Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Нежный суровый Фрэнк Синатра


Сборник эссе «Фрэнк Синатра: человек, музыка, легенда». Под редакцией Джин Фукс и Рут Пригози

Сборник эссе «Фрэнк Синатра: человек, музыка, легенда». Под редакцией Джин Фукс и Рут Пригози

Непростой задаче — растолковать успех, открыть тайну магнетического обаяния самого любимого Америкой голоса — посвящен сборник эссе «Фрэнк Синтара: человек, музыка, легенда».


Jeanne Fuchs and Ruth Prigozy (editors). Frank Sinatra: The Man, the Music, the Legend — Сборник эссе «Фрэнк Синатра: человек, музыка, легенда». Под редакцией Джин Фукс и Рут Пригози


Фрэнка Синатру можно сравнить с лыжником-слаломистом на олимпийской дистанции. Вот он идет первым, потом посреди дистанции падает (так, что кажется, ему никогда не встать), его обгоняют все соперники, но незадолго до финиша он возникает из облака снежной пыли и под восторженные вопли болельщиков приходит первым.


В первый раз его слава пришла с войной, в начале 1940-х годов. С началом Большой войны гром «Больших оркестров» предыдущего десятилетия уже не соответствовал настроению американской публики, которой хотелось тепла, интимности и печали. А Синатра не пел (в принятом смысле этого слова), а напевал, и его нежный, текучий голос, дар романтической проникновенности, грустная искренность, мальчишеская угловатость и голубые глаза покорили слушателей тревожного и печального военного времени. Синатру обожали женщины и солдаты.


Фрэнк Синатра был кумиром публики целое десятилетие, но на рубеже 1950-х сломался. Критики и историки поп-музыки приводят много причин, но, вообще говоря, хватило бы каждой из них. Например, он потерял голос. Это случилось вскоре после его женитьбы в 1951 году на актрисе Аве Гарднер (событие в его жизни, которое само по себе было сравнимо разве что с землетрясением). Кроме того, похоже, что слава и деньги вскружили голову молодому человеку из Хобокена — бедного итальянского городка под Нью-Йорком. Кроме того, изменились после войны музыкальные вкусы массового слушателя.


Так или иначе, Фрэнк Синатра на три-четыре года практически исчез из американской поп-культуры. О его «возвращении на дистанцию» — рецензент сборника Бенджамин Шварц (Benjamin Schwarz):


Вдруг, в 1953-м году, Синатра снимается в замечательном фильме «Отсюда в вечность» в качестве драматического актера и получает «Оскара», хотя соревноваться ему приходится с такими звездами, как Берт Ланкастер и Монтгомери Клифт. В том же году, после лечения, он снова обретает голос, но не тот, который сделал его знаменитым — ему уже никогда не удастся восстановить неповторимых качеств его музыкального тона и поэтической интонации 40-х годов. Но он добивается гораздо большего. С помощью великого аранжировщика Нельсона Риддла Синатра меняет свою музыкальную личность. Он делает упор на богатстве интонаций зрелого человека, на ритмическом разнообразии, на более разговорных и интимных текстах. После опыта бурной и несчастливой любви он поет свои баллады с горечью, прямотой, но и, так сказать, со скупой мужской слезой. Шестнадцать альбомов, последовавших за его музыкальным возрождением, стали не только его собственным величайшим достижением, но они изменили вкус американской публики.


К сожалению! — на мой взгляд.


Однако поклонники «раннего Синатры», вроде меня, остаются в явном меньшинстве. Известный критик Риддл писал о новом музыкальном этапе Фрэнка Синатры:


Ава Гарднер научила Синатру петь мучительные песни. В середине жизни в нем проявилась возбуждающая смесь печали и энергии. В таких песнях, как «Ночь и день», «День приходит и уходит», «Старая дьяволица луна» и особенно в балладе «Я чувствую тебя всей кожей» он совместил браваду и панику, экзальтацию и неуверенность.


Критик Пит Хэммил назвал его «нежный суровый человек», и рецензент Бен Шварц считает, что именно этот, созданный Синатрой, образ стал «образцом мужественности для целого поколения американцев». Известный джазовый критик Гэри Годдинс писал о трансформации Синатры: «Важней всего то, что он стал взрослым, который поёт для взрослых».


На мой же вкус, в нем стало больше позы, чем настоящей взрослости. Но он, бесспорно, стал хорошим актером, и я не могу не согласиться со Шварцем, когда он пишет:


Синатра был сложным, противоречивым и, вероятно, опасным человеком. Его общение с убийцами, отношения с наркодельцами и с мафией, частые взрывы его убийственно яростного темперамента совмещались в нем с порывами щедрости, бескорыстного покровительства новым талантам и с неожиданной способностью к благородным порывам. Певец Сэмми Дэвис, который обязан Синатре успехом своей карьеры, сказал однажды: «При нынешней моде на приятность, открытость и добродушие, только два (очень разных) человека остались в стороне от стандарта «парнишки из соседнего дома»: Кэри Грант и Фрэнк Синатра.


Волны новой музыки прокатились по Америке, толпы новых певцов прошли по ней — от рок-н-ролла до рэпа, от Элвиса Пресли и Битлз до Селин Дион и Бритни Спирс. Но никто не забыл певца по прозвищу Blue Eyes — Голубые Глаза. Со временем имя «Фрэнк Синатра» стало символом жанра.


Jeanne Fuchs and Ruth Prigozy (editors). Frank Sinatra: The Man, the Music, the Legend


XS
SM
MD
LG