Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

«Россияне считают, что оппозиция заботится не об их благе, а о своих интересах»


В России отсутствует публичная политика, и россияне с 90-х годов аполитичны

В России отсутствует публичная политика, и россияне с 90-х годов аполитичны

Большинство россиян не доверяют оппозиции, считают эксперты. Кроме того, сама оппозиция в России не имеет реальной силы из-за нынешнего политического устройства страны. К тому же слабость российского оппозиционного движения, по мнению политологов, обусловлена общей аполитичностью россиян. В России отсутствует публичная политика, и принимать реальные политические решения не может даже партия «Единая Россия», не говоря уже о «Яблоке» или КПРФ.


Так считает, в частности, эксперт Центра Карнеги Николай Петров, который дал интервью Радио Свобода:
- Мне кажется, в России слабая и постепенно исчезающая публичная политика вообще, а без публичной политики политическая оппозиция не может играть никакой существенной роли. Без нормальной оппозиции политическая система долго и стабильно существовать не может. И то, что мы видим сейчас, это какое-то такое замещение политической оппозиции разного рода внутриэлитными, клановыми, и прочими схватками, которые никак в целом заменить политическую оппозицию не могут.


- Что вы имеете в виду?
- Один клан, скажем, «чекистов» во главе с Игорем Сечиным борется с другим кланом – тех же «чекистов», но во главе уже с другими персонажами, когда они вместе или порознь противостоят так называемым «юристам» и так далее.


- Что вы можете сказать о деятельности, к примеру, коалиции «Другая Россия», о партии «Яблоко», о партии КПРФ? Их ведь тоже называют оппозицией?
- Начнем с «Другой России». Она играет, как мне кажется, важную роль, но не внутри политического процесса, а на очень далекой периферии, то есть ее роль заключается в том, чтобы привлечь внимание к тому, что нормальной политической оппозиции в стране нет, привлечь внимание к тем проблемам, которые, в принципе, должны обсуждаться публично, но не обсуждаются, и предложить какие-то идеи, скорее, на уровне лозунгов и самого общего плана предложений.
Что касается политических партий, которые вы упомянули, то их, с одной стороны, можно отнести к реальной политической оппозиции, но, с другой стороны, они тоже являются силами маргинальными, если смотреть на то, как устроена политическая система. То есть их возможности реально влиять на принятие решений или даже формировать повестку дня и предлагать не просто какие-то лозунги, но реальные программы, крайне ограничены. С одной стороны, эти партии практически не представлены в законодательной власти, а с другой стороны, у нас система парламентаризма достаточно ущербна, она устроена таким образом, что никакая сила, даже будучи очень хорошо представленной в парламенте, даже обладая контролем над парламентом, не может реализовывать те программы, те лозунги, с которыми она туда шла, в силу того, что роль парламента крайне невелика.


Большинство россиян в силу аполитичности относятся к деятельности оппозиции с недоумением, считает другой политолог - Святослав Каспэ:
- Видимо, следует задуматься о том, что вообще может быть источником силы оппозиции. И на уровне элементарной логики это две вещи: раскол в массах или раскол в элитах. Что касается первого, то его просто нет. В нашем обществе все еще существует достаточно широкий консенсус относительно актуальной политической ситуации, а содержание этого консенсуса определено прежде всего отторжением того, что было раньше, того самого периода, который принято без расшифровки называть 90-ми годами. Главный пункт этого консенсуса – это неприятие политики как таковой, это стремление устроить свою жизнь таким образом, чтобы политика ее по возможности не затрагивала. Это, кстати, важный момент: люди хотят не столько патерналистского поведения власти, не того, чтобы власть их плотно опекала, а чтобы этой власти по возможности не было видно, чтобы она не лезла в их жизнь. И вот эти общественным настроениям нынешняя власть в целом соответствует. Можно спорить о том, насколько продуктивная такая массовая позиция, насколько этот консенсус соответствует долгосрочным национальным интересам. С моей точки зрения, очень мало соответствует.


- Когда вы слышите словосочетание «российская оппозиция», вы прежде всего представляете какую организацию, может быть, политическую партию?
- Ну, здесь, конечно, интереснее было бы послушать мнение граждан, потому что я-то, как профессионал, представляю сразу всех в диапазоне от крайне левого фланга до «Другой России». Но, что я говорю сейчас, относится к любым политическим силам, которые так или иначе противопоставляют или намерены противопоставить себя в будущем существующему режиму и массовому консенсусу.


- Как вы думаете, российская власть имеет влияние на оппозицию?
- Это влияние, скорее, опосредованное. Оппозиция действует в том коридоре возможностей, который оставляет ей власть, с одной стороны, и массовые настроения с другой стороны. Чем плотнее соответствуют друг другу эти границы коридора возможностей, массовые настроения и действия власти, тем уже сам коридор, тем меньше возможностей для оппозиции.


- Как россияне относятся к оппозиции?
- По моим представлениям, россияне относятся к оппозиции прежде всего с недоумением, непониманием того, что, собственно, не нравится этим людям и чего они добиваются. И, во-вторых, с подозрением, что эти люди, эти политические партии заботятся не столько об общем благе, сколько о своих собственных интересах.


XS
SM
MD
LG