Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Петербурге прошли общественные слушания на тему «Защита прав детей в психиатрических учреждениях и детских домах»


Программу ведет Кирилл Кобрин . Принимает участие корреспондент Радио Свобода Татьяна Вольтская .



Кирилл Кобрин : В Петербурге прошли общественные слушания на тему «Защита прав детей в психиатрических учреждениях и детских домах», где говорилось о необходимости общественного контроля в этих учреждениях, чтобы не допускать нынешних, тяжелейших нарушений. Рассказывает наш корреспондент Татьяна Вольтская.



Татьяна Вольтская : Основные права детей - пациентов психиатрической службы здравоохранения, детей, содержащихся в детских домах, и молодых людей, живущих в психоневрологических интернатах, - гарантированы Всеобщей декларацией прав человека, резолюцией Организации объединенных нацией, Европейской конвенцией о защите основных прав и свобод человека, Конвенцией о правах ребенка, российским Законом «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» и другими документами. Но, несмотря на обилие законов, эти права в России систематически нарушаются. О том, где именно это случается чаще всего, говорит исполнительный директор петербургской Гражданской комиссии по правам человека Роман Чорный.



Роман Чорный : Это госпитализация детей без их согласия за "плохое" поведение; лечение психотропными препаратами; ущерб здоровью детей, молодых людей из-за высоких дозировок препаратов и длительного применения; жестокое обращение в детских психиатрических учреждениях, в том числе необоснованно длительное содержание детей в психиатрических учреждениях; принуждение проживающих в психоневрологических интернатах женщин к тому, чтобы они делали аборты; отказ от предоставления точной информации об основаниях госпитализации, о проведенном лечении или о предоставлении формальных отписок; нарушение прав детей в детских домах для детей с задержкой психического развития и не информирование о правах пациента.



Татьяна Вольтская : Конкретных примеров очень много.



Роман Чорный : Николай Егоров сирота с детства. С 1984 по 1997 год находился в детском доме. По его сообщению, детей там обучали по спецпрограмме. Дети подвергались жестокому обращению. Детей физически наказывали, применяли психотропные препараты, гасили свет, ставили на колени на полчаса-час, душевую и туалет использовали, как темную каталажку, раздевали догола, накрывали одеялом и садились сверх, били по пяткам. За кражи били палкой по рукам. Применяли "купание" - руки за спину, ноги связывали и окунали головой вниз в воду, не давая дышать. За хулиганство кололи аминазин, некоторые другие препараты, от которых ему хотелось спать, и он чувствовал себя плохо. В психоневрологическом интернате номер 10 Николай Егоров отстаивал свои права и законные интересы. В наказание к Егорову применялись психотропные препараты.


Случай Дины Захаренковой. Дина проживала в психоневрологическом интернате номер 4 города Пушкин. В октябре 2001 года Захаренкова сообщила сотрудникам нашей комиссии об угрозах со стороны заместителя директора этого интерната госпожи Лихачевой. Тогда же господа Лихачева назначила Захаренковой Дине психотропные препараты, по нашему глубокому убеждению, за попытки Дины защищать свои права. Дина в письменном виде тогда отказалась от лечения. Препараты стали даваться ей в недобровольном порядке без судебного решения, то есть с нарушением закона Российской Федерации "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании".



Татьяна Вольтская : Нередки случаи, когда родители, желающие забрать своего ребенка из психоневрологического интерната, не могут этого сделать. Так происходит с Марией Ткачевой.



Мария Ткачева : Мы отдавали ребенка туда для того, чтобы он обучался. Мы хотели на пятидневку, но нам сказали, что лучше на постоянное.



Татьяна Вольтская : Вместе с Марией Ткачевой живет ее сестра - специально, чтобы помогать в присмотре за ребенком.



Сестра Марии Ткачевой : Наша главная проблема в том, что мы отдали ребенка в интернат для обучения, а не для того, чтобы из него делали овощ. Первые три дня, когда он у нас был дома, он был овощем. Они нам не отдают, мотивируя тем, что он прописан у них, он числится за ними, и мама не имеет никакого права вообще ребенка взять домой.



Татьяна Вольтская : О нарушения прав своего племянника, переведенного на закрытое отделение в одной из психиатрических клиник Петербурга, говорит Валентина Александрова.



Валентина Александрова : Главный врач сказал, что его перевели за антисоциальное поведение, а заведующая отделением даже не знает, как он сюда попал. Хотя сразу ему назначили большое количество лекарств, и дают в недобровольном порядке - завязывают руки. На мой вопрос заведующей отделением - от чего его лечат? почему ухудшилось его состояние? - он просто ответил - на моем отделении все получают такие препараты. Медперсонал не дает никакой информации о характере заболевания, длительности лечения, последствия, о точном диагнозе.




XS
SM
MD
LG