Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Петербурге завершилась международная конференция по ядерной безопасности


Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Санкт-Петербурге Татьяна Валович.



Кирилл Кобрин: В Петербурге завершилась 8-я международная конференция по ядерной безопасности. На прошедшем брифинге представители Росатома пытались убедить журналистов, что все кто занимается безопасностью ядерных объектов в России «красивые, умные, сильные и чрезвычайно законопослушные люди».



Татьяна Валович: Каждые четыре года, начиная с 1980-го, в США, Франции, Японии и Англии проводятся международные конференции по ядерной безопасности. Россия стала принимать участие в конференциях с 1991 года, а прошедшая конференция в Петербурге стала первой на территории России. Собравшихся на брифинге журналистов больше всего интересовали вопросы открытости и доверия к той информации по безопасности ядерных объектов, переработке ядерного топлива, которую предоставляют обществу подведомственные Росатому структуры. Как выяснилось, проблемы недоверия к такой информации существуют не только в России, но советник руководителя Росатома Игорь Конышев связывает это с человеческой психологией.



Игорь Конышев: Доверие к официальным источникам информации, к сожалению, низко не только в России. Не более 25 процентов французов доверяют официальной информации, которая исходит из официальных источников, связанных так или иначе с атомной энергетикой Франции: хочется верить в худшее. К сожалению, это психология.



Татьяна Валович: Начальник Управления ядерной и радиационной безопасности Росатома Александр Агапов убеждал журналистов, что в России все делается для того, чтобы информация о состоянии ядерных объектов была доступна, а там уж каждый должен решать сам, верить в эту информацию или нет.



Александр Агапов: Вопрос веры, конечно, это особое состояние души. Мы делаем специальную технологическую сеть датчиков, к которым вы можете спокойно с ресурсом Интернета обращаться и смотреть реальную радиационную обстановку на объектах Росатома. 254 датчика. Мы в течение трех лет доведем эту систему до государственной системы эксплуатации, это уже будет вневедомственный. Вот вам совершенно вневедомственный контроль, который вам доступен.



Татьяна Валович: При этом советник руководителя Росатома Игорь Конышев подчеркнул, что Росатом готов сотрудничать с любыми независимыми экспертами, чтобы исключить возникающие в обществе слухи.



Игорь Конышев: Отвечая на вопрос, готов ли Росатом совместно с представителями независимых экспертных структур проводить экспертизы, я могу ответить: да, готов. На открытых объектах мы готовы это делать.



Татьяна Валович: Вопрос остается только в том, что сам Росатом определяет, куда пустить экологов, а куда - нет. Как, например, это было в прошлом году, когда экологов пригласили в город Лесной Свердловской области, где на предприятии «Электрохимприбор» в начале июля горел уран-238. Несмотря на то, что Росатом сам пригласил экологов в закрытый город, отобрать и вывезти пробы, а также зайти на промышленную площадку предприятия им не позволили. Более того, никакой информации об инциденте экологам предоставлено не было.


Присутствовавший на брифинге генеральный директор OCDE (Агентства по ядерной безопасности Организации экономического сотрудничества и развития) Луис Ечевари с интересом слушал вопросы журналистов, но, отвечая на них сам, признался, что незнаком с публикациями общественных организаций о соблюдении безопасности на российских АЭС. Также господину Ечевари ничего неизвестно об отмене экологической экспертизы в России и о том, что новые атомные станции теперь можно построить без предварительной экологической оценки и учета общественного мнения.



Луис Ечевари: По этому конкретному случаю у меня нет информации, на самом деле это так или нет. У меня сомнения, что такие вопросы как бы исчезли из законодательства, потому что это очень важные вопросы. Любая разработка, которая может повлечь за собой воздействие на окружающую среду, должна быть соответствующим образом оценена. И во всех странах при разработке любого объекта, будь то дорога, будь то химический завод или просто строительство жилого дома, ни один объект не может быть построен без соответствующего обоснования воздействия на окружающую среду, тем более, если речь идет о ядерных установках. И с моей точки зрения, важно не только проводить такую оценку, но и чтобы результаты этой оценки были доведены до общественности, чтобы это была открытая информация.



Татьяна Валович: Между тем, экологическая экспертиза в России была отменена с 1 января 2007 года после принятия поправок к Градостроительному кодексу. Поправки заменили комплексную оценку экологических рисков любых проектов на «экспертизу проектной документации», которая лишь проверяет проект на соответствие техническим регламентам. Причем в настоящее время не разработано ни одного регламента, который бы содержал экологические требования. Получается, что международное сообщество не в курсе того, что на самом деле происходит в России.


XS
SM
MD
LG