Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Подведение итогов телевизионного сезона


Анна Качкаева: Еще один телевизионный сезон позади. И телевидение отметило исторически спорный юбилей – 75-летие, и отпраздновало первое в истории столь масштабное награждение орденами и медалями своих сотрудников. Родилось новое суперохранительное ведомство, наблюдающее и контролирующее. Членов Академии российского телевидения стало почти 300, но ее покинули некоторые учредители. Доли в своем бизнесе продали многие иностранцы. «Рамблер», « MTV », «ТВ-3» теперь имеют новых владельцев. Телевизионная корпорация практически убедила себя в том, что она занимается всего лишь массовым бизнесом, а эксклюзивное обслуживание зрителя с запросами выведено на ночные задворки или производится за отдельные деньги на нишевых и специализированных каналах.


Сезон был индустриально активным, и судя по всему, для большинства игроков – успешным. Сделки по покупке и продаже телевизионных активов не прекращались, не утихали страсти по цифровизации, открывались новые каналы, бурно развивалось производство. Телевизионная топка требовала многого, и все больше – одинакового. Не обязательно качественного, но обязательно новенького, не обязательно глубокого, но обязательно неожиданного. Рейтинговое поголовье зрителей успешно удерживало только развлечение, и знак отражения действительности в данном случае был не важен. Хорошая цифра собирала и нарядное бравурно-звездное, и агрессивное криминально-трэшевое. Это был сезон торжества развлекательного переедания и информационной апатии, год рождения слогана «выключи мозги и включи «2х2» и демонстрации периферийных успехов круглосуточного канала «Вести 24».


Итак, сезон трех «Р» - рейтинг, развлечение, рынок – практически завершен. И мы по традиции, в который год уже подряд (страшно подумать, в какой, но, тем не менее, мы это делаем), журналисты, которые постоянно пишут о телевидении в ведущих российских изданиях, подводят сегодня итоги телесезона.


Сегодня со мной в студии - Арина Бородина, обозреватель газеты «КоммерсантЪ», Юлия Ларина, обозреватель журнала «Огонек», Александр Мельман, обозреватель «Московского комсомольца», Наталья Ростова, обозреватель «Новой газеты», Сергей Фомин, обозреватель журнала «Телефорум», и Елена Ланкина, обозреватель «Московских новостей».


А вам, уважаемые слушатели, мы тоже сегодня задаем вопрос, который касается сезона. Ясно, что, может быть, у вас были предпочтения или раздражения по поводу телевидения за минувший год. Имейте в виду, что обычно мы подводим итоги где-то с сентября по июль. Поэтому вы тоже можете ответить нам на вопрос: какие, по вашему мнению, телевизионные программы и проекты можно назвать событием или, напротив, антисобытием этого минувшего телевизионного сезона.


И начнем мы, дорогие коллеги, все-таки с индустриальных событий. Не очень, может быть, осведомлены в них наши слушатели. Но, тем не менее, два-три слова об этом сказать надо, потому что индустрия совершенно уже сформирована как индустрия, с многомиллионными оборотами. И поэтому какие события или антисобытия определили лицо минувшего сезона, по вашему мнению? Арина Бородина, пожалуйста.



Арина Бородина: Наверное, одной из успешных сделок, если мы говорим об индустриальных сделках, наверное, стоит отметить покупку холдинга «Проф-Медиа» канала «2х2», с тем самым слоганом «Выключи мозги, включи «2х2», о котором вы сказали. Потому что сначала у многих был скепсис по поводу выбранной концепции. Честно сказать, вот я была тоже в этом же числе. А судя по рейтингам, это было что-то ошеломительно-стремительно-успешное, чего не ожидали как раз даже сами владельцы. Потому что вот в этой целевой аудитории этого канала «2х2», а целевая аудитория у них такая же, как у « MTV » и «Муз-ТВ», - с 11 до 34 лет…



Анна Качкаева: Давайте скажем, что это канал мультфильмов.



Юлия Ларина: Причем – для взрослых.



Арина Бородина: Нет, это не только для взрослых. Это ошибочное мнение. В ночном эфире – для взрослых, а в дневном – все-таки там и для детей, и для подростков есть. Я теперь стала внимательно присматриваться к этому каналу. Но, в общем, рост рейтингов и динамика его суперуспешная, а особенно в Санкт-Петербурге. Но там была у них очень раскрученная частота.


Сюда же, наверное, к успехам индустриальным вообще, собственно, можно отметить тактику «Проф-Медиа», который в этом сезоне купил не только «2х2», но и «ТВ-3», и сменил там руководство, и судя по всему, будет менять концепцию этого канала, и совсем недавняя покупка « MTV Russia », который, я думаю, тоже претерпит изменения, и даже говорят, что не исключено, что они могут отказаться от этого бренда « MTV », потому что нашим россиянам приходится слишком дорого платить за американский бренд.


Здесь же я бы отметила очень непонятную, но все-таки знаковую сделку Алишера Усманова по поводу покупки «7 ТВ». Я думаю, что в ближайшее время нас могут ждать какие-то неожиданности с этим каналом. Его же покупку «Муз-ТВ» тоже не очень понимаю, зачем...



Анна Качкаева: И его же покупку вашего издания.



Арина Бородина: Да. Но нашего издания... хотя бы мне логично понять, для чего это было сделано. А вот что касается телеактивов, то тут не совсем ясно. А особенно с их позиционированием дальнейшим. Вот эти два медиа-актива и, наверное, действительно, успешно стартовавшую такую нишу специализированных каналов, мне не совсем кажется, что все они качественные и найдут своего зрителя. Но, тем не менее, то, что эти каналы появляются, это, скорее, позитивный факт на рынке. Ну, вот что касается именно таких сделочных что ли историй, наверное, я бы вот так сказала.



Анна Качкаева: Наталья Ростова, пожалуйста.



Наталья Ростова: Я присоединяюсь к Арине. Эти сделки, безусловно, знаковые.



Анна Качкаева: Вы не присоединяйтесь, а вы просто добавляйте.



Наталья Ростова: Я просто тоже согласна с этим. Но еще я бы хотела сказать про стремительный рост «Пятого» канала, который вряд ли творческим достижением назовешь. Это индустриальный прорыв – создание «Пятого» канала, канала российских регионов – неожиданный, стремительный. И канал развернулся, как никакой другой, получил дважды на конкурсах федеральной конкурсной комиссии получастоты, чего раньше никогда не бывало. Но без административного ресурса не обошлось - и поэтому канал демонстрирует большие достижения.



Анна Качкаева: Итак, четыре крупных медиа-холдинга, по сути дела, образовалось, впервые мы можем говорить о сформированных этих холдингах. Вот холдинг Алишера Усманова, видимо, будет окончательно формироваться в будущем сезоне. Но сейчас мы имеем – «Первый», ВГТРК, «Газпром-Медиа» и «Проф-Медиа».



Арина Бородина: Еще «СТС-Медиа» все-таки.



Анна Качкаева: «СТС-Медиа» - да, но там...



Арина Бородина: «Первый» - все-таки это не холдинг.



Анна Качкаева: Ну как, цифровое семейство - уже тоже холдинг, конечно, цифровые каналы, которые запущены.


Можно ли считать, что в этот ряд уже встала питерская группа под патронажем «Банка России» с «Пятым» каналом или «Рен ТВ»? Или все-таки об этом говорить еще рано?



Арина Бородина: Я думаю, что в данном случае вполне возможно, потому что это все-таки два сетевых, вещательных канала. В этом смысле у «Первого» только, понятно, самый главный канал, но вещательный, аналоговый, он один. А у них все-таки, как ни крути, два и с сетью, в общем-то.


Я бы, кстати, еще среди позитива, как ни странно, отметила стремительное расширение канала «Вести 24», который начал вещание в июле прошлого года, но все-таки его становление случилось именно в этом телесезоне. И здесь, на мой взгляд, немало плюсов, есть, конечно, и минусы. Но то, что этот канал стал неотъемлемым участником телевизионного пространства российского, это безусловно. И еще канал «Звезда», который тоже постепенно...



Анна Качкаева: Да, как-то мы про него сейчас забыли.


Юлия Ларина, пожалуйста.



Юлия Ларина: Я хотела бы просто добавить, что в этом телесезоне очень заметна стала активность по созданию каких-то каналов и подготовке именно к дальнейшей цифровизации. То есть появился целый ряд нишевых каналов, тематических, специализированных каналов, и явно, что их создают для того, чтобы через несколько лет эта ниша уже была занята. Здесь и тот самый мультипликационный канал, это и «Первый» канал с цифровым телесемейством, и они презентовали канал «Теле-Няня» детский, который рассчитан на детей, по-моему, от 3-8 лет, и собираются еще для подростков делать канал, чуть-чуть постарше – до 14 лет. То есть все пытаются занять какую-то нишу, и этого не скрывают. И понятно, что речь идет о дальнейшей цифровизации, фактически действуют на будущее.



Анна Качкаева: Александр Мельман, пожалуйста.



Александр Мельман: Я все-таки скажу об антисобытиях. Все-таки индустрия – это, конечно, бизнес, но бизнес делают люди, то есть телесообщества. А телесообщества, как показал этот сезон (Аня, вы об этом уже сказали), расколото, и по-моему, расколото донельзя, что показала ситуация с Академией ТЭФИ, откуда вышли два учредителя и очень конкретные люди. И мне кажется, это показало просто нежизнеспособность сообщества как такового. Несмотря на то, что вместо этих людей туда привлечено множество людей – почти 300 человек, тем не менее, вот эта корпоративность, она съедает это сообщество, она его возводит, что называется, на нет. И мне кажется, соответственно, как сообщество это уже трудно воспринимать. И по поводу голосования. Это полная безответственность. И по поводу зависимости от этих самых каналов-производителей. Так, как голосуют академики, мне кажется, это просто дискредитирует сообщество. И об этом просто необходимо тоже говорить.



Анна Качкаева: Какие еще антисобытия в индустриальном проявлении можно, может быть, еще подчеркнуть? Наталья Ростова, пожалуйста.



Наталья Ростова: Мне трудно говорить об этом, как об индустриальном антиуспехе, все-таки это не напрямую касается творчества. Я бы здесь напомнила о деле Мананы Асламазян, которая, во-первых, является телеакадемиком, то есть мы потеряли одного телеакадемика, который сейчас пребывает в эмиграции…



Анна Качкаева: Ну, слава Богу, не потеряли!..



Наталья Ростова: Ну, Россия потеряла. А во-вторых, мы потеряли школу, которая обучала региональных тележурналистов. И в какой-то степени мы потеряли будущее вот этой молодежи.



Анна Качкаева: Кстати, нас с вами один слушатель спрашивает. Сергей Митрофанов из Москвы: «Уважаемые эксперты, а сделал ли вас телевизор в этом году свободнее?».



Александр Мельман: Нас?



Анна Качкаева: Да. Ну, оставим этот вопрос риторическим.


Давайте все-таки тогда еще поговорим о программировании, которое не впрямую, может быть, говорит о качестве (о количестве, конечно, говорит) программ, о том, кому успех, так или иначе, сопутствовал, что эта «шестерка» основных каналов демонстрировала в этой связи, какого зрителя она весь этот сезон поддерживала и на кого работала. Арина Бородина, пожалуйста.



Арина Бородина: Ну, безусловно, из программирования, собственно, на мой взгляд, вытекает процентов 60 плюс-минус успеха каждого канала, если мы говорим об их каких-то рейтинговых успехах. Ну, в данном случае, как всегда, не буду оригинальной, что это чаще удавалось «Первому» каналу. Если мы говорим об успехе программирования, из которого вытекает рейтинг и количество аудитории. Это, безусловно, удалось каналу НТВ, мы не говорим сейчас о его содержании. Потому что их вот эти линейки, а особенно в выходные дни, эти все ужасы, скандалы и трэш, они, безусловно, выходили в твердое время и стабильно привлекали аудиторию, причем в очень большом количестве. И безусловно, это успех ТНТ, если мы говорим о первой «шестерке», у которых тоже очень жесткие линейки, и там с 8-9, с 9-10. «Дом-2», «Наша Раша», ситком «Счастливы вместе», они тоже выходили в твердой линейке. И на этом программировании, в общем, достаточно заметен большой рывок всех этих рейтингов и, соответственно, привлечение зрителей.



Анна Качкаева: Я просто, может быть, уточню. Можно ли говорить о том, что разборчивый зритель телевидение большое в этом году покинул окончательно?



Арина Бородина: Нет, конечно, на мой взгляд, это большое преувеличение. Более того, есть еще одна такая тенденция, на мой взгляд, которая характеризует это. Например, канал «Россия», у которого, в общем-то, совсем, по-моему, уже второй или третий сезон практически нет никаких изменений в эфире, и просто такая стагнация в эфире, они привлекают...



Александр Мельман: Консервация.



Арина Бородина: Ну да, консервация, стагнация. Они, тем не менее (я другого слова не подберу), умудрились удержать, ну, практически своих зрителей, пусть пожилых, пусть консервативно настроенных, но они умудрились удержать повторами и одними и теми же линейками. И в общем, процесс падения зрителей на первых двух каналах, он не драматичен. Я вообще всегда... это я уже просто от себя добавлю, я, наверное, тоже консерватор в этом смысле, и все разговоры о том, что аудитория уходит в Интернет и уходит с эфирных каналов, я считаю это все-таки сильным преувеличением. Конечно, аудитория снижается, конечно, она уходит в альтернативные источники информации. Но пока опять-таки (прошу прощения за тавтологию) альтернативы эфирному телевидению, по итогам даже этого сезона, пока нет, на мой взгляд.



Анна Качкаева: Александр Мельман, пожалуйста.



Александр Мельман: Я скажу по ходу жесткой линейки. Вот все-таки это не залог успеха. Потому что, наверное, более жесткой линейки, чем у канала СТС, мне кажется, даже нет, но, тем не менее, тут явное падение налицо. И почему, как мне кажется. Потому что СТС превратился в какой-то очень технологический, очень замыленный... такая пластмассовая жвачка, нет жизни на канале. То есть там, где есть жесткая линейка, но и жизнь, как, Арина сказала, на ТНТ, я согласен, и не только на ТНТ, то вот тогда и происходит подъем, и зрители это, кстати, оценивают.


А что касается консервации канала «Россия», то я, во-первых, понимаю, почему это сделано. Они, действительно, сильно не вкладывались в свой канал, потому что им нужно кормить, так сказать, дочки ВГТРК в виде «Культуры», подкармливать «Спорт», «Вести 24» и так далее, то есть это все понятно, как идут эти финансы, и это совершенно нормально. И действительно, делается ставка на консервативного зрителя, который, да, может быть, не очень притязательный, он смотрит вот эти сериалы, которые не были у них топовыми, но, тем не менее, свой рейтинг они сделали, и не сильно отстали от «Первого» канала. Который удивительно много в этом году сделал, вложился и просто премьеру за премьерами делал, и они были очень качественными, и мы все здесь с этим соглашаемся. Тем не менее, «Первый» канал далеко не ушел. Так что интересно проанализировать зрителя в этой ситуации. Консервация, она имеет место...



Анна Качкаева: А вот Арина Бородина явно возражает.



Арина Бородина: Я все-таки внесу маленькую поправку, но она существенная. По поводу СТС. То, что у них неудачный сезон, - это безусловно. Но у них творился такой хаос в сетке, и именно в программировании, на протяжении всего сезона, которого не было никогда. Поэтому я и говорю, что очень часто из программирования... Потому что вот то, как они сортировали сериалы, гоняли по сетке «Слава Богу, ты пришел» - с субботы на воскресенье, в воскресенья на субботу, с ночи на прайм, а потом на позднюю ночь... Все сериалы, которые слетали, они без конца тасовали. Они искали. Это был просто настоящий хаос, а особенно – в первой половине сезона.



Александр Мельман: Арина, я имею в виду, что сами сериалы, вот эта сериальная сетка, она была очень жесткая.



Арина Бородина: Нет, абсолютно это было не так. Я считаю, что одно связано с другим.



Александр Мельман: А то, что конкретные сериалы сходили и новые появлялись, тут я согласен.



Анна Качкаева: Давайте дадим возможность высказаться Елене Ланкиной.



Елена Ланкина: Я хотела как раз солидаризироваться с Ариной в чем-то. Потому что консерватизм в телевизионном программировании – это великая вообще вещь. И на самом деле есть масса примеров, когда...



Анна Качкаева: Люди любят повторы традиционно.



Елена Ланкина: Нет, дело даже не в этом. Требуется определенное время на то, чтобы привыкнуть к формату. И есть замечательный пример – тот же сериал с канала ТНТ «Счастливы вместе», очень слабо начинавшийся. И со временем, неожиданно превратившийся в один из хитов вообще ситкомов наших отечественных.



Арина Бородина: Почти полгода.



Елена Ланкина: То есть требуется какая-то раскрутка что ли, когда зритель «садится» уже на определенный формат и становится его фанатом.



Анна Качкаева: Ну, это известная психологическая вещь – привыкание, да.



Елена Ланкина: А на СТС, к сожалению... я слышу от очень многих людей, поклонников самых разных, я бы сказала, и сериалов, и не сериалов, о том, что как только они начинают вникать вообще в какую-то премьеру очередную, им не дают времени для того, чтобы вообще как-то освоиться в новом сериале или в каком-то другом формате. Где-то, по-моему, рекорды все были побиты моим любимым каналом СТС в этом сезоне. По-моему, Роднянский даже мне как-то сказал, что три недели – это критический срок. Но в данном случае три недели... Я не знаю, для чего это критический срок, но для того, чтобы сериал был «убит»... масса, по-моему, была примеров в начале сезона особенно. Жаль. И мне кажется, вот эта чехарда, она не позволила СТС добиться успехов, на которые он мог рассчитывать реально.



Юлия Ларина: Но при этом все-таки надо отметить, что на СТС был очень хороший сериал, который продолжился в новом сезоне, - «Кадетство». Они смогли и аудиторию для этого сериала найти, и действительно, хороший, трогательный получился сериал.



Елена Ланкина: Да. Но иногда складывалось впечатление, что ради этого сериала было пожертвовано пятью или шестью другими.



Арина Бородина: Ну, сначала было все наоборот. Они загнали «Кадетство» и не делали на него ставку, а делали ставку на «Петю великолепного». И только когда увидели, что пошло «Кадетство», сделали на него, как справедливо сказала Лена, ставку за счет всех остальных проектов. Но проект, безусловно, успешный.



Елена Ланкина: Да, я тоже считаю, что проект достойный, но в этом... Я не знаю, конечно, я не буду говорить...



Арина Бородина: Ну, не подфартило им в этом сезоне, прямо скажем.



Елена Ланкина: Не хочется говорить зловещие фразы, типа «интриги, матушка», но не без этого.



Наталья Ростова: Мне кажется, мы о неуспехе СТС говорим на фоне прошлогоднего феноменального успеха, который никем не был предсказуем и никем не ожидался. Этот успех не был рассчитан...



Анна Качкаева: А теперь естественное состояние снижения обычного в исторических традициях, мы это воспринимаем...



Александр Мельман: Но Роднянский ведь предупреждал, что будет очень трудно найти замену.



Анна Качкаева: Ну, тем не менее, есть в этом какое-то общее состояние неопределенности в этом холдинге, действительно, после такого бурного успеха. Я-то хочу сказать, что сезон начинался (и вернусь отчасти к сообществу) несимпатичной историей на «Домашнем», когда от эфира отлучили приглашенных Сорокину и Венедиктова, и практически заканчивался письмом в защиту «Интерньюс» президенту России, о котором сказала Наталья, которое подписали 2500 журналистов, и на которое так и не ответили.


В сообществе, как мне кажется, стало стабильно, но душновато. На самоцензуру наложился страх и цинизм. Один телевизионный руководитель, эпатируя публику – спасибо Арине Бородиной, она блестяще вытаскивала в этот раз на интервью людей, которые уже почти перестали их давать, - провозглашал все программы криминального содержания и ЧП несомненным достижением творческой мысли. Другой телевизионный руководитель, например, в частной беседе со мной признался в том, что его знакомые давно не смотрят «ящик» да и вообще, мол, нынешнее телевидение – это для быдла, поэтому сам этот руководитель телевидение тоже не смотрит, но его делает. Третий циничный интеллектуал с остатками рефлексий недавно вздыхал по поводу распада собственной личности, но и он тоже продолжает делать телевидение. Нынче стало вообще хорошим тоном, что называется, за кадром ухмыляться и разводить руками, а публично объяснять ангажированность, «заказуху», аморальность и антигуманность требованиями клиента. Обывателя или власти – не важно. Телевидение – это всего лишь сервис. Или телевидение – это всего лишь бизнес. И это тоже тенденция уходящего сезона.


И коротко о содержательной части, такая вводная часть к нашему последующему разговору. Главное содержательное впечатление, как во всякой стране с ощутимой стабильностью, - зритель все больше и больше превращается в потребителя развлечений. И в потребителя, прежде всего, эмоционального и пресыщенного. Развлечения, с одной стороны, позитивного и до некоторой степени патриотического - соревнования и шоу в этом сезоне, как никогда раньше, проходили под российскими флагами. С другой стороны, расцвел другой тип развлечений – трэш и ужас, то есть когда отвратительное, страшное, связанное с деградацией, не нормой или пародией на обывательский гламур, по-своему освобождает человека от проблем реальной жизни и противостоит пошлости, аполитичности и глянцевости. В политическом вещании телевизор, как известно, еще за год до появления «наших» и «не наших» развел зрительское сообщество на «нашу» и «другую, маргинальную Россию». А в этом сезоне эта тенденция была окончательно идеологически оформлена и закреплена в «Новостях» и общественно-политическом вещании». Поэтому миллионам зрителей, в принципе, не мешали напоминаниями о тысячах «несогласных», и на экране царила в основном благодать от реализации национальных проектов.


Между делом, между шестью привычными каналами, очевидно, воспитался новый зритель, и это не зритель СТС, первую развлекательность которого на себя вполне успешно в этом сезоне перетянул «Первый». Минувший сезон связан с феноменом ТНТ. Успех предвидимый, но не до конца осознанный.


Какие программы и проекты минувшего сезона, с точки зрения смысла, телевизионного языка и формы воплощения, могут стать событиями сезона? Вот об этом мы сейчас и поговорим.


А сейчас я прочту, что пишут нам слушатели. Итак, наши слушатели пишут нам с вами, что помимо риторических вопросов, печалятся, что не повторили в этом сезоне «Гибель империи», пишут о том, что ряд трагических и радостных событий вывели православную церковь на первую позицию. Удачные патриотические кампании на телевидении были связаны с «Бронзовым солдатом» в Эстонии и «делом Литвиненко». Конечно, сохранялась на экране интрига между Медведевым и Ивановым, которых тоже вывели в полную силу на экран, пишет наш слушатель Добрый. Отмечают «Неделю» Марианны Максимовской. «Телевидение России, - пишет Александр из Сызрани, - за исключением канала «Спорт», - позор страны». Ну а для некоторых слушателей возвращение на телеэкран Киселева и Шендеровича, на RTVI ... например, для Артема это главное событие, а прочее его не интересует.


Ну что ж, перейдем тогда к тому, за что телевидение можно похвалить. Я говорю уже о программах и событиях. Сергей Фомин, который промолчал первые 20 минут, потому что индустриальная тема его интересует не сильно, пожалуйста.



Сергей Фомин: Вы знаете, когда я готовился к передаче, я выписал хорошие и плохие программы, события и антисобытия, и оказалось, что для меня хороших программ гораздо больше. Бог знает, как это у них получилось, но на самом деле в эфире было достаточно нормальных программ для нормального зрителя. Я сейчас попробую пойти от крупных форм... Независимо от каналов, независимо от сетки, а просто то, что я смотрел совершенно искренне.


Во-первых, надо отметить фильм «Андерсен» на «Первом» канале Эльдара Рязанова. И на этом же канале прошел 1 мая замечательный фильм франко-американо-российско-казахский «Кочевник». Если его кто-то увидел, а он шел в час ночи, или около того...



Анна Качкаева: Вот я и говорю про ночные задворки. Там-то кое-что, конечно, у нас шло.



Сергей Фомин: Ну, я могу себе позволить... Дальше. Давайте вспомним дискуссию по «Тихому Дону», показ которого был в ноябре, по-моему. Все-таки «Тихий Дон», так или иначе, - это народный роман. И как бы его ни экранизировали, дискуссия все равно бы была, потому что идеальной экранизации не существует. Но, тем не менее, это было событием.


И обязательно нужно отметить «Завещание Ленина» по рассказам Шаламова. Это просто, по-моему, уже приближающаяся к высокохудожественному произведению сериальная продукция... Даже трудно ее назвать «продукцией», а просто хороший, страшный фильм, так сказать.


Тут же надо отметить в документальном показе программы Алексея Денисова на канале «Россия»: «Иван Бунин», «Украденная победа». Фильм о создателях экранопланов «Сожженные крылья».



Анна Качкаева: Крупные формы, хорошо. Давайте сейчас, Сергей, мы остановимся на художественном и на документальном. Вы обозначили то, что вам кажется принципиально важным. Для других моих коллег, что из этого жанра показалось важным, которое имело бы смысл потом включать в наше голосование по событиям сезона? Наталья Ростова, пожалуйста.



Наталья Ростова: «Завещание Ленина» для меня прежде всего. Глубокий фильм, настоящее событие.



Анна Качкаева: А как вы относитесь к тому, что произошло с документалистикой в этом году? Мне-то лично показалось, что качество документалистики в прайм-тайм, оно еще больше стало поверхностным, еще больше страдающим анти-историзмом и сенсационностью, по сути дела, в которой легко вырабатывается вот этот иммунитет... вернее, нет этого иммунитета ни к лженауке, ни к неправде, а главное – чтобы была развлекуха. Вся приличная документалистика и докудрама ушла в ночь совсем, и она не появляется в...



Арина Бородина: Да ее, собственно, и не видно.



Наталья Ростова: Вот мне кажется тоже, что ее как-то и нет вообще.



Арина Бородина: Она вся либо огламурена очень сильно...



Анна Качкаева: Нет, очень много ушло на «Вести 24», должна вам сказать. Очень многое ушло на «Вести 24» и денисовские проекты, и сванидзевские проекты, и очень приличные исторические проекты в дневном эфире «Вести 24», они теперь прокладывают «Новости» довольно успешно.



Елена Ланкина: То есть они таким добротным продуктом забивают вот эти пустоты.



Анна Качкаева: Да-да.



Арина Бородина: Мне кажется, в этом сезоне просто на автопилоте... вот у меня как раз в «Итогах сезона» Александр Роднянский назвал ряд отличных премьер на «Первом» канале и на «России» в документальном кино. И я искренне изумилась этому, и думаю, что это просто на автопилоте сказано. Потому что именно документальных фильмов-то, мне кажется, по пальцам можно перечесть.



Анна Качкаева: Безусловно, да.



Арина Бородина: Вот Мирошниченко совсем недавно показал « Рожденные в СССР». Но это, мы даже можем сказать, уже за пределами сезона, но тем не менее.



Анна Качкаева: Ну, закрылся сезон этим фильмом.



Арина Бородина: Цикл Сванидзе «Исторические хроники», отдельный цикл Льва Николаева «Гении и злодеи», действительно, в ночном эфире.



Елена Ланкина: Он, собственно, такой вневременной, николаевский...



Арина Бородина: Да, он вневременной. Вот, условно говоря, про Лилю Брик – это такой эксперимент. И докудрама, собственно, «911» - это было в самом начале сезона, это фильм Би-Би-Си прекрасный. Но это даже на стыке такого художественного и документального кино. Потому что вот то, что показывают на «России», - это просто клишированные абсолютно... даже бывают порой занятные и, в общем, очень рейтинговые, об известных людях или исторических фактах вещи, но это сделано все равно, на мой взгляд, очень плохо.


И я бы еще вот что отметила. Все-таки постарались подойти... Лиля Вьюгина с фильмом об Элеме Климове и Ларисе Шепитько, но, в принципе, он тоже сделан по клишированным стандартам.



Наталья Ростова: Еще была попытка документалистики на канале НТВ, когда рассказывали о Франклине Делано Рузвельте и в его прошлом пытались найти наше будущее. Меня, конечно, это потрясло. То есть я ожидала того, что будут параллели с Россией нынешней и с президентом нынешним, но все-таки я надеялась, что нам дадут понять, что это очень похоже, но, нет, нам прямо сказали, что Рузвельт 30-х годов и Путин...



Анна Качкаева: А я бы еще отметила, конечно, фильмы Поборцева, которые редкими птицами залетают...



Арина Бородина: А я бы, конечно, если это можно назвать документалистикой, очень отметила несколько фильмов Андрей Лошака. Это «Кыштымский карлик», «Реальные пацаны». И вот, кстати, у него про панков был в субботу очень неплохой фильм. Но вот это же не чистая документалистика, а это форматная... Это «специальный репортаж», наверное, скорее.



Александр Мельман: Действительно, о чем мы очень часто говорили, - это отличие документалистики от «документалки». И здесь, действительно, Мирошниченко показал это реальное отличие – что такое настоящее документальное кино, сколько лет он его делает, как он тщательно это делает. И сразу появляются вот те необходимые смыслы, которые, в общем-то, тоже не так просто считывать из этого фильма. То есть это довольно непростое кино. Оно действует и на эмоции, и на голову, и здесь многослойный такой получился фильм, очень важный, как мне кажется.


А что касается, действительно, того, что мы называем «документалкой», то я согласен, она бывает, конечно, разной. И вот повторили на «Первом» канале про Нику Трубину, ну, по-моему, это очень сильная вещь, которая действует очень эмоционально. И таких фильмов достаточно. Просто, действительно, вопрос в качестве.


А что касается в общем, это, действительно, такие версификации исторические. То есть можно сделать фильм анти-, против Троцкого и потом следует фильм за Троцкого. То есть такой баланс при этом существует. А вы, дорогие зрители, выбирайте, что вам по душе.



Арина Бородина: Ну да, «Серебряный шар» про Троцкого и фильм чудовищный абсолютно против Троцкого.



Анна Качкаева: Сергей Фомин, пожалуйста.



Сергей Фомин: Есть еще просто образцовая передача о документальном кино, которая называется «Документальная камера», делает ее Андрей Шемякин, идет она на канале «Культура» и очень поздно. И там показывают... она уже эволюционировала до кинотеатра документального кино, потому что там не только идут такие монтажные передачи, где Андрей анализирует жанры и историю, просто занимается просветительством в этом отношении, но и показывает новые фильмы, которые сняты буквально в последнее время. Это называется «Фестивальное кино вне конкурса». И они чередуются. Ну, место уже как бы прикормлено.



Анна Качкаева: Давайте тогда плавно будем переходить от документалистики к другого типа программам или к другим жанрам. Широко – к развлечению. Мы про это, правда, очень много в этом сезоне говорили, но, наверное, какое-то количество тенденций надо все-таки отметить, плохих и хороших.



Александр Мельман: Секундочку! И до развлечений... Все-таки, я думаю, присоединятся коллеги. Вот про этот закрытый показ, который мы увидели. Это именно программа о тех самых смыслах, которых мы ждем, ждали. И по-моему, это очень важный проект. И может быть, он оттеняет ту самую качественную «развлекаловку», которая была на «Первом» канале, о которой мы сейчас будем говорить. Но отметить вот эту программу, это ведение Гордона и эту популяризацию нашего сегодняшнего российского кино, по-моему, очень важно.



Анна Качкаева: Юлия Ларина, пожалуйста.



Юлия Ларина: Мне просто интересно... мы минут 40 уже, наверное, обсуждаем и вообще до сих пор ни слова не сказали про общественно-политическое вещание. И судя по всему, мы и не собираемся...



Анна Качкаева: А что нам про него говорить? Ну, можем, конечно.



Юлия Ларина: Ну, прежде чем мы перейдем к «развлекаловке», я все-таки хотела бы сказать вот что. На самом деле телевидение в этом сезоне, оно вместе со всей страной попрощалось с Борисом Ельциным. И мне кажется, вся страна окончательно попрощалась с телевидением эпохи Ельцина. Потому что вот то, что сейчас происходит... вот видите, мы даже не обсуждаем это. И на мой взгляд, может быть, один из главных каких-то фактов – это то, что власть за этот сезон дважды награждала теледеятелей орденами и медалями, то есть «За заслуги перед Отечеством» второй степени честности, третьей степени объективности и четвертой степени непредвзятости. И мне кажется, что вот этот факт очень показателен.


И еще одна такая деталька. Дело в том, что телевидение тоже награждает себя. И вот появился на НТВ конкурс «Профессия репортер». Он еще не объявлял победителей, но объявил номинации. И одна из номинаций среди прочих – это «Официальная хроника». То есть награда будет присуждаться автору актуального репортажа о событии, связанном с деятельностью официальных лиц. То есть канал НТВ, который некогда был все-таки наиболее независимым от властей, теперь вводит номинацию «Официальная хроника». На мой взгляд, это очень показательно. И ясно, что...



Анна Качкаева: Ну, может быть, там будет официальная хроника, которая показывает нелицеприятно официальных лиц. Или вы в это уже не верите?



Юлия Ларина: Если они найдут... Но придется долго искать.



Анна Качкаева: В конкурсах прежних, вот в «Новостях. Время местное» была, например, номинация «Сюжет о власти». Может быть, они тоже ее вот так трансформируют. Хотя, конечно, в предвыборный год...



Юлия Ларина: Ну, это называлось «Официальная хроника», и тут уж это название говорит за себя.



Анна Качкаева: Кто-нибудь, может быть, еще, действительно, прежде чем мы перейдем к развлечению, о котором говорили весь год, хочет сказать о «Новостях» и об общественно-политическом вещании? Елена Ланкина, пожалуйста.



Елена Ланкина: Я бы хотела сказать о канале НТВ. Мне кажется, что окончательная трансформация этого канала – это, кстати, одно из самых ярких событий телесезона. Хотя последовательная криминализация, абсолютно четкая, хорошо выстроенная... В данном случае я говорю без иронии, потому что очень грамотно выстроена сетка была в конце сезона. И «Новости» были подвергнуты такой, в общем, достаточно профессиональной трансформации. И я бы даже сказала, что они стали живее и качественнее. Какая-то другая подача стала, «мужская» что ли. Вот в русле этой общей «мужской» концепции, которая сейчас там принята, все это выглядит таким уже вполне законченным полотном. Остались только легкие мазки. А в общем, программа одиозные, типа всем известной «Сука любовь», - это такие, в общем, шалости гениев. Слегка пошутили и закрыли. А что будет в новом сезоне – гадайте. Там ожидать что-то еще более такое страшное...



Арина Бородина: Я бы, конечно, хотела поблагодарить, как зритель, «Новости 24» на канале «Рен ТВ», а особенно в 23.30, ночные «Новости». И отдельно сказать спасибо Марианне Максимовской и именно ее бригаде всей творческой, потому что они не только остались таким единственным пятном, единственной форточкой на таком отцензурированном информационном пространстве, но они и прибавили, во-первых, в качестве, что, на мой взгляд, очень важно. То есть никто не предъявит им претензии только в том, что они «последние певцы свободы слова» или еще что-то. И они прибавили рейтингово. Конечно, на таком небольшом канале, как «Рен ТВ»... Но, тем не менее, я в середине сезона говорила о том, что доля 10 порой, которая бывала у Марианны, канал, который смотрят в пять раз меньше, чем государственный канал «Россия», где «Вести недели» - главная политическая их программа – собирала долю 14-15, ну, все-таки это говорит о чем-то. И более того, к ее программе отмечен (я говорю специальными вещами) целевой интерес аудитории. То есть зритель «приходит» на Максимовскую, и это нельзя не отметить. И я думаю, что это, конечно, очень мало, это просто мизер в океане трех огромных каналов, которые покрывают почти всю страну, но, тем не менее, это качественная, действительно, информационная... она не аналитическая, она именно информационная программа с итогами недели. И хорошо, что она есть.


Если говорить обо всех остальных информационных программах, то, честно говоря, просто порой волосы дыбом встают от какого-то бессилия. И этому противостоять... да, собственно, и цели такой вроде бы уже нет. Потому что просто порой, когда смотришь «Новости»... Вот мы вчера были с друзьями и говорили о том, что дело не в том, что мы за оппозицию, она тоже оставляет очень много вопросов и несогласий, а дело в том, как преподносятся события, как искажается смысл категорически и какая картина преподносится в «Новостях» федеральных каналов. Это же все перевирается, передергивается, вырезается из контекста. Один «Марш несогласных» в апреле в Москве, на мой взгляд, является одним из самых красноречивых событий. Ну, уже про Украину, про «Бронзового солдата», естественно, очень много можно говорить. Но вот «Марш несогласных», мне кажется, стал такой точкой кипения, когда это все просто переворачивалось с ног на голову.



Анна Качкаева: Наталья Ростова, пожалуйста.



Наталья Ростова: Как хочется сказать спасибо Марианне Максимовской, так не хочется говорить спасибо Максиму Шевченко, который блистал в этом сезоне, и лично у меня вызывал бурю эмоций тем, что начинал-то он хорошо, и мне было любопытно следить за дискуссиями в эфире... Но это была откровенная пропаганда, с откровенными передергиваниями и затыканиями рта «несогласных», назовем их так. Все это привычно для современного телевидения, то есть и никаких бы эмоций, может быть, это и не вызывало бы, если бы не претензия Максима Шевченко на то, что это все-таки открытая дискуссия. И о чем он постоянно проговаривался гостям – что «вот на всем остальном телевидении вроде как не о чем говорить, а вот у нас открытая дискуссия, и пожалуйста, выскажетесь».



Анна Качкаева: Соловьев в этом смысле честнее.


Александр Мельман, пожалуйста.



Александр Мельман: Я хотел бы сказать о неоднозначности всего нашего телевидения. Потому что вот Лена говорила про НТВ, а я хочу сказать, что, да, трэш... причем она очень правильно сказала, что...



Анна Качкаева: Скажу нашим слушателям, потому что нас с вами тут упрекают, что мы употребляем слово «трэш», не переводя его. Это «мусор», это такое второсортное сырье, которое...



Александр Мельман: Есть худшее определение, которое в эфире не стоит говорить.



Анна Качкаева: Не важно. Тем не менее, «трэш» - это и бульварная литература. Оно пришло в телевидение из бульварной литературы и радио, и в общем, довольно старое понятие.



Александр Мельман: Да. Тем не менее, канал неоднозначен хотя бы тем, что там появилась программа «Главный герой», она неровная, безусловно, и встречена была нами достаточно настороженно. Тем не менее, там были такие сюжеты-жемчужины, о которых, безусловно, стоит говорить, и именно репортерские, и очень хорошо сделанные. И программа «Школа злословия», которая порой бывает очень зла, остра, актуальна. Вот дозволяется им говорить вот такие вещи. Вот последние выпуски с Мироновым и Платоновым, они, может быть, были достаточно разные, но очень жесткие, и именно было показано, как нужно говорить с власть имущими, которые на самом деле являются не более, чем обслуживающим персоналом.


Что касается программы Шевченко, то и она мне кажется неоднозначной. И у него были достаточно объективные программы. Правда, в большей степени, когда они не касаются политики, а когда они касаются эвтаназии, скажем, ЕГЭ, это было, мне кажется, очень сильно, и даже напоминало некие перестроечные дискуссии. Но, кстати, в последней, скажем, программе по поводу Косово, по-моему, все-таки достаточно были соблюдены балансы.



Анна Качкаева: Тогда уж в этот ряд интересных шоу все равно надо поставить и то, что пыталось сделать ТВЦ в этом году.



Александр Мельман: Да, безусловно.



Анна Качкаева: И программа Прошутинской, и детские программы, которые тоже, конечно, обращали на себя внимание.



Александр Мельман: И кстати, Аня, я хочу сказать, что стоит поблагодарить и канал, который, затеяв ребрендинг летом, понял, что он неудачен, и имел смелость, в общем-то, наверное, какое-то мужество переиначить все и затеять уже новый ребрендинг, который мне кажется очень интересным экспериментом. Там не все ровно, но это, во всяком случае, живой канал.



Анна Качкаева: Ну, все-таки новые лица и туда не решились пустить.



Арина Бородина: Но прорыва все-таки не произошло.



Александр Мельман: Ну, рейтингового прорыва... Но, в принципе, чисто зрительски – это другое.


А что касается Марианны Максимовской, то мне кажется, что она могла бы повторить слова Ольги Романовой, что все-таки она не лучшая оставшаяся, потому что мне кажется, Арина, насчет качества... она всегда работала достаточно качественно.



Арина Бородина: Это мое мнение. Потому что как раз мне казалось, что поначалу она была просто таким окном в мир, а вот именно качественные репортажи и верстка, а особенно тогда, когда, как ни странно, ее с полутора часов сократили до часа, на мой взгляд, пошло программе только на пользу.



Александр Мельман: Согласен.



Арина Бородина: И она по верстке стала очень выдержанной, и в ней стало меньше гламура.



Анна Качкаева: И интервью стали украшать эту программу...



Арина Бородина: ...то, что уже давно ушло.



Анна Качкаева: Сергей Фомин, давайте теперь еще все-таки каких-то мазков из других жанров накидаем.



Сергей Фомин: Отметим, как ни странно, позитивную тенденцию в юмористике.



Анна Качкаева: Да, действительно.



Сергей Фомин: Прошедший сезон дал нам целую гроздь программ одинаковых, правда, но, во всяком случае, это не «Аншлаг», слава тебе Господи. Это программы «Дальние родственники», «Женская лига», «Шесть кадров» на СТС...



Арина Бородина: На ТНТ «Женская лига».



Сергей Фомин: Извините.



Арина Бородина: Это очень хорошая программа.



Сергей Фомин: Программы сделаны просто по другому принципу – такие маленькие фильмики, маленькие сценки, которые просто жанрово другие, и они просто вносят разнообразие в сам процесс, так сказать, веселения зрителей. И в программе «Слава Богу, ты пришел» на канале СТС вдруг обнаружилось такое плодотворное дуракаваляние, которого от такой передачи никто не ожидал. Вдруг Владимир Турчинский в этой программе оказался замечательным актером, как ни странно.



Анна Качкаева: Мы не будем сейчас, наверное, петь Осанну всем звездам и всем шоу, которые мы все обсуждали не один раз, и на «Первом», и на «Втором». Давайте, может быть, выделим то, чего наши зрители и слушатели могли не заметить, но то, что было очевидно интересным. И я вот вас подвожу к тому же феномену ТНТ. Что с этим каналом происходит? Что за зритель появился у него, который, очевидно, и в праздники демонстрирует уже интерес к этому каналу, а не к каналам «большой тройки»?



Арина Бородина: Живое телевидение, на мой взгляд, оно неоднозначное, оно, в общем, где-то сопредельно с каналом НТВ, а возможно, не случайно они и наиболее динамично развивались в этом сезоне. Экстремальная мистика - такой тоже трэш, как ни странно, это тоже относится... «Не объяснимо, но факт» - это необычное явление. «Дом-2» - ну, на мой взгляд, к нему можно относиться по-разному, но зритель смотрит его, как прикованный, уже три года.



Александр Мельман: Там тоже жизнь.



Арина Бородина: Там – жизнь, да. О шоу экстрасенсов... Я специально посмотрела два проекта этих, ну, на большее меня, конечно, не хватило, но оно сделано очень живо, достаточно качественно и, в общем, не выглядит маргинально, в отличие, кстати говоря, от тех же проектов «Чистосердечного признания» на НТВ, где просто запредельно параноидальные сюжеты и как это сделано. И в данном случае меня беспокоят зрители, которые смотрят эти программы с таким ажиотажем, честно вам скажу.



Александр Мельман: Ну и тот же «Комеди Клаб» и «Наша Раша»...



Арина Бородина: ...они фривольны, но, тем не менее, это сделано качественно, не так пошло, например, как те же проекты, как «Бла-бла-шоу» на «Рен ТВ». Они качественные, и очень, как ни странно, попадают в реалии современные.



Александр Мельман: Да. И явно, что они не исчерпали себя и еще перейдут на следующий сезон.



Наталья Ростова: Мне кажется, очень важным отметить еще деловое шоу «Кандидат» с Владимиром Потаниным. Оно ведь в этом сезоне было, правильно?



Арина Бородина: Оно стартовало летом. Замечательное шоу. К сожалению, его мало смотрели. Это один из моих любимых проектов.



Наталья Ростова: Вот несмотря на то, что его мало смотрели... очень жаль, что его мало смотрели, оно, действительно, достойное. И Владимир Потанин просто открылся какой-то невероятно новой гранью, просто невообразимой для представителя российского бизнеса.



Арина Бородина: Наташа, спасибо. Это, действительно, мой любимый проект был в этом сезоне.



Анна Качкаева: Это все оценили. Юлия Ларина, пожалуйста.



Юлия Ларина: Мне кажется, кульминацией развлекательного телевидения был показ 12 июня новогоднего «Голубого огонька» на канале «Россия». Страна и так не понимает, что мы празднуем 12 июня, а тут, когда граждан каждые пять минут поздравляли с Новым годом, то люди вообще...



Анна Качкаева: «Наша Раша»!..



Юлия Ларина: ...уже не поняли, что это за праздник.



Наталья Ростова: А чтобы доброе не пропадало.



Арина Бородина: И в довершение я хочу сказать про 12 июня. На этом же канале «Россия» даже корреспондент в «Новостях», в «Вестях недели» сказал, что «мы отмечаем День Конституции». Поэтому «Огонек»...



Александр Мельман: Ну, государственному каналу это непростительно.



Арина Бородина: Да, конечно. И для главной политической программы.



Наталья Ростова: И вообще стало очень много ошибок, ляпов, безграмотности, даже в хороших, как бы добротных программах, где наверняка есть и редакторы, и все остальные.



Анна Качкаева: Ну, правильно, мы говорили о распаде сообщества, а тут можно говорить о распаде сознания, и зрительского в том числе, видимо.


И заметьте, мы почти с вами не упоминаем имен, и это тоже, на мой взгляд, событие этого сезона, что даже в наших ежемесячных рейтингах мы почти не употребляли номинацию «Персона». Нам будет очень тяжело сделать этот вывод, видимо, в конце.


И я благодарю всех вас за участие в сегодняшней программе. Мы подводили итоги сезона.


XS
SM
MD
LG