Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ядерная программа Ирана – как сказывается международное давление и политика США на Ближнем Востоке?


Кондолизза Райс: США дают своим союзникам твердые гарантии оказать помощь в деле обеспечения безопасности. У нас много общих интересов в регионе – борьба с терроризмом и экстремизмом, защита прошлых завоеваний мирного процесса и распространение их результатов на будущее.



Ирина Лагунина: В понедельник Госсекретарь США Кондолизза Райс предложила ряду умеренных стран Ближнего Востока пакет помощи в укреплении обороны и возможность купить современное оружие в Соединенных Штатах. В общих деталях предложение выглядит так: США предоставляют Израилю военную помощь в размере 30 миллиардов долларов в течение 10 лет, то есть 3 миллиарда в год. Вместе с этим аналогичная помощь предоставляется и арабским странам. Например, Египет получит 13 миллиардов за 10 лет. Параллельно таким странам, как Саудовская Аравия, Кувейт или Катар предоставляется возможность закупать у США вооружение и военное оборудование, корабли и системы ПВО. Общая сумма сделки не названа, но по экспертным оценкам это 20 миллиардов долларов. Первым отреагировал на эти предложения Иран. Представитель министерства иностранных дел Ирана Мохаммад Али Хосейни:



Мохаммад Али Хосейни: Американцы по-прежнему стремятся к одним и тем же целям в регионе: запугать страны, испортить хорошие отношения между ними, создавать рынки для своего оружия и навязывать его экспорт в страны региона.



Ирина Лагунина: Эксперты отмечают, по крайней мере, три момента в этом новом предложении Соединенных Штатов. Оно явно направлено на то, чтобы создать новый баланс сил в регионе. После того, как пал режим Саддама Хусейна и Ирак погрузился в хаос, Ирану в Персидском заливе уже никто не может противостоять. А США хотели бы, чтобы сдерживали эту страну умеренные суннитские государства.


Второе. Это поворот к практической политике и практическим нуждам региона и отход от идеи демократизации Большого Ближнего Востока от Магриба до Афганистана. В оценках специалистов по Ближнему Востоку, это положительный момент, поскольку идея демократизации явно не была услышана арабской улицей, но вызвала большое недоверие в кланах арабских правителей.


Третье. Это, тем не менее, послание местным режимам: вы получите нашу помощь только в том случае, если останетесь умеренными. И послание другим: становитесь умеренными, и ваша безопасность станет нашим приоритетом. Это, как полагают специалисты по региону, тоже разумный шаг, поскольку если Иран можно сдержать силой современного оружия, то сдержать ею «Аль-Каиду» невозможно.


То есть спорным моментом остается лишь Иран, что само по себе уже не мало, особенно если учесть, что в последнее время Иран пошел на некоторое сотрудничество с Международным агентством по атомной энергии и допустил инспекции на строящийся реактор на тяжелой воде в местечке Арак. Некоторые конгрессмены-демократы уже пригрозили Белому Дому, что не допустят этих расходов, потому что они не умаляют угрозу интересам США на Ближнем Востоке, а только подогревают страсти. С ними согласны и ряд экспертов в этой области. Директор исследований Американской Ассоциации по контролю за вооружением Вейд Боэзе.



Вейд Боэзе: Видимая причина, по которой мы хотим поддержать военный потенциал этих стран, - чтобы они служили барьером для Ирана. Интересно, какова будет реакция Ирана. Иран подумает, что его безопасность под угрозой и может ответить расширением своего военного потенциала, что заставит соседние страны еще больше опасаться этой страны. Это – спираль, в которой каждая сторона хочет обеспечить себе большую военную мощь и большую безопасность, порождая в противоположной стороне мысли о собственной незащищенности и желание защитится. Так что логика предоставления оружия для того, чтобы обеспечить большую стабильность, весьма спорная.



Ирина Лагунина: Как это может сказаться на иранской ядерной программе?



Вейд Боэзе: Мы пытаемся создать условия для того, чтобы найти решение в вопросе иранской ядерной программы – именно эта проблема вызывает у нас наибольшее беспокойство. И вместо того, чтобы продавать оружие другим странам региона, я бы сказал, было бы разумнее разрешить напряжение в отношениях с Ираном, предложив ему диалог, переговоры, в ходе которых можно обсудить те опасения, которые испытывают обе стороны.



Ирина Лагунина: Но в чем тогда видит на самом деле политическую подоплеку этого предложения США директор исследований Американской Ассоциация по контролю за вооружением Вейд Боэзе?



Вейд Боэзе: Соединенные Штаты на самом деле хотят поддержать близкие отношения с Израилем, показать ему, что он может чувствовать себя в безопасности даже при том, что США продают оружие в страны, которые не обязательно относятся к Израилю дружественно. Более того, Соединенные Штаты исторически проводили политику, направленную на то, чтобы у Израиля было качественно более эффективное оружие, чем у соседей по региону. Так что на самом деле это предложение - 3-миллиарда в год - состоит в том, чтобы Израиль и дальше развивал более современное и более эффективное оружие, чем то, которое будут закупать Саудовская Аравия, Египет или Иордания.



Ирина Лагунина: Директор исследований Американской Ассоциации по контролю за вооружением Вейд Боэзе. Британский специалист по Ближнему Востоку Адель Дарвиш также замечает, что Израиль, который обычно выступает резко против подобного рода соглашений, на этот раз приветствует действия США.



Адель Дарвиш: Это происходит одновременно с увеличением помощи Израилю. Вообще в интересах Соединенных Штатов развивать оборонные возможности их союзников перед лицом угрозы, которая исходит от Ирана. Традиционно, да, Израиль выступал против того, чтобы арабские государства получали современные виды оружия из США, но на этот раз он как раз добивался этой сделки.



Ирина Лагунина: Почему Саудовской Аравии предложено больше – с точки зрения возможности закупить оружие, чем другим странам? Она больше делает для борьбы с террором? Она более стабильна?



Адель Дарвиш: Саудовская Аравия просто самая большая страна. Посмотрите на ее географические размеры в регионе. Если вы военный, командующий, то как вы будете рассуждать? Если я потеряю Кувейт, Бахрейн, Арабские Эмираты, Катар в войне с Ираном, то у меня все равно останется стратегическая сила в лице Саудовской Аравии. Так что вы попытаетесь сконцентрировать стратегические резервы и вооружения в Саудовской Аравии.



Ирина Лагунина: Но если в Саудовской Аравии, например, духовенство возьмет верх над умеренным королевским двором или если в принципе возобладает радикализм – посмотрите, сколько членов «Аль-Каиды» - выходцы из Саудовского королевства. Разве это не будет представлять угрозу?



Адель Дарвиш: Думаю, аргумент против этого таков. Да, в Иране мы не предвидели, что произойдет, если не будет шаха. А если посмотреть на Саудовскую Аравию, то она, конечно, партнер и союзник в войне против терроризма. На самом деле есть две основные угрозы американским и британским интересам в регионе. Одна – угроза со стороны Ирана, вторая – угроза терроризма. Они переплетаются, когда речь заходит о движении ХАМАС или о Ливане, где подрывается мирный процесс. Так что аргумент против рассуждений об угрозе со стороны Саудовской Аравии состоит в следующем: нет, здесь нет угрозы, мы просто помогаем этой стране защитить себя.



Ирина Лагунина: В последнее время это противостояние между шиитским Ираном и суннитской Саудовской Аравией, претендующей на центральную роль в суннитском мире, стало намного более заметно. Интересы двух стран явно сталкиваются в Ираке, где растет, с одной стороны, число так называемых добровольцев из Саудовской Аравии, а с другой – политическое влияние Ирана на шиитское большинство страны. Но другие арабские государства на самом деле бояться Ирана? И если да, то почему?



Адель Дарвиш: Я говорил не с одним официальным представителем стран Персидского залива. И все они абсолютно, на сто процентов уверены в том, что Иран пытается обзавестись ядерным оружием и что это не имеет никакого отношения к Израилю. Они же знают, что Иран ни при каких обстоятельствах не может пойти на ядерную конфронтацию с Израилем – у Израиля самого есть ядерное оружие. Так чего Иран добивается? Иран хочет контролировать залив. И сколько бы президент Ахмадинеджад и иранское руководство их не уверяло, что это не так – они все равно чувствуют, что угроза со стороны Ирана направлена против них. Они видят ситуацию только так.



Ирина Лагунина: Адель Дарвиш, британский специалист по Ближнему Востоку. Эксперты согласны в оценке того, что новая возможность закупать оружие, предоставленная Соединенными Штатами отдельным странам Ближнего Востока, может обострить отношения с Ираном и даже в какой-то степени сорвать наметившийся диалог между МАГАТЭ и режимом Ахмадинеджада. Кто-то даже говорит о том, что Иран ускорит свои ядерные исследования и разработки. Но о том, что они собой представляют на данный момент, мы поговорим в следующем выпуске программы.
XS
SM
MD
LG