Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Завершается Каннский фестиваль. «Александра» в фаворитах


Дворец фестивалей в Каннах

Дворец фестивалей в Каннах

На завершающемся Международном Каннском фестивале среди фаворитов конкурсной программы называют фильм российского режиссера Александра Сокурова «Александра». Это метафизическое повествование о пожилой российской женщине: ее роль играет всемирно известная певица Галина Вишневская, которая приезжает в военную часть в Чечне, чтобы навестить своего внука. Ни войны, ни мира, две разделенных цивилизации — российская и чеченская — соседствуют в фильме Сокурова.


Президент Международной федерации кинопрессы ФИПРЕССИ (FIPRESCI —Fédération internationale de la presse cinématographique) Андрей Плахов высоко оценивает новую работу маститого режиссера: «Вот эти вещи, которые сняты фактически документально, они придают картине очень большую силу и мощное звучание, и выводят его за пределы камерной эстетики, которую, в общем-то, преследует Сокуров в этом фильме».


— По вашему мнению, какова актерская работа Галины Вишневской — она просто такой удачный пластилин в руках мастера-режиссера, или она хорошая актриса и это серьезная роль, или это просто такое культурологическое явление: знаменитая певица на экране?
— Нет, мне кажется, что это вполне полноценная роль. Она в этом фильме выглядит, скажем, с одной стороны, королевой, дивой и, вместе с тем, простой женщиной. Это довольно сложное, очень странное сочетание, которого удалось достичь, мне кажется, благодаря все-таки очень серьезному ее актерскому мастерству, таланту, интуиции, но, конечно, и благодаря режиссуре Сокурова.


— Сам Сокуров не приехал на показ своего фильма. Вот одно из его заявлений, которые он сделал несколько дней назад: «Мои фильмы находятся в стороне от больших фестивалей и коммерческих задач. И по определению не должны привлекать внимание таких кинофорумов». Чем объясняется такая позиция, на ваш взгляд?
— Сейчас я открыл журнал «Фильм Франсе» (Film France). Это журнал, в котором французские критики выставляют свои оценки конкурсным Каннским фильмам. И вижу, что картина Александра Сокурова один из лидеров конкурса. Три критика поставили ей «Золотую пальмовую ветвь», многие поставили три звездочки, что является тоже очень высокой оценкой. Фактически этот фильм среди лидеров конкурса наряду с фильмами братьев Коэнов «Нет места для стариков», картиной «4 месяца, 3 недели и 2 дня» и, кажется, еще французским фильмом «Скафандр и бабочка». Это очень приятно.
Вообще-то, ситуация нетипична. Потому что, действительно, даже не все критики принимают полноту кинематограф Сокурова. Он очень субъективен и очень специфичен в каком-то смысле. В каком-то смысле это, вообще, не кинематограф, это что-то другое. Его художественные поиски идут как бы на грани. Вот кинематограф уже кончается и начинается некий эксперимент в каких-то других сферах искусства. Поэтому очень часто бывает трудно адекватно воспринять его фильмы особенно в фестивальном контексте, который забит мейнстримовскими картинами, где даже многим журналистам довольно трудно сориентироваться в этом огромном потоке и выделить что-то главное. Поэтому часто получалось так, что Сокуров проигрывал на фестивале. За его фильмы фестивали всегда боролись, охотно их брали, можно сказать, растаскивали его на части, а, с другой стороны, он не получал призов. Очевидно, это его обижало. Вероятно, это и стало одной из причин — почему он не приехал, хотя официально было объявлено, что он заболел.
Между прочим, в конкурсе есть еще картина Гаса Ван Сента. Интересно, что этот режиссер, который тоже вначале считался достаточно маргинальным, впоследствии стал одним из кумиров фестивалей, получил "Золотую пальмовую ветвь", и сейчас рассматривается, как один из фаворитов конкурса. Интересно, то, что Гас Ван Сент очень любит творчество Сокурова. И даже в своем фильме посвятил ему один из фрагментов своей картины».


— Я читал замечания кинокритиков о том, что Гас Ван Сент все-таки движется ближе к мейнстримовскому кино, такого типично авторского, чуть ближе все-таки смещается в направлении мейнстрима. У Сокурова такого движения не заметно, по-моему. Я не прав?
— Нет, я думаю, что нет. Потому что последняя картина Гаса Ван Сента тоже очень далека от мейнстрима. Она очень радикальна по эстетике, очень статична в каком-то смысле. Но, тем не менее, большинство критиков все-таки ее восприняли, людей, которые определяют фестивальную конъюнктуру, потому что он уже приучил их как бы к этому. Я думаю, что Сокуров тоже постепенно приучает фестивали и критику к своей необычной манере. Даже по той реакции, которая возникла на фильм «Александра» это видно. Плюс к этому фильму добавляет внимание, конечно, то, что тематически эта картина затрагивает тему Чечни, которая всех очень волнует, которая абсолютно игнорируется российским кинематографом.


— Среди лидеров симпатий критиков нет фильма Звягинцева «Изгнание», о котором мы говорили в начале недели?
— Нет, к сожалению, фильм «Изгнание» не стал фаворитом критиков. Например, в том же журнале «Фильм Франсе» я вижу, что ему поставили пять так называемых «кислых рож», правда, одну «Золотую пальму». Вообще, на этом фестивале существует очень большой разброс мнений между критиками, и почти ни по одному мнению нет единства. Можно увидеть, что одну и ту же картину хвалят, как шедевр, и ругают абсолютно как неудачу. Вот с фильмом Звягинцева так и получилось. Она получила разброс мнений. У него есть большие поклонники, но в то же время есть много противников. И если все это суммировать, то в целом ощущение, что все-таки общественное Каннское мнение не на стороне этой картины.


— Неожиданностью стало объявление о том, что Каннский фестиваль в одну из своих программ включил фильм Андрея Некрасова о гибели Александра Литвиненко. Насколько здесь может быть связана политика? Или тут политики никакой быть не может?
— Я думаю, что это чистая политика. Потому что фильм был включен в самый последний момент, уже фактически когда фестиваль начался. Я не припоминаю таких случаев Каннского фестиваля, может быть, они когда-то и были. Но итак ясно, что политика всегда играла определенную роль, и являлась даже одной из составляющих стратегий Каннского фестиваля. Достаточно вспомнить невероятный успех фильма Майкла Мура несколько лет назад. Достаточно вспомнить, что самый слабый фильм Вайды «Человек из железа» был награжден «Золотой пальмовой ветвью» в разгар борьбы польской «Солидарности», чтобы поддержать это движение и так далее. От политики никуда не денешься. Вероятно, тот факт, что эта картина включена в конкурс, лишний раз это подтверждает.


— Но я замечу только, что крайне обидно, что важные для России проблемы, такие как гибель Литвиненко и чеченская проблема, обсуждаются не в России, а где-то за пределами страны. Когда показывают фильм Некрасова, и что говорят о нем, если что-то говорят, вообще?
— Конечно, к фильму Некрасова относятся как к некоему любопытному событию, которое не следует пропустить. Фестиваль решил включить его в специальную программу в последний день. Надо посмотреть, что это такое, насколько этот фильм интересен с точки зрения кинематографической, а не только политической.


XS
SM
MD
LG