Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Александр Кожевников о состоянии российского хоккея


Владимир Бабурин: 27 апреля в Москве и в Мытищах начинается Чемпионат мира по хоккею. Сегодня главный тренер сборной России Вячеслав Быков назвал состав команды. В окончательном списке числятся 22 хоккеиста, большинство из них играет в России, меньшая часть – в Национальной хоккейной лиге. Обращает на себя внимание то, что пока заявлены только два вратаря. Можно предположить, что Вячеслав Быков ждет освобождения либо Евгения Набокова из «Сан-Хосе», либо Ильи Брызгалова из « Анахайма». Так или иначе, вратарская позиция на сегодняшний день, пожалуй, выглядит самой уязвимой в российской сборной, но это мое зрительское, дилетантское мнение, а мнение профессионала вы сегодня можете узнать.


Наш сегодняшний гость – это двукратный олимпийский чемпион и чемпион мира по хоккею Александр Кожевников.


В 1993 году сборная России впервые в своей истории стала чемпионом мира. Мало тогда кто мог подумать, что этот успех станет последним, но так оно пока и есть. Сборная России никогда больше на мировых первенствах не побеждала. В 2002 году была в финале, в 2005 году заняла третье место. И вот это три медали сборной России за всю ее историю выступлений на Чемпионатах мира. Простите меня за «новизну» и «оригинальность» вопроса. В чем же дело?




Александр Кожевников

Александр Кожевников: Ну, это, наверное, можно было предположить. Потому что когда выигрывали Олимпийские игры, в 1992 году уже мало кто верил, что наша сборная выиграет. Но вот на старых воспитанниках, где играл Прохоров, Болдин, Борщевский, Быков помогал – остались взрослые ребята - «быковская пятерка» была, и она сыграла здорово. И вот никто не верил, а они выиграли. Ну а дальше, естественно, было уже нормальное явление, потому что произошел большой отток наших хоккеистов за границу, и не только в НХЛ, но и в Англию, и в Германию, и в Швейцарию. И естественно, молодежи не на кого было ровняться, не на ком было расти. И поэтому такой большой провал. И вот где-то, наверное, в 1998-1999 годах начали потихонечку подниматься.


Вот сейчас стабилизировалось отношение к детским спортивным школам. И сейчас, я думаю, года через два-три будет прирост. Ну, мы видим, уже появляются игроки достаточно высокого уровня, как Малкин, Овечкин, сейчас есть молодой игрок в Омске. И я думаю, что сейчас - годика два-три - и наши игроки будут играть на том же уровне, по крайней мере, наша сборная.



Владимир Бабурин: Всегда возникает спор – призывать или не призывать играющих в НХЛ, или же все-таки сделать ставку на игроков, играющих здесь, в России, а особенно после того, как молодежная сборная победила на Чемпионате мира. Противники призыва легионеров из НХЛ говорят: «Ребята, зачем же их звать, они же уже и так все проиграли, они вылетели, они не вошли в плей-офф Кубка Стэнли, у них нет психологии победителей? А эти ребята молодые, может быть, они и не такие великие мастера, как те, что играют за океаном, но в них-то этот дух победы непременно есть». Вы какой точки зрения придерживаетесь?



Александр Кожевников: Я придерживаюсь того, что есть игроки и в НХЛ, которые хотят играть за сборную команду и имеют достаточно крепкий и твердый характер, и функциональные, и эмоциональные, которые хотят играть. И Вячеслав Быков об этом говорил. И я думаю, тут он собрал всех игроков, которые достойны играть в этой сборной. Ну, в принципе, он должен видеть, кого он видит из этих игроков. Это дело тренера.


И что можно сказать про молодежь. Ну, мы же не можем сказать, что... у нас в том году играло много НХЛовцев, у нас же они ничего практически не показали. Это не говорит о том, что где бы они ни играли – или в России, или в НХЛ, - это больше, наверное, все-таки психологическая тенденция в игроках, что приезжая на родину, они могут делать все, что они хотят. Вот то, как поступили с Сёминым. Много сейчас информации, но никто точно не знает. Владислав Александрович рассказал, что если человек не приехал на сборы, то это уже... В наши времена это было, ну, даже уму не постижимо – на 5 или 10 минут опоздать. В те времена только, наверное, смерть могла помешать тебе приехать в сборную команду вовремя. Поэтому я думаю, что это правильная постановка вопроса, и это нормально.



Владимир Бабурин: Если кто из наших, а особенно молодых, слушателей не понял: Владислав Александрович – это великий советский вратарь Владислав Третьяк, ныне депутат Государственной Думы. Возможно, к Государственной Думе и к Третьяку мы сегодня еще вернемся.



Александр Кожевников: И председатель Федерации хоккея России.



Владимир Бабурин: Да. Саша, скажите, а вы человек суеверный?



Александр Кожевников: Да.



Владимир Бабурин: Про спортсменов говорят, что они чрезвычайно склонны верить всяким приметам. Я сам спортом занимался, правда, достаточно экзотическим – спортивным туризмом. И в общем, споткнуться перед выходом на маршрут – это все, хоть маршрут закрывай.


Вот тогда я вам предложу такой ребус. Первый раз, когда сборная Советского Союза играла в Москве, она проиграла Чемпионат мира. Шведы стали чемпионами в 1957 году. Когда Чемпионат был второй раз в Москве в 1973 году, советская сборная выиграла, что называется, в «одну калитку», наколотив 100 шайб всем своим соперникам. Российская история. Первый чемпионат в Санкт-Петербурге лучше не вспоминать. Приехало огромное количество звезд, включая Павла Буре, - 11-ое место. Сейчас чемпионат в России уже второй. И еще одно совпадение. 1973 год – выиграла и сборная по хоккею с мячом, которая, правда, тогда все выигрывала, ну и соответственно, сборная по хоккею с шайбой. Наконец, 1986 год, сборная Советского Союза выиграла в Москве Чемпионат мира, но это был последний Чемпионат мира, который выиграли хозяева площадки. С тех пор никто и никогда – ни Чехия, ни шведы, ни финны, ни словаки, ни, тем более, канадцы, которые вообще еще ни разу чемпионат не принимали, на своих площадках не выигрывали. Это, скорее, минус. Но плюсов все-таки больше.


И еще одна примета уж совсем последних лет – никогда чемпионат мира не выигрывала команда, которая в том же году выиграла Евро-хоккей тур. Шведам российские хоккеисты проиграли Евро-хоккей тур.



Александр Кожевников: Наверное, я согласен с вами. Но мы говорили о приметах... я имею в виду, что я суеверный, когда я, например, готовился на игры выходить. И до сих пор я зашнуровываю с левой ноги и делаю ровные окончания на шнурках. Это немножко другое.


А про суеверия по Чемпионатам мира надо сказать, что сборная России, где бы она ни играла, но после Олимпиады она, как правило, всегда проигрывала. Потому что столько эмоций выбрасывается на Олимпийских играх, и это надо понимать. И очень редко... одно первенство мира после Олимпиады выиграли, когда была машина...



Владимир Бабурин: Это, по-моему, был 1976 год, после Инсбрука.



Александр Кожевников: Да, 1976 год. Поэтому суеверие, оно не с годами связывается. Да, вот то, что команда хозяев не выигрывает... Я думаю, что в этом году наша сборная постарается сломать и доказать, что это была какая-то временная, 10-летняя несправедливость к хозяевам.



Владимир Бабурин: Двадцатилетняя .Вы знаете, есть еще одна примета. И вот тут можно подумать, не ошиблись ли устроители, часть матчей перенося в Мытищи. Потому что на московском льду сборная Советского Союза не проиграла ни одного матча на Чемпионатах мира. Хотя в 1962 году уступила шведам первенство. Но не проиграла при этом ни одного матча.



Александр Кожевников: Это понятно. Ну, я не думаю, что Мытищи играют роль. Но наша сборная ведь не будет играть в Мытищах, она будет все время играть в Москве. Так что это уже плюс, по всем суевериям. И я думаю, что наши ребята продолжат эти традиции.



Владимир Бабурин: Давайте перейдем к сегодняшним проблемам российской сборной. Вы уже назвали одну фамилию – это Александр Сёмин, который был отчислен за то, что опоздал на сбор. Он прилетел из Красноярска не утром, как было нужно, а вечером. Достаточно много было уже публикаций и «за», и «против». И кто-то высказывал недоумение, кто-то говорил, что «нет, все правильно, нужно, чтобы как при Тарасове все было – и тогда все будет хорошо». На одно-единственное заявление, действительно, я обратил внимание, что агент Сёмина Марк Гандлер заявил, что он страшно удивлен, потому что «разве не федерация должна была послать Сёмину билет на самолет?».



Александр Кожевников: Я думаю, что все игроки возвращались домой и знали о положении в команде, почему здесь игроки... Ты профессионал. Если ты считаешь себя профессионалом, то ты должен пойти и купить себе билет на утро и прилететь, а потом уже разбираться с федерацией. Если ты настоящий профессионал, как они себя называют. Если ты это сделал... Ну, я думаю, что после такого большого перерыва человек хотел дома посидеть, и думал, что это пройдет мимо. Не знаю, потому что я не вдавался... не то что не вдавался в подробности, но никто же не может, кроме его самого, Сёмина, знать, и естественно, председатель Федерации хоккея.



Владимир Бабурин: Вы в этом конфликте какую-то сторону занимаете или просто...



Александр Кожевников: Я согласен с Вячеславом Быковым, что он его отчислил. Потому что есть порядок в команде. И еще раз повторюсь, что в наши времена было очень трудно представить, что ты опоздаешь даже на 5 минут. Все приезжали за 2-3 часа на сборы. Где бы ты ни был, где бы ты ни жил, ты всегда будет приезжать за день, чтобы попасть в сборную команду. А если такое отношение... ну, я думаю, что это неправильно, конечно.



Владимир Бабурин: Кстати, в истории сборной Советского Союза я помню только один случай, по крайней мере, который стал достоянием гласности еще в те времена – когда из сборной был отчислен хоккеист, причем это был не просто хоккеист, а это был предшественник Владислава Третьяка великий вратарь Виктор Коноваленко, который прилетел из Горького тогдашнего в Москву самолетом, а в Горьком они, видимо, провожались. И в общем, не в лучшей форме Виктор Коноваленко прилетел в Москву – и был немедленно отчислен. Вот других случаев я, честно говоря, не знаю. Александр, а вы?



Александр Кожевников: Я тоже не знаю. По крайней мере, в наше время мы все приезжали вовремя после отдыха. И может быть, кто-то и расслаблялся. И я расслаблялся, когда есть перерыв. Но мы готовились две-три недели. И надо понимать, что время было другое немножко. Потому что мы к первенству мира готовились где-то две-три недели. Поэтому восстанавливались и функционально, и физически, и морально. Но если игрок опаздывает и если он пьяный сильно, то, конечно... такого мы не могли себе позволить. Да, если мы накануне выпивали пиво или шампанское, то, естественно, мы же не приходили пьяными. Мы приходили нормальными игроками. Вот нас собирали в 9 часов утра. И если кросс где-то 10- 12 километров , то я не думаю, что ты себе позволишь очень много расслабиться.



Владимир Бабурин: Хочу вас спросить о тренере российской сборной Вячеславе Быкове. Как вы оцениваете эту фигуру? Меня тут позабавило даже отчасти интервью, которое дал Петер Штястны, бывший хоккеист сборной Чехословакии, а потом он был менеджером сборной Словакии, а сейчас он вообще депутат Европарламента. И говорил он как раз о Вячеславе Быкове. И вот я, честно говоря, не очень понимаю, как расценивать его слова. Пан Штястны сказал, что он опасается, что главный тренер сборной России «может стать новым Виктором Тихоновым». Хорошо ли быть «новым» Виктором Тихоновым или плохо быть «новым» Виктором Тихоновым? Если хорошо, то тогда чего опасается пан Штястны? Я, конечно, понимаю, что это лучше спросить, но его здесь нет, поэтому я вас спрашиваю.



Александр Кожевников: Я думаю, что на 90 процентов неплохо быть Виктором Васильевичем Тихоновым. Потому что Виктор Васильевич очень много сделал для советского хоккея – придумал четыре звена, убыстрил хоккей, и достаточно грамотное было построение всех «пятерок». Да, есть и свои обиды. И у меня свои обиды были на Виктора Васильевича. Но то, что это человек великий, и это видно по результату, то что мы будем говорить... Если Вячеслав Быков будет таким же, то мы только будем «за». Потому что я уважаю Вячеслава как тренера, и всегда видел, как он работает в Швейцарии, как он воссоздал, кстати, проблемы с швейцарским хоккеем, и после них, и Хомутова, играя в Швейцарии, пошел бум в Швейцарии на хоккей среди детей. Поэтому, да, у Славы есть данные. Дай Бог, чтобы он стал Виктором Васильевичем.



Владимир Бабурин: Звонок у нас, честно говоря, не из самого хоккейного места. Сергей из Кингисеппа, добрый вечер.



Слушатель: Добрый вечер. Александр, очень приятно пообщаться, так скажем, с живой легендой советского хоккея, потому что я, еще будучи совсем небольшим, очень... порой матчи заканчивались в час ночи... Помню, была финальная игра, когда наши на Чемпионате мира играли со сборной Канады, и матч заканчивался уже во втором часу ночи. И как мы все сидели, как болели... Вот какой патриотизм, какое было национальное чувство гордости, причастности, что это представители нашей страны, нашего государства одержали на этом мировом чемпионате победу. Просто вот этот дух, он пронизывал всех нас.


И вот еще что хотелось бы сказать. Популяризация хоккея была. Все матчи в прямом эфире транслировались. Все-таки вот нашему руководству... я понимаю, что это зависит не от них, а это зависит от государственных мужей, что если мы хотим достичь определенных успехов на открывающемся завтра хоккейном чемпионате, все-таки народ эти матчи должен смотреть в прямом эфире, на центральном канале, а не по телеканалу «Спорт». Вот у меня он есть, я буду смотреть. Но таких людей, в общем-то... как говорится, не каждый может смотреть. Все-таки больше надо уделять этому внимания.


А вопрос у меня к вам такой, Александр. Конечно, он немножко некорректный, ну, если захотите, значит, ответите. Скажите, пожалуйста, вот ваше видение, ваша точка зрения, если бы вы, допустим, входили в тренерский штат нынешней Национальной сборной хоккея, какие первоочередные шаги необходимо предпринять на данном этапе, чтобы наша команда достойно выступила на открывающемся завтра Чемпионате мира по хоккею? Спасибо.



Александр Кожевников: Я с вами совершенно согласен.



Владимир Бабурин: Знаете, я просто замечу, что я вас заставил отвечать за Петера Штястны, а теперь слушатель из Кингисеппа заставляет вас отвечать за Василия Александровича Кикнадзе, руководителя телеканала «Спорт».



Александр Кожевников: Кикнадзе прикладывает все усилия, чтобы показывать. Насколько я знаю, он молодец в этом плане.


И по первому вопросу я согласен, естественно. Причем удивляет такая вещь, что такие матчи, как первенство мира не транслирует «Первый» канал. Естественно, они должны быть в прямом эфире везде. Но я думаю, что сейчас ситуация меняется, и «Первый» канал все-таки сделал свой турнир, в Москве проводится. Я думаю, может быть, пойдет... Вообще они к спорту относятся не очень доброжелательно, насколько я понимаю, «Первый» канал, самый популярный, который должен пропагандировать спорт и здоровый образ жизни.


А что касается моих первых шагов, если бы я входил в состав, то я бы, естественно... наверное, и Вячеслав Быков понимает, что надо усилить игру в защите. Мы не обладаем такими высококлассными защитниками в полном объеме, как другие команды. И это наша большая проблема. И немножко смущает, конечно, позиция вратарей. Потому что вратари, они все классные, но у них... и даже по чемпионату видно, что у них нет хорошей стабильности. Поэтому я думаю, что вот этому я бы уделил очень большое внимание – игра в обороне.



Владимир Бабурин: Ну, если российская сборная выйдет в плей-офф (в общем, должна она, по всей видимости, выходить), то в составе могут произойти изменения. Потому что по регламенту турнира Быков, да и вообще тренер любой другой сборной может дозаявить еще пять хоккеистов. К тому времени закончится еще один этап плей-офф в НХЛ. Александр, как вы полагаете, пойдет Быков на усиление... вернее, я даже не буду говорить об усилении, на приглашение хоккеистов из Северной Америки, которые уже к тому времени отыграют под сто матчей за сезон? Или же, если сборная выйдет с хорошими показателями в плей-офф, он оставит все как есть и не станет, что называется, менять коней на переправе? И как бы вы поступили в такой ситуации?



Александр Кожевников: Я посмотрел бы, в ком я уверен, того игрока я бы и пригласил сразу же, если он играет в НХЛ. Я говорю, что не важно... Почему мы делим – НХЛовцы и российские? Если у человека есть желание выкладываться до конца, отдавать всего себя, не жалея, то почему не взять своего игрока, который играет в НХЛ? Давайте так говорить. Потому что журналисты поделили всех нас. И вы, журналисты, должны помогать нам в основном, сборной нашей.


И я думаю, что Вячеслав делает правильно, потому что если будет игра в обороне слабая, то тогда надо будет усилить оборону, посмотреть надо на начальном этапе, кто и как выглядит. Потому что, надо сказать, и наши игроки, как Казанцев, сыграли тоже под сто матчей, наверное. А если брать с турнирами... Мы же забываем, когда говорим про НХЛ, что они сто матчей играют, но надо сказать, что у них очень много матчей проходящих, просто проходящих, очень легких. Они сильно себя не утруждают. А во-вторых, наши игроки, команды, основные команды, они играют очень много по Европе и товарищеских матчей, и турниров очень много. Так что где-то под 80 игр у нас тоже есть на плечах. Поэтому здесь практически одинаково все. Ну, канадцы же играют, шведы же приезжают играть. Что, мы их слабее? Мы только немножко в характере уступали раньше. Но вот я думаю, что в этом году... мы же видим, что характер поменялся в сборной команде.



Владимир Бабурин: Вот в этой связи, если все-таки будут приглашены еще игроки из Северной Америки, вот на мой взгляд, наиболее интересная пара, которая играет, - это «Детройт» и «Сан-Хосе». Потому что если проиграет «Детройт», то, наверное, сейчас лучший распасовщик мира Павел Дацюк может российскую сборную пополнить. А если «Сан-Хосе» - то Евгений Набоков освободится. Вот вам кого бы хотелось из них пригласить в первую очередь? Тем более что вы со мной согласились, что вратарская позиция...



Александр Кожевников: Я, конечно, согласен. И тот, и другой... и самое плохое, что они не в одной команде. Это самый нехороший вариант. А оба достойны играть в сборной. И два игрока, которые горят желанием, и тот, и другой поможет. Потому что как Павел Дацюк играет в защите, как центральный нападающий – это большая помощь для защитников. А если приедет Набоков, то это будет здорово, и будет хороший подбор тоже для наших защитников. На 70 процентов мы ворота закроем.



Владимир Бабурин: Звонок у нас из Петербурга. Сергей, добрый вечер.



Слушатель: Добрый вечер. У меня вопрос связан вот с чем. Вот если сейчас смотреть на разницу, которая была в те годы, когда были какие-то хоккейные успехи, и что творится сейчас, вы посмотрите, у нас же процентов 70 молодых людей, они просто больны, освобождены от физкультуры. Может быть, вот на этих видах спорта поставить большой крест и заниматься всякими глупостями, типа стрит-рейсинга. Мне кажется, уже произошел какой-то необратимый процесс, какой-то порог мы перешли.



Владимир Бабурин: Вот я еще добавлю, потому что Сергей, наверное, не знает, что мой сегодняшний гость, во-первых, он действующий хоккеист, он играет за команду ветеранов, о которой мы даже делали в свое время специальную передачу на Радио Свобода. А во-вторых, он работает, и работает он менеджером...



Александр Кожевников: Директором ГУП «Спорт-Центр». Занимаемся в Центральном округе развитием детей.



Владимир Бабурин: Да. Это не очень маленькая компания, из ее сотрудников можно было бы собрать, я думаю, четыре-пять, правда, и женских, и мужских хоккейных команд.



Александр Кожевников: Надо сказать, что я согласен с тем, что было время перестройки, наверное. Это не только дети такими стали, а это было время, когда была разруха в стране. Но сейчас мы поднимаемся. И я вижу, работая с детьми, у нас, по крайней мере, в одном дворце занимается около 1,5 тысячи детей. И ты видишь, что дети начали, наоборот, приходить очень здоровые, нормальные. И что мне больше всего нравится – что они становятся культурными. Что мы возвращаемся в те рамки, в которых мы были 13-14 лет назад. Поэтому я с вами не согласен, что у нас сейчас дети не такие здоровые. Но мы же не можем сказать про Малкина, про того же Овечкина, что они слабые. Они здоровы физически и прекрасно играют в хоккей.



Владимир Бабурин: И звонок у нас из Москвы. Олег, добрый вечер.



Слушатель: Добрый вечер. Я посмотрел две игры товарищеские с Австрией и Швейцарией. Честно говоря, не впечатлило меня. Примерно то же самое, что и в прошлый раз. Пожалуйста, пусть ответит Кожевников, как он считает, насколько сборная подготовлена?



Владимир Бабурин: А какой суровый голос... Если проиграют, вы будете, Саша, виноваты.



Александр Кожевников: Да, наверное. Но я не думаю, что времена поменялись. Надо понимать, что были другие времена, когда была сборная, и она была создана... вот нас собрали в 14 лет. Это та сборная, которая потом 12 лет практически никому не проигрывала. И мы знали друг друга. И из этой сборной юношеской нас попало в сборную 14 человек. И практически мы знали друг друга от и до. И работало государство, работала система воспитания для побед. Сейчас этого нет. Люди приезжают из разных команд – и очень трудно сыграться. И надо попасть на такой перерыв, когда люди приехали из НХЛ, день побыли в Москве и вышли играть, я думаю, что это с точки зрения климата играет какую-то роль.


И естественно, наши ребята… Ну, я не скажу, что вообще просто играли бездарно. Да, настораживает, конечно. Но это товарищеские матчи, это немножко другая психология и немножко другое отношение к этим играм. Просто почувствовать в связке, большинство, кто подходит друг другу, кто не подходит. Самое главное, что ребята старались. Не получалось – да. Но сколько хороших моментов... правда, не было реализации. Я не думаю, что матчи выиграны, и поэтому здесь нельзя говорить о том, что это какой-то провал. Нормально идет работа. Все покажет первенство мира. Я думаю, что к финальным играм команда будет готова на самом высоком уровне.



Владимир Бабурин: Я тогда вам сейчас хочу задать вопрос, который я в свое время в этой студии задавал участнику «Суперсерии-72» и автору первой шайбы в той серии Евгению Зимину. И я думаю, что будет понятно почему. Я предложил ему вспомнить год 1976, когда две сильнейшие по тем временам советские команды ЦСКА и «Крылья Советов» ездили играть серию матчей с клубными командами НХЛ, - серию, которую они достаточно уверенно выиграли, хотя играли на чужих полях. Но мало того, что играли две сильнейшие команды, в ЦСКА были добавлены еще Мальцев и Васильев, а в «Крылья Совета» - «спартаковская» «тройка», блестящая по тем временам – Шалимов, Шадрин, Якушев. И я предложил тогда Жене представить обратную ситуацию. Приезжают две сильнейшие канадские команды по тем временам – это были «PhiladelphiaFlyers» и «Buffalo Sabres». В добавление ко всему, «Philadelphia» мы с ним решили отдать Фила Эспозито и Бобби Халла, а в «Buffalo Sabres»... я уже не помню кого, но что-то типа Бобби Орра. И я предложил Жене ответить на вопрос: с каким бы результатом закончилась эта серия? Он сказал, что вполне предполагает, что, может быть, и 0:8, хотя в Москве были бы проблемы у канадских команд. Но то, что серию проиграли бы, то это совершенно однозначно. Вне пределов Москвы ни одного матча советские хоккеисты в 1976 году в той ситуации выиграть бы не могли.


Вопрос вот к чему. Да, действительно, была великая команда. Но так получилось, что формировалось где-то 30, ну, может быть, 40 человек, действительно, на очень высоком уровне. Дальше шел не то чтобы провал, но было очень-очень сильное отставание. Я думаю, потому что на других просто не было денег, чтобы готовить огромное количество людей на уровне Шалимова, Шадрина, Якушева, Мальцева... те, кто помнят советский хоккей, за меня продлят этот список, и будут говорить очень долго. Вот вам не кажется, что нынешние поражения лежат как раз в тех временах?



Александр Кожевников: Я не думаю, что надо кому-то деньги вкладывать, чтобы сделать такого же Якушева, Шадрина, Шалимова, Михайлова и Петрова. Это Божий дар, это талант плюс любовь к самому виду спорта. И поэтому вот такой результат. Я не думаю, что у нас в стране... сейчас немножко меньше, да, игроков, пускай 20-25, а тогда их было 40. Поэтому они играли все в Москве. И поэтому я согласен, да, может быть, просто чисто психологически люди мало играли с канадцами в те времена... правда, я поддерживаю Женю, но только при каких-то условиях, что мало играли с канадцами. И естественно, они могли бы получить шок от того, как они бьют. Но я думаю, что они сидели в большинстве на скамейке (еще об этом забыли сказать), потому что это две самых бойцовских команды. У них раньше было одно звено играющее, а два было бойцовских. У этих команд все четыре звена были бойцовскими, и забивали. Потому что немножко другие были правила. Публике раньше нравились драки, что устраивала и « Buffalo Sabres», и естественно, «PhiladelphiaFlyers».



Владимир Бабурин: Саша, ну, «Кувалда» Шульц пресловутый, он по сравнению с сегодняшними тофгаями – ангел.



Александр Кожевников: Ангел, да. Но что он творил, и это разрешалось... Мы не говорим про Шульца. Шульца мы запомнили только потому, что он Александра Сергеевича два раза поймал и выбил из игры. Да, это здорово, но это одна игра. Мы не знаем, если бы они играли серию между собой, что бы Александр Сергеевич Якушев сделал. И поэтому трудно сравнивать те времена.


И, естественно, я думаю, что вопрос о том, что деньги вкладывать... Я не думаю, что надо в кого-то какие-то особые деньги вкладывать – и будет больше хороших игроков. Просто должна быть государственная программа в детях, чтобы тренеры получали достойную зарплату, чтобы они не бегали от команд. Тренировка закончилась – они убегают домой, лишь бы где-то найти еще заработок для прокормления своей семьи. А чтобы они были уверены в себе и отдавали свою душу этим игрокам, с кем они и находились. Они должны быть еще и воспитателями, кроме того. Но вот у нас такая ситуация, что пока... И я не говорю только про хоккей, я говорю вообще про спорт.



Владимир Бабурин: Вот мне кажется, что сегодня команд высокого класса, достаточно высокого класса, ну, уровня советской Высшей лиги, советских времен, в России достаточно много. Может быть, упал самый высокий уровень...



Александр Кожевников: Я согласен.



Владимир Бабурин: ...но средний уровень стал выше. Вот я смотрю и НХЛ, и российское первенство... ну, я опять же скажу как зритель, но с другой стороны, здесь, наверное, и важна точка зрения зрителя, потому что если мне интересно, то я смотрю, если не интересно, то я переключаю. И далеко не всегда... вот то, о чем вы говорили, матчи НХЛ бывают и проходные, хотя показывают обычно топовые матчи, намного интереснее, чем российское первенство. Причем даже не обязательно, чтобы встречались нынешние финалисты – «Металлург» и «Ак Барс». Иногда бывает, что середнячки тому же «Ак Барсу» такую трепку зададут, что ой-ой-ой. Или вспомните прошлый год, когда был локаут в НХЛ, и действительно, огромное количество звезд первой величины приехали в Россию. «Ак Барсу» нужно было обязательно выиграть к 1000-летию Казани. Они заплатили огромные деньги, они перекупили огромное количество, в том числе, и бывших «динамовцев», а «Динамо» выиграло.



Александр Кожевников: Да, я с вами согласен. Но я не говорил про НХЛ, я говорил про прошлое НХЛ. Но это нормальное явление. Я согласен с вами, что средний уровень, конечно, стал выше, а высоких игроков очень мало, потому что все равно люди уезжают за границу играть.



Владимир Бабурин: Но тогда уезжали играть в Москву. Лучший путь попасть в сборную – это приехать, естественно, в Москву. И таких, как Коноваленко, вообще больше просто не было.



Александр Кожевников: Он был последним.



Владимир Бабурин: А еще лучше – попасть в ЦСКА – тогда путь в сборную... ну, по крайней мере, калитка в сборную открывалась моментально, а ворота – может быть, чуть позже, и это уже зависело от таланта. Я вот к чему это говорю. Александр начинал играть в Пензе, если кто из слушателей, может быть, даже и знает. Так вот, из вашего города команда « Дизелист», которая никогда не блистала и не играла в высшем дивизионе (уж простите меня)...



Александр Кожевников: Только из-за одного не блистала. Сейчас объясню. Потому что не было крытого дворца.



Владимир Бабурин: И тем не менее, из этой команды вышли Юрий Моисеев, Александр Герасимов, братья Голиковы – Александр и Владимир, мой сегодняшний гость Александр Кожевников, Василий Первухин, Сергей Светлов, Сергей Яшин – это я назвал только тех, кто имеет титул чемпиона мира или олимпийского чемпиона, а были еще люди известные, и не столь титулованные, как вратари Юрий Шундров, Владимир Герасимов и нападающий Ян Каминский. Играли, конечно, все в разное время. И Пенза здесь была не исключением. Любой другой, не слишком хоккейный город, как, например, Кирово-Чепецк, который Мальцева дал, может похвастаться достаточно большим количеством таких фамилий. А сейчас они в Москву не едут. Они даже в НХЛ сразу не едут, а остаются дома. Вот если бы это было сделано в Советском Союзе? Я, конечно, понимаю, что история не имеет сослагательного наклонения.



Александр Кожевников: Ну, почему? Я бы не переехал в Москву, если бы мне сказали, что «ты не будешь играть в сборной». Я два раза убегал из Москвы. Мне хотелось играть за сборную Советского Союза, естественно, я и приехал в Москву.



Владимир Бабурин: То есть вы считаете, что тогда это был единственный путь?



Александр Кожевников: Да, единственный путь, наверное, был в сборную. Потому что никого не брали... Но мы же знали, что не берут. И сколько было игроков, очень хороших игроков, которые оставались у себя в городе, и они не играли в сборной. Но надо сказать, что в Пензе была очень хорошая команда сама по себе, потому что там москвичей очень много играло. Кстати, и брат Александра Рагулина играл в Пензе. И как бы там была московская школа, в основном, «динамовская». Но надо понимать одно, что нам не давали строить Дворец спорта. Если бы он был бы закрыт, то я думаю, что «Дизелист» попробовал себя и в Высшей лиге. Потому что два раза мы выходили в финал, и уже зная заранее, что мы не выйдем из-за того, что нет дворца, мы, естественно, проигрывали.



Владимир Бабурин: Звонок из Москвы. Игорь Анатольевич, добрый вечер.



Слушатель: Добрый вечер. Александр, я был болельщиком «Спартака» в те годы, и всю биографию вашу знаю. И вот мне кажется, что сейчас проблема сборной, прежде всего, психологическая. И та же психология, как вашего «Спартака» против ЦСКА. Мне казалось, вы тогда боялись обыграть ЦСКА, потому что хоть вы его и обыграли бы, но все равно лидеры не вы. И вот сейчас сборная имеет ту же психологию, что «даже если мы выиграем Чемпионат мира, то это еще не значит, что мы лидеры в мировом хоккее». И вот это как-то напоминает мне психологию «спартаковцев» против ЦСКА. Хотя «Динамо» вы обыгрывали. Потому что «Динамо» вы не боялись.



Александр Кожевников: Вот вы сейчас сами подтвердили то, о чем спрашиваете. Мы не боялись, но команда класса была выше уровнем. И мы понимали, что если мы начинаем проигрывать 2-3:0, наверное, психологически некоторые игроки надламывались. Но вы ж не можете сказать про меня или про Шалимова, или про Якушева, что «они не забивали ЦСКА». Практически каждую игру забивали и сражались. Да, сражались, но не хватало той мощи, чтобы играть на равных. Но «Спартак» в те времена становился два раза чемпионом Советского Союза, вы забываете. Да, в наше время нас немножко не хватало. И у нас была не очень хорошая позиция вратарская, в «Спартаке», как сейчас в сборной. Так что это не самое главное – Чемпионат России. А сборные команды... претендентов практически, наверное, шесть команд, которые претендуют на первое место в этом чемпионате. И немножко психология другая совершенно в сборной команде и...



Владимир Бабурин: Чего представить себе было невозможно в те годы, когда шесть команд разыгрывали первенство мира.



Александр Кожевников: Да. А сейчас выровнялось все, и поэтому немножко другое, другая психология. Да, я согласен с вами, что не хватает психологии, и все об этом говорят. И я постоянно говорю, что мы же не выигрывали у чехов 15:0 или 10. Мы один раз выиграли у шведов 13:1 на Олимпиаде. Но потом все равно и проигрывали, и выигрывали. А сейчас же не проигрывает наша сборная чехам 15:0 тоже или 9:8, а проигрывает 3:4, 5:2, 1:0. Значит, естественно, не хватает психологии, уверенности в себе для забивания... Я думаю, в этом году будет немножко по-другому все.



Владимир Бабурин: И еще один звонок из Москвы. Григорий Евгеньевич, добрый вечер.



Слушатель: Здравствуйте. У меня вот такой вопрос. Поскольку все познается в сравнении, вы можете сказать несколько слов, как формируется с точки зрения привлечения сильнейших игроков НХЛ, выбивших из соревнований, или выбывающих, Канада, Чехия, Швеция, Финляндия? Ну, про США я не говорю, потому что обычно у США слабая команда на Чемпионатах мира.



Владимир Бабурин: Ну, не всегда у США слабая команда.



Александр Кожевников: Да, у США не всегда слабая команда. А она достаточно сильная всегда. Кому-то вставляет, по-русски говоря, палки в колеса. И мы видели на первенстве мира, что команда была очень хорошая, сплоченная.


Ну а том, как формируется команда... естественно, формирует ее тренер, как он видит игроков и как они вливаются в коллектив, и то, что ему нужно на этом чемпионате мира показать с данными игроками, которые выбыли из чемпионата.



Владимир Бабурин: Кстати, характерный пример – состав нынешний... игра в НХЛ еще совершенно не обеспечивает место в сборной. Играют и студенты, те, кто выступает за студенческие команды, хотя достаточное количество НХЛовцев уже освободились к этому моменту, и более того, за североамериканские команды будут выступать хоккеисты, выступающие в Европе, причем далеко не в самых хоккейных странах. Они включены в заявки своих сборных.



Александр Кожевников: Ну, они в свои сборные включены, но я думаю, что канадцы, они молодцы. Надо понимать, какой бум сейчас идет в Америке - университетская команда, если уже, наверное, скоро и университеты будут строить 20-тысячники. Потому что буквально четыре года назад я присутствовал на некоторых матчах университетских – это 5-7 тысяч билеты продаются, билеты не достать. Это на университетские команды. И достаточно очень сильные игроки начали расти. Потому что надо понимать, что у нас украинских тренеров много, и наших российских много там тренеров. И я там тоже работал. Ну, не скажу, что у меня какие-то выдающиеся игроки там были, но, по крайней мере – бум, и ты видишь, что очень много иностранцев, чехов много работает. Поэтому там хоккей поднимается. И есть игроки, которые достойно играют в сборной на будущее.



Владимир Бабурин: Я был в канадском Галифаксе, где нет команды НХЛ, хотя давно ходят разговоры, что все-таки она там будет, но, тем не менее, там проводилось одно из молодежных первенств мира. И когда спрашивали – а почему выбрали Галифакс, в общем, не хоккейный город? – отвечали: «Да наша университетская команда, она хоть завтра в НХЛ будет играть, она не хуже». И действительно, ощущение такое, что канадские дети, они встают на коньки, и сначала учатся кататься, а уже потом учатся ходить – настолько безумно в этой стране любят хоккей и страшно переживают, что остается меньше канадских клубов, что большинство сейчас – американские, и уж конечно, страшно переживают, что Кубок Стэнли выигывают команды из США.



Александр Кожевников: Но зато американцы переезжают в университет играть, готовятся у себя к НХЛ.



Владимир Бабурин: Александр, скажите, по вашему мнению, насколько повиляло на интеллектуальный уровень игроков то, что в НХЛ сняли возрастной ценз? Ведь раньше игрок мог подписывать контракт только по достижению 21 года. Учитывая канадскую специфику, не американскую, а именно канадскую, где в школе меньше учатся, люди к этому времени уже подходили к диплому в университете, а иногда даже и заканчивали. Может быть, вам известен замечательный случай с Кеном Драйденом, великим канадским вратарем, когда ему Скотти Боумен (ни кто-нибудь!) предложил контракт в «Montreal Canadiens», он сказал: «Скотти, извини. Давай через год. Я сейчас диплом получу, а потом мы с тобой поговорим». И шокировал великого Боумена, по-моему, на всю оставшуюся жизнь.



Александр Кожевников: Ну, немножко надо понимать, что жизнь другая, во-первых. И я думаю, что ни один... я тоже знаю такие варианты, и не только у Кена Драйдена, и очень много вариантов, что игроки занимаются хоккеем, чтобы... именно талантливых игроков, а потом уходят в университеты, получают высшее образование и уже больше не играют, ну, для себя. Поэтому это не единственный пример.



Владимир Бабурин: В Канаде хоккеисты зарабатывают достаточно много, и уходят уже из хоккея вполне обеспеченными людьми.



Александр Кожевников: Если долго играют. Надо понимать систему. Мы мало объясняем, что надо понимать, что такое контракт, сколько процентов забирают, какой дом ты имеешь, какая обслуга, и что ты должен иметь на эти деньги. Если долго играешь – в течение 5-6 лет – ты можешь заработать состояние.



Владимир Бабурин: Все-таки страшная проблема российских ветеранов, а особенно тех, кто блистал до вас еще. Первая великая команда – это 1963 год, которую вы подряд до 1972 года... исключая 1972 год, включая Олимпиаду 1972 года, выигрывала просто все. Многие люди... ну, не многие люди, но, к сожалению...



Александр Кожевников: Большинство.



Владимир Бабурин: ...жили в полной нищете. И были даже такие случаи, когда буквально умирали под забором.



Александр Кожевников: Ну, наверное, я согласен с вами. Да, другое время... Я не могу сказать, что было до нас, но по тем временам, я думаю, что государство платило нормальные деньги. Ну, вначале, наверное, не было хороших... Но я досконально не знаю. Но я знаю, что потом получали нормальную заработную плату, потому что не были профессионалами... хотя и были профессионалами, и получали заработную плату, но слишком вольно себя вели многие люди. Ну, трудно найти себя после хоккея, конечно. Естественно, правильно вы говорите, что если бы получали зарплату такую, как в НХЛ, то у тебя на будущее есть... Потому что многие люди были без образования, никуда их не брали. Люди начинали страдать от безделья, и не находя себя, начинали выпивать.



Владимир Бабурин: Я вот возвращаюсь к нашему прошлому разговору, когда речь шла о вашей команде ветеранов, я так бы хотел спросить. Вы за это дело взялись потому, что поняли, что... ну, раз уж государство не беспокоится, то вы каким-то способом пытаетесь его подменить? Насколько я знаю, государственные стипендии олимпийским чемпионам – порядка 500, а вы пытаетесь платить порядка 1 тысячи.



Александр Кожевников: Да, люди зарплату по 1 тысячи получают, около тысячи. Но есть меценатство. И дай Бог, чтобы оно было.


И что сказать про команду... она играет, получает за игры, за свою работу, за пропаганду спорта получает зарплату тоже. И люди начали достаточно неплохо жить. Да, наверное, только из-за того, что государство забыло о своих ветеранах, кто приносил славу государству.



Владимир Бабурин: Я это вот к чему спросил. Сейчас два великих хоккеиста – Вячеслав Фетисов и Владислав Третьяк – занимают достаточно высокие посты. Вячеслав Фетисов – министр спорта, чтобы покороче, а Владислав Третьяк – в Государственной Думе. И вот эта самая Государственная Дума принимает закон, который отменяет льготы Дворцам спорта. Ну ладно бы всем Дворцам спорта. «Лужники» выживут, концерт звезды устроят – и все будет прекрасно. Но попали же под этой закон и Дворцы спорта, где детские спортивные школы занимаются.



Александр Кожевников: Ну, я думаю, что, да, это неправильно. Я согласен полностью. И везде об этом говорю, что, естественно, надо пересмотреть. И если дворец, он чисто, без трибун, и только занимается детьми, конечно, это большая проблема для содержания дворца, очень большая. Потому что 700 тысяч в месяц – это очень большие деньги.



Владимир Бабурин: А как вообще отношение к вашей команде ветеранов? Я знаю, что вы еще работаете с Фондом Виктора Кузькина. Какие у вас отношения и с Фетисовым, и с Третьяком?



Александр Кожевников: Ну, Вячеслав Александрович старается помогать ветеранам, приглашает, какие-то поездки бывают. Ну, естественно, не в полной мере. Но я думаю, что с Владиславом Александровичем мы, наверное, после Чемпионата мира... просто большая нагрузка, наверное, на него, и я думаю, что он сейчас больше занимается первенством мира, чтобы выиграть его. А потом, наверное, найдем большее взаимопонимание. А пока у нас взаимопонимания с Федерацией хоккея нет.



Владимир Бабурин: В общем, вы значительно смягчили формулировки, потому что перед прошлым первенством мира, разговаривая с латышскими журналистами, вы сказали, что помощь настолько мизерная, что стыдно за него, и адресовали эти слова господину Фетисову. Сейчас стало чуть-чуть получше, если вы помягче стали говорить?



Александр Кожевников: Там они немножко исказили. Я не читал эту статью, я вам серьезно говорю.



Владимир Бабурин: Я совершенно не хочу поссорить вас с Фетисовым, не дай Бог. Все валите на меня.



Александр Кожевников: Нет-нет. Я же сказал, что старается помогать. Конечно, помощь должна быть другая, естественно. Мы же не знаем... и просить не собираемся. Когда мы просим, то какие-то вещи получаем. Ну, по крайней мере, форму получили от Вячеслава Александровича, получили от Фетисова для ветеранов спортивные костюмы, куртки – это тоже помощь своеобразная. Но хотелось бы, чтобы помогали... не может же министр спорта заставить, чтобы приглашали ветеранов в каждый город. Это немножко другая проблема и немножко другая тематика.


А латышской газете я сказал совсем по-другому. Я сказал, что хотелось бы, чтобы федеральное агентство помогало больше. Но, естественно, хотели сделать принципиальный такой... Ну, дай Бог, что они написали. Я не отказываюсь от своих слов, но это было немножко в другом ракурсе.



Владимир Бабурин: Ну а мне бы хотелось, чтобы во время коммерческих турниров вашу команду неожиданно не заменяли командой «Газпрома». Поговорить мы об этом не успеем. Саша понял, о чем я говорю. И те, кто знает, тоже поняли. Будет повод пригласить Сашу еще раз.



Материалы по теме

XS
SM
MD
LG