Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

«Я бы не исключал и отставки правительства»


Бронзовый воин после смены прописки. Венок от эстонских властей

Бронзовый воин после смены прописки. Венок от эстонских властей

Действия официального Таллина в отношении памятника советским воинам привлекли внимание мира к проблемам, существующим в эстонском обществе. По мнению экспертов, нанесенный имиджу страны ущерб побудит ее руководство к поиску компромисса с русскоязычными жителями. Своей оценкой ситуации с Радио Свобода поделился эксперт по странам Балтии главный редактор североевропейского журнала «Новые рубежи» Николай Мейнерт.


- Как можно объяснить такой парадокс эстонской политики: Таллин занял очень принципиальную, с его точки зрения, позицию по части отношения к прошлому своей страны. Но 8 мая эстонский премьер возложил цветы к «Бронзовому солдату», которого сам же считает памятникам не только освободителям, но и «оккупантам».


- Я не вижу в этом большого противоречия. Как и любая маленькая нация, эстонцы относятся к своей истории трепетно, осторожно, стараясь извлечь из нее максимум пользы, чтобы сформировать среди жителей государства определенное самосознание, уверенность в себе, что всегда необходимо для маленького народа. В основном они исходят из конкретных сиюминутных интересов, довольно часто это зависит от того, кто в данный момент сильнее. Эстонцы не отрицают того, что было в их истории, но они пытаются уничтожить или каким-то образом убрать из поля зрения то, что, как им кажется, унижает нацию – так делает любой народ, в России в 90-х годах происходило практически то же самое.


- При этом они ни с кем не собираются ссориться. Они решают свои внутренние проблемы и, если в чем-то они рассчитали неправильно и сделали ошибку, то тогда им приходиться искать компромисс, как из этой ситуации выйти. Решение о «Бронзовом солдате» принималось давно, обсуждалось неоднократно, никаких неожиданностей здесь не было с точки зрения действия эстонских властей. Уничтожать памятник никто не собирался, его просто перенесли в другое место, потому что так того требует эстонское законодательство. А теперь [премьер] Андрус Ансип пытается налаживать отношения с теми, с кем они испортились, хотя я не думаю, что у него много шансов добиться успеха в ближайшее время.


- Прожив всю свою жизнь в Эстонии, я могу в какой-то степени судить о том, как ведут и как действуют в сложных ситуациях жители этой страны. Они видят перед собой конкретную задачу, пытаются эту задачу решить, двигаются к ней максимально осторожно. Но если они понимают, что их действия вызывают нежелательный резонанс, то никогда до конца не отказываются от достижения этой цели, просто пытаются подойти к ней более осторожно и готовы пойти на определенного рода уступки.


- Российский политический класс и «патриотическая» печать крайне нервно отреагировали на всю эту историю, связанную с «Бронзовым солдатом». Эстонские власти упрекают чуть ли не фашизации, в росте неонацистских настроений. Вы согласны с такой постановкой вопроса?


- Пожалуй, все-таки нет. Эстонское общество корпоративное, оно не любит выносить сор из избы, у него есть свои проблемы, далеко не все благополучно. Но в фашизме обвинять их сложно. Я бы больше, наверное, попытался не то, чтобы обвинить, но, по крайней мере, поставить им на вид вот что: они не совсем понимают, что все-таки делать с говорящим по-русски населением, которое у них в стране играет довольно большую роль. Решить его проблемы эстонцам не удается. Причем далеко не всегда их можно за это обвинять, потому что это очень сложная категория людей.


- Как социолог, я довольно долго занимался изучением, особенно в 80-е годы, социальной обстановки в республике, разницы в подходах, в ценностных ориентациях эстонцев и русских. Они никогда не слились в одно общество и в советское время жили отдельно, существовали отдельно ; мы, как социологи, их изучали отдельно. Это осталось. Как бы эстонцы ни пытались потом сделать свое государство более эстоноподобным, они выдавливали (далеко не всегда честно и деликатно) русское население, все-таки окончательно избавиться от него они не смогли. Но это невозможно в принципе. Найти нужный компромисс, то есть способ, как все-таки сделать общество единым, эстонцы не смогли. Это их самая большая ошибка.


- Как подвести итоги всей этой печальной истории? То, что произошло с памятником, в «плюс» эстонским властям, или здесь больше издержек?


- С моей точки зрения, все-таки больше издержек. Явно ставшие известными противоречия внутри эстонского общества не делают им чести. Второй минус для них состоит в том, что сейчас эстонцам надо найти какой-то достойный компромисс. Я бы даже не исключал и отставку правительства. Не потому, что оно сделало все совершенно неправильно, а просто потому, что надо как-то выбираться из этой ситуации. Зная любовь эстонской политической элиты к власти, я не думаю, что правительство Андруса Ансипа уйдет в отставку ; как мне представляется, оно сейчас будет вести себя достаточно деликатно, сгладить то негативное впечатление, которое сложилось в мире после всех этих действий в Эстонии. То, что ее приходится сглаживать, то, что она приняла такой острый характер, [позитивному] имиджу Эстонии не способствует.


Показать комментарии

XS
SM
MD
LG