Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Родственникам беженцев из «горячих точек» СССР дают 7 лет на обретение прав


1990-й год. Армянские беженцы в Бакинском порту

1990-й год. Армянские беженцы в Бакинском порту

11 тысяч детей получили помощь в Международном центре по реабилитации и социальной защите детей-беженцев, который действует в Петербурге с 1990 года. Его сотрудники считают, что нельзя помочь ребенку, не помогая его семье, поэтому работа в Центре ведется именно по этой линии. 17-летний опыт работы показывает, что проблем у беженцев не стало меньше.


Центр «Ласточка» появился после трагических событий в Баку. Основатель и генеральный директор центра Аделина Мнацаканова - сама беженка, чудом спасшаяся из ада. Она армянка, 25 лет проработала директором детского сада, спас ее шофер-азербайджанец, возивший в детский сад детей больших начальников. Она оказалась в Петербурге и решила, что вторая жизнь дана ей для того, чтобы спасать других. Началось с помощи прихожанам армянской церкви на Васильевском острове, потом настоятель храма отец Езрас благословил основать центр «Ласточка», чтобы помогать семьям беженцев любой веры. Сюда идут те, кто был вынужден покинуть свои дома в Азербайджане, Грузии, Абхазии, Приднестровье, Казахстане, Узбекистане, в большинстве случаев это русские семьи.


- Регистрировать родителей, дать им статус беженцев, хотя они настоящие беженцы, сейчас очень трудно, - говорит Аделина Мнацаканова. - Такой абсурдный закон! Чтобы получить временную регистрацию, нужно предъявить авиационный билет. То есть человек должен поехать в другой город, оттуда вернуться, чтобы в аэропорту его зарегистрировали. И вот на три месяца он получает регистрацию. Больше ни на что не рассчитывай. Проходит три месяца, и нужно проделывать ту же процедуру. Раньше были гражданские лица во главе миграционной службы. Мне было легче с ними говорить, и им доказывать что-то. Сейчас во главе миграционной службы стоят люди в погонах. Они говорят - закон нарушать мы не позволим. Но ведь какие-то скидки могут быть человеку, который потерял дом, все, что он имел, при этом болен, приезжает сюда к какому-то родственнику, а родственник говорит - я прописать не могу, ты не имеешь российского гражданства. А чтобы получить российское гражданство, надо здесь пожить 7 лет.


- Причем прожить без всяких прав, не так ли?
- На работу тебя не возьмут, в больницу не возьмут, потому что ты не зарегистрирован. Сил много уходит. Однако очень многих детей отвоевала я перед органами народного образования, доказывая, что это дети, а не какие-то изгои. Это дети наши, говорю я чиновникам, и вы обязаны по нашему направлению принимать их в школу, детский сад, ясли.


- Почему, собственно, требуется направление? Разве каждый ребенок не имеет право учиться или посещать детский сад, даже в Москве и Петербурге, где беженцев больше всего?
- Это «закрытые» города. Они не для того, чтобы все, кому надо и не надо, могли приехать сюда. Но ведь речь о людях, которые бежали. Они морально убитые люди. И их дети к тому же не могут пойти в нормальную школу. В свое время, когда председателем правительства области был Вадим Густов, он очень хорошо к нам относился, с большим чувством такта. В свое время он дал очень многим беженцам общежития в 11 пунктах области. В Выборге есть Первомайский поселок, я сама устраивала туда несколько беженцев-стариков. И вот эти старики, многие из них одинокие, так рады, что им хотя бы они обед готовят там. Какой безголовый чиновник придумал законы, согласно которым ты должен прописаться у кого-нибудь, а потом поживешь 7 лет - и тебе даруют российское гражданство? И где беженцам взять столько родственников? Какой посторонний человек пропишет семью из 6-7 человек? Чиновники не видят проблему маленького человека. В этих семьях полная нищета.


Один из волонтеров центра «Ласточка» предложил создать накопительный фонд для поддержки талантливых детей из семей беженцев. Таким образом добрая воля отдельных людей противостоит чиновничьей машине и в отдельных случаях побеждает.


XS
SM
MD
LG