эти сотрудники 18-го отдела УБОПа дали абсолютно лживые показания, которые на суде зачитывались.


Генпрокуратура обвиняет лидера национал-большевиков по статье «О противодействии экстремистской деятельности». Политолог Владимир Прибыловский не считает лимоновцев экстремистами:


- Существуют две основные концепции экстремизма. Одна - широкая, говорящая о том, что экстремисты - это любые политические деятели и организации, которые нарушают какие-либо государственные законы, в том числе и законы самые архаичные. То есть, с точки зрения этой концепции, в советское время экстремистами были все диссиденты, потому что они не признавали руководящую роль КПСС, например. И есть более узкое понятие, представление о том, что такое экстремизм - это когда политические деятели или политические организации признают насилие допустимым методом борьбы или призывают к насилию. Это самое узкое определение экстремизма, которого лично я придерживаюсь.


- В таком случае, в чем суду обвинять нацболов и Лимонова?
- В экстремизме по представлениям нашим чиновников, поскольку в нашей законодательной теории экстремизмом считается фактически любая критика. У нас просто толковательное право. Чиновник (в широком понимании - и кремлевский, и судебный) при желании может экстремиста признать не экстремистом и наоборот.


- Если НБП не экстремисты, по вашему мнению, то кого сегодня можно назвать в России экстремистом?
- Тех, кто призывает к насилию или использует насилие в политической борьбе. Вот, например, многочисленные бригады скинхедов, которые применяют насилие вплоть до убийств. Экстремистскими действиями отличается, например, движение «Наши», которое нанимает футбольных фанатов для того, чтобы они нападали на оппозиционеров, тех же энбэпэшников.


- Какая политическая сила, по-вашему, близка к экстремизму в России сегодня?
- Я бы сказал, что у нас к экстремистским методам, в основном, сейчас прибегает государство. Движение «Наши» можно назвать слугой государства, оно способно собрать - пусть за деньги или под административным давлением - десятки тысяч людей на свои мероприятия. Можно сказать, что движение «Наши» - влиятельная организация, эпизодически применяющая экстремистские методы борьбы.


XS
SM
MD
LG