Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сегодня в Америке. Предвещают ли большие рекорды на Уолл-стрит серьезные неприятности? Северо-восточные штаты предоставляют новые права однополым парам.



Юрий Жигалкин: Предвещают ли большие рекорды на Уолл-стрит серьезные неприятности? Северо-восточные штаты предоставляют новые права однополым парам. Таковы темы уикенда в рубрике «Сегодня в Америке», у микрофона в Нью-Йорке - Юрий Жигалкин.


Предвещают ли большие рекорды последних недель на Уолл-стрит крупные неприятности для всего мира? Так считает, по крайней мере, один из самых известных американских инвесторов, он предрекает, что рекордные скачки курсов акций на мировых финансовых рынках могут стать предшественниками катаклизма. Слово - Аллану Давыдову.



Аллан Давыдов: На прошлой неделе американский доллар упал по отношению к евро до самого низкого за два последних года уровня. Причиной, как полагают, стала информация о том, что рост экономики в Соединенных Штатах в первом квартале текущего год составил не 1,8 процента, как ожидалось, а 1,3 процента. На фоне замедления темпов экономического роста удивительным выглядит рост рынка акций в США. В прошлую среду главный индекс фондовой активности - индекс Доу-Джонса - впервые в истории превысил порог в 13 тысяч. Курсы акций практически беспрерывно поднимаются уже пять недель. Главный специалист по стратегическому планированию аналитической фирмы Standard & Poor ’ s Equity Research Сэм Стоувалл считает это отличной новостью для инвесторов, опасавшихся, что может наступить рецессия из-за резкого охлаждения рынка недвижимости. Он обращает внимание на то, что если с 11 до 12 тысяч индекс Доу-Джонса поднимался около двух лет, то следующую тысячу пунктов он взял за несколько месяцев.



Сэм Стоувалл: Это указывает на то, что восстановление прошло относительно быстро. А также на то, что американская экономика в большей степени стала глобальной. По расчетам нашей фирмы, от 45 до 48 процентов дохода американских компаний сейчас поступает от зарубежных операций. Так что американский фондовые индексы уже не являются сугубо отечественными.



Аллан Давыдов: Последнее утверждение, впрочем, дает экспертам повод для озабоченности на фоне эйфории, охватившей фондовые рынки. Так, известный американский инвестор Джереми Грэнтэм предупреждает акционеров, что назрел первый всемирный рыночный пузырь. Если он лопнет - неисчислимые финансовые бедствия неминуемы для всех.


Грэнтэм отмечает, что раздутию пузыря способствуют две вещи: все еще благоприятная для крупнейших корпораций общая экономическая ситуация и легкие деньги. Прибыли корпораций остаются высокими, инвесторам все еще доступен дешевый кредит, на который они и скупают акции и недвижимость. Чем больше у вас заемного капитала - тем более вы преуспеваете, и наоборот. Критически важной частью пузыря является чувство того, что и все окружающие преисполнены такого же оптимизма.


Грэнтэм приходит к выводу, что стоимость любого вида активов сегодня сильно завышена, если нынешние цены сравнивать с историческими показателями. По его расчетам, единственным видом активов, чей коэффициент доходности, вероятно, способен противостоять инфляции в ближайшие семь лет - это лесоматериалы, а также акции и облигации высшей категории, выпущенные десятком самых прибыльных американских компаний.


Джереми Грэнтэм предупреждает, что взрыв фондового пузыря затронет все страны и все активы. Инвестор из Бостона считает, что ввиду беспрецедентности такого глобального события, мировая экономическая система будет к нему неподготовлена.



Юрий Жигалкин: Рассказывал Аллан Давыдов. Апокалипсические предсказания одного из гуру Уолл-стрит явно расходятся с настроениями, доминирующими сегодня на инвестиционной улице. Курсы акций устанавливают в течение последних недель буквально ежедневные рекорды, в голосах возбужденных менеджеров паевых фондов звучит дрожь предвкушения, когда они говорят о перспективах инвестиций в развивающиеся рынки, в том числе в Россию. Как можно объяснить этот очевидный разрыв между экономической реальностью, то есть замедлением экономического роста в США, сдержанным ростом в Европе и Азии и растущими курсами акций на мировых рынках? Почему слабая экономика благотворно отражается на кармане инвестора? Я задал этот вопрос Стивену Ханке, одному из ведущих американских экономистов, бывшему советнику Белого дома, профессору университета Джонса Хопкинса.



Стивен Ханке: Дело в том, что инвесторы ожидают, что замедление экономического роста вынудит федеральную резервную систему понизить кредитную ставку, чтобы, стимулировать рост, это автоматически повысит прибыльность корпораций и увеличит их доходы в будущем. А так как рынок всегда смотрит вперед, инвесторы сегодня скупают акции, рассчитывая, что события будут развиваться именно по такому сценарию. Но такой сценарий может оказаться под угрозой из-за инфляции, которая может не позволить центральному банку снизить кредитный процент.



Юрий Жигалкин: Профессор, известно, что в прошлом крушения рынка происходили именно на пике рыночного энтузиазма, инвестиционные пузыри лучше всего раздуваются буйными надеждами инвесторов, как, например, это случилось в 1998 году. Есть ли сегодня, по вашему, приметы того, что нечто подобное может случиться и сейчас?



Стивен Ханке: Обычно такие потрясения происходят внезапно. С твердостью можно сказать только одно: рынок цикличен, как говорят на Уолл-стрит, все, что идет вверх, в будущем неизбежно упадет. Сегодня тревожен тот факт, что во всем мире мы имеем обилие дешевого кредита, которым, собственно, и финансируется нынешний рост акций на фондовых биржах и рост цен недвижимости. Так долго продолжаться не может, это чревато инфляцией, она усиливается, и центральные банки всего мира начали поднимать процент и ужесточать требования к кредиторам. Первый результат этого - стагнация рынка дешевого жилья в США, такого не было десятилетия. То же самое грозит, я думаю, и развивающимся рынкам, в том числе России. Выдача кредита в России расширяется невероятными темпами, если я не ошибаюсь, около ста процентов в год, это не может продолжаться долго. Как только банки неизбежно повысят процент, затруднят получение займов, рынок недвижимости в России хорошо тряхнет. Жилищный пузырь и в России, и в Восточной Европе, скорее всего, лопнет. Жертвой подобного процесса станут и российские фондовые рынки. Первым местом, откуда западные инвесторы начнут выводить деньги, если нынешние экономические проблемы в США и других западных странах расползутся, будут развивающиеся рынки - Россия, Бразилия, Китай.



Юрий Жигалкин: Таковы предсказания одного из ведущих американских экономистов Стивена Ханке. К сожалению, ни он, ни его менее знаменитые коллеги не только не могут даже приблизительно назвать дату наступления краха, но и поручиться, что он произойдет.


Северо-западные штаты могут стать колыбелью однополых браков в США. Губернатор штата Нью-Йорк Элиот Спитцер внес законопроект о легализации однополых браков. Сегодня Нью-Йорк, Вашингтон, Мэн и Калифорния признают так называемое домашнее партнерство, члены которого имеют почти такие же права, как обычные супруги. А полные супружеские права получили на днях жители штата Нью-Гемпшир, где приняли закон о гражданское союзе. Ранее такие права имелись только в штатах Нью-Джерси и Коннектикут.


Как реагируют на эти перемены жители Нью-Йорка? Рассказывает Владимир Морозов.



Владимир Морозов: В своем отношении к однополому браку либеральный Нью-Йорк оказался консервативнее, чем Массачусетс. Большинство населения и законодателей Нью-Йорка против бракосочетания гомосексуалистов. И губернатор Спитцер отлично знает, что его предложение узаконить такой брак не пройдет. Тем не менее, он заявил, что его законодательное предложение поможет привлечь к проблеме внимание общественности. Спитцер ожидает, что борьба за право гомосексуалистов на брак займет многие годы. Губернатор надеется со временем обратить и законодателей и жителей штата в свою веру. А что думают они сегодня? Что вы думаете про однополый брак?



Роуз: Это надо запретить. Брак - это между мужчиной и женщиной. Кто придумал такое безобразие - брак гомосексуалистов! Это противоестественно!



Владимир Морозов: Такие прямолинейные заявления отошли в прошлое, и услышать их в Нью-Йорке - большая редкость. Времена меняются довольно быстро.



Шэрон: Я католичка. Для меня брак - это союз мужчины и женщины. Но не все люди такие, как я и мой муж. Есть другая сексуальная ориентация. Гомосексуалисты тоже имеют право на счастье. И у них должны быть такие же права, как у нас.



Владимир Морозов: Если разговор ограничивается только правами нетрадиционных пар, то люди обычной ориентации гораздо терпимее, чем тогда, когда обсуждается вопрос о браке.



Джейн: Брак, каким мы его знали многие столетия, - это одна из основ нашей цивилизации. Это союз мужчины и женщины. Я не религиозный человек, но понимаю, что если союзу людей одного пола дать название брак, то это оскорбит десятки миллионов верующих. Я бы хотела, чтобы нетрадиционные пары имели те же права, что и обычные. Но я против того, чтобы это называли браком.



Владимир Морозов: Такое мнение разделяет и губернатор штата Нью-Гемпшир Джон Линч, где на днях признали за гражданским союзом гомосексуалистов те же права, что имеют обычные супруги. Пенсия и страховка одного распространяется и на другого. Те же льготы, что и в случае потери супруга. Но Джон Линч, как и его нью-йоркский коллега, придает новому закону не только практическое, а и символическое значение.



Джон Линч: Я против брака людей одного пола. Но закон, признающий гражданский союз, показывает, что мы в штате Нью-Гемпшир против дискриминации.



Владимир Морозов: Наблюдатели считают, что и в Нью-Йорке, и в Нью-Гемпшире движение властей в сторону расширения прав гомосексуалистов вызвано не столько взглядами политиков, сколько сложившейся конъюнктурой.



Билл: Победу на выборах прошлой осенью демократы восприняли, как разрешение проводить любую, угодную им политику. Они забыли, что победили республиканцев только потому, что энергично выступали против войны в Ираке. Ни в Нью-Йорке, ни в Нью-Гемпшире на выборах не имел решающего значения вопрос о правах гомосексуалистов. Что касается губернатора Линча, то он просто не хочет или уже не может призвать к порядку левое крыло своей партии.



Владимир Морозов: Республиканцы заявляют, что людей больше интересуют проблемы здравоохранения и создания новых рабочих мест, а не права однополых пар. И если этим последним вопросом так усиленно станут заниматься демократы, то на выборах 2008 года избиратели могут от них отвернуться.



Джек: По- моему, большинство людей против таких революционных преобразований. Мало того, что на нас постоянно обрушиваются эти компьютеры, теперь еще и революция в сфере семьи. Дайте людям передышку! Боюсь, что мы идем неверной дорогой.



Владимир Морозов: Когда-то это называлось столкновением с будущим. Шок, вызванный необходимостью постоянной адаптации.



Мэри: Как только вы преодолеете первый шок от такого развития событий, вы быстро привыкнете - и к новой технологии, и к новым видам семьи. Вы поймете, что брак или союз одного пола ничем не грозят ни обществу, ни обычному браку. Это всего лишь устраняет дискриминацию.



Юрий Жигалкин: Рассказывал Владимир Морозов. Последний диск Бейонсэ «Би Дэй» стал жертвой необычного судебного иска. Фирма, владеющая правами на песню, которая вошла в этот альбом, утверждает, что певица на получила разрешения на ее исполнение, иными словами поп-звезда нарушила копирайт. К счастью, прав на самую популярную песню из этого альбома «Бьютифул Лайер» никто у Бейонсэ оспаривать не собирается.



XS
SM
MD
LG