Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Открытие ММКФ. Строгий дресс-код


«Спасителем оказался Никита Михалков, лично распорядившийся обеспечить доступ разгневанных журналистов к "телу" Московского кинофестиваля».

«Спасителем оказался Никита Михалков, лично распорядившийся обеспечить доступ разгневанных журналистов к "телу" Московского кинофестиваля».

Состоялась церемония открытия XXIX Московского международного кинофестиваля. Первой наградой, врученной на фестивале, традиционно стала премия «За вклад в мировой кинематограф». Эмир Кустурица вручил ее Татьяне Самойловой и Алексею Баталову, сыгравшим главные роли в фильме «Летят журавли» пятьдесят лет назад.


С прошлого года в жизни фестиваля кое-что изменилось, а именно организатор. Это немедленно отразилось на жизни журналистов: два часа в очереди за аккредитацией, отсутствие каталогов. Ну, к этому не привыкать. Но на сей раз нас чуть было не лишили возможности видеть церемонию. Раньше в «Пушкинском» стояли мониторы, нынче их нет, а в зал нас пустить тоже не хотели. Спасителем оказался Никита Михалков, лично распорядившийся обеспечить доступ разгневанных журналистов к «телу» Московского кинофестиваля.


Дальше. Нам положено явиться в «Пушкинский» к пяти часам и сидеть в фойе до семи, то есть до начала церемонии. Так вот, в кинотеатре «Пушкинский» вообще нет еды, только «Русский стандарт» разливает коктейли с водкой, это, видимо, вместо успокоительного. Поп-корн, впрочем, продают. Представьте церемонию открытия - вот все сидят в зале с банками поп-корна и жуют. Хорошая реклама поп-корну, вряд ли Московскому кинофестивалю.


Но многие думают: может, не пускают нас из-за одежды? На сайте кинофестиваля висит предупреждение – строгий дресс-код: «классические костюмы, платья, желательно черный верх и белый низ. Неподобающе выглядящие журналисты независимо от наличия аккредитации, к сожалению, не смогут попасть на ковровую дорожку». Сначала это казалось шуткой, но при мне строгая охрана дала от ворот поворот интеллигентной женщине из газеты «Собеседник», одетой в модное прозрачное платье. Эти драконовские меры распространили только на журналистов, гости – известные актеры и режиссеры – шли по звездной дорожке, в чем хотели.


Слава Зайцев пришел в живописном красном сюртуке с драконами. На вопрос знает ли он, что грубо нарушил дресс-код, знаменитый модельер ответил: «А я сознательно это сделал. Я никогда не придерживаюсь никаких дресс-кодов».


В соответствии с требованиями дресс-кода зато была оформлена сцена: белый экран, белые огромные абажуры на черном фоне. Вообще, все как всегда – дежавю. Сначала – советник по культуре президента Российской Федерации, зовут его Юрий Лаптев, он поздравляет кинофестиваль от имени Путина. Потом появляется Юрий Лужков. Ну и так далее, и тому подобное. Вспоминают о 50-летии фильма Калатозова «Летят журавли», и кто-то гнусавым эстрадным голосом запевает дивную песню на стихи Расула Гамзатова «Мне кажется порою, что солдаты, с кровавых не пришедшие полей...», а на экране – кадры из фильма «Летят журавли», сравнения с которым современные фильмы не выдерживают.


Затем представляют членов жюри, имена которых могут что-то сказать только самым искушенным киноманам. Известна только Рената Литвинова.


Далее Никита Михалков вручает вериги, простите, цепь от «Carrera y Carrera» председателю жюри, австралийскому режиссеру Фреду Скепси, автору фильма «Русский дом». Скепси снимал картину в России 18 лет назад. Говорит, все изменилось.


Ну и наконец, доходит до первой премии «За вклад в мировой кинематограф». Ее вручает Эмир Кустурица. А премия вручена Татьяне Самойловой и Алексею Баталову, тем людям, которые снимались в фильме «Летят журавли».


По окончанию церемонии, впрочем, фотокорреспонденты преследуют не их, а Тину Канделаки. Все действительно изменилось.


XS
SM
MD
LG