Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Борис Якеменко – о создании Православного корпуса в движении «Наши»



Владимир Кара-Мурза: Сегодня стало известно, что в ближайшее время в прокремлевском молодежном движении «Наши» при полной поддержке Русской православной церкви будет создан так называемый Православный корпус. По замыслу его руководителя Бориса Якеменко, как пишет сегодня газета «Коммерсант», воцерковленные комиссары будут вести православные уроки в школах и защищать церковь. Оппоненты «Наших» видят в создании Православного корпуса прежде всего политическую подоплеку и называют это спекуляцией на вере с целью зарабатывания авторитета. У нас в студии Борис Якеменко, идеолог движения «Наши», руководитель Православного корпуса. Соответствует ли действительности сегодняшняя публикация в «Коммерсанте», при всей ее может быть ироничности, и в чем действительный замысел создания Православного корпуса?




Борис Якеменко

Борис Якеменко: Да, разумеется, соответствует, потому что я сам интервью давал для этой статьи. Задачи фактически три стоят перед нами сегодня. Это прежде всего популяризация православия в молодежной среде, то есть необходимо сделать все возможное для того, чтобы православие стало известно как можно шире, причем в тех форматах, которые современная молодежь хорошо воспринимает. Второе – это защита нравственности, морали, защита Русской православной церкви, отдельных ее представителей, государства и так далее, то есть защита обычаев, традиций и много другого, на чем держится русская цивилизация. И третье – это, безусловно, образовательная составляющая этого проекта, то есть катехизация, преподавание основ православной культуры и так далее. То есть этой составляющей уделяется так же большое внимание.



Владимир Кара-Мурза: А почему не с самого начала эта идея появилась, какая возникла необходимость по ходу работы движения «Наши»?



Борис Якеменко: Она появилась именно с самого начала, то есть как появилось движение, пошли разговоры о том, причем эти разговоры исходили в основном из среди тех, кто в движение вливался, а будет ли какая-то православная составляющая. То есть разговоры шли, просто необходимо было организационно собраться. Поэтому я очень рад, что наконец-то эта идея обрела дыхание, наконец начала реализовываться. Поэтому не сейчас возникла, это уже довольно давно идея существует.



Владимир Кара-Мурза: Означает ли это, что теперь атеистов не берут в движение «Наши» или среди активистов будет тест на свободу совести?



Борис Якеменко: Безусловно, дело в том, что движение «Наши» - это светское движение, не религиозное. Человек, находящийся в данном движении, волен исповедовать любую религию. Неслучайно это называется Православный корпус, то есть некое православное направление, в котором можно состоять, можно не состоять. Поэтому, безусловно, людей не будут определять по принадлежности к той или иной религии при приеме в движение. Об этом речи не может быть.



Владимир Кара-Мурза: Евгений Никифоров, руководитель православного общества «Радонеж», чувствует некоторую фальшь происходящего.



Евгений Никифоров: Когда мне говорят о комиссарах по церковной проблематике, комиссары, которые будут возглавлять церковное возрождение, оторопь берет от того, что люди стилистически настолько безвкусны, что не чувствуют этого противоречия и оскорбительного противоречия. Но в целом православная молодежь должна как-то организовываться. Но пока я не вижу естественной самоорганизации этой молодежи. Пока я вижу лишь одно, что наша молодежь может митинговать, выходить на какие-то организованные мероприятия исключительно за деньги. И как вся наша политическая жизнь, это попахивает какой-то политической проституцией. И мне это очень не нравится. Будь то или под православными лозунгами или под какими-то другими. Наша молодежь абсолютно аполитична и способна манифестировать только за деньги. Вот это, мне кажется, самое отвратительное.



Борис Якеменко: Что можно сказать? Термин «комиссары» довольно давно вызывает различного рода кривотолки. Следует напомнить, что это довольно распространенный термин на Западе, например. И никакого отношения необязательно его связывать с революционными годами. Кроме того, не стремимся мы возглавить православное возрождение, православное возрождение возглавляет Русская православная церковь. И если мы можем помочь Русской православной церкви, пусть даже в минимальной степени, мы сделаем все, что от нас зависит. Поэтому мы не стремимся стоять в авангарде этого процесса, мы не стремимся влиять каким-то образом на этот процесс. Наоборот, я всегда говорил и подчеркиваю это, в сегодняшней статье это было, что все, что будет делаться в данном направлении, будет делаться с благословения Русской православной церкви.



Владимир Кара-Мурза: Какие мероприятия будут проводиться в рамках этого Православного корпуса? В газете «Коммерсант» говорилось о какой-то школе на озере Селигер.



Борис Якеменко: Это не в рамках Православного корпуса. Дело в том, что уже не первый год на озере Селигер в июле месяце работает огромный образовательный форум под названием Селигер-2005, 2006 и 2007. На нем представлены все направления нашего движения, инновационные проекты, «Наша армия», «Уроки толерантности». То есть абсолютно все, чем занимаются в нашем движении, в миниатюре представлено там. В этом году там собирается 10 тысяч человек, которые будут реализовывать проекты, учиться, встречаться с известными людьми и среди них будет представлен в том числе и Православный корпус. Поэтому это не мероприятие конкретно православного направления, а просто в рамках этого огромного образовательного форума будет работать православная площадка.



Владимир Кара-Мурза: Максим Шевченко, ведущий программы Первого канала «Судите сами», руководитель Центра стратегических исследований религий и политики современного мира, полностью одобрил возникшую идею.



Максим Шевченко: Я к этому отношусь очень хорошо. Я всегда был сторонником того, чтобы политика основывалась не на каких-то отвлеченных ценностях, а чтобы политика основывалась на внятной понятной позиции. Религия дело свободное и мне трудно говорить о желании людей соединять веру и политику, что это плохо и что они не имеют права этого делать. Поскольку религия - это не какая-то отдельная идеология человека. Если человек верующий, то это является частью его души, частью его естества, частью его личности. Существует христианско-демократическая партия, христианско-демократическая молодежь, существует движение католической молодежи, которое достаточно политизировано в Италии, во Франции я сталкивался, в Америке существует очень мощное движение среди Республиканской партии, в основном, правда, они существуют в протестантской молодежи, в конце концов, может быть более внятного, нежели этика монотеистической религии, в данном случае христианства.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Санкт-Петербурга от радиослушателя Владимир.



Слушатель: Здравствуйте. У меня вопрос к гостю: патриарх благословил создание молодежного исламского корпуса молодежного, допустим, буддистского корпуса или это прерогатива православной молодежи?



Борис Якеменко: Мы должны отдавать себе отчет, что патриарх не может благословить создание исламского или буддистского корпуса. Дело в том, что мы, безусловно, направим в самое ближайшее время Святейшему патриарху Московскому и Всея Руси Алексию Второму письмо о том, где мы подробно изложим наши намерения. И дальше его личное дело, как выразить к этому свое отношение. Мы, разумеется, действуем строго в рамках тех законов и правил, которые устанавливает Русская православная церковь.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Георгия.



Слушатель: Добрый вечер, господа. Я хотел вопрос задать господину Якеменко: вы хотите создать Православный корпус, но ведь в России живут не только православные, но и мусульмане, и мусульмане неоднородны, и они видят развитие страны может быть в ином направлении. А как ваше движение в перспективе относится к позиции иудеев, которые поддерживают политику Израиля?



Борис Якеменко: Дело все в том, что мы не против того, чтобы в нашем движении функционировало исламское направление, иудейское направление, буддистское направление. Если такая инициатива появится, если в нашем движении окажется достаточное количество мусульман или иудеев или буддистов, которым необходимо будет такое направление и у них будет достаточно энергии, чтобы его возглавить и открыть, оно будет открыто. Потому что два года назад на Селигере выступали как представители Русской православной церкви, так и представители мусульманского духовенства. Мы открыты абсолютно для всех.



Владимир Кара-Мурза: Гейдар Джемаль, председатель Исламского комитета России, предвидит создание новой инквизиции.



Гейдар Джемаль: Движение «Наши» расставляет все точки на i и прямым текстом прописывается, что политическим хозяином сегодняшней России является банда клерикалов и прокреликальных реакционеров, которые организуют своеобразный вид инквизиции, своеобразную политику цепных псов, которую можно было раньше выдавать просто за своих сторонников, а теперь после этого шага нельзя скрыть и придется сознаться, что да, возрождена опричнина в той ее карикатурной форме, которую замечательно описал в своем памфлете Сорокин.



Борис Якеменко: Когда Маяковскому, например, на знаменитых диспутах говорили, что вас забудут через сто лет, он говорил: зайдите через двести, поговорим. Вот пусть господин Джемаль через десять лет посмотрит, что получится из Православного корпуса - опричнина или что-нибудь еще, тогда будем говорить. В настоящее время что можно ответить на подобную реплику?



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвичку Аллу Павловну.



Слушательница: Здравствуйте, господа. У меня два вопроса, очень прошу их выслушать и конкретно ответить на оба. Вы собираетесь встречаться, развлекаться, учиться и тренироваться. На какие деньги?



Борис Якеменко: Давно хорошо известно, эти вопросы задаются постоянно. Это национально ориентированный патриотический бизнес, который помогает существовать нашему движению. Потому что он всегда был, есть и будет. Мы многократно отвечали на эти вопросы, называли конкретные фирмы и поэтому я предлагаю просто отсылаю всех к интервью того же руководителя движения Василия Якеменко, который на эти вопросы многократно отвечал.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Петра.



Слушатель: Добрый вечер. Уважаемый Борис, скажите, пожалуйста, у меня тетушка ветеран, участник Великой Отечественной войны, ей 86 лет уже. Когда она жила в городе Риге, то каждый год 9 мая являлись молодые русскоязычные люди, вручали цветы, иногда пили чай с вареньем, вручали поздравления. Я не наблюдал в этом году никаких действий со стороны уважаемых «Наших» такого плана. Просто в почтовый ящик было брошено поздравление за подписью Путина, имя отчество было указано верно. Вы не хотели бы подключиться к такому благородному делу?



Борис Якеменко: Вы знаете, такое благородное дело у нас делается каждый год. Вспомните акцию «Наша Победа», которая два года назад собрала 70 тысяч человек на Ленинском проспекте. И суть ее была очень простая: мы благодарили ветеранов за ту победу, которую они для нас завоевали. Одна из последних тоже 70-тысячная акция на проспекте Сахарова называлась «Возвращенный праздник». Она прошла в декабре прошлого года. Мы возвращали ветеранам потерянный на войне 1942 новый год, мы поздравляли, дарили подарки ездили по ветеранским домам, по отдельным квартирам и так далее. Эта тема была, есть и будет одной из самых важных в нашем движении. Неслучайно движение называется антифашистское. А больших антифашистов в нашей стране, чем ветераны, нет. Поэтому мы ни на минуту не забывали, чем мы им обязаны.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Николая.



Слушатель: Доброй ночи всем. Не каждый родитель близнецов-братьев отличит, как вы отличаете «Идущих вместе наших» или «Наших идущих вместе» друг от дружки? И сейчас церкви объединились, не хотите ли сделать, пользуясь поддержкой зарубежной церкви, «Наших» за рубежом? Вопрос такого порядка: Доренко и некоторые другие рассказывают о наших правителях, говорят, что не было русских никогда, Хрущев не русский, а Брежнев вообще иранец. Сейчас прошел слух, что Якименко тоже из Ирана. Это правда?



Борис Якеменко: Я недавно, будучи на акции, слышал, мне рассказывала одна дама, что Василий, то есть иными словами мой брат, внук Троцкого. Я постеснялся ей признаться, что я в таком случае тоже внук Троцкого. И выслушал очень интересные эпизоды из нашей несуществующей биографии. Давайте оставим эти версии, которые рождались у музея Ленина на цепочках анпиловских, тем, кто их рождает, и не будем опускать до их обсуждения.



Владимир Кара-Мурза: Первая часть вопроса радиослушатель говорил, как нелегко отличить молодежные движения. Чувствуете ли вы конкуренцию со стороны движения «Молодая гвардия», которой руководит Иван Демидов, ведущий, создатель телеканала «Спас»?



Борис Якеменко: Нет, мы не чувствуем никакой конкуренции. Мало того, мне вообще представляется, что в вопросе православия, привития к нему определенного уважения, привлечения внимания, вообще не может быть, наверное, конкуренции. Если все эти люди действуют с благословления Русской православной церкви, они не могут быть конкурентами. Поэтому я убежден, что среди десятков православных молодежных движений мы не должны будем встретить никакой конкуренции и сами не составим такой конкуренции.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Александра Ивановича.



Слушатель: Добрый день. Я хочу задать вопрос гостю. Судя по программе, Православный корпус очень похож на программу Союза русского народа в начале 20 века. Что же вы испугались прежнего названия? Маскируетесь?



Борис Якеменко: Какого прежнего названия?



Владимир Кара-Мурза: Союз русского народа, кстати, пусть в нелегальной форме, как раз существует.



Борис Якеменко: А какое отношение имеет к нашему Православному корпусу? Мы раньше назывались Союзом русского народа? Я не понял вопрос.



Владимир Кара-Мурза: Иронически спрашивает слушатель, зачем маскироваться, не лучше ли было назвать союзом Михаила архангела или Союз русского народа.



Борис Якеменко: То есть уважаемый слушатель считает, что любая попытка заговорить о православии сразу же равна формуле «бей жидов, спасай Россию»? Я не готов разделить эту точку зрения. А кроме всего прочего, если уж об этом судить, то, наверное, слушатель должен был видеть программу нашего движения. Если он готов поделиться какими-то положениями, я готов прокомментировать.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем Валерия из северной столицы.



Слушатель: Здравствуйте. Я бы хотел задать вопрос так называемому комиссару Якеменко. Пусть он ответит, состоялась ли встреча с представителем ООН Дмитрием Корчинским, который участвовал в истязании офицеров и солдат нашей армии на Кавказе? Что объединяет этого бандита с западной Украины с так называемыми «нашистами»? На Селигере была встреча.



Борис Якеменко: Не состоялась. Эта версия гуляет в изобилии по интернету, даже в некоторых газетах. Ее не было.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем Владимира Александровича из Междуреченска.



Слушатель: Здравствуйте. Известно ли вам, что церковь в России отделена от государства, школы почти все являются государственными.



Борис Якеменко: Известно, безусловно.



Владимир Кара-Мурза: Очевидно, намекает радиослушатель на один пассаж из сегодняшней статьи в «Коммерсанте», что ваши активисты будут вести уроки православия в школах.



Борис Якеменко: Да, основы православной культуры. Это нисколько не входит в противоречие с существующим законодательством, потому что мы понимаем, что такое церковь отделена от государства. То есть церковь не выбирает священнослужителей в парламент, церковь имеет собственную систему налогообложения, зарплаты, законодательство. То есть в этом смысле она отделена от государства. Но церковь не отделена от общества. Это мы обязаны помнить. Церковь не только не отделена, а церковь обязана первой отвечать на все запросы общества. И в связи с этим никоим нарушением законодательства не является тем более добровольное и факультативное преподавание основ православной культуры в школе. Поэтому я не вижу здесь никакого противоречия с существующим законодательством.



Владимир Кара-Мурза: Известный аргумент ваших противников, что школы построены на налоги и представителей других конфессий, и зарплаты учителям идут из госбюджета, куда стекаются эти же поступления от всех вероисповеданий. А вы хотите преподавать там только православную культуру.



Борис Якеменко: Дело в том, что мы должны помнить, что, начав преподавать основы православной культуры, мы нисколько не закрываем этим дорогу представителям всех остальных религий. Я еще раз подчеркиваю, это добровольная инициатива, она будет зиждиться на том, захочет директор той или иной школы видеть нас в своем учебном заведении или нет, придет один человек или двадцать человек. То есть речь идет только об этом. И я еще раз подчеркиваю, что это не в основной сетке часов, а за ней, это факультатив и так далее. Поэтому если бы кому-то еще из других конфессий нужно было бы то же самое, они имеют полное право придти и точно так же заявить о своем желании ознакомить с основами своего предмета. Поэтому я не вижу никакого противоречия.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвички Нины Александровны.



Слушательница: Вы знаете, меня поражает и радует такое единодушное отрицание не поддержка вот это безумной сумасшедшей идеи. Все в один голос говорят, что они не хотят. Сава богу, может быть кто-то прислушается и откажется от этого.



Владимир Кара-Мурза: Видите, сколько людей, столько мнений.



Борис Якеменко: Безусловно. Мы вольны как прислушиваться в данном случае к этому мнению, так и не прислушиваться к нему.



Владимир Кара-Мурза: Отец Глеб Якунин, член Московской Хельсинской группы, бывший народный депутат России, считает опасным слияние религии и политики.



Глеб Якунин: Движение «Наших» и вот этот Православный корпус опасны в том, что они из себя будут представлять не просто церковный комсомол, а даже нечто наподобие стражей исламской революции. И вот эта энергия, которая бурлит в них, большая опасность, что будет способствовать дальнейшему огосударствливанию православной церкви. Опасность в том, что они будут заниматься не просвещением религиозным, а борьбой с еретиками, инакомыслием. Московская патриархия находится в определенном кризисе. Призыв митрополита Кирилла, который реально говорит о том, что молодежи нет в церкви, потому что Московская патриархия обрядоверческая структура, а молодежь больше интересуется идеями, содержанием религиозным, а не внешними обрядами. Это очень важный фактор.



Борис Якеменко: Я отдаю себе отчет, что для господина Якунина вообще все, что делает Русская православная церковь, чревато самыми тяжелыми последствиями. Мы еще ничего не сделали. Как в известном фильме: ничего не сделал только вошел. А уже ясно, что мы будем опричниками, чем мы будем заниматься, кого будем душить и давить. То есть уже очень четко расписано. И сразу должен заявить, причем очень ответственно, как руководитель, что мы обманем все эти ожидания.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Армавира от радиослушателя Сергея.



Слушатель: Добрый вечер. Вы знаете, Борис, вы сейчас разжигаете религиозную нетерпимость, вы лезете в православные дела. То ваш брат Василий поднял людей, защищали памятник в Эстонии. Его не поломали, его перенесли. Вы бы после этого, он хоть в Африке был, проехали бы и поклонились этому памятнику, раз так защищали его. Я читал Сорокина все книги его, это прекрасный просто писатель, а вы рвали книги, издевались над писателем. И сейчас лезете в православие. Зачем вы это делаете? Вы бы со своим братом посещали бы синагогу спокойно и все.



Борис Якеменко: С этого надо было начинать - с последней фразы, запоминается последняя фраза. Дело в том, что я отдаю себе отчет в том, что наша православная деятельность тесным образом связана с писателем Сорокиным. Но опять же должен подчеркнуть, что никакой религиозной нетерпимости, ничего того, что жаждут от меня услышать слушатели, нет. Я еще раз напоминаю о том, что двери открыты абсолютно для всех конфессий, разумеется, за исключением тоталитарных сект и так далее. Мы со всеми готовы сотрудничать и имеем опыт подобного рода сотрудничества. Поэтому мы выступаем в день Холокоста, поминаем евреев погибших, мы отмечаем и обращаем внимание на ключевые православные даты истории. Поэтому еще раз подчеркиваю, что ни о какой нетерпимости речь не идет.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Калининградской области от Розы Алимовны.



Слушательница: Добрый вечер. Свой вопрос я адресую господину Якеменко: объясните, не боитесь ли вы, что своими безрассудными затеями создать какой-то религиозный корпус вы можете спровоцировать других религиозных деятелей создать альтернативный дивизион? Например, мусульмане. Я уверяю, что нам это скоро не понравится и вызовет ответную реакцию.



Борис Якеменко: Я наоборот считаю, что если наша активная православная действующая молодежь вызовет подобного рода реакцию у других религиозных конфессий, они тоже захотят, чтобы мусульманские дети, которые может быть мусульмане по рождению, но не по религии, не имеют возможности, не знали о своей религии после этого захотят о ней узнать, они придут к ним и станут рассказывать, я буду только приветствовать, если эта инициатива разбужена. Я отнюдь этого не боюсь. Почему-то любое движение в области религии воспринимается как фундаменталистская потуга ,которая обязательно приведет к Варфоломеевским ночам, кострам инквизиции и так далее. Я убедился на том же Селигере, когда два священнослужителя, выступая друг за другом, говорили фактически об одном и том же, говорили прекрасно и видно было, насколько с большим энтузиазмом воспринимали то, что они говорили. Поэтому я не боюсь этого, как сказано было давно кем-то из классиков: перегородки между религиями не достигают до неба.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Сергея Ивановича.



Слушатель: Добрый вечер. Я бы хотел тоже задать вопрос. Жизненный опыт, мне 60 лет говорит следующее: я был в комсомоле, был комиссаром студенческого строительного отряда, в котором был не один человек, не два и даже не сто. И наблюдал не раз, когда работал секретарем комсомольской организации, что на самом деле все эти придумки, которые наверху придумывали, к жизни не имели никакого отношения. То, что было в «Комсомольской правде», было только в ней, внизу ничего не было. То, что придумывал Гайдар, было интересно, но это не выходило ни в коем случае в жизнь, это были придумки. Я думаю, эти придумки основывались на плохом знании общества - это основа. А чем это питается, причины, которые это вызывают, наверное, какие-то есть. Поскольку надо вопрос сформулировать, я бы сформулировал так: вы что, всерьез уверены, что в корпус православный придут люди из других религий?



Владимир Кара-Мурза: Имеется в виду Аркадий Гайдар, наверное, про тимуровское движение вспоминал наш слушатель старшего возраста.



Борис Якеменко: Мне в голову не приходило о том, что в Православный корпус придут люди из других религий. Если они придут ознакомиться с православием, мы их с удовольствием примем. Но если они придут говорить об исламе, мы им предложим создать рядом с нами параллельное движение, опять же конфликта не будет. Поэтому я не вижу никакой проблемы.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Смоленской области от Людмилы Ивановны.



Слушательница: Ночи доброй. Вашему гостю хочу задать вопрос и вот что сказать. Мне 68 лет, но не об этом. Говорил ли кто вам, что «Единая Россия» и эти отпочковавшиеся молодежные организации, что вы нахлебники на шее у народа. Что вы рядитесь как ряженые при голодных детях. Вы чистой воды карьерист. Даже согласование падежей проверьте. У карьериста речь должна быть грамотная. Это во-первых. Вопрос заключается вот в чем: не хотелось ли вам когда-нибудь поднять голос, коль вы учреждены, в защиту армянского народа?



Борис Якеменко: Дело в том, что первая часть, речь, не знаю, нужно обращать на нее внимание или нет. Вряд ли. Потому что чтобы опровергнуть все, что было сказать, нужно всю историю движения рассказать. Что касается защиты армянского народа, я думаю, что придет время, успеем защитить и армянский народ. Но для начала мне представляется, что речь идет о том, прежде всего, о защите русскоязычного населения, которое на протяжении 90 годов полностью эти интересы игнорировались. И в этом отношении такой непочатый край работы, что нам пришлось создавать огромное федеральное направление под названием «Уроки дружбы» для того, чтобы привить русских школьникам и студентам уважение к другим нациям и в данном случае мы защищаем эти народы и в свою очередь привить им уважение к русскому народу. Мы ведем огромную работу в этом направлении и поэтому нужно внимательно присматриваться к тому, что мы делаем.



Владимир Кара-Мурза: Означают ли ваши слова то, что движение «Наши» из политического превращается еще в своего рода национальное?



Борис Якеменко: Дело в том, что национальная, именно национальная составляющая присутствует. Потому что мы отдаем себе отчет в том, что если мы взаимообогащаемся, то, безусловно, любому представителю из стран СНГ или малых народов ему так же важно знать все о русских, так же как и нам важно знать, с кем мы жили на протяжении сотен и иногда и более тысячи лет. Поэтому, безусловно, для нас эта составляющая важна внутреннего национального воспитания, уважения и воспитания уважения и к нам, и к тем, кто живет рядом с нами.



Владимир Кара-Мурза: Отец Георгий Эдельштейн, священник Костромской епархии Русской православной церкви, не приемлет политизации веры.



Георгий Эдельштейн: Мне совершенно чуждо то, что говорят и делают представители движения «Наши». Соединение политики с церковью всегда вред. Чем более политизирована церковь, тем менее она следует заветам Христа, тем менее эта церковь христианская. Кроме того движение «Наши» – это молодежная группа, филиал партии «Единая Россия». Я думаю, что партия «Единая Россия» - это одно, а христианство - это другое. Именно эта организация недавно что-то делала возле эстонского посольства в Москве. Это просто группа хулиганов, политическая молодежная организация, что-то вроде комсомола 21 века, что партия велит, то они и делают. Если помните: партия велела, комсомол ответил «есть». Сегодня модно соединяться, быть филиалом православной церкви. Мода остается модой, христианство остается христианством.



Борис Якеменко: Здесь можно сказать, если говорить коротко, мода на православие прошла в конце 90 годов – это хорошо известно, сейчас нет бурного притока людей в церковь. То есть люди начали очень трезво к этому относиться, в церкви остались те, кто хотел быть с ней. Это первое. Кроме всего прочего не следует забывать, что мы никогда не имели отношения к «Единой России». Мало того, если рассматривать ситуацию около эстонского посольства, то именно нежелание депутатов и их чрезвычайно вялая позиция заставила нас выйти к эстонскому посольству. Если бы позиция была более четкая и определенная, вполне возможно, что не было бы необходимости организовывать общественный протест, выходить к эстонскому посольству с тем, чтобы показать что на этот раз просто так заболтать эту тему не удастся. Поэтому это набор определенных штампов, которые зачастую воспринимаются из либеральных изданий, не слишком утруждающих себя поиском фактов.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвичку Татьяну.



Слушательница: Здравствуйте. Нам известно, что памятник перенесли в Химках как вандалы, перенесли в Апрелевке, почему-то ваш братец устроил вакханалию и истерику у эстонского посольства.



Борис Якеменко: Понять бы еще, какое отношение имеет к Православному корпусу. Опять же если в двух словах, то, то, что делается у нас в стране - это наше личное дело. И если это делается не по правилам и не по законам, то нужно искать виновных и разбираться. Насколько я понимаю, были произведены перезахоронения, согласованные с советом ветеранов, мы изучали эту историю. Что касается Эстонии, она тоже имела права перенести памятник - это и собственность. Если бы это было сделано уважительно, с соответствующим отданием почестей, то никакого резонанса бы не было. Но когда премьер-министр сказал, что под памятником лежат пьяницы и мародеры, дороги назад уже не было. Поэтому в этом существенная разница между тем, что происходит там и здесь.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Игоря Анатольевича.



Слушатель: Добрый вечер. Борис, тут такие нападки. Я сначала скажу, что на Гейдара не обижайтесь, у меня хранится газета «Правда», где он призывал всех объединяться под знаменами ислама, а вы у него конкуренты. Я отношусь к зарубежной церкви, которая не признала объединения. Скажите, пожалуйста, с этих позиций, насколько ваши идеологические наставники разрешают прикасаться к теме анафемы патриарха Тихона, ведь она же существует, и к теме 28 года измены Сергия Старогородского.



Борис Якеменко: Во-первых, не 28, а 27 года - это знаменитая декларация патриарха Сергия. Что касается анафемы патриарха Тихона, то единства мнений на этот счет нет. Есть действительно текста заявления патриарха Тихона, в котором он говорит «анафематствуем вас». При этом часть историков, которые занимаются историей церкви, считают, что анафема касалась обеих сторон, то есть всех, кто проливает кровь, не только большевиков. Анафемы должны утверждаться соборно. Второе, что касается декларации патриарха Сергия, есть определенный штамп, большинство людей ее не читали декларацию, ее можно прочесть даже в тех изданиях, которые выходили в советское время «Патриарх Сергий и его духовное наследство». Там говорится буквально о благословении советской власти и о полной поддержке советской власти. Почитайте внимательно не газеты и не соответствующие книги, а сам текст декларации митрополита Сергия, вы поймете, что формулировки крайне мягкие, а не которые обычно представляются, как якобы взятые из текста.



Владимир Кара-Мурза: С кем из священников вы сотрудничаете или может быть кто-то постоянно курирует вашу организацию из числа пастырей Русской православной церкви?



Борис Якеменко: Пока еще никто не курирует это направление. Но я буду стремиться к тому, чтобы духовный контроль осуществлялся, я подчеркиваю, что мы не собираемся самостийно выделять проблемы и с ними бороться, потому что мы так далеко зайдем. С нами давно сотрудничает отец Андрей Кураев, он читал лекции на Селигере, он читал лекции в Высшей школе управления, в высшем учебном заведении. Недавно с активом нашего движения встречался руководитель отдела внешних церковных связей митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл, которого я поставил в известность о создании этого корпуса. То есть в любом случае о нашей деятельности хорошо осведомлен отец Чаплин, заместитель митрополита Кирилла. То есть не является какой-то тайной. И естественно, если бы мы встретили любое отношение, от скептического до негативного в руководстве священноначалия Русской православной церкви, то мы бы постарались сделать все, чтобы действовать в соответствии с теми благословениями, которые были бы нами получены.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Дмитрия.



Слушатель: Добрый вечер. У меня первый вопрос короткий: сколько у вас в движении «Наши» народу?



Борис Якеменко: Народу в движении «Наши» на сегодняшний день более ста тысяч.



Слушатель: У вас одно название чего стоит - провокационное. Люди остальные, которые не в вашем движении, они уже не ваши. Так это сотни миллионов. Так? Второе: вы знаете, сколько лет продержались хунвейбины и чем они закончили?



Борис Якеменко: Я знаю, сколько лет продержались хунвейбины и чем они закончили. Мы, как известно, не бьем людей на улицах, не разрушаем памятники культуры. Эти аналогии весьма поверхностны и во многом идут от незнания исторической сути предмета. Поэтому следует иметь в виду, что движение у нас многочисленное, самое многочисленное на сегодняшний день и, будем так говорить, которое зиждется на основных принципах демократии. Мне здесь нечего стыдиться в этом вопросе.



Владимир Кара-Мурза: Справедливости ради, были зафиксированы случаи, когда активисты, которые назвались вашими активистами, избили, принесли тяжкие телесные повреждения активистам молодежных левацких группировок, бейсбольными битами били, потом звонили Владиславу Суркову - это зафиксировано милицейскими протоколами.



Борис Якеменко: Дело все в том, что эта версия мне хорошо известна, она не выдерживает критики, именно хотя бы потому, что когда на них обнаружились в момент избиения эти майки, хотя эти майки появились не сразу, а только часа через три, то есть, очевидно, кем-то было дано указание, то это напоминает анекдот о Штирлице, которые шел по улицам Берлина, а за ним волочился парашют и на голове была кубанка, прохожие оглядывались и думали: русский разведчик. А он не мог понять, в чем дело. То есть это была настолько топорно состряпанная ложь, что интересно, как она свое дело сделала, о ней сразу позабыли. Никакой критики не выдерживает. «Новая газета» публиковала списки тех, кто там присутствовал, они настолько не сходились с реальностью, легко проверялись фактически, что я еще раз подчеркиваю, что эта ложь была выдумана нацболами с подачи их кураторов, их финансистов и нигде и никогда не была подтверждена документально. Мало того, газеты, которые это утверждали, как, например, газета «Коммерсант» вынуждена была извиняться, официально совершенно публиковать опровержение. Так что здесь я не соглашусь.



Владимир Кара-Мурза: Я думаю, подобные дискуссии вас еще ожидают после создания Православного корпуса. Отец Михаил Ардов, настоятель храма мученика Николая Второго, уловил в происходящем знакомые нотки.



Михаил Ардов: Некоторое время тому назад я написал и опубликовал такую статью под названием «Фальшивая симфония», союз между современными казнокрадократами, которые сейчас находятся у власти, и такими же вороватыми архиереями Московской патриархии я называю фальшивой симфонией. Поэтому у партии власти их новорощенный доморощенный комсомол, если он будет себя представлять православным, то это оттолкнет от церкви очень многих искренних людей. Потому что тем, кто так предан современной казнокрадократии, у нормальных людей веры нет и быть не может.



Борис Якеменко: Приятно слышать, как Михаил Ардов забоится о Русской православной церкви, которую он несет на всех углах и говорит, что это просто сборище негодяев и так далее. И вдруг он забоится о том, чтобы это, упаси господь, не оттолкнуло от церкви наше деяние какую-то часть паствы. Можно не волноваться, потому что господин Якунин, что Эдельштейн, что Ардов - это известные церковные диссиденты, которые сделали диссидентство своей профессией. И поэтому мне вполне понятны все посылы и совершенно очевидно, что все печальные надежды, которые они на нас возлагают, в любом случае не осуществляться.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Сергея.



Слушатель: Доброй ночи. Скажите, ваш семейный подряд, вы все это делаете за деньги или у вас вдохновение есть?



Борис Якеменко: Вы знаете, я доцент Российского университета дружбы народов, преподаю историю средневековой русской культуры, русское средневековье, читаю спецкурс и так далее. Поэтому, что касается моей зарплаты, я получаю в университете и волноваться в данном случае мне не о чем. Поэтому вот, что можно ответить на этот вопрос. Я очень давно хотел, чтобы эта идея реализовалась, она начала реализовываться и поэтому мне достаточно того огромного удовольствия, которое я получаю, делая эту работу.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Сергея Александровича.



Слушатель: Здравствуйте. Короткая реплика и короткий вопрос. Начнем с того, что не дай Кремлю, не обложи Кремль данью православных олигархов, и ваше движение на следующий день сдуется и все разбегутся по норам ваши «нашисты». Второе: вы сказали про десять лет, поживем увидим, так вот через десять лет, если следовать вашему курсу, от нашей страны останутся рожки да ножки. Теперь вопрос: вы знаете, что благими намерениями, о чем вы рассказывали, куда дорога вымощена.



Борис Якеменко: Вопрос о перспективах нашей страны. Сегодня, по-моему, в «Известиях», сегодня сорок дней со дня смерти Ельцина, там четко было показано, какой путь прошла страна от начала 90 до того момента, в котором мы с вами находится. И абсолютно четки показаны точки роста, перспективы роста и это видно по общественному настроению, что страна ожила и страна движется в нужном направлении. А что касается, лиши нас финансирования, и все сразу развалится. Лиши инженера финансирования, который на заводе работает, он с голоду умрет, лиши шофера финансирования, он больше не будет водить машину. Не нужно прикидываться людьми, которые способны просто так чем-то заниматься и так далее. Идея в любом случае лежит в основе нашей деятельности. И никто не знает, собственно говоря, безусловно, что эта идея гораздо выше тех денег, которые в движении существует, которые люди получают. И вот опять когда вступаем в область предположения, а вот лиши, а вот развалится, я столько раз читал в либеральной прессе, что уже просто об этом смешно говорить.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвичку Людмилу.



Слушательница: Добрый вечер. Приятно слышать такие наивно-уверенные слова. Если вы действительно уверены в исходе положительном, как вы сказали о перспективах движения. Я среднестатистическая москвичка и россиянка средняя во всех отношениях и скажу вам, что верить во что-то надо. Но почему-то новое объединение нас всегда разъединяет. Не надо никаких яростных названий, просто «Наши» надо расшифровать: давайте все, кто за Россию, вот сюда.



Борис Якеменко: Совершенно правильно: давайте все, кто за Россию, вот сюда. Это правильная четкая расшифровка термина «Наши». На самом деле есть настороженность, она воспитана годами, когда что-то делается, например, в особенности если в этом заподозрена власть и нужно опасливо относиться. На самом деле даже тот процесс объединения церквей, который сейчас произошел - это свидетельство колоссального движения вперед, выздоровления общества. Потому что это чуть ли не единственный церковный раскол, который уврачевался за столетие из всех расколов, которые существовали. А с другой стороны, у нас почему-то за годы либеральных реформ родилась идея, что вообще выступать в поддержку президента Путина и действующей власти - это чуть ли не предательство собственной страны, как будто мы выступаем в поддержку уругвайского или аргентинского президента. Мы не видим в этом никакого греха и не считаем это позорным поддерживать власть, которая делает все для того, чтобы наконец наша страна выбралась из той ситуации, в которой находилось.



Владимир Кара-Мурза: Судя по всему, это и будет кредо Православного корпуса, которым руководит наш гость Борис Якеменко.




XS
SM
MD
LG