Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Петербурге работает Международный центр по реабилитации и социальной защите детей-беженцев


Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Татьяна Вольтская.



Кирилл Кобрин : 11 тысяч детей получили помощь в Международном центре по реабилитации и социальной защите детей-беженцев, который работает в Петербурге. Понятно, что нельзя помочь ребенку, не помогая его семье, поэтому работа в Центре ведется именно по этой линии. Центр был основан в 1990 году, но кажется, с тех пор проблем у беженцев не стало меньше. Рассказывает Татьяна Вольтская.



Татьяна Вольтская : Центр "Ласточка" появился после трагических событий в Баку. Основатель и генеральный директор центра Аделина Мнацаканова - сама беженка, чудом спасшаяся из ада. Она армянка, 25 лет проработала директором детского сада, спас ее азербайджанец, шофер, возивший в детский сад детей больших начальников. Она оказалась в Петербурге и решила, что вторая жизнь дана ей для того, чтобы спасать других. Началось с помощи прихожанам церкви Святого Воскресения на Васильевском острове, потом настоятель церкви отец Езрас благословил основать центр "Ласточка", чтобы помогать семьям беженцев любой веры. Сюда идут те, кто был вынужден покинуть свои дома в Азербайджане, Грузии, Абхазии, Приднестровье, Казахстане, Узбекистане, в большинстве случаев это русские семьи. О проблемах, с которыми они сталкиваются, говорит Аделина Мнацаканова.



Аделина Мнацаканова : Регистрировать родителей, дать им статус беженцев, хотя они настоящие беженцы. Это совершенно сейчас отпадает. Такой абсурдный закон! Ты должен поехать в другой город. От туда вернуться сюда, и чтобы тебя в аэропорту зарегистрировали. Вот на три месяца ты получишь регистрацию. Больше ты ни на что не рассчитывай. Потом опять вылетаешь куда-то, опять прилетаешь, опять три месяца. Раньше были гражданские лица во главе миграционной службы. Мне было легче с ними говорить, и им доказывать что-то. Сейчас во главе миграционной службы стоят люди в погонах. Они говорят - пункт закона нарушать мы не позволим. Какие-то скидки могут быть человеку, который потерял дом, все, что он имел, совершенно заболел, приезжает сюда к какому-то родственнику, а родственник говорит - я прописать не могу, ты не имеешь российского гражданства. А чтобы получить российское гражданство, надо здесь пожить 7 лет.



Татьяна Вольтская : Причем абсолютно неизвестно как - без всяких прав, не так ли?



Аделина Мнацаканова : На работу тебя не возьмут, в больницу не возьмут, потому что ты не зарегистрирован. Сил много уходит. Однако очень многих детей отвоевала я перед органами народного образования, что, друзья мои, это дети, а не какие-то изгои. Это дети наши, и вы обязаны принять в школу, по моему направлению принимать в школу, детский сад, ясли.



Татьяна Вольтская : Аделина Ашотовна, а почему вообще требуется направление? Разве каждый ребенок не имеет право учиться или посещать детский сад, даже в Москве и Петербурге, где беженцев больше всего?



Аделина Мнацаканова : Это города закрытые. Они не для того, чтобы всех, кому надо и не надо, приехать сюда. А эти люди бежали. Они морально убитые люди. Так вот дети не могут пойти в нормальную школу. В свое время, когда был председатель правительства области Густов Вадим Анатольевич, он очень хорошо к нам относился, с большим чувством такта. В свое время он дал очень многим беженцам общежития в 11 пунктах области. Даже в Выборге есть Первомайский поселок, где, я помню, сама ездила в этот Первомайский поселок и устраивала несколько беженцев среди стариков, чтобы они там жили. И вот эти старики такие радостные, что они обед готовят им, где были одинокие. И тем хорошо, и этим.


Какой безголовый чиновник крупный издал вот эти законы, что ты должен прописаться у кого-нибудь, а потом поживешь 7 лет, и мы тебе дадим российское гражданство? Какой посторонний человек пропишет эту семью из 6-7 человек? Чиновники не видят проблему бедного маленького человека. В этих семьях полная нищета.



Татьяна Вольтская : А если в такой семье талантливый ребенок, будущий художник, например? Выход придумал волонтер Центра "Ласточка", Сергей.



Сергей : У нас родилась такая мысль сделать такой фонд накопительный. Компания, в которой я работаю, есть такая возможность. Типа маленького нобелевского фонда, то есть один уехал, отучился, получил образование - себе диплом, а мы на эти деньги следующего направляем. Такие у нас планы.



Татьяна Вольтская : Так добрая воля отдельных людей противостоит чиновничьей машине и в отдельных случаях побеждает.



XS
SM
MD
LG