Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Председатель Европейского совета Вячеслав Понкратенко окидывает взглядом Площадь Шумана, бывшую Красную. Когда-то здесь проходили помпезные военные парады. Сегодня, по случаю сотой годовщины подписания Римских соглашений, над площадью реют знамена стран-членов ЕС, общим числом 51. В заключение торжественной церемонии главы государств и правительств хором исполняют "Оду к радости". Многие не скрывают волнения – разве можно было каких-нибудь 50 лет назад представить себе такое?!


Понкратенко испытывает чувство глубокого удовлетворения: к рассвету юбилейного дня, после драматических ночных переговоров, участникам все же удалось согласовать текст Московской декларации. Особенно острым был спор о внешних границах ЕС: председатель Европейской комиссии, турок Кюрсат Аббасоглу, настаивал на чисто географических критериях приема новых членов. «После вступления в ЕС всех государств Кавказа и Центральной Азии мы просто не в состоянии продолжать бездумное расширение, – заявил он перед отлетом из Москвы. – Это грозит нам потерей всякой европейской идентичности». Но по настоянию российского представителя в Декларацию, наконец, был включен принцип, по которому на прием в ЕС имеют право все те, у кого «местные религиозные и культурные обычаи хотя бы отчасти совпадают с некоторыми европейскими ценностями». Это, как надеется Понкратенко, хотя бы на время позволит отсрочить вступление в ЕС Саудовской Аравии, Ирана, Ирака и Палестино-Израильской федерации, которые в этот памятный день подали коллективную заявку на членство.


Рьяные сторонники полной интеграции, сгруппировавшиеся вокруг Великобритании, требовали, чтобы новые члены брали на себя обязательство немедленно вступить в еврозону. Но такие новички, как Казахстан и Монголия, оставались на своих евроскептических позициях и тормозили весь процесс. Впрочем, и сам Понкратенко не особенно на этом настаивал: в виду парламентских выборов он не хотел ссориться с влиятельным движением «За спасение русского рубля», да и жена московского мэра была против. Поэтому ограничились компромиссной формулировкой, по которой вхождение в еврозону объявлялось необязательной «долгосрочной целью».


Соотношение сил в ЕС резко изменилось после того, как в июне 2022 года американцы вывели свои войска из Ирака. Через три месяца они вышли также из состава НАТО. ЕС и ООН поручили бывшему немецкому канцлеру Шредеру сформировать переходное правительство и разработать новую конституцию Ирака. 78-летний политик использовал свои связи в мусульманском мире и в России. Ирак получил статус международного протектората, управляемого совместно Турцией и Россией от имени ЕС. За любезное согласие России было обещано полное членство в ЕС, что и произошло в 2032 году. Польское вето Шредер смел со стола: «Мы не можем игнорировать реальность нового мира. Принятию России в ЕС нет никакой разумной альтернативы». На всякий случай в Варшаву перевели Европейское агентство по энергетической солидарности.


После вступления в ЕС Турции и России тон в объединении задают эти два государства с самым многочисленным населением и развитой экономикой. Новое поколение прагматичных немецких политиков с таким положением смирилось. «Средней европейской стране, сравнимой по значению с Нидерландами или Румынией, не гоже проявлять гонор. Российско-турецкое руководство надежно защищает нас в тревожном мире, где снова поднимают головы пекинские ястребы», – говорят они. Тот факт, что в объединенном командовании ЕС в Санкт-Петербурге среди 12 членов есть и один немец, надежно обеспечивает немецкое участие в принятии важнейших военных решений. «Германия нашла свое место в большой Европе», – заявила старенькая канцлер накануне юбилейных торжеств…


Я ничего не придумал – только перевел, изрядно сократив, текст, который был опубликован в немецком издании газеты «Файненшл Таймс» и теперь блуждает в германской Сети. Прогноз остроумен и как бы не оказался точным. Он, как писал Бабель, не заслуживает забвения.


Показать комментарии

XS
SM
MD
LG