Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Тегеран выбивает признательные показания у ученых-«вредителей»


Кругом враги. Хали Эсфандиари в эфире иранского телевидения

Кругом враги. Хали Эсфандиари в эфире иранского телевидения

Два вечера подряд, в среду и четверг, иранское государственное телевидение показывало программу, главными героями которой выступали двое задержанных в Иране американских граждан иранского происхождения. Вторая серия включала в себя документальные кадры уличных демонстраций и «цветных» революций в Восточной Европе с вкраплениями заявлений официальных лиц США.


Хали Эсфандиари и Киан Таджбахш раздельно отвечали на вопросы человека, оставшегося за кадром. Они выглядели усталыми, но без явных следов физического давления. К концу 36-минутной программы г-жа Эсфандиари, которая возглавляет ближневосточные исследования в американском Центре им. Вудро Вильсона, заявила, что принадлежит к группе, чьей целью было привнести в Иран «кардинальные перемены»:


- Я нахожусь в Иране уже почти пять месяцев, и у меня было время подумать обо всем этом, обо всех разговорах, которые мы вели (в Вашингтоне – РС). Я пришла к заключению, что мы (в Центре Вудро Вильсона – РС) стали звеном в цепи институтов, исследовательских центров и университетов, которые пытались во имя демократии, поддержки женщин, диалога создать структуры, которые привели бы к кардинальным переменам в иранском режиме, которые бы расшатали эту систему.


Днем раньше 67-летняя ученая рассказала, как выстраивалась эта цепь:


- Когда кто-то приезжает из Ирана и выступает в столь значительном месте, как Центр Вудро Вильсона, многие приходят послушать. Кто эти люди? Это те, кто делает политику, люди, работающие в правительственных институтах, в конгрессе США, в разведке, в прессе, в неправительственных организациях, в исследовательских центрах.


- Моя роль состояла прежде всего в том, чтобы выявить людей для выступлений. Поскольку я столько лет провела вне Ирана, я в первую очередь консультировалась с иранскими экспертами, работающими в Вашингтоне, с теми, кто работает в университетах и исследовательских центрах, просила у них контакты. Второй способ - поездки в Иран, где я встречалась со многими людьми и где мне давали имена многих экспертов. Так заводились знакомства.


Эти разрозненные и не слишком хорошо стыкующиеся «признания» смонтированы так, что выстраиваются в единую картину - задержанные в Иране американцы иранского происхождения работали над тем, чтобы организовать в стране смену режима. Именно поэтому вырванная из контекста фраза Эсфандиари о «революции роз» в Грузии перемежается кадрами «оранжевой революции» в Украине и «тюльпановой» в Киргизии, а также отрывками из выступлений Джорджа Буша, в которых он приветствует революционных лидеров.


С начала 1980-х годов Хали Эсфандиари преподавала в Принстоне, в Центр Вудро Вильсона она пришла в 1995 году. Докторскую диссертацию защитила в университете в Вене. В Иране до этого она была заместителем председателя женской организации страны, работала журналистом.


Также удерживаемый в Тегеране американец иранского происхождения Киан Таджбахш работал консультантом по городскому планированию в Фонде Сороса. Его фраза о том, что фонд обратил взгляд на исламский мир, особенно на Саудовскую Аравию, Турцию и Пакистан, тоже положена в контекст «цветных» революций: дескать, с Европой покончили, теперь пришла очередь исламских стран.


В начале июля иранские власти заявили, что располагают новыми доказательствами виновности задержанных, которые требуют дополнительного расследования. С мая американцы содержатся в тюрьме Эвин.


Показ записи, которую иранское телевидение назвало документальным фильмом, вызвал резкую реакцию со стороны Вашингтона и международных правозащитных групп. Представитель государственного департамента США заявил, что этим людям надо немедленно предоставить возможность вернуться домой и воссоединиться с их семьями.


Директор ближневосточной программы Human Rights Watch Джо Сторк особо отмечает обстановку, в которой были взяты «интервью»: «Мы знаем, что эти люди находятся в заключении практически в полной изоляции. У них нет адвокатов, им лишь дали возможность периодически делать очень короткие звонки родственникам. В этих обстоятельствах их признания абсолютно ни о чем не свидетельствуют, они получены незаконно. Им уже пытаются предъявить обвинения в преступлениях против государственной безопасности, и мы опасаемся, что их признания могут быть использованы против них в ходе судебного процесса, который может последовать».


Наиболее благоприятным исходом в данных условиях стало бы освобождение задержанных после того, как их полностью «отработают» для создания пропагандистского продукта заданной направленности. Так уже произошло с известным иранским философом Рамином Джаханбеглу, который после нескольких месяцев в тюрьме в 2006 году признался, что работал на США с целью подорвать иранский режим, и был отпущен на свободу.


Иранская редакция Радио Свобода/Радио Фарда нашла журналистов и общественных деятелей, которых иранские власти вынуждали давать подобные показания. Так, в участии в попытке свергнуть строй признался журналист Фарадж Саркухи. Он так объясняет необходимость организации подобных «покаяний»:


- В первые годы после исламской революции цель состояла в том, чтобы сплотить народ вокруг правительства, убеждая людей, что внешний враг мобилизовался и укрепляет свои позиции внутри страны. Но когда число таких принудительных признаний возросло и когда признавшиеся получили возможность потом рассказать, как вырывались у них эти показания, власти Исламской Республики осознали, что люди перестали в них верить.


- Нынешняя кампания преследует несколько целей. Еще раз подтвердить тезис, постоянно повторяемый иранским руководством: Запад поставил своей целью совершить в стране «мягкий» переворот, своего рода «бархатную» революцию. Правительство думает, что люди эти теоретические выводы не принимают, поэтому надо их проиллюстрировать, показать на примерах. Кроме того, выискиваются лица, на которых можно было бы возложить ответственность за все нынешние социальные и экономические проблемы. Власти называют их «троянским конем врага». Так что есть и долгосрочные, и сиюминутные цели. Знаете, когда у исламской власти были проблемы с писателями, выступившими против цензуры, она тоже вырвала у них признания, что они получали приказы Запада.


Еще одна цель, по словам Фараджа Саркухи, состоит в том, чтобы запугать народ перед предстоящими через пять месяцев выборами в парламент: если такое можно сделать с иностранцами, то что же тогда грозит простому иранцу. Лучше уж сидеть дома и молчать.


В запасе у режима есть еще два американца иранского происхождения: активист движения за мир из Калифорнии Али Шакери, и наша коллега из иранской редакции РС Парназ Азима. У обоих отобрали паспорта на границе и не выпускают из страны.


Показать комментарии

XS
SM
MD
LG