Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Григорий Явлинский о политическом наследии Ельцина


Программу ведет Андрей Шарый. В программе принимает участие Григорий Явлинский, лидер Российской демократической партии «Яблоко».



Андрей Шарый: В прямом эфире программы – лидер Российской демократической партии «Яблоко» Григорий Явлинский.


Григорий Алексеевич, дайте, пожалуйста, политическую оценку наследию Ельцина. В ней больше хорошего или больше плохого?



Григорий Явлинский: Борис Николаевич был фигурой такого масштаба, что оценку его деятельности, скорее, даст история и время. Он руководил страной в самое трудное для страны время и в самые тяжелые годы. Поэтому сегодня давать оценку его деятельности в целом вряд ли было бы возможным даже, не то что справедливым.


Но в то же время он был личностью, и очень особой личностью. И это теперь тоже редко встречается в политике. Хотел бы сказать, что особенностью его личности было то, что ему не знакома была месть, сведение личных счетов. Он очень часто побеждал в политике, он часто сбрасывал своего оппонента с коня, но он никогда не затаптывал его, он никогда не травил своих оппонентов. Физическое устранение оппонентов политических или политическая месть, устранение политических противников никогда при нем не были частью государственной политики. И это была личная, персональная заслуга Ельцина. Он не был человеком злопамятным и он не был человеком мстительным.



Андрей Шарый: Григорий Алексеевич, вы один из немногих, пожалуй, активных российских политиков, которые на политической арене, в парламенте, вне его уже почти на протяжении двух десятилетий, и вы хорошо знали и Бориса Ельцина, знакомы прекрасно и с Владимиром Путиным. Путин – это преемник Ельцина. И очевидно, Ельцин рассчитывал на продолжение своих демократических начинаний. В какой степени эта затея с преемником вам сейчас кажется успешной?



Григорий Явлинский: Мне кажется, это одно из самых трагических решений Ельцина. Потому что вот то, что он оставил после себя, больше всего будет оцениваться по тому, кого он оставил после себя в своем кабинете. И с моей точки зрения, это будет очень трагическая оценка.



Андрей Шарый: Ну а что касается непредсказуемости ельцинской политики, экономического кризиса и на фоне нынешней стабильности и предсказуемости российской политики?



Григорий Явлинский: На самом деле эти вещи имеют прямую преемственность. Дело в том, что нет сегодня никакой ни стабильности, и нет ничего того, что могло бы говорить о том, что российская экономика находится на качественно другом этапе. Просто сложились так обстоятельства, что в российской экономике сейчас довольно много денег, и даже не в экономике, а в стране. Я бы так сказал, деньги в стране есть, а экономики нет. Потому что нет безусловного права собственности, нет честной и прозрачной конкуренции, нет существенных каких-то решений в отношении монополий. Наоборот, если Ельцин начинал свою экономическую карьеру с того, что он уничтожал Госплан, то в последние годы в России создан «госклан», так бы я сказал. И в этом смысле вряд ли можно сегодня чем-то похвастаться.



Андрей Шарый: Вы считаете Ельцина ответственным за начало чеченской войны?



Григорий Явлинский: Да, безусловно. Да, я считаю, что он, безусловно, несет огромную ответственность за начало чеченской войны. Он несет ответственность за многое, если не за все, что происходило в России в эти годы. А в эти годы было много и ошибок, и преступлений. Но, тем не менее, Ельцин обладал, как я вам уже сказал, очень важными для человека и для политического лидера качествами.


XS
SM
MD
LG