Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Между национальным фронтом и талибами. Население Афганистана платит жизнью за коррупцию власти; «Марш несогласных» в российском интернете; Этика и политика Всемирного банка: развитие истории вокруг Пола Вулфовица; Лишний вес в истории человечества




Между национальным фронтом и талибами. Население Афганистана платит жизнью за коррупцию власти.



Ирина Лагунина: 2006 и первые месяцы 2007 года были самыми кровопролитными для мирного афганского населения с момента изгнания правительства талибов 2001 году. Это – данные исследования, проведенного международной правозащитной организацией «Human Rights Watch». За прошлый год в результате действий талибов и террористов-самоубийц – а число таких терактов в стране с 2005 года только нарастает – в Афганистане погибли 700 человек. Всего талибы совершили 360 нападений, причем часть из них была направлена именно против гражданских объектов. Мы беседуем об этом исследовании с экспертом по терроризму в организации «Human Rights Watch». О чем говорят эти данные? Движение талибов становится сильнее и набирает поддержку в стране? Или правительство президента Хамида Карзая становится слабее и не может больше защищать мирное население? Мой собеседник – Джон Систон.



Джон Систон: Есть несколько причин, по которым талибы и аналогичные группы в Афганистане набирают силу за последние полтора-два года. Одна из них состоит в том, что правительство Хамида Карзая не смогло обеспечить безопасность и нормальное управление на юге страны. А это оставило в южных провинциях вакуум, которым и воспользовались талибы. А вторая причина, по-моему, исключительно проста – они стали действовать более активно, чем раньше. Мы не проводили исследование, почему это происходит. Но вот что мы заметили в ходе нашего исследования, так это то, что они не просто становятся все более активными, они также все чаще используют военные методы, которые противоречат законам войны. И именно поэтому в последнее время погибли столько мирных граждан. Это – не неминуемые жертвы войны. Это – во многих случаях прямой результат военных преступлений.



Ирина Лагунина: В вашем докладе тоже говорится о том, что талибы специально нападают на мирных жителей. Какие группы населения находятся в самой большой опасности?



Джон Систон: Мы документально засвидетельствовали в этом докладе нападения на мирных жителей. Под прицелом находятся государственные служащие, учителя, гуманитарные работники, те, кто, по мнению этих боевых групп, являются коллаборационистами. Но это – не единственная тактика нападений на мирное население, которую мы обнаружили, проводя исследование. Талибы проводят также много нападений, которые в принципе не противоречат нормам ведения войны. Но они проводят их в густонаселенных районах, в местах, где люди собираются. Либо они применяют силу без разбора, не обращая внимание на мирных жителей. И в таких «военных операциях» талибов за последнее время погибло очень много народу. И этих жертв можно было бы избежать, если бы талибы использовали законные методы войны.



Ирина Лагунина: Но давайте попытаемся представить себе логику, в соответствии с которой действуют эти люди. Вот вы говорите, что они преднамеренно убивают тех, кого считают коллаборационистами. Это учителя, врачи, гуманитарные работники. То есть люди, которые предоставляют определенные услуги обществу. Но ведь таким образом талибы подрывают саму возможность получить поддержку населения страны.



Джон Систон: Именно поэтому мы и подготовили этот доклад. Нам кажется, что талибы и подобного рода группы сопротивления воспринимают эту критику. Они пытаются заручиться поддержкой местного населения, представить себя в качестве законной власти. Мы говорим им в ответ: то, что вы делаете, подрывает даже отдаленный образ законности, который у вас есть. Мы не занимаем стороны в вооруженном конфликте в Афганистане. Наша позиция состоит в следующем: кто бы ни участвовал в этом конфликте, каковы бы ни были их цели, они не должны нарушать законы войны, они должны пытаться защищать гражданское население от военных операций. Кто бы эти операции ни проводил – талибы, НАТО, - военные не должны уничтожать мирное население, они должны защищать жизни граждан.



Ирина Лагунина: Но в Афганистане нет традиций соблюдения законов войны.



Джон Систон: Законы войны, конечно, не всегда соблюдаются. И чаще всего их не соблюдают повстанческие группы или группы сопротивления. Но это не значит, что у афганского населения отсутствует понятие о нормах и законах войны. Многие афганцы, с которыми мы встречались и беседовали, говорили нам о том, что сопротивление проводит незаконные операции, пользуется незаконными методами. И что бы ни думали талибы и аналогичные группы, афганцы относятся к терактам и убийствам мирных жителей как к преступлению, нарушению законов войны. Они не считают, что законы войны – это западная или иностранная концепция, нет! Они считают, что эти законы созданы для того, чтобы защищать их, мирных жителей Афганистана. Это так же, как обычные преступления. Они – часть общественной жизни. Люди повседневно нарушают законы государства. Но законы все равно существуют, и они что-то значат для остальных людей.



Ирина Лагунина: Мы беседовали с Джоном Систоном, специалистом по терроризму в международной правозащитной организации «Human Rights Watch». Обещанного талибами весеннего наступления так пока и не произошло. Зато другое событие в Кабуле, по мнению аналитиков, может еще больше ослабить власть президента Карзая или, по крайней мере, раскачать ее. Месяц назад в Афганистане был создан Объединенный Национальный фронт. Вошли в него люди, знакомые тем, кто занимался афганским сопротивлением советскому вторжению в 80-90-х годах – властелин провинции Мазар-и-Шариф Абдуррашид Достум, властелин провинции Герат Исмаил Хан, бывший президент-таджик Бурхануддин Раббани, которого сместили талибы в 1996 году, бывший сподвижник Ахмада Шах Масуда Унус Кануни, а также министр внутренних дел в просоветском правительстве Наджибуллы Мохамед Гулябзой и внук короля Захир Шаха Мустафа Захир. Я прочитала этот список и даже грустно стала. Кого-то из них я видела в Кабуле 15-17 лет назад. Они приходили к власти, потом их смещали, потом они возвращались, но жизнь в Афганистане от этого лучше не становилась. С момента создания этой весьма неоднородной группы прошел месяц. Понятно ли, чего они хотят? Каковы их политические цели? Со мной в студии мой коллега, обозреватель радиостанции Свободный Афганистан Хашем Мохманд.



Хашем Мохманд: Как вы отметили, это действительно весьма неоднородная группа. Но они заявляют, что хотят изменить политическую систему Афганистана. А это означает, что они стремятся создать более сильный парламент, ограничить власть президента и провести свободные выборы губернаторов провинций. На практике это означает, что они хотят внести изменения в конституцию страны, что в нынешней ситуации сделать сложно, практически – невозможно. Так что это им не удастся. А с другой стороны, многие полагают, что именно из-за того, что эта группа столь неоднородна, она долго не продержится.



Ирина Лагунина: Чем их не устраивает нынешняя система политической власти в стране?



Хашем Мохманд: Они избрали председателем фронта бывшего президента Бурхануддина Раббани. Так вот он сказал:



Бурхануддин Раббани: Слабость правительства в разрешении кризиса и коррупция – серьезные угрозы безопасности страны. Видя это, группа политических партий и политиков страны решила не оставаться больше на обочине в решении национальных проблем. Они решили создать механизм для сотрудничества, сформировав Единый национальный фронт и начав работать совместно.



Ирина Лагунина: Но почему так сложно внести изменения в конституцию?



Хашем Мохманд: В Афганистане есть такой орган, который называется Лойя Джирга. И внести поправки в конституцию может только это великое собрание представителей народа. Сейчас созвать это великое собрание очень сложно. Это стоит больших денег. Более того, пару лет назад эта ассамблея народа уже собиралась. И люди приняли решение создать в стране сильную президентскую республику. Так что в народе поддержки этих предложений нет. Народ считает, что он уже принял решение.



Ирина Лагунина: Так в чем же смысл создания этого национального фронта. Они вряд ли пойдут на сотрудничество с талибами, потому что талибы в свое время именно их и отстранили от власти. Но они также вряд ли будут оказывать поддержку нынешнему президенту Карзаю, поскольку уже сейчас выступают как некая оппозиционная сила.



Хашем Мохманд: Одна из целей этого Национального фронта – ослабить центральное правительство и провести свободные выборы в провинциях. Это точно сделает Афганистан наркогосударством. Производство наркотиков уже сейчас процветает. А свободные местные выборы сделают этих наркобаронов, военных князей – полевых командиров еще более сильными. Если проводить свободные местные выборы, то все эти правители будут избраны – у них деньги и влияние на провинции. Афганистан тогда погрязнет в наркотиках. А именно этого боится сейчас международное сообщество больше всего.



Ирина Лагунина: Странно было бы, если бы они не выиграли на свободных местных выборах. У владыки Мазар-и-Шарифа Абдуррашида Достума, например, не только собственная армия, но и несколько газет и телестанция. Но почему они решили пригласить в состав этого фронта внука короля Захир Шаха? Они рассчитывали, что королевская кровь даст им дополнительную поддержку населения?



Хашем Мохманд: Это любопытный момент. Внук Захир Шаха никогда не участвовал в политической жизни Афганистана, никогда не был политиком. Он образованный человек, вернулся в Кабул недавно, и никто не знает, что побудило его вступить в этот фронт. Захир Шах и вся королевская семья решили отстраниться от этого шага внука и уже заявили, что это – его личное решение.



Ирина Лагунина: Мы беседовали с обозревателем радиостанции Свободный Ирак Хашемом Мохмандом. В июле 2005 года правозащитная организация «Human Rights Watch» выпустила другой доклад о военных преступлениях – тех, которые были совершены в 1992-1993 годах, когда большинство из этих людей, составивших Национальный Фронт, пришли к власти в Кабуле. Одно из документальных свидетельств – этнические чистки в западной части Кабула, где жили хазарейцы. Но нынешняя власть Афганистана решила не вспоминать старое и выписала всем поголовно амнистию. А люди – люди оказались между этими силами, талибами, которые совершают военные преступления сейчас, и бывшими правителями, которых никогда ничто не останавливало от совершения военного преступления в прошлом.



«Марш несогласных» в российском интернете.



Ирина Лагунина: Уже говорилось о том, что именно блоггеры - пользователи электронных дневников освещали Марши несогласных в Москве и Петербурге так, как это не могли делать ни зарубежные, ни тем более российские средства информации. Кроме того, в ЖЖ-пространстве развернулась широкая дискуссия об оправданности действий оппозиции и допустимости тех мер, которые применили власти для разгона маршей протестовавших. Андрей Бабицкий попытался составить обзор тех дневников, авторы которых по разным причинам сочувствуют российским властям и критикуют организатора оппозиционных шествий - "Другую Россию".



Андрей Бабицкий:


Есть много дураков опасных,
Что без зазрения бегут
На марши разных несогласных -
А нефть газпромовскую жгут!



Это вполне безобидное четверостишие взято из электронного дневника литератора Алексея Верницкого, ник-найм «Алексей В».


Особенности речевого поведения в ЖЖ не асоциальны, они просто максимально приближены к нормам обыденного общения. Поэтому я вынужден сокращать цитаты, удаляя ненормативную лексику, которая ЖЖ-пользователями используется широко и весьма охотно. Никто, конечно же, не подсчитывал соотношение "охранителей" и "бузотеров" в пространстве «Лайв джорнал», но по ощущению, за пределами статистического подхода, по активности оппоненты нынешней власти никак не уступают ее сторонникам. Начнем, тем не менее, с последних, ими же и закончим.


Среди задержанных на Пушкинской площади и доставленных в отделение милиции оказался известный журналист Олег Кашин, ник «another Kashin». Он хотя и не всегда выступает на стороне власти, но упрямо и последовательно, а зачастую, как считают многие, пользуясь недозволенными методами, критикует путинскую оппозицию.


В оценке «Марша несогласных» Кашин не отступил от своего обычного негативизма, но действия милиции у него восторга так же не вызвали.



Зачем все это делалось, зачем нас хватали - это тоже понятно, но гораздо более спорно: понятно, что дико оригинально и эффективно поймать всех, кто идет на Чистые пруды, а потом показать по Первому каналу горстку уцелевших, слушающих Шендеровича, и сказать - ага, вот сколько народу пришло на марш, провалились, вся фигня. Насколько полезно и правильно последнее - это действительно спорно. После декабрьского марша, который действительно провалился, и провалился прежде всего потому, что никакая милиция этих не трогала, я радостно написал колонку на Взгляде. Сегодня я такую колонку написать не смогу, потому что марш не провалился - его сорвали силой, а как бы он прошел без вмешательства сарматов, мы не знаем. Собственно, только глубокая, часто сугубо личная антипатия к несогласным не позволяет мне сегодня сказать - я за них. Говорить "Я за власть", естественно, тоже невозможно. Объективно сегодняшнее поведение властей подарило "Другой России" некоторое количество вполне активных сторонников.



Андрей Бабицкий: А вот такой совет Олег Кашин дает властям на будущее:



Не хотите, чтоб маршировали нацболы - ловите их заранее, вы же всех их знаете в лицо. А так - ну и что получилось? Репортаж для Первого канала типа "сегодня в Москве был марш согласия, но несколько десятков человек устроили на Чистых прудах митинг"?



Андрей Бабицкий: Шеф-редактор газеты «Живой Журнал», Максим Александров, ник – «Скандал-макс». Его пост можно считать характерным для тех пользователей, которые утверждают, что для них несистемная оппозиция и ее акции неприемлемы эстетически.



Вот знаете, я вчера погулял-погулял по маршу, сегодня читаю отчеты...
И чувствую глубокую необходимость, просто таки гражданский долг давить эту гадину оппозиционную,
этих бабушек, палками бьющих омоновцев,
этих престарелых пидарасов, орущих в лицо людям в форме оскорбления, за которые не прощают, этих малолетних девочек, ссущихся от восторга, когда на них смотрят сурово, этих хулиганов и провокаторов, орущих, что раз они русские, значит могут нарушать все законы и правила,
этих циничных гнид в костюмах, которые ничего кроме "Путина в отставку" не могут сказать или сделать...
Но очень лень.
И только в этом и состоит шанс всего этого многосотенного говна на успех. В смысле - на получение их боссами кресел повыше рангом.



Андрей Бабицкий: Один из наиболее скандальных и агрессивных ЖЖ-юзеров, главный редактор интернет-сайта, название которого говорит само за себя "Кремль-орг" Павел Данилин, ник – «Спецпропагандон», как обычно, использует весьма популярный между блоггерами эпатажный жанр поношения оппонентов. Кстати, когда Данилин критикует своих оппонентов из либерального лагеря или "Другой России", очень часто складывается ощущение, что он пародирует, с явным перехлестом, форматы забытой советской пропаганды. Впрочем, судите сами:



Мне очень нравится то, что я наблюдаю в ЖЖшечке в последние два дня - наглядное подтверждение того, что наша оппозиция состоит из ссыкунов. Страх волной расплывается по комментариям и постам. Люди, бравирующие своими оппозиционностями, теперь откровенно пишут о том, что они боятся выходить на марши, так как они знают, что их посадят в кутузку. И это очень хорошо. Еще два-три таких марша - и несогласные будут только в ЖЖшечке. А на улицах не будет ни одного чмыря, который посмеет нарушать правила. И я считаю, что это - замечательно.
Раньше все считали, что режим можно сколько угодно хаять, и совершать против него откровенные акты агрессии, а он будет вести себя как ласковый пудель. Теперь приходит понимание, что если ты объявил себя врагом режима, не жди, что режим будет твоим другом. Если ты выходишь на улицы с криками "долой власть", то можешь не сомневаться, что получишь по своей тупой башке, и, возможно, что-то в ней перевернется и ты станешь нормальным человеком.
Наконец-то власть начала учить уму недоумков.
Слава Кремлю! Слава России! Слава ОМОНу!



Андрей Бабицкий: А вот хотя и не литературный шедевр, но понятный и характерный диалог, который Павел Данилин собственноручно сконструировал под фото, на котором рядышком запечатлены Клод Ван Дамм и Владимир Путин



Ван Дамм: А вообще, несогласных надо конечно душить - вот так.
Путин: Да что ты говоришь, Вандамушка, мы люди добрые, мы их дубинками, и на парашу часов на пять.
Ван Дамм: Гуманист ты, Владимир.
Путин: Отож - на том и стоит земля Русская.



Андрей Бабицкий: Среди противников марша в «Живом журнале» немало и тех, кто просто не понимает, зачем выходить, протестовать, когда это, с одной стороны, ничего не изменит, с другой, может помешать устроить с достаточным комфортом собственную жизнь. Пользователь с ником «Ван Вин» заявил неосторожно в ЖЖ, что устал от маршей. Себя он аттестовал успешным бизнесменом, которому удается зарабатывать неплохие деньги. Несмотря на то, что похожих реплик в дневниках хватает, именно этому юзеру не повезло. Сторонники марша устроили что-то вроде флэш-моба, набросившись на интеллигентного «Ван Вина» превосходящими силами. Большая часть этого своеобразного, вполне в духе ЖЖ, диалога не подлежит цитированию, но вот фрагмент дискуссии. Оппонент «Ван Вина», Станислав Яковлев, обозреватель сайта Каспаров.ру, ник-нейм «Эль Камбио» объясняет, что марши – это в том числе и результат небрежения со стороны властей интересами врачей, учителей и прочих честных тружеников.



А Марши будут идти и собрать все большее число народу, пока власть вплотную не займется социальной политикой, перестав ставить "неэффективных бюджетников без рыночной потенции" на грань вымирания.



Андрей Бабицкий: Бизнесмен не очень понимает и в конце концов диалог заходит в тупик. «Ван Вину» обещают рак простаты, и он явно сконфуженный покидает поле боя после такого аргумента. Надо сказать, что по похожей схеме разыгрываются многие битвы в «Живом Журнале».


И вот еще развернутый аргументированный пост юзера Артема Акопяна с одноименным ник-неймом о том, почему на его взгляд, сегодняшнее государство должно максимально жестко обходиться с оппозицией.



Я пережил, как и большинство из нас, страшную трагедию. На моих глазах было уничтожено мое Государство. И уничтожено оно было не только врагами внешними и внутренними, но и безответственными лохами - кухонными болтунами, которых, надо отдать должное, развелось благодаря невероятной доступности высшего образования, огромное количество. Так вот, я вижу как сегодня происходит нечто подобное. Только- только Государство встало из пепла, что казалось ещё недавно поистине невероятным, как новая поросль кухонных интернетных лохов пытается своей болтовней все это похоронить. И я этого, признаюсь, очень боюсь.


Вот потому я очень хотел бы репрессий. Пора заткнуть рты самым горластым, чтобы не смущали народ. Пора уже вернуть ответственность за тунеядство. Пора вспомнить о карательной психиатрии. Много чего пора вспомнить.
СЛАВА ГАЗПРОМУ!



Андрей Бабицкий: Я сознательно в основном привожу здесь мнения противников «Марша несогласных», поскольку серьезные и аргументированные дискуссии на эту тему можно найти и в другом месте, да и в том же ЖЖ-пространстве без всяких проблем. Но кажется весьма интересным проследить, как складывается корневая система, как выглядят эмоции и аргументы без всякой цензуры у сторонников власти. В этом материале приведены достаточно безобидные и вполне интеллектуальные, если брать средний уровень ЖЖ, реплики и дискуссии. Справедливости ради надо отметить, что оппоненты-охранители ведут себя ничуть не более сдержанно. В следующий раз посмотрим и на них.



Этика и политика Всемирного банка: развитие истории вокруг Пола Вулфовица.



Ирина Лагунина: Министр финансов США Генри Паулсон призвал в минувшие выходные своих европейских коллег не судить президента Всемирного Банка Пола Вулфовица до тех пор, пока его будущее не решится на совете директоров. Беспокойство по поводу репутации Вулфовица выразили Германия, Великобритания, Франция, Нидерланды и Италия. Президента Всемирного банка обвиняют в нарушении этических принципов, которое компрометирует цели этого крупнейшего международного кредитного учреждения. За развитием этой истории следит наш корреспондент в Вашингтоне Владимир Абаринов.



Владимир Абаринов: Профессор математики Пол Вулфовиц – сын иммигрантов из Польши. Он сделал блестящую карьеру в правительстве, был дипломатом, занимал пост первого заместителя министра обороны. Вулфовиц считается главным «архитектором» войны в Ираке. По этой причине его назначение на пост президента Всемирного банка оказалось делом весьма нелегким. По традиции, кандидат должен быть американским гражданином, рекомендует его президент США как глава крупнейшего государства-акционера банка. Но согласие крупнейших стран-акционеров банка необходимо. Пол Вулфовиц приложил немало усилий, убеждая своих критиков в том, что он не будет слепым орудием американской политики. В июне 2005 года он был утвержден в нынешней должности.


Как стало известно теперь, прежде чем подписать контракт с банком, Пол Вулфовиц поставил вопрос о конфликте интересов. Его близкие личные отношения с сотрудницей банка Шахой Ризой начались задолго до назначения, однако в новой ситуации Риза оказалась подчиненной своего друга и должна была уйти из банка. Уходить она категорически не хотела и считала, что о семейственности или протекционизме речь идти не может, поскольку между ней и Вулфовицом три ступени служебной лестницы и, соответственно, три начальника.


Шаха Риза – уроженка Ливии и подданная Великобритании, специалист по экономике стран Ближнего Востока и Северной Африки. Ее можно понять – она построила свою карьеру упорным трудом, как и Вулфовиц, разведена и никаких норм этики не нарушила. С другой стороны, человеку с такой квалификацией и такими связями найти работу в Вашингтоне не проблема.


О том, что произошло далее, рассказал журналистам сам Пол Вулфовиц.



Пол Вулфовиц: Два года назад, когда я только пришел в Банк, я поднял вопрос о потенциальном конфликте интересов и попросил освободить меня от его решения. Я обратился с этим вопросом в Комитет по этике, и после продолжительных переговоров с председателем Комитет рекомендовал повысить по службе г-жу Шаху Ризу и перевести ее на другую работу.


Я попытался добросовестно выполнить эту рекомендацию, руководствуясь собственным ее пониманием, с тем, чтобы взять на себя ответственность за решение вопроса, который, как мне представлялось, мог нанести ущерб нашей организации. Оглядываясь назад, я жалею о том, что не прислушался к внутренней интуиции и не воздержался от участия в переговорах. Я совершил ошибку и сожалею об этом.



Владимир Абаринов: Пол Вулфовиц пытался объяснить, что действовал в интересах, прежде всего, самого банка.



Пол Вулфовиц: Я обращаюсь к вам также с просьбой проявить понимание. Этот вопрос был не только болезненной личной дилеммой: я вынужден был решать его, будучи новым человеком в этой организации и пытаясь освоиться в незнакомой среде. Сложилась беспрецедентная, исключительная ситуация. Состоявшийся перевод по службе не был добровольным, и я полагал, что если ситуация не будет разрешена посредством взаимного соглашения, то может возникнуть риск юридических последствий для нашей организации. Я принимаю на себя полную ответственность за детали решения этого вопроса. Я не пытался скрыть мои поступки или переложить ответственность на кого-либо.


Сегодня утром я встретился с членами Совета директоров и предложил им выработать некий механизм определения того, было ли достигнутое соглашение разумным выходом из положения. Я соглашусь с любыми средствами урегулирования ситуации, которые они предложат.



Владимир Абаринов: Президент Всемирного банка постарался переключить внимание журналистов на масштабные задачи, стоящие перед его организацией.



Пол Вулфовиц: В более общем плане перед нами стоят намного более важные задачи, на которых необходимо сосредоточить внимание. Тем, кто не согласен с действиями, с которыми они связывают мое имя в бытность моего пребывания на предыдущем посту, хочу сказать: я сейчас на другой работе. Я не работаю в правительстве США. Я служу нашей организации и ее 185 акционерам. Я глубоко верю в миссию нашей организации и отношусь к ней со всей преданностью. Я считаю, что сокращение масштабов бедности – это задача огромной важности, и не только для нас, но и для наших детей и внуков. Полагаю, что в Африке перед нами открываются сегодня поистине исторические возможности.


Мы смогли привлечь внимание к прогрессу, который возможен в Африке, а не только к отчаянию и невзгодам, которые распространены в беднейших странах. Я полагаю, что совместно мы достигли определенных успехов в обеспечении большей эффективности и оперативности нашей организации как в бедных странах, так и в странах со средним уровнем доходов, в области неуклонной борьбы с бедностью.


Кроме того, я верю,– и вера моя укрепилась со времени начала моей работы на этом посту,– в то, что мир нуждается в эффективной многосторонней организации, каковой является наша организация, которая могла бы ответственно и с заслуженным доверием управлять общими средствами на благо общих целей, будь то борьба с бедностью, недопущение изменения климата или борьба с птичьим гриппом. Прошу вас оценивать меня по результатам моей текущей работы и по тому, чего мы можем добиться вместе, двигаясь вперед.



Владимир Абаринов: Что же произошло? В чем заключается его ошибка? Комитет по этике рекомендовал Полу Вулфовицу перевести Шаху Ризу на внешнюю службу, где она не будет подчиняться ему, и при этом предложить ей компенсацию за прерванный стаж в виде внеочередного повышения в должности и соответствующего повышения зарплаты. Комитет по этике, видимо, счел, что Вулфовицу будет удобнее решить вопрос со своей близкой знакомой приватно. В итоге Шаха Риза перешла на работу в государственный департамент США, причем с зарплатой большей, чем у госсекретаря Кондолизы Райс. Если по истечении пятилетнего срока полномочий Вулфовица она вернется в банк, то на должность значительно выше той, с какой она ушла, а если он будет утвержден на второй срок, Шаха Риза должна будет получить пост вице-президента. Компенсация оказалась более чем щедрой, нарушающей внутренние правила, и это возмутило сотрудников банка, которые и сообщили об этом прессе. Комментарии пресс-службы Пола Вулфовица в некоторых немаловажных пунктах противоречили истинной картине, какой она предстала теперь, после того, как была опубликована служебная переписка по этому вопросу.


Эксперт вашингтонского мозгового центра «Фонд наследия» Бретт Шаффер считает, что история с переводом Шахи Ризы – лишь предлог для попытки избавиться от Вулфовица.



Бретт Шаффер: Им недовольны по разным поводам три разные группы. Политическая ситуация в банке всегда была очень сложной и неопределенной, но теперь она усугубилась персональной ошибкой, касающейся сомнительных действий по отношению к его компаньонке. В результате этот его шаг был использован теми, кто и без того находится в оппозиции к нему. Конечно, это не оправдание. Но я думаю, ситуация искусственно раздута по иным причинам.



Владимир Абаринов: Чем и кому не угодил Вулфовиц? Комментаторы чаще всего указывают на амбициозную программу борьбы с бедностью, которую развернул Вулфовиц. На эти цели ему необходимо собрать 30 миллиардов долларов, однако страны-доноры не спешат исполнить свои обязательства, а Вулфовиц настаивает. Другая линия критики – обвинения в том, что Вулфовиц слишком тесно связан с нынешней администрацией США, что он действует по ее указке и окружил себя советниками, которых привел с собой из правительства. Говорят также, что в некоторых странах недовольны мерами по противодействию коррупции, инциатором которых был Пол Вулфовиц. Есть и мнение, что правило, согласно которому банк может возглавлять только американец, пора пересмотреть.


На пресс-конференции Пол Вулфовиц обещал согласиться с решением Совета директоров, каким бы оно ни было, и подробно ответил на вопрос о своей кадровой политике.



Вопрос: Г-н Вулфовиц, вы сделали надлежащее управление ключевым аспектом вашей деятельности на посту президента Всемирного банка, и с учетом сделанного вами сегодня утром заявления, что вы могли бы ответить тем, кто скажет… кто сочтет случившееся не личной ошибкой, а серьезным сбоем в корпоративном управлении? И, в связи с этим, нет ли у вас ощущения, что, независимо от решения Совета директоров, доверие к вам и возможность для вас оставаться на этом посту поставлены под сомнение?



Пол Вулфовиц: Посмотрим, каким будет решение Совета – и тогда я приму свое решение относительно решения Совета, но могу охарактеризовать вам мои тогдашние действия. Я оказался втянутым в эту проблему не по собственной воле. Я занялся ею не по личным причинам, а, скорее, затем, чтобы разрешить ситуацию, которая, как мне казалось, была чревата риском для организации. Я не скрывал никаких своих поступков и, как я уже сказал, готов принять любые меры по выходу из сложившейся ситуации, которые пожелает предложить Совет.



Вопрос: Г-н Вулфовиц, не могли бы вы ответить на жалобы сотрудников Всемирного банка – профессионалов, которые утверждают, что вы слишком плотно окружили себя узкой группой советников – представляется, что в этой связи часто упоминается имя Робин Кливленд, а иногда и Сьюзен Фолсом – и не консультировались с заслуженными сотрудниками-профессионалами, не прислушивались к их советам?



Пол Вулфовиц: Прежде всего, соглашусь с тем, что в сказанном вами есть определенное рациональное зерно в том смысле, что, когда я пришел сюда, я, как и любой новый руководитель, нуждался в нескольких людях, которых я хорошо знал и прежде. Я привел с собой двух человек – хотя иногда это подают так, как будто сюда пришла целая армия оказавшихся не у дел выходцев из администрации Буша. Так вот, это были Робин Кливленд и Кевин Келлемс. Сьюзен Фолсом работала здесь еще при г-не Вулфенсоне, у нее свой круг обязанностей, и в мой «личный штаб» она ни в каком смысле не входит.


Но и члены Совета директоров, и сотрудники высказывали мне свою озабоченность, говоря, что на первых порах это можно было понять, но теперь необходимо четче определить роль двух моих советников, и, на самом деле, я согласен с ними и найду способ четче определить круг их обязанностей.


Но, признавая это, должен также сказать вам: думаю, что эти критические замечания уже несколько запоздали. Что я имею в виду? Я пригласил на должности управляющих директоров новозеландца и сальвадорца, с которыми я не был знаком до прихода в Банк. Я пригласил на должность главного финансового директора итальянского гражданина, на должность исполнительного вице-президента – шведа, на пост старшего вице-президента по внешним связям – иорданца; ни с тем, ни другим я ранее не был знаком; наконец, на должность главного юрисконсульта был приглашен бывший министр иностранных дел Испании.


И еще два совсем недавних назначения, которые доставили мне особое удовольствие, – речь идет о двух женщинах из Африки: Джой Фумафи, которая ранее занимала посты министра здравоохранения Ботсваны и помощника генерального директора Всемирной организации здравоохранения, а теперь является нашим новым Вице-президентом по вопросам развития людских ресурсов, - это потрясающая женщина, – и министр образования Нигерии Обиагели Эзеквесили, которая вскоре вступит в должность Вице-президента Регионального управления Банка по Африке.


Так что почти все эти люди, само собой разумеется, не только не работали в администрации Буша, но, по большей части, и не были раньше со мной знакомы; гораздо более важно для меня то, что я познакомился со множеством отличных сотрудников. Я пригласил на должность руководителя аппарата Летисию Обенг – специалиста из банковской сферы Ганы. Ее заместителем работает Огюст Кваме – еще один прекрасный сотрудник Банка, он из Кот-д’Ивуара. И я могу перечислить вам еще множество имен. Это уже становится немного утомительным – мне даже несколько странно, как это я мог бы до сих пор оставаться в окружении этих двух господ, которые не допускали бы ко мне всех остальных сотрудников. Это просто не соответствует действительности.



Владимир Абаринов: В отличие от правительств других стран, заявивших, что дождутся итогов служебного расследования, администрация США ждать не стала. Пресс-секретарь Белого Дома Дэна Перино от имени президента выразила поддержку Вулфовицу.



Дэна Перино: Президент питает полное доверие к Полу Вулфовицу. Он прекрасно работвает в Мировом банке над тем, чтобы вытащить из бедности людей повсюду в мире. Он принес извинения, совет директоров приводит свое служебное расследование. Мы ожидаем, что он останется на посту президента Всемирного банка, Он пользуется поддержкой президента.



Владимир Абаринов: Один из журналистов попытался выяснить, как президент расценивает инцидент с точки зрения семейной морали.



Вопрос: «Таймс» пишет, что пребывание г-на Вулфовица на посту президента Всемирного банка, цитирую, «обратилось в хаос, поскольку выяснилось, что он участвовал в принятии решения о повышении жалованья своей компаньонке, Шахе Ризе, за что сотрудники банка встретили его недавно возгласами неодобрения и призывами уйти в отставку». У меня два вопроса. Считает ли президент, что г-н Вулфовиц поступил хорошо или дурно, оказывая такую услугу лицу, которое Таймс определяет как «его компаньонку»?



Дэна Перино: Как я уже сказала, президент извинился по этому поводу. Он взял на себя всю ответственность. То есть это Пол Вулфовиц извинился, и встречался с советом директоров, и теперь там идет изучение вопроса.



Вопрос: Какой смысл должна вложить публика в слово «компаньонка» - разве это не любовница? Считает ли президент, что лица, назначенные на такие посты...



Дэна Перино: В этот аспект я вдаваться не буду. Спасибо за настойчивость, но вот не буду и все тут.



Владимир Абаринов: Получив поддержку президента Буша, Пол Вулфовиц заметно ободрился и заявил, что в отставку не собирается. Между тем Совет директоров еще не сказал своего последнего слова. По сведениям из осведомленных источников, мнения там разделились.



Лишний вес в истории человечества.



Ирина Лагунина: Ожирение и лишний вес. Эта проблема возникла сравнительно недавно. Почти всю историю человечества средняя продолжительность жизни не превышала сорока лет и большинство людей просто недоедало. Полнота говорила о достатке и здоровье.


В 20 веке в развитых странах все поменялось и лишний вес стал предметом подробного научного изучения. Сегодня мы начинаем серию бесед об ожирении с вице-президентом общества доказательной медицины доктором медицинских наук Василием Власовым и кандидатом медицинских наук Кириллом Данишевским. Вопросы задает Ольга Орлова.



Ольга Орлова: Мой первый вопрос Василию Власову: как определить лишний вес, что это такое на самом деле, существует ли определение в современной медицине?



Василий Власов: Начнем с самых простых школьных вещей. По-старинке говорят «вес тела», а вообще надо говорить «масса тела» по-научному. Соответственно, говорят о повышенной массе тела и современные показания называют индексами массы тела. Если мы будем говорить «вес», то будем понимать, что мы хотели сказать «масса». Так вот, ожирение - это не всегда избыточная масса, а избыточная масса не всегда ожирение. Классический пример – человек с хорошо выраженной мускулатурой может иметь явно большой по сравнению с людьми его же роста вес, но у него не будет ожирения по всеобщему нормальному человеческому пониманию. И наоборот, человек вполне средней массы тела может обладать всеми свойствами человека, которого мы называем ожиревшим. Поэтому в медицине придумана масса способов, как выделить из того расплывчатого представления об ожирении то главное, что позволит нам сказать - вот этот человек ожиревший, а этот нет. И конечно, эти все способы не очень хорошие.



Ольга Орлова: Так каково же определение ожирения?



Василий Власов: Самый простой способ базируется не на определении жира и ожирения, на определении массы тела. Самый распространенный сейчас признак был придуман французом Кетле, его сейчас называют индексом массы тела. Вес в килограммах делим на рост в метрах, возведенный в квадрат. Считается, что с помощью этого индекса наилучшим образом вносится поправка на рост, не идеально, но лучшим из всех остальных индексов. Это в мире широко применяют. Сегодня считается, подчеркиваю – сегодня, еще пять лет назад так не считалось, что выше 25 килограмм на метр квадратный - это нехорошо, это избыточная масса тела, а выше 32 килограмм на метр квадратный – это значит уже ожирение. Конечно же, для удобства несколько лет назад в отчете национальных институтов здоровья было предложено две величины - 25 и 32. В действительности, когда эти величины выбирали, смотрели на кривую и эта кривая наилучшим образом объясняет, откуда берутся представления, что ожирение – это плохо. У американцев прежде всего, в других странах тоже, но у американцев больше есть данных так называемых продольных исследований. То есть берут людей и наблюдают за ними много лет. Так вот, оказывается, что в американской популяции, больше всего обследовали мужчин, чем больше масса тела, тем выше вероятность умереть. И вот в пределах до 25 килограмм на метр квадратный - это повышение небольшое, до 25 - это избыточная масса тела. Выше 25 - это повышение становится более значительным, более крутым, а выше 32 оно совсем большое и совсем крутое.



Ольга Орлова: Скажите, пожалуйста, вы обронили такую фразу – по большей части исследовали мужчин. Насколько важно, на ком проводили исследования? И вообще, как связан лишний вес у женщин, у мужчин, как это связано с возрастом и полом?



Василий Власов: Дискриминация - вещь многосторонняя. В медицинских исследованиях дискриминация женщин связана со многими факторами. Например, потому что на них опыты ставить чревато неприятностями. А вдруг она беременная? И тебя потом обвинят, что ты на беременной опыты ставил. Потом на женщинах трудно исследования проводить, потому что у них характеристики организма в течение месяца меняются. Неудобно, значит надо поправку вносить на период цикла и так далее. На мужчинах удобно. И применительно к ожирению как раз интересно, что эта кривая, о которой я рассказал, и большая часть зависимости, они получены именно на мужчинах и именно у мужчин эта зависимость носит ярко выраженный характер повышения смертности и заболеваемости с массой тела. У женщин, к счастью для женщин, в более широком диапазоне масса тела не влияет на смертность. То есть женщины с массой тела 25-28 почти не испытывают повышения смертности от своей избыточной массы тела. При массе тела выше 32-34 и у женщин срабатывает тоже. Но вот диапазон, приемлемый по последствиям для здоровья массы тела у женщин значительно шире.



Ольга Орлова: Проблема в том, что как раз лишний вес больше всего беспокоит женщин, в большей степени, чем мужчин.



Василий Власов: Во-первых, это побочный эффект.



Ольга Орлова: От эстетических представлений современных?



Василий Власов: Побочный эффект использования научных данных, когда научные данные, полученные на мужчинах, считаются подходящими для всех, в том числе и для женщин, независимо от того, подходят они женщинам или нет. Это первое. И второе: проблему ожирения нельзя сводить к этим критериям здоровья. Мы сейчас говорим об этих критериях, что такое избыточная масса тела, что такое ожирение, с точки зрения медицины, но дело в том, что медицина сама является малой частью культуры, а в этой области очень велико значение культуры. И поэтому говорить о том, что женщинами наука манипулирует медицинская – это неправильно. В действительности здесь входят в действие именно культурные предпочтения, представления о том, что такое хорошее тело. Эти представления, как известно, в истории человечества очень сильно менялись. И как раз в течение 20 века, когда научные данные медицинские были получены, здесь возник некоторый параллелизм, то есть и медицинские данные говорили о том, что нужно иметь умеренную массу тела, и одновременно старый идеал добротного богатого женского тела плодородного, он отошел в прошлое, и женщины захотели быть изящными и так далее. Такие периоды бывали и раньше, когда должны были быть бледными и тонкими. Эти периоды сменялись. В 20 веке преобладает идеал, близкий к медицинскому. Поэтому здесь сложились культурные векторы и медицинские векторы, и женщины оказались под двойным давлением.



Ольга Орлова: Мы тогда о проблемах лишнего веса у женщин поговорим позже в наших следующих передачах. Сейчас давайте может быть назовем причины, которые вызывают у человека лишний вес и ожирение. Такие причины, которые были бы общие и для мужчин, и для женщин и не были связаны с полом и даже возрастом.



Кирилл Данишевский: Здесь очень важно разделить факторы на модифицируемые и не модифицированные. То есть вещи, на которые мы можем повлиять, их, конечно, гораздо важнее изучать, потому что в конце концов изучение научных факторов из любопытства не столь полезно, как с точки зрения утилитарной. Есть ряд генетических факторов. Здесь мы немного можем сделать. У разных людей разная эффективность метаболизма. То есть одни люди от съеденных калорий в итоге могут произвести энергии, равной 25% калоража съеденной ими пищи, у других этот процент больше. И здесь потеря идет на разных этапах, но основные два этапа – это пищеварение, которое может отличаться по эффективности у разных людей, насколько человек хорошо усваивает съеденные калории. И второй момент, насколько эффективно сам метаболизм, сам процесс обмена веществ идет. На каждом этапе обычно теряется около половины энергии. В то же время есть люди с очень эффективным метаболизмом. И в свое время это было хорошо иметь эффективный метаболизм, при этом можно было меньше есть и при этом больше двигаться. Сейчас в эпоху переизбытка пищи, переизбытка всего, это не очень хорошо, когда мы стали меньше двигаться, больше есть, когда у нас холодильник под рукой. Люди с эффективным метаболизмом, как правило, набирают больший вес. Бывшие спортсмены, очень часто бросив заниматься спортом, набирают вес. Во многом здесь не столько пищевые привычки сказываются, но и то, что сам метаболизм изменился. Пока они занимались спортом, организм научился усваивать, бороться за свои калории, эффективно их использовать, а тут нет выхода энергии - набор веса.


При этом другой интересный генетический фактор. Есть два типа ожирения. Один из них: у человека растет живот, при этом объем бедер не сильно меняется. Такой механизм ожирения более опасен с точки зрения риска развития сердечнососудистых заболеваний. Есть другой вариант, скажем, ожирения, который генетически определен, когда у человека и размер бедер увеличивается, так называемое грушевидное ожирение, когда живот не столь увеличивается, не получается круглого пивного живота типичного и на бедрах есть отложения жира большие. Как правило, это связано с очень небольшим увеличением риска сердечнососудистых заболеваний. Есть масса вторичных вариантов ожирения, когда основополагающей причиной является нарушение гормонального фона и так далее.


А самые главные причины, они модифицированные и это проблема нашего века, изменение образа жизни, изменение условий жизни. Мы стали меньше двигаться и у нас очень много доступной высококалорийной пищи. Но сейчас человек двигается примерно в 7-10 раз меньше, среднестатистический человек, чем лет 500 назад. При этом потреблять в пищу мы стали немножко больше калорий. Жизнь современного человека, к сожалению, гиподинамична, у нас в основном работа, не связанная с движением, очень небольшой процент занимается спортом в России. У нас, к сожалению, как всегда политика в стране хромает, мы очень большие средства инвестируем в большой спорт, которым несколько процентов в лучшем случае занимается, и очень мало создаем условий для массового, банальные велосипедные дорожки, банальные безопасные парки, где можно хотя бы ходить, не говорю, что бегать. Доступные дешевые спортивные клубы, а не клубы абонементов, которые зашкаливают мыслимые и немыслимые пределы. И здесь мы очень четко отличаемся в плане политики, направленной на обеспечение для людей возможности адекватно тренироваться, от большинства развитых стран, где и за счет субсидий, и за счет того, что клубы не мода, а часть повседневной жизни, между ними большая конкуренция, мы очень сильно отстаем.



Ольга Орлова: Скажите, были исследования на эту тему о связи лишнего веса и пониженного движения, проводились достаточно достоверные?



Кирилл Данишевский: Конечно, это абсолютно фактор, который не вызывает никакого сомнения, достаточно хорошо исследованный. Больше того, здесь надо сделать оговорку, что очень часто люди, которые ведут гиподинамический образ жизни, малоподвижный, у них может не быть лишнего веса, но у них может быть повышенный риск сердечнососудистых заболеваний. Здесь надо очень четко определиться, что существуют два фактора риска, которые не сильно сцеплены, не сильно связаны – физическая тренированность человека и наличие лишнего веса. У человека может быть лишний вес, но если он тренирован физически, если он может подняться на девятый этаж по лестнице без отдышки, лишний вес очень небольшой ущерб наносит с точки зрения прогноза продолжительности жизни, риска развития заболеваний и так далее.



Ольга Орлова: Означает ли это, что на самом деле у человека может быть лишний вес, но он безвреден для его здоровья и ему не мешает?



Кирилл Данишевский: Среднестатистические данные говорят о том, что худой человек и человек с лишним весом при одинаковой степени тренированности, все равно у человека с небольшим лишним весом появляются риски заболеваний, которые скорее в среднем приведут. Но не для России. Для России есть некоторые данные о том, что небольшой лишний вес скорее хорошо, чем плохо. До конца непонятно. Скорее всего просто не до конца учли вмешивающиеся факторы. Просто в России люди с нормальной массой тела по западным представлениям - это люди социально неблагополучные, которые вышли из тюрьмы, болеют туберкулезом или используют наркотики, например. Но все-таки лучше быть худым и натренированным, немножко хуже иметь лишний вес, но быть тренированным, еще хуже иметь нормальный вес и быть абсолютно детренированным и хуже всего иметь лишний вес и быть детренированным. То есть в принципе если человек не может сбросить вес, ему все равно надо заниматься физкультурой для того, чтобы быть тренированным, потому что это снижает риск развития массы заболеваний.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG