Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

«Приключения Джерика». Хорошая детская книга для всех


Наталья Нусинова «Приключения Джерика», «Самокат», М. 2006 год

Наталья Нусинова «Приключения Джерика», «Самокат», М. 2006 год

Все дети имеют право любить собак. Все дети имеют право мечтать о собаке. И все дети имеют право просить, скулить, канючить, клянчить и приставать к родителям, чтобы им купили собаку. Им говорят: «Не нуди!», а они все равно нудят, вздыхают и жалуются на свою трудную судьбу и тяжкую долю до тех пор, пока собака не появится у них в доме, потому что их дело правое и рано или поздно они непременно победят в своей справедливой и честной борьбе за собаку.


— Это отрывок из книги Натальи Нусиновой «Приключения Джерика». Джерик — фокстерьер, который играл главную роль в фильме Ролана Быкова «Внимание, черепаха!». Сценарий его в соавторстве с Семеном Лунгиным написал Илья Нусинов, хозяин собаки и отец двух девочек, одна из которых — известный киновед, доктор искусствоведения, серьезный специалист — неожиданно написала книгу для детей, книгу о своей семье, членом которой был веселый и отважный Джерик.


Говорит Наталья Нусинова: «Просто все мы родом из детства, как известно. Самая важная часть жизни любого человека. На самом деле, все закладывается в детстве, в семье. Потом, когда проходит время, мы это вспоминаем с тоской, с ностальгией. И мы не думаем о том, какое время было на дворе. Или, несмотря на то, какое время было на дворе, — семья и любовь, которую мы получаем с первых дней нашей жизни на этой земле, особенно важны. Может быть, тогда особенно она защищала нас от агрессии этого внешнего мира, от всего того кошмара, который нас окружал, и который сейчас вот здесь, в книжке, вспоминается и с иронией, и с насмешкой, потому что это уже не часть нашей сегодняшней жизни. Это уже, действительно, рассказ о какой-то другой эпохе, о другом веке».


Наталья Нусинова написала книгу о советском детстве, но только это советское детство описано правдиво, без фальшивой ностальгии. «Во дворе своего московского дома, — пишет Нусинова о себе и сестре, — эти девочки вдруг услышат, что они не такие как все, что они полукровки и внучки врага народа».


Когда в маленькую Чехословакию ввели танки за то, что она хотела жить по-своему, российской интеллигенции стало очень стыдно за свое правительство. Многие решили уехать за границу насовсем — их старались не отпустить. Некоторые протестовали, и их называли диссидентами и сажали в тюрьмы. А большинство порядочных людей просто старались быть подальше от политики, не вступать в партию, не участвовать в подлостях. Не участвовать — это тоже была форма протеста.
Как мы узнали гораздо позже, потому что от нас это скрывали, чтобы мы не рассказали в школе, наш папа и его соавтор были «подписанты» — это значит, что они подписали одно коллективное письмо к правительству в защиту инакомыслящих, людей, которые были этому правительству неугодны. И за это они долго были без работы, их пьесы не шли в театрах, а сценарии были запрещены к постановке. И это была одна из причин, по которой они написали сценарий «Внимание, черепаха!» — невинную и добрую комедию о первоклашках, которые спасают черепаху от своих одноклассников, решивших подложить ее под гусеницы танка ради научного эксперимента для испытания крепости ее панциря. Семен Лунгин и Илья Нусинов написали тот сценарий потому, что они действительно любили детей и хотели, что они росли добрыми и свободными, но еще и потому, что они не могли больше сидеть без работы и решили отойти на время от всякой политики.
Каково же было всеобщее удивление, когда в Министерстве кинематографии начали говорить, что «Внимание, черепаха!» — это наверняка намек на недавние события в Чехословакии, фильм про то, как большой советский танк пытается раздавить своими гусеницами маленькое беззащитное существо, название которого начинается на букву «Ч».


«В первую очередь это кинематографические ассоциации. Там есть отсылки к разным фильмам, киносюжетам, к мотивам. Они скрыты. Это, наверное, мои коллеги кто-то угадает, кто-то не угадает. Мне интересно, что расшифруют, что не расшифруют. Я думаю, что внутренне это все книги моего детства. Где-то вспоминаешь Карлсона, где-то вспоминаешь Наталью Дурову "Ваш номер", Джека Лондона я где-то могу вспомнить в связи с этой книжкой.


Я ее писала не для печати. Я сдала в типографию большую исследовательскую работу о кинематографе русской эмиграции, которая потом стала основой моей докторской диссертации, книга, над которой я работала 15 лет. Страшно усталая, после этого поехала к себе на дачу, на озеро Селигер, 400 километров от Москвы, в жаркий летний день. Легла там под елочкой и стала играть с новым компьютером, ноутбуком. И стала набрасывать такие забавные истории, неожиданно для самой себя, просто развлекаясь и отдыхая от тяжелой работы. А потом примерно через год я к этому вернулась и отправила текст во Францию, своей университетской подруге, которая там сейчас живет и которая прекрасный филолог, переводчик и, в том числе, специалист по детской литературе. И ей очень понравилось, ей и ее детям, и они стали меня подталкивать, чтобы я писала дальше», — говорит Наталья Нусинова.


Книга написана с замечательным юмором. Вот, например, соседки пожаловались в милицию, что собака лает слишком громко.


Мама открыла дверь. Вместо Деда Мороза на пороге стоял милиционер. А внизу притаились воспитательницы и лавочницы, потирая ручки и ожидая, что вот сейчас Джерика арестуют и посадят в тюрьму. Милиционер вошел и сказал грозно:
— Поступила информация, что у вас собака.
И посмотрел на маму. А мама улыбнулась и сказала:
— Да, правда. А у вас?
И тогда милиционер вдруг увидел, какая мама красивая, растерялся и сказал: — Нет, у меня хомяк.
А мама ему сказала:
— Ничего, вы не расстраивайтесь, у вас тоже когда-нибудь обязательно будет собака. У нас тоже вначале были только золотые рыбки и гуппи. А теперь вот — собака.
— Вы думаете? — спросил милиционер и тоже улыбнулся, глядя, как Джерик прыгает рядом. Но тут он вспомнил, зачем пришел, потому что Джерик как-то очень уж настойчиво обнюхивал его сапоги и особенно брюки, и даже делал стойку, ведь он был охотничий. А милиционер обиделся, потому что он не хотел, чтобы мама подумала, что он плохо пахнет, и тогда он опять превратился в грозного стража порядка и сказал:
— Но ваша собака лает.
А мама удивилась и сказала:
— Но ведь он же не кошка, чтобы мяукать.
— Это правда, — сказал милиционер, — но соседки жалуются.
— Это из-за того, что они вечно ругаются и кричат друг на друга, — сказала мама. — А наш Джерик следит за порядком, а они это не ценят.
— Это никто не ценит, — сказал милиционер и вздохнул. И посмотрел на Джерика как на коллегу.
— Вас все обязательно оценят, — сказала мама и опять улыбнулась.
— А вы ему сахар даете? — спросил милиционер.
— Сахар? Немножко. Очень редко, только по праздникам или когда очень просит. Или просто так, — объяснили мы с Таней. — Он его любит, но ему для глаз вредно. Самое главное — не давать сыр, а то у него нюх пропадет. Это же охотничья собака.
— Надо же, — сказал милиционер и посмотрел на Джерика с уважением. — Но все-таки пусть он потише лает.
— Хорошо, — сказали мы, — он будет лаять потише. А у вас обязательно когда-нибудь будет собака.
— Я хочу добермана, — сказал милиционер, — потому что по-немецки это значит — «добрый человек».
— Мы не понимаем по-немецки, — сказали мы, — мы французский учим.
— Плохо, девочки, — строго сказал милиционер. — В ваши годы мы лучше учились.
Мы пообещали исправиться, чтобы, когда вырастем, стать как он. А милиционер попрощался с мамой, потрепал Джерика за ухом, надел фуражку и с гордым видом стал спускаться по лестнице.


В книге «Приключения Джерика» есть специальный словарь, где автор Наталья Нусинова объясняет некоторые полузабытые термины советской эпохи.


Выездная комиссия — комиссия, которая должна решить, кому надо, а кому не надо ехать за границу. Это неважно было, что человек едет за свои деньги и в свой отпуск. Важно, чтобы он за границей сумел дать отпор буржуазной пропаганде, и еще чтобы он сумел достойно представить свою родину. И главное, чтобы он за границей не остался, не подвел тех, кто ему разрешил выехать. А то многие думали про себя то, что сказала своей бабушке вслух одна маленькая девочка по прозвищу «Чижик», приехавшая в Париж. «Знаешь, бабушка, — сказала Чижик, — давай лучше будем жить здесь и никогда-никогда не вернемся на нашу родину». Поэтому выездная комиссия должна проявлять бдительность, и уж если выпускать человек, то строго проэкзаменовав его и проследив, чтобы на родине у него остались близкие люди, с которыми он не захочет навсегда расстаться. Это могут быть его дети или хотя бы родители. Мужья и жены ценились меньше. Хотя дороже всего советскому человеку, конечно же, сама его родина.


— Скажите, пожалуйста, вы имели в виду взрослых или детей, когда писали эту книгу?
— Мне кажется так, что любая детская книжка, если она неудачная, то она ни для кого. Если она удавшаяся, то она для всех. И любую хорошую детскую книжку взрослые читают с не меньшим удовольствием.


Наталья Нусинова «Приключения Джерика», «Самокат», М. 2006 год


XS
SM
MD
LG