Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Накануне саммита ЕС-Россия: европейские «зеленые» требуют ставить вопрос о правах человека ребром; Рынок мяса в России – сколько импорта и сколько своего; Конференция по борьбе с наркотиками в Испании; Только ли Толстой, Достоевский и Чехов. Как преподают русскую литературу в Европе




Накануне саммита ЕС-Россия: европейские «зеленые» требуют ставить вопрос о правах человека ребром.



Ирина Лагунина: Общее настроение в Брюсселе в последние дни перед саммитом Россия-ЕС в Самаре – что никакого прогресса и особых прорывов не будет. Мясное противостояние с Польшей кажется непреодолимым, о последствиях чего мы будем говорить позже в программе, Эстония тоже угрожает наложить вето на переговоры о партнерстве России и ЕС. Недовольство сбоями в поставках российской нефти на нефтеперерабатывающий завод в Мажейкяе, поскольку завод польский, выразила Литва. Тем не менее, перед встречей стороны дипломатично заявили свое стремление к миру и согласию. Президент России Владимир Путин:



Владимир Путин: Слава богу, у нас конфликтов никаких нет. У нас есть разный взгляд на то, как решать те или другие проблемы. Но с обеих сторон есть желание эти проблемы решать.



Ирина Лагунина: Руководитель внешнеполитического ведомства Европейской комиссии Бенита Ферреро-Вальднер:



Бенита Ферреро-Вальднер: Даже если мы смотри по-разному на те или иные вещи, диалог становится от этого, может быть, еще более важным. Россия и Европейский Союз, безусловно, являются стратегическими партнерами, и я полагаю, необходимо открыто обсудить наши разногласия, все трудные вопросы и попытаться найти их решение на будущее.



Ирина Лагунина: Когда на прошлой неделе Европейский парламент голосовал по резолюции, касающейся отношений России и Европейского Союза, мощное в Европе «зеленое» движение выступило против, заявив, что резолюция не сбалансирована и не отражает реальных проблем, а именно, проблем с нарушением прав человека нынешним российским руководством. А пресс-релиз фракции «зеленых», от позиции которых зависит не одно коалиционное правительство в европейских странах, вообще гласит, что надо подвергнуть критике «шизофреническое» отношение Евросоюза к России. Его лидеры, говорится в заявлении, уверяют аудиторию дома, как они озабочены правами человека, ситуацией в Чечне, отсутствием свободы прессы, а как только дело доходит до прямых переговоров с администрацией Путина, вся эта озабоченность проходит. Один из авторов этого заявления – депутат Европарламента от Партии «зеленых» Бельгии Барт Стаас. Я позвонила Барту Стаасу в Брюссель.



Барт Стаас: Я в прошлом возглавлял делегацию Европейского Союза на переговорах с Россией, так что я течение многих лет внимательно слежу за тем, как развивается ситуация в России. У меня есть сеть людей – активистов правозащитного движения, тех, кто живет и работает в Чечне, лидеров, таких, как Гарри Каспаров, возглавляющий движение «Другая Россия»… И все они регулярно рассказывают мне о том, что происходит в России. Они говорят о нарушениях прав человека, об отсутствии свободы прессы, и так далее. И что огорчает меня в отношении органов Европейского Союза, в основном Комиссии ЕС и Совета министров ЕС, к России, так это то, что на словах мы все говорим о том, что мы выступаем в защиту прав человека, что мы поддерживаем свободу слова и средств информации и так далее, и так далее. Но это все слова. Но когда дело заходит о переговорах с Россией, мы очень часто забываем о нашем собственном обещании следить за соблюдением прав человека. И в результате мы, как Европейский Союз, концентрируем наше внимание на торговле, на газе, на нефти, то есть на то, как делать деньги.



Ирина Лагунина: И, по вашему мнению, это – неправильно истолкованный прагматизм, который вы хотели бы изменить?



Барт Стаас: Думаю, что в этом отношении Европейский парламент кардинально отличается от других европейских органов. По-моему, тот, кто следит за тем, как развиваются отношения Европейского Союза и Российской Федерации, может заметить, что из трех европейских институтов именно Европейский парламент, по крайней мере, пытается обратить внимание и на эти болезненные вопросы. Но, как мы все знаем, внешняя политика ЕС находится в руках Совета и министров иностранных дел. И по нашему мнению, сегодня необходимо оказать давление – не только со стороны Европейского парламента, но и на уровне национальных парламентов – именно на этих 27 министров иностранных дел.



Ирина Лагунина: Хорошо, допустим, на этой неделе в Самаре будет поднят вопрос о правах человека в России. Но в какой форме руководство Европейского Союза, либо впоследствии главы государств-членов ЕС должны преподносить эту проблему президенту Владимиру Путину?



Барт Стаас: Мой опыт общения с российской стороной – будь то представители правительства или мои коллеги по парламенту – депутаты Думы и Совета Федерации – показывает, что намного более конструктивно говорить напрямую, говорить прямо о том, что нас волнует, и не быть уж чересчур дипломатичным. Мне кажется, что в наших контактах с российскими лидерами и с российскими властями лучше говорить открыто, что, по нашему мнению, делается неправильно, и пытаться начать настоящее обсуждение этих проблем, а не быть дипломатичными, а следовательно, слишком покорными.



Ирина Лагунина: Что вы имеет в виду под «настоящим обсуждением»?



Барт Стаас: Я могу сказать, что я чувствовал за последние 5-6 лет в разговорах с российскими представителями. Это не просто – говорить об этих сложных и важных проблемах с нашими российскими партнерами. Они очень часто проявляют то, что я называю «тефлоновой» реакцией. Тефлон – материал, который используют для покрытия сковородок, чтобы можно было жарить мясо без масла или животного жира – мясо и так не прилипает. Так что «тефлоновая реакция» - это когда ты дипломатично высказываешь свою озабоченность какой-то проблемой, а они просто не слушают. Она к ним не прилипает, как мясо к тефлоновой сковородке. И ты не можешь продвигаться вперед в переговорном процессе. Намного лучше, может быть, не жестко, но прямо и откровенно представить российской стороне анализ того, что она делает неправильно, а затем думать вместе, как можно решить эту проблему.



Ирина Лагунина: Напомню, мы беседуем с депутатом Европейского парламента от Партии «зеленых» Бельгии Бартом Стаасом. Но разве все зависит от формы, в которой вы представляете российской стороне проблему? Нынешнее российское руководство само порождает эту проблему, притеснения прессы, оппозиции, нарушения других прав человека – все это исходит от нынешней власти. И в какой бы форме вы эти проблемы ни представляли, они не будут вас слушать. Они не хотят это слышать.



Барт Стаас: Если вы хотите, чтобы диалог состоялся, а я уверен, что россияне тоже заинтересованы в диалоге с европейцами, это желание исходит с обеих сторон, то я думаю, что время от времени европейская сторона должна напоминать: послушайте, мы не можем говорить о проблемах, в которых вы заинтересованы и которые затрагивают в основном энергетическую политику и так называемые «тяжелые» политические вопросы; мы не можем говорить на эти темы, если вы не хотите обсуждать с нами так называемые «мягкие» политические проблемы, а именно – права человека и нарушения этих прав.



Ирина Лагунина: Когда недавно Европейский Союз отмечал свое 50-летие, я говорила и с экспертами, и с политиками, и все они отмечали, что самая большая проблема ЕС в отношениях с Россией – что у союза нет общей разработанной и определенной политики в отношении России. Хотя новые члены союза добавляют сейчас ноту критики в эти отношения и создают определенный баланс. По вашему мнению, это на самом деле проблема или это удобная отговорка?



Барт Стаас: Конечно, конечно, проблема. И мы это много раз наблюдали. Помните, когда Шредер был еще канцлером Германии, Берлускони – премьер-министром Италии, а Ширак – президентом Франции, они вели каждый собственную игру. И для российской стороны было очевидно, что у Европейского Союза нет общего мнения, нет единой позиции, нет одной линии в достижении цели. И, похоже, они думаю, что все это продолжается и сейчас.



Ирина Лагунина: А вы думаете сейчас европейские лидеры готовы ставить перед Россией вопрос о правах человека? Я вам представлю мнение российской стороны: они считают, что ничего не изменится, потому что Европа по-прежнему заинтересована в российском газе, а, следовательно, будет молчать.



Барт Стаас: Но есть и европейское общественное мнение. Если вы, европейский лидер, представитель руководства Европейского Союза, говорите европейскому обществу – я разделяю озабоченность ситуацией с правами человека в России, я читал отчеты общества Мемориал, я читал анализ правозащитных организаций Human Rights Watch, Международной амнистии, я против того, что происходит в Чечне, я понимаю, что это проблема. И если вы говорите все это обществу здесь, то вы в какой-то момент просто вынуждены действовать. Это слишком упрощенный подход: здесь вы можете говорить одно, а когда заходит речь о реальных переговорах с Россией, то вы забываете все эти милые слова и думаете только об энергоносителях, будь то нефть или газ. По-моему, Европейский Союз должен быть честен с самим собой и сказать себе, что политика в отношении России – это не политика отдельных государств, это сочетание национальной политики и политики союза. В этом случае результат будет намного лучше.



Ирина Лагунина: Хорошо, вы выступили с этим призывом к исполнительным органам Европейского Союза: поставить вопрос о правах человека в повестку дня отношений. Ваш призыв был услышан?



Барт Стаас: Я знаю, что министр иностранных дел моей страны, Бельгии, прекрасно в курсе того, какую позицию занимает Европейский парламент. Министерство иностранных дел уведомили о том, как проголосовал парламент, какие резолюции мы приняли по поводу разгона манифестаций в Санкт-Петербурге и в Москве и по поводу движения «Другая Россия». Так что единственная проблема – что внешняя политика это проблема правительств.



Ирина Лагунина: Мы беседовали с депутатом Европейского парламента от Партии «зеленых» Бельгии Бартом Стаасом. Можно подкрепить слова депутата об общественном мнении заголовками статей, которые появились в европейской прессе накануне саммита. Опубликовала свое заявление правозащитная организация Human Rights Watch. Оно называется «Разгон активистов накануне саммита показывает, почему ЕС не должен молчать». Заявление, которое начинается с перечисления фактов противодействия власти выражению оппозиционного общественного мнения в Самаре, заканчивается следующим анализом: «С тех пор, как Владимир Путин занял руководящий пост в 1999 году, Кремль систематически заставляет молчать или ограничивает работу любого института, который может контролировать деятельность исполнительной власти, - включая средства информации, парламент, местные исполнительные органы и судебную систему». «Кризис? Какой кризис?» – спрашивает британская «Гардиан». «Резкие заявления Путина заставляют Европу спротиться» - утверждает американская «Бостон Глоуб». «Пришло время говорить с Владимиром Путиным напрямую» - заголовок во влиятельной газете деловых кругов «Файнэншл Таймс». Россия думает, что Евросоюзу нечего ей противопоставить. Многие члены союза, во главе с Германией, полагаются на российские энергоносители. Они хотели бы развивать бизнес с богатой нефтью страной. Они также не хотят давать России лишний предлог, чтобы та наложила вето на план Совета Безопасности ООН предоставить независимость сербской провинции Косово. Но на самом деле Россия нуждается в Евросоюзе как в рынке не меньше, чем Евросоюз нуждается в России. И вот это послание господин Путин должен услышать, - пишет Файнэншл Таймс.



Рынок мяса в России – сколько импорта и сколько своего.



Ирина Лагунина: На фоне конфликта вокруг запрета на импорт в Россию мясной продукции из Польши представители российского правительства все чаще говорят о необходимости импортозамещения на рынке мяса в стране. За три последних года доля импортной продукции в целом только увеличилась – реальное замещение импорта происходит лишь в одном из трех сегментов этого рынка. При этом спрос на мясную продукцию в России растет на 10% в год. Подробнее об этом – в материале Сергея Сенинского...



Сергей Сенинский: ... Запрет на импорт мяса из Польши Россия ввела в ноябре 2005 года, объяснив эту меру нарушениями польской стороной российских ветеринарных норм. В целом Россия стремится к заключению со странами Европейского союза – поставщиками мясной продукции отдельных, двусторонних соглашений. Со своей стороны, Европейская комиссия настаивает на том, чтобы Россия признавала общеевропейские правила в части санитарных гарантий поставок мяса, которые действуют и в Польше. В конце декабря прошлого года Москва и Брюссель договорились, что поставки в Россию смогут продолжить в 2007 году только те европейские компании, которые имеют ветеринарный аттестат российского Министерства сельского хозяйства.


В целом какая доля рынка мяса в России приходится сегодня на импорт? И как она менялась в последние 2-3 года? Наш первый собеседник в Москве – директор Института аграрного маркетинга Елена Тюрина:



Елена Тюрина: Сегодня доля импортного мяса на российском рынке составляет 31%. В 2004 году эта доля составляла 29,4%. То есть можно говорить об увеличении импортной зависимости рынка мяса российского.



Сергей Сенинский: Сколь значимыми для российского рынка мяса – говядины, свинины и мяса птицы - были поставки из Польши до тех пор, пока их не запретили?



Елена Тюрина: В целом из Польши поставлялось порядка 8 тысяч тонн мяса птицы, около четырех тысяч тонн свинины и порядка одной тысячи тонн говядины. Средняя доля Польши не превышает 0,5% от объема импорта мяса в Россию.



Сергей Сенинский: Тем не менее, если какие-то поставки по импорту в страну прекращаются, пусть и всего на 0,5% - как в случае с мясом из Польши, а на внутреннем рынке дефицита не возникает, значит, их заместили какие-то другие?..



Елена Тюрина: Здесь нужно посмотреть отдельно каждый рынок. На рынке мяса птицы мы отмечаем снижение уровня зависимости от импорта, и ограничение поставок из Польши не сказалось на рынке, так как увеличиваются предложения российского мяса птицы и, соответственно, замещение импортной в том числе польской продукции российскими производителями. Что касается говядины, я думаю, что эти объемы – менее тысячи тонн – совершенно спокойно могут быть компенсированы поставками из других стран, в том числе из Бразилии и из Аргентины.



Сергей Сенинский: Главные поставщики в Россию мяса птицы – Соединенные Штаты – 60% всего российского импорта, доля Европейского союза здесь не превышает 15%. Что касается говядины, то, по данным Института аграрного маркетинга, почти три четверти всего российского импорта пришлось в 2006 году на поставки всего из трех стран Латинской Америки – Бразилии, Аргентины и Парагвая. Лишь в сегменте свинины крупнейшим поставщиком в Россию является Европейский союз: в целом – 45% российского импорта свинины.


Но в каждом из этих трех сегментов российского рынка – мяса птицы, говядины и свинины – как меняется в последние годы доля импорта?



Елена Тюрина: Самый высокий уровень зависимости на рынке мяса птицы. По итогам 2006-го года доля импортной продукции на рынке составила 40%. В 2003 году доля импортного мяса птицы на российском рынке составляла 52%.



Сергей Сенинский: То есть всего за три года доля импорта мяса птицы сократилась на четверть, хотя и остается самой крупной... А по свинине и говядине?



Елена Тюрина: Уровень зависимости рынка свинины от импорта по итогам прошлого года составил 26%. Здесь можно отметить, что последние три года отмечается увеличение импортной зависимости. Доля импорта в 2004-м году составляла всего 21%. Если посмотреть по рынку говядины, ситуация аналогичная, то есть увеличивается зависимость от импорта. В 2006-м году доля импортной говядины составила 26% против 21% в 2004-м году.



Сергей Сенинский: Как мы слышали, лишь в сегменте мяса птицы в России увеличивается в последние годы доля собственного производства, по говядине и свинине, наоборот, доля импорта увеличивается. В чем причина такого разрыва? Аналитик инвестиционного банка «Ренессанс-Капитал» Наталья Загвоздина:



Наталья Загвоздина: Производство птицы не требует каких-то колоссальных инвестиций, и уже через примерно шесть месяцев от момента принятия решения о том, что инвестиции нужно делать в расширение мощностей, до момента, когда вы можете продать первый килограмм курятины, проходит не так много. В свинине, то, что называется горизонт от момента принятия решения до момента, когда у вас есть первый килограмм продукта, чтобы его продать, проходит примерно два года. А в крупном рогатом скоте, то есть когда производите говядину, может занять от четырех до пяти лет. Это собственно и объясняет, почему производство говядины у нас в России стагнирует и инвестиции в свинину и в птицу наоборот притекают мощными темпами.



Сергей Сенинский: Если производство мяса птицы привлекает частных инвесторов малыми сроками окупаемости вложений, то производство свинины – содействием государства, говорит Елена Тюрина:



Елена Тюрина: В 2005-2005-м годах активно поддерживалось инвестирование производства свинины, причем финансирование шло как бюджетное, так и из региональных бюджетов, финансирование было в виде погашения процентной ставки по кредиту. И по итогам 2006 года мы отмечаем некоторый прирост производства и прогнозируем, что в течение трех-пяти лет производство увеличится процентов на 70 российское.



Сергей Сенинский: То, что люди покупают в магазинах или на рынках, в целом называют «мясными продуктами». Но какие существуют оценки того, как меняются расходы российских потребителей на покупку сырого мяса, той же курицы или мясных продуктов? Из Москвы - заместитель директора Института маркетинговых исследований GFK-Русь Сергей Яшко:



Сергей Яшко: Затраты на мясные продукты, мясные полуфабрикаты неуклонно растут. И мы можем сказать, что в 2006-м году эти затраты выросли порядка 10% в целом по России. При этом практически на все позиции, включая как сырое, необработанное мясо, так и на мясные полуфабрикаты и на колбасные изделия, все эти затраты росли. При этом мясо само по себе без мяса птицы составляет порядка трети от всех затрат на такую мясную корзинку российских домохозяйств.



Сергей Сенинский: А на мясо птицы тратят больше или меньше?



Сергей Яшко: Мясо птицы составляет приблизительно порядка 20%. То есть, если говорить о сыром мясе, не включая мясные полуфабрикаты, то это приблизительно половина от всех домашних хозяйств на мясо и на мясные изделия.



Сергей Сенинский: А в целом – какую часть всех своих расходов на продукты питания россияне тратят сегодня на мясные продукты? Какие оценки дают ваши исследования?



Сергей Яшко: Мы, к сожалению, не можем отслеживать абсолютно все расходы, отслеживаем расходы на определенную корзину продуктов первой необходимости. В этой корзине, в которую попадают подавляющее большинство продуктов, за исключением некоторых позиций, скажем, овощи, фрукты, яйца, хлеб, так вот, совокупно в этой корзине порядка треть приходится на мясо и на мясные продукты.



Сергей Сенинский: Имея в виду все три сегмента рынка мяса в России – говядина, свинина и мясо птицы – можно ли говорить о том, что предпочтения российского покупателя в последние годы как-то изменились – то есть один сегмент растет за счет других?



Сергей Яшко: Можно сказать, что в 2006-м году в рамках сегмента сырого мяса есть небольшая тенденция к снижению доли говядины. Эта доля несколько замещается свининой. Но изменения, я бы не сказал, что настолько существенные, чтобы говорить о каком-то устойчивом тренде. То есть в принципе в самой структуре потребления есть небольшие колебания, сейчас эти колебания складываются в пользу свинины.



Сергей Сенинский: Как можно представить нынешнюю структуру покупок именно сырого мяса российскими потребителями, не имея в виду мясопродукты – колбасы, ветчину или шпекачки?



Сергей Яшко: Поскольку мы отталкиваемся от того, что нам сообщают потребители, картина для меня однозначная: они покупают говядину, доля говядины в настоящий момент порядка 18% от всего сегмента сырого мяса за 2006-й год. В 2005-м году она была порядка 21-22%. Доля свинины выросла с 15 до 17%. Что касается мяса птицы, она практически стабильна - порядка 45-44% последние два года.



Сергей Сенинский: В среду, 16 мая, министр сельского хозяйства России проводил в Суздале совещание по вопросам развития молочного скотоводства. «Анализируя ситуацию на рынке, я сделал для себя вывод, что продукция бывает для жизни и для удовольствия, - заявил Алексей Гордеев, - Западная продукция, в том числе молочная, - для удовольствия, не дающая здоровья нашим гражданам, включая молодежь», цитирует министра агентство ИТАР-ТАСС. По его словам Алексея Гордеева, развитие собственного производства должно быть направлено на импортозамещение...



Конференция по борьбе с наркотиками в Испании.



Ирина Лагунина: Недавно в Мадриде прошла международная конференция по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, организованная американским правительственным агентством по борьбе с наркотиками. Выбор Испании в качестве места проведения конференции – не случаен. Эта страна, через которую в Западную Европу идут основные потоки кокаина и гашиша, сама побила все «рекорды» Евросоюза по потреблению наркотиков. Из испанской столицы – Виктор Черецкий.



Виктор Черецкий: В Европе агентство США по борьбе с наркотиками - DEA - провело свою ежегодную международную конференцию впервые. В ней участвовали представители 84 стран, в том числе России. На открытии конференции выступил министр внутренних дел Испании Альфредо Перес Рубалькаба, который, в частности, остановился на трудностях борьбы с наркоторговлей. По его словам, наркодельцы вкладывают часть своих огромных доходов в приобретение самых современных средств для осуществления преступной деятельности. Для доставки наркотиков в Испанию используются океанские суда, самолеты и подводные лодки, заключаются соглашения с представителями мафиозных группировок в третьих странах - осваиваются новые пути для товара. Так, недавно был открыт наркомаршрут из Латинской Америки в Испанию транзитом через Западную Африку.


Альфредо Перес Рубалькаба:



Альфредо Перес Рубалькаба: Борьба, которую мы ведем совместно с DEA, чтобы помешать транспортировке наркотиков, имеет для нас особое значение. Во-первых, мы препятствуем проникновению кокаина в Испанию. Во-вторых, его распространению в Европе. И в третьих, эта борьба помогает в противостоянии с международным терроризмом, поскольку террористы все чаще действуют заодно с мафиозными наркокартелями.



Виктор Черецкий: Затем испанский министр привел цифры: тонны перехваченного зелья, сотни арестованных наркоторговцев – и все благодаря бдительности вверенной ему полиции и жандармерии.


Ну а стала Испания центром европейской наркоторговли, своеобразными воротами в Европу для колумбийского, кокаина и гашиша из стран Северной Африки, по выражению министра, всего лишь благодаря своему географическому положению и историческим связям с Латинской Америкой.


О том, что его страна в последние десятилетия сама превратилась в огромный рынок сбыта наркотиков и лидирует в Европе по их потреблению, Рубалькаба так и не упомянул. Хотя, по мнению наблюдателей, именно этот фактор, а не какой-либо иной, превратил Иберийский полуостров в плацдарм наркоторговли.


Как все же и почему Испания, в которой еще три десятилетия назад наркотиков и в помине не было, стала лидировать по этой части? Рассказывает Сусо де Торо, сотрудник Государственного наблюдательного совета по вопросам борьбы с наркотиками:



Сусо де Торо: Появление и массовое распространение наркотиков в Испании связано с исчезновением тоталитарного режима генерала Франсиско Франко в середине 70-ых годов и переходом к демократическим формам правления. В стране произошли глубочайшие изменения в политической и социальной жизни, в представлениях людей о жизненных ценностях и приоритетах, в морали. Употребление наркотических средств стало модным и сделалось чуть ли не отличительным признаком сторонников новой культуры поведения, символом свободы, раскрепощения личности и так далее. Общество оказалось не готовым к радикальным преобразованиям. Наверное, мы сделали слишком быстрый переход от системы, при которой поведение всех и каждого контролировалось – семьей, школой, церковью, обязательной военной службой, строгой общественной моралью - к системе всеобщей дозволенности, где человека никто не контролирует.



Виктор Черецкий: В первые годы после крушения диктатуры лозунгом «раскрепощенной» испанской молодежи был «Больше секса, наркотиков и Рок-н-ролла!» Ну а сегодня, по мнению сотрудника Наблюдательного совета, причина безудержного роста наркомании объясняется, в частности, тем, что период «инфантильной» незрелой демократии в Испании явно затянулся. В обществе не хватает дисциплины, а свобода многими по-прежнему воспринимается как вседозволенность. Отсюда и преступность, и пьянство, и европейские рекорды по употреблению наркотиков.



Сусо де Торо: Испанское общество свободно и в нем многое дозволяется. Это, конечно, хорошо. Однако границ у этой вседозволенности нет. Наше общество оказывается бессильным перед злом, поскольку оно по-прежнему инфантильно и порождает безответственных инфантильных граждан, не способных к самоограничению, самодисциплине, не видящих пороков своей жизни и неспособных бороться с этими пороками. Нам не хватает ответственности. В частности, мы проявляем слабость при воспитании наших детей, боясь ограничить их свободу и что-либо потребовать от них, к примеру, порядка и дисциплины. И в этом - наша беда.



Виктор Черецкий: В последний год Министерство внутренних дел Испании вынуждено было выставлять полицейские посты даже в средних школах, где идет бойкая торговля наркотиками. За школами стали присматривать три тысячи сотрудников правоохранительных органов. Говорит министр обороны Испании, бывший министр внутренних дел Хосе Антонио Алонсо:



Хосе Антонио Алонсо: Проблема существует, и было бы большой ошибкой замалчивать ее. С наркоманией следует бороться, и не только полицейскими мерами: с ней надо разбираться и на уровне семьи, и на уровне общественности. Мы решили нанести удар по наркоторговцам, специализирующимся на детях – заняться ими в школах, в местах, где собираются школьники в свободное время. Ведь потребление наркотиков особенно среди подростков растет быстрыми темпами. Преступные организации имеют пирамидальную структуру: от крупных поставщиков до мелких торговцев. Нам следует бороться и с теми, и с другими. Мелкие дельцы не менее опасны, чем крупные – именно через них наркотики попадают нашей молодежи.



Виктор Черецкий: Испанские силовики вполне сознают, что только полицейскими мерами с наркоманией не справиться. Нужны усилия общественности. Нужна работа педагогов, нужна помощь родителей. Необходимо по-иному воспитывать молодежь. Вот мнение психолога Милагрос Перес:



Милагрос Перес: Все испанские родители боятся, что их дети станут наркоманами. Ведь подростки с большим уважением относятся к мнению своих вожаков-сверстников, чем к мнению родителей и педагогов. Они пытаются обособиться, ищут свое место в окружающем мире. Задача родителей – попытаться как-то стимулировать своих детей, чтобы у них хватило воли противостоять нажиму со стороны сверстников, побуждающих их к потреблению наркотиков. Это сделать непросто, поскольку в молодежной среде существует мнение, что в компании все должны потреблять наркотики, что это модно, современно и совсем не вредно.



Виктор Черецкий: Между тем, росту потребления наркотиков способствует их доступность, а также низкая общая культура, как самой молодежи, так и родителей. Не секрет, что испанская молодежь, считается, по статистике Евросоюза, одной из самых отсталых в Западной Европе. Треть молодых людей вообще бросает среднюю школу, не получая даже обязательного образования. Ну а выпускники, те, кого всеми правдами и неправдами удается уговорить отсидеть на школьной скамье положенные 10 лет, часто даже не знают таблицы умножения. В ходе проведенного недавно Евросоюзом опроса, 90% выпускников испанских школ с трудом смогли назвать лишь два-три европейских государства. Зато лет с 13 среднестатистический испанский школьник, отмечают наблюдатели, знает все места в своей округе, где продаются наркотики.



Милагрос Перес: Есть два обстоятельства, объясняющие рост потребления наркотиков в нашей стране. Во-первых, это легкость, с которой их можно приобрести. Гашиш купить в Испании также легко, как коробку сигарет. Не менее сложно добыть кокаин. Общедоступность любого товара способствует росту его потребления. Второй фактор – полное отсутствие у молодежи чувства опасности, незнание вредных последствий, к которым может привести употребление наркотиков. А между тем, здесь ежегодно от употребления только кокаина, гашиша и синтетических наркотиков умирают не менее 500 человек. Учитывая, что смерть от этих веществ наступает реже, чем от героина, можно представить, какое количество людей их потребляет. По данным опроса, только 36% молодых людей знакомы с возможными вредными последствиями употребления наркотиков.



Виктор Черецкий: По мнению журналиста Алехандро Пералеса, автора книги о наркомании в Испании, распространению наркотиков среди молодежи способствует также кризис традиционной испанской семьи. Некогда крепкая общественная структура – основа государства, разрушена. Количество разводов увеличивается с каждым годов, как и число матерей-одиночек. Кроме того, в семьях теперь работают и отец, и мать, так что на воспитание детей времени не хватает. Они предоставлены улице и, естественно, становятся легкой добычей торговцев наркотиками.



Алехандро Пералес: Начинать бороться с наркотиками надо задолго до того, как у подростка появится тяга к этому пороку. В семье, в которой существуют нормальные отношения с детьми, где родители занимаются воспитанием, к моменту появления этой проблемы должны существовать доверительные отношения: родители должны оказывать на ребенка большее влияние, чем улица. А ведь сейчас многие родители последними узнают, что их дети наркоманы: в семьях между ними и детьми – глухая стена непонимания. Хорошо известные науке признаки детской наркомании многим родителям не знакомы, да и по большому счету они их особо не волнуют.



Виктор Черецкий: По данным Алехандро Пералеса, распространению наркотиков способствует и тот факт, что молодые наркоманы, чтобы заработать на зелье, сами начинают торговать наркотиками, вовлекая в порок своих сверстников.



Алехандро Пералес: Лица, потребляющие наркотики, рано или поздно начинают ими торговать, чтобы зарабатывать на собственное потребление. Таким образом, они из наркоманов превращаются в преступников. Это особенно должно волновать родителей, дети которых становятся на путь наркомании. Если такие родители не в состоянии сами справиться с бедой, они должны обращаться в соответствующие государственные учреждения, к профессионалам. И пока не поздно, пытаться исправить положение.



Виктор Черецкий: Любопытно, что в последние десятилетия картина потребления наркотиков в Испании менялась. До начала 90-ых годов здесь доминировал героин. Затем его продажа резко упала, но зато потребление кокаина, гашиша и синтетических наркотиков приобрело массовый характер. Без них отныне не обходится ни одна дискотека, ни один молодежный вечер. Говорит психолог Милагрос Перес:



Милагрос Перес: В течение многих лет основным наркотиком в Испании был героин. Со временем здесь сложилось мнение, что это единственный «плохой» наркотик. А остальные вовсе не опасные. Так, кокаин в понятии многих испанцев связан с успехом, с весельем, с возможностью веселиться всю ночь, не уставая. Он тебя стимулирует, помогает блистать в компании, принимать смелые решения на работе. При этом люди не сознают, что со временем они попадают в зависимость от кокаина и уже не могут существовать без него, не могут сконцентрироваться и жить так, как они жили до того, как стали наркоманами. Кончается это обычно тем, что они даже с постели утром встать не могут без кокаина.



Виктор Черецкий: Благодушное отношение к наркотикам существует в Испании не только на уровне малограмотных недорослей, но и некоторых парламентских партий. К примеру, легализации наркотиков требует коалиция «Единые левые» - испанские коммунисты, а также каталонские республиканцы. Андрес Фаринья, лидер молодежной организации «Единых левых»:



Андрес Фаринья: Легализация наркотиков является историческим требованием коммунистов. Не все наркотики одинаковые: героин – не такой, как кокаин или гашиш. И подход к ним должен быть разным. Мы боремся за то, чтобы к гашишу было иное отношение со стороны государства.



Виктор Черецкий: По мнению местных наблюдателей, разглагольствования испанских левых о «хороших» и «плохих» наркотиках объясняются, скорее всего, их желанием заполучить наркоманов в качестве потенциальных избирателей. Борьбе с наркотиками в стране подобная политика, естественно, не способствует.


Ну а пока в благодушном обществе вседозволенности ведутся споры о том, стоит ли вообще бороться с пороком, испанская молодежь все глубже погружается в трясину наркомании: к радости международных картелей, которые везут сюда зелье не как раньше – по килограмму в двойном дне чемодана, а тоннами.


Кстати, по части доставки кокаина из Латинской Америки в Испанию отличились в свое время россияне. Летом 1999 года в международных водах в районе Канарского архипелага испанские таможенники перехватили сухогруз «Тамсааре», на котором находилось 11 тонн кокаина. Правда, говорят, что россиян тогда подставили – наркоторговцы их умышленно сдали, поскольку решили отвлечь испанские власти от более крупных операций по переброски кокаина.



Только ли Толстой, Достоевский и Чехов. Как преподают русскую литературу в Европе.



Ирина Лагунина: Несколько дней назад президент Владимир Путин участвовал в церемонии закладки первого камня в основание нового здания русской школы имени Пушкина в туркменской столице. По мнению главы российского государства, знание русского языка поможет молодым людям «лучше узнать современную Россию, а это, безусловно, позитивно скажется на укреплении отношений между нашими государствами». Туркмения – геополитический партнер, а знают ли в России как изучают русский язык и литературу в Европе? С преподавателями из двух европейских стран беседовал мой коллега Олег Панфилов.



Олег Панфилов: По-прежнему, знакомясь с иностранцами, часто слышишь от них истории их интереса к России. Большая часть из них изучала Россию в университетах, в том числе и прослушав курс истории русской литературы. В подтверждение своих обычно следует список классиков русской литературы – Достоевский, Толстой, Чехов.


Но помогает ли иностранцам сейчас понимать Россию, если той, о которой рассказывалась в произведениях классиков, уже не существует. Что сейчас преподают в европейских университетах, что рекомендуют преподаватели читать своим студентам, чтобы они знали о России современной.


На связи со мной по телефону из итальянского города Удине профессор Розана Джакуинта и из Барселоны - профессор Риккардо Сан-Висенте. Я как-то спрашивал Риккардо о том, как студенты в его университете изучают русскую литературу, и он уже рассказывал об их интересе. Но я знаю так же, что профессор Сан-Висенте работает и переводчиком, он переводит российских современных писателей. Поэтому мой первый вопрос все-таки профессору Джакуинта. Розана, пожалуйста, скажите, как вы преподаете русскую литературу в своем университете?



Розана Джакуинта: Это очень сложный вопрос. Просто ответить, как я преподаю, но труднее сказать, как я пытаюсь передать какое-то реальное, глубокое знание и представление о России, что труднее всего. Мы, конечно, читаем курс истории литературы, читаем, естественно, классику. Но мы все, преподаватели, стараемся передать студентам, почему стоит читать именно это произведение именно автора. И пытаемся передать, как это можно связать с сегодняшней жизнью. Надо сказать, что сегодняшний студент итальянский очень неначитанный. Как правило, он еще не читал Достоевского, например, которого в моем поколении мы читали в отрочестве, то есть я пришла в университет и уже прочла Толстого и Достоевского. Они не знают, для них все новое. Но, конечно, это не современная Россия. Но по опыту я знаю, что нельзя понять вообще Россию, нельзя понять то, что сейчас происходит, нельзя понять простых людей, нормальных людей, я уже не говорю об обществе, о политике и так далее, нельзя понять простых обыкновенных русских людей, не прочитав литературу. Потому что либо человек живет в стране все время, имеет возможность со всеми общаться, либо у него такой канал. Мы даем фрагменты и пытаемся показать, что это не прошлое, это до сих пор существует, до сих пор люди беседуют, если не о боге, о таких «проклятых» вопросах на кухнях.



Олег Панфилов: Спасибо, Розана. Профессор Сан-Висенте, Риккардо, вы уже говорили в прошлых передачах о том, как вы работаете со студентами и что им предлагаете для изучения России. Но вы так же и переводите книги современных российских писателей. Какой интерес у ваших студентов, например, к творчеству Ерофеева или вы сейчас увлеклись молодым чеченским писателем Германом Сайдуллаевым? Есть ли интерес у студентов к этим книгам?



Риккардо Сан-Висенте: Сначала хочу сказать, что у нас уровень разный, но более продвинутые студенты, которые могут прочитать более литературные тексты, они читают с большим интересом. Это один из путей. Хотя я занимаюсь переводами, чтобы создать двуязычные тексты. Те студенты, которые могут читать Улицкую в подлиннике или Сайдуллаева, а другие смотрят на правую сторону, где находится испанский текст или каталонский текст. Мне кажется, что они с большим интересом смотрят на настоящую литературу, которая производится сегодня. Это позволяет создать общую картину и двигаться по времени и по пространству. Не знаю, до какой степени они понимают, что Сайдуллаев пишет в своих книгах и рассказах, но пытаемся, чтобы они через литературу, через Улицкую, через Иконникова, например, тоже ест такой писатель, даже через Прилепина, некоторые читают Лимонова или через Голованова. Разные современные писатели, через этих писателей они читали интересные тексты сначала. И потом, по крайней мере, имели элементарную базу, чтобы поехать в эту страну и увидеть, в какой степени все это совпадает с действительностью.



Олег Панфилов: Спасибо, Риккардо. Ответьте, пожалуйста, на такой вопрос: в чем интерес молодых людей, которые поступают в ваши университеты, интерес к России и к русской литературе? Это интерес, связанный с современной политикой, это просто экзотическая страна или есть какие-то другие причины?



Розана Джакуинта: Наши студенты в это области Италии очень прагматичны, поэтому они смотрят на Россию, на русский язык, на русскую культуру как на средство для того, чтобы найти работу. Но как раз мы, преподаватели, опять пытаемся дать им более сложную картину. Я считаю, что нужно читать классику, и понятие классики очень широкое. Есть еще классики 20-го века, есть еще классики полусовременные, я бы так сказала, то есть те, которые передают особенный облик общества, менталитета и мировоззрения определенного времени. Поэтому я к этой категории отношу еще Хармса, например. Естественно, Улицкая или Петрушевская, такие темные печальные примеры так называемой «чернухи», которая была в 80-е годы. Это тоже, я считаю, надо читать. А студенты хотят получить более общую картину. То есть они хотят понимать, что там происходит, хотят разбираться в политической ситуации. Но нельзя понять что-либо в политической ситуации, не зная историю. То есть им надо объяснить, что было до сегодняшнего дня.



Олег Панфилов: Спасибо. Риккардо, как-то мы с вами, гуляя по Барселоне, говорили о том, что значит сейчас в Испании русская литература, и вы как-то в сердцах сказали о том, что Испания – это европейская провинция. Как вы услышали, итальянцы с прагматических позиций подходят к изучению русской литературы. Что вы скажете об испанцах?



Риккардо Сан-Висенте: Несколько лет назад меня пригласили на радио с тем, чтобы говорить о славянской филологии – так высокопарно называется наша кафедра. И там одна женщина занималась подводной археологией. Был один человек, который занимался карточными играми. И я понял, что я оказался представителем какой-то экзотической специальности. И потом понял, что в каком-то смысле так и есть. Студенты до нас доходят иногда чисто случайно. Кафедра итальянской филологии или английской, там много студентов, и они видят, что место есть на какой-то непонятной славянской филологии. Некоторые приходят и уходят, а другие остаются. Почему остаются? Мне кажется, что их поражает глубина культурных переживаний русского народа. Естественно, там есть, как и везде, и пьяницы, и убийцы, и контролеры, и даже чиновники. Но есть люди, которые не только любят говорить о «проклятых» вопросах на кухне, но и любят свою культуру, когда говорят о Пушкине или о Хармсе или о других писателях. Говорят о нем совсем по-другому, как в Испании говорят о своих собственных писателях.



Олег Панфилов: Спасибо, Риккардо. Я несколько дней назад в Венеции услышал довольно много людей, которые говорят на русском, большинство, конечно, были туристы. Точно так же часто можно услышать русскую речь и в Испании, но опять-таки в основном от туристов. Но есть какое-то количество людей, которые знают русский язык или стараются его изучать. Несколько дней назад президент Путин открывал русскую школу в Ашхабаде, в столице Туркмении. Это было еще одно формальное подтверждение тому, что Россия пытается сохранить русский язык на своей бывшей такой имперской территории в пределах Советского Союза. Проявляет ли кто-то интерес к тому, чтобы русский язык был популярен в Италии и Испании?



Розана Джакуинта: Я могу лично говорить о своем опыте контактов с вашими органами, то есть с представителями страны в Риме и Милане в посольствах. Есть люди, представители правительства Российской Федерации, которые более активно идут навстречу, на сотрудничество, а есть даже культурные атташе, я не буду, конечно, называть имен, которые очень прохладно относятся к этому, непонятно, зачем они называются культурными атташе. Все зависит от человека, как всегда. Любое сотрудничество, любой интерес проходит через энтузиазм определенного конкретного человека. Поэтому нам помогают в Милане, в Риме не очень.



Олег Панфилов: Спасибо, Розана. Риккардо, вы уже отвечали на этот вопрос в прошлый раз и ситуация ваших взаимоотношений с российским посольством и консульствами примерно одинаковая. Поэтому я хочу задать вам вопрос относительно вашего нового интерса. Почему Герман Сайдуллаев? Вы хотите, чтобы в Испании больше знали о том, что происходит в Чечне?



Риккардо Сан-Висенте: В принципе, да. Но тогда я бы может быть выбрал Султана Яшуркаева или того же Прилепина. Меня Сайдуллаев поразил по тому, как он сопоставляет, в том же самом «Котле» есть информационные элементы, чисто повествовательные и лирические моменты. Это человек, который из чеченской среды, отец председатель колхоза, даже играл какую-то роль общественную в предыдущие времена. Герман учился и живет в Петербурге, что и придает ему очень особенное качество. Человек русской культуры, который смотрит на свою собственную действительность двойным взглядом.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG