Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сегодня в Америке. Белый дом готовится к российско-американским саммитам. Газета "Уолл-стрит Джорнэл" выставляется на продажу


Юрий Жигалкин: Белый дом готовится к российско-американским саммитам. Газета "Уолл-стрит Джорнэл" выставляется на продажу. Таковы темы уик-энда в рубрике "Сегодня в Америке.


За считанные дни до саммита "большой восьмерки" из уст представителей американской администрации прозвучала целая серия заявлений, посвященных отношениям с Россией. Диапазон этих заявлений был необычайно широк - от резкой критики в выступлении заместителя госсекретаря, занимающегося российскими вопросами, до попытки успокоить Москву в выступлении президента Буша в пятницу. Комментаторам остается лишь догадываться о том, с чем приедет президент Буш на саммит в Германии.


Рассказывает Аллан Давыдов.



Аллан Давыдов: В пятницу президент Буш сделал попытку в очередной раз успокоить Кремль относительно планов США по размещению элементов противоракетной обороны в Европе. Беседуя с группой европейских журналистов в Вашингтоне, Буш сказал: "Холодная война закончилась, в XXI веке мы должны реагировать на подлинные угрозы, какие как радикальный экстремизм и распространение ядерного оружия". Отвечая на обвинения Москвы в том, что противоракетная система угрожает ее безопасности, Джордж Буш сказал, что противоракетная система, тревожащая Владимира Путина, направлена не против России, а против режимов-изгоев, которые, по словам Буша, могут использовать ракетное оружие в политических целях или для провоцирования напряженности в мире. Продолжая называть Путина своим другом, Буш сказал: "Мы отстаиваем систему ПРО с целью защитить свободные народы от ракет, которые могут им угрожать со стороны враждебных режимов. Россия же нам не враг, а друг".


Наблюдатели в Вашингтоне отмечают, что примирительные заявления в Джорджа Буша в пятницу по тону резко контрастируют с прозвучавшей накануне речью заместителя помощника госсекретаря США про делам Европы и Евразии Дэвида Креймера. Выступая в Балтиморском совете по международным отношениям, Креймер также назвал крайне ограниченными планы модернизации европейской ПРО. Вместе с тем представитель Госдепартамента ясно дал понять, что США не намерены уступать России в спорных вопросах. "В нашей российской политике девиз таков: сотрудничать, где можно, но давать отпор, где нужно", - сказал он. Креймер напомнил, что действия Кремля в последний период свидетельствуют об усилении негативных тенденций в сфере прав человека и демократии в самой России, и что подавление подлинной оппозиции, ограничение права на протест, зажим гражданского общества и угасание свободы прессы - все это является серьезным регрессом. Наблюдатели не исключают, что жесткие формулировки из Госдепартамента - это тактически намеку Путину на то, что американский президент, несмотря на дружбу с российским президентом, не станет сдерживаться в выражениях в ходе июльской неофициальной встречи двух лидеров в фамильном имении Бушей в штате Мен.



Юрий Жигалкин: Что ожидают американские наблюдатели от встречи Джорджа Буша и Владимира Путина? Мой коллега Ян Рунов взял интервью у Харви Сикермана, директора Филадельфийского института внешнеполитических исследований.



Харви Сикерман: Я полагаю, мы должны взглянуть на американо-российские отношения объективно и реально. Была тенденция с окончанием "холодной войны" и вплоть до начальных лет правления Путина рассматривать Россию как очень важного международного союзника и партнера. Сегодняшняя Россия по своим отношениям с Западом напоминает мне Россию начала XX века, накануне Первой мировой войны, в чем-то дружественную Западу, в чем-то нет, в зависимости от проблемы. Это Белый дом должен принять, не приходя в восторг от взаимопонимания по одним вопросам и в ярость от расхождения по другим. Сегодня речь идет не об идеологическом противостоянии, как было во времена "холодной войны", а о деловых и национальных интересах каждой из сторон.



Ян Рунов: В этих национальных интересах больше общего или противоположного?



Харви Сикерман: Это зависит от того, какие вопросы считать наиболее весомыми. Пожалуй, проблем, по которым у нас сейчас различные точки зрения, больше. Например, если взять вопрос о странах бывшего Советского Союза, вступивших или желающих вступить в НАТО, которое должно защищать их независимость и оберегать от политического давления со стороны России, то здесь Вашингтон и Москва стоят по разные стороны баррикад. И поездки президента Буша в страны Центральной и Восточной Европы ставят целью заверить страны региона, что Соединенные Штаты и НАТО с ними. С другой стороны, если говорить о сотрудничестве двух государств в борьбе против терроризма, картина иная. А в вопросе Ирана картина третья - 50 на 50: вроде бы, разочарованная в деловом сотрудничестве с Ираном, Россия согласилась на какие-то антииранские санкции, но только на малоэффективные. Вашингтону предстоит решить, можем ли мы согласиться с тем, что Россия будет насаждать свое влияние, используя в качестве инструмента давления нефть и газ, или мы будем противостоять этим попыткам. Это серьезная задача не только для нас, но для Европейского союза, и для международного бизнеса.



Ян Рунов: Каковы ваши прогнозы на будущее?



Харви Сикерман: Я думаю, нынешняя тенденция сохранится. Сейчас мир становится не однополярным и не двуполярным, а трехполярным, поскольку на разделе пирога с Америкой настаивает не только Россия, но и Китай. На мой взгляд, в таком балансе сил нет особой угрозы, поскольку, повторяю, речь не идет об идеологическом противостоянии между Востоком и Западом. Здесь можно вести переговоры, уважая чужие национальные интересы и защищая свои. В то же время американо-российским отношениям больше всего угрожает желание России любой ценой восстановить сферу влияния, утерянную из-за распада Советского Союза.



Ян Рунов: Это был Харви Сикерман, президент Филадельфийского института внешнеполитических исследований.



Юрий Жигалкин: В конце прошлой недели владельцы контрольного пакета акций корпорации "Доу Джонс", которой принадлежит газета "Уолл-стрит Джорнэл", семейство Бэнкрофтов, объявили о том, что они, в принципе, готовы продать свою компанию тем, кто сможет обеспечить для нее более светлое будущее. Это известие прозвучало сенсационно, потому что более месяца Бэнкрофты настаивали на том, чтобы они ни за какие деньги не продадут достояние семьи, принадлежавшее ей больше века, Руперту Мэрдоку. Мэрдок, владелец газет и телестанций в нескольких странах мира, неожиданно для всех предложил 5 миллиардов долларов за "Доу Джонс" - почти на 70 процентов выше рыночной цены акций корпорации. Как говорят, Мэрдоку, открывающему вскоре в США телевизионный бизнес-канал, приглянулись уважаемые финансовые издания, принадлежащие "Доу Джонсу", их источники информации, их корреспондентская сеть по всему миру. Но против этого предложения удачливого и искушенного медийного магната тут же выступили и журналисты, опасающиеся потери редакционной независимости, которой всегда отличалась "Уолл-стрит Джорнэл", и члены семьи Бэнкрофтов, для многих из них Руперт Мэрдок - выскочка, а его издания - образец желтой прессы.


Почему Бэнкрофты все же решили выставить "Доу Джонс" на продажу? Вопрос - профессору экономики, сотруднику Гуверовского института Михаилу Бернштаму.



Михаил Бернштам: Мэрдок собирается основать бизнес-канал на основе своего успеха с каналом "Фокс" новостным. Поэтому для него это очень удобное слияние, он собирается инвестировать значительные средства в газету "Уолл-стрит Джорнэл" и другие издания "Доу Джонс", и он рассчитывает, что это будет очень крупный финансовый успех. Владельцы - семья Бэнкрофт - это группа из 100 человек, дальних родственников, и они просто увидели, что им предлагают очень крупные средства, а они реально управляют этим всем очень слабо, и когда им предлагают в 1,5 раза больше, чем то, что их активы стоили на рынке, они заинтересованы, во всяком случае, присмотреться к этому.



Юрий Жигалкин: Не внушает ли попытка покупки столь уважаемого и значительного средства информации, как "Уолл-стрит Джорнэл", владельцам громадной медийной империи тревоги относительно того, что ведущие американские средства информации концентрируются в считанных руках?



Михаил Бернштам: Это плохо было бы, если бы в Америке не было такой широкой конкуренции. Когда в той или иной стране, действительно, происходит концентрация, то это опасно не только для свободы информации, но и для всего политического процесса. Здесь же надо иметь в виду два обстоятельства. Первое - что колоссальная конкуренция, не только горизонтальная, то есть по линии газет, но и по части всех средств информации, которые как бы конкурируют между собой. Телевидение кабельное конкурирует с телевидением сетевым, интернет конкурирует с газетами, конкуренция колоссальная. И переход "Уолл-стрит Джорнэл" и других изданий "Доу Джонс" в руки Мэрдока не изменит этой ситуации. Второе, надо иметь в виду, что сам Руперт Мэрдок, в общем-то, не занимает какой-то однозначной политической позиции. Он поддерживал в Англии консервативного премьер-министра Маргарет Тэтчер, а после нее он стал поддерживать лейбористов, он является другом Тони Блэра. В Америке он принадлежит, как он сам заявляет и как говорят его знающие люди, к кругам так называемым либертарианским, то есть он где-то в центре по очень многим вопросам, он не занимает резкой линии в поддержку американской администрации. Поэтому и с этой стороны он настолько незаурядный, используя выражение Киплинга, кошка, которая гуляла сама по себе, что опасаться с этой стороны какого-то давления тоже не приходится.



Юрий Жигалкин: Тем не менее, журналисты "Уолл-стрит Джорнэл" выступили против продажи газеты. Они, например, заявляют, что желание Мэрдока угодить китайским властям, где у него немалые бизнес-интересы, может помешать им объективно освещать столь важную страну. Кстати, многих профессионалом в журналистике также беспокоит любовь Мэрдока к часто прямому руководству своими газетами.



Михаил Бернштам: А все владельцы крупных газет вмешиваются, и вмешиваются очень сильно. Херст вмешивается в свои газеты, Сульцбергер очень сильно вмешивается в "Нью-Йорк Таймс", покойная Кетрин Грэм очень сильно вмешивалась в "Вашингтон Пост", а сейчас вмешиваются ее потомки. Семья Бэнкрофт знаменита тем, что она не вмешивалась в работу "Уолл-стрит Джорнэл" - просто потому что их это не интересовало, они по наследству получили все это, это дальние родственники, и они между собой не могут договориться. Но если будет такая крупная фигура, как Руперт Мэрдок, такие опасения, в общем-то, небезосновательны. С другой стороны, представители корпорации Мэрдока напомнили в ответ на эти опасения, что Мэрдок владеет газетой "Таймс", лондонской, и эта газета, в общем-то, очень резко и остро пишет о ситуации в Китае.



Юрий Жигалкин: Профессор, а чем объяснить интерес инвесторов к столь, казалось бы, маргинальной области медийного рынка - финансовым изданиям? Ведь Мэрдок готовы выложить миллиарды за "Доу Джонс", в то время как ведущие газеты теряют читателей и, образно говоря, перебиваются с хлеба на воду.



Михаил Бернштам: А потому что и в Америке, и в Западной Европе, и в Китае расширяется число инвесторов, маленьких инвесторов, взаимные фонды, пенсионные фонды. И теперь уже не только люди, которые связаны с Уолл-стрит, не только крупные инвесторы, но и рядовые граждане, представители растущего среднего класса внимательно следят за изданиями и телевизионными каналами, связанными с бизнесом. И это будет приносить таким изданиям огромную прибыль.



Юрий Жигалкин: Профессор Михаил Бернштам комментировал готовность владельцев газеты "Уолл-стрит Джорнэл" выставить газету и корпорацию "Дой Джонс" на продажу.


XS
SM
MD
LG