Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Доля иностранных банков в России составила 20 процентов. Это много – но только по сравнению с Китаем


Ирина Лагунина: Доля иностранных банков в общем капитале банковской системе России впервые достигла 20%, сообщил Центральный банк. Это – в 10 раз больше, чем доля зарубежных банков в Китае, но втрое меньше, чем в Великобритании или Финляндии. На переговорах о вступлении во Всемирную торговую организацию Россия добивается возможности ограничить на первых порах долю зарубежных банков – не более 50%. При этом даже действующее в России банковское законодательство не предусматривает вообще никаких ограничений. Подробнее об этом – в материале Сергея Сенинского...



Сергей Сенинский: Доля в целом иностранного участия в совокупном уставном капитале российских банков увеличилась во втором квартале этого года с 18% до 21%, сообщил на этой неделе руководитель департамента лицензирования Банка России. За это время, по его словам, были открыты два новых банка со 100% иностранным капиталом, а также перешли под зарубежный контроль еще 8 банков. Кроме того, учтены данные по государственному «Сбербанку», разместившим часть своих акций на открытом рынке.


Ныне действующее в России банковское законодательство определяет ли как-то «предельно допустимую» долю зарубежного участия в совокупном капитале национальной банковской системы? Наш собеседник в Москве – председатель подкомитета Государственной Думы по банковскому законодательству Павел Медведев:



Павел Медведев: В законе «О банках и банковской деятельности» есть такая статья: «Размер, квота участия иностранного капитала в банковской системе Российской Федерации устанавливается законом по предложению правительства Российской Федерации, согласованному с Банком России». Эта статья действует уже 11 с лишним лет, и правительство ни разу никаких предложений не выдвигало. Следовательно, никаких ограничений доли иностранного капитала в российской банковской сфере не существует.



Сергей Сенинский: Но во многих публикациях на эту тему и даже в интервью часто называется «50%» уровень зарубежного участия в российской банковской системе как некий «пороговый и опасный». И права на такое ограничение Россия добивается на переговорах о вступлении во Всемирную торговую организацию....



Дмитрий Медведев: Я думаю, что 50% барьер – это некий психологический уровень. Пока уровень был 7%, его особенно не замечали. Пока тревоги нет. А вот, я думаю, что уровень 50% уже вызовет тревогу. Наши банкиры будут думать, что их вытеснят с рынка.



Сергей Сенинский: Можно ли говорить о том, что на банковском рынке России есть некие сегменты, в которых иностранные банки (или бывшие российские, но купленные иностранными) занимали бы сколько-нибудь доминирующее положение – по сравнению с их российскими конкурентами?


Заместитель директора по рейтингам финансовых институтов парижского офиса международного рейтингового агентства Standard&Poor's Екатерина Трофимова:



Екатерина Трофимова: Четко можно сказать, что ни на одном из важных сегментов банковского рынка иностранные банки не занимают доминирующего положения. Сбербанк, безусловно, остается крупнейшим кредитором, крупнейшим институтом, привлекающим вклады физических и юридических лиц. Доля нерезидентов – прежде всего индикатор влияния иностранного капитала на банковское дело. В этом случае надо обращать внимание на вложения нерезидентов в банке, где им принадлежит контроль более 50%. В этом, по нашим оценкам, доля не превышает 15%.



Сергей Сенинский: Статистика Банка России отражает более широкий круг банков с иностранным участием...


Но в целом д оля зарубежного участия в национальной банковской системе в 15-20% - это, если сравнивать с другими странами мира, и много, и мало одновременно...



Екатерина Трофимова: В отличие от стран Центральной и Восточной Европы и даже таких стран, как Украина и Турция, Россия все еще представляет собой редкое исключение в очень активном процессе привлечения прямых иностранных инвестиций в банковский капитал. Разница разительная в процентах участия иностранного капитала. В частности, например, в Эстонии доля иностранных участников превышает 98%, в Польше, Латвии находится на уровне 65%, в Литве на уровне 85%. Доля участия иностранного капитала и в Турции, и в Украине сейчас превышает 35%. И по нашим ожиданиям, доля ожидания в российском банковском секторе будет продолжать расти, но все-таки не превысит может быть 30-35% в ближайшие три-пять лет.



Сергей Сенинский: В Европейском союзе – в среднем по всем странам – доля зарубежного участия в национальных банковских системах, по данным Европейского центрального банка, составляет примерно 27%. Но по отдельным странам она может отличаться не в разы даже, а в десятки раз – причем отнюдь не только между странами Западной и Восточной Европы. Например, в Германии и Италии доля зарубежных банков составляет 6-7%, во Франции, Испании и Нидерландах – 12-14%, а в Великобритании и Финляндии – 60-70%, то есть даже больше, чем во многих странах Восточной Европы, где доля зарубежных банков почти всегда превышает долю местных.



Екатерина Трофимова: С точки зрения уровня и темпов развития, безусловно, массовый приток иностранных инвестиций способствовал скачкообразному развитию, одномоментным, достаточно быстрым прогрессом в развитии и комплекса услуг, и качества обслуживания, и систем управления и, в частности, управления рисками. В России все-таки, несмотря на огромный прогресс, который был достигнут в этой отрасли за последние несколько лет, отставание по сравнению с банками Центральной и Восточной Европы все-таки достаточно заметное.



Сергей Сенинский: В банковской системе Соединенных Штатов доля зарубежного участия – примерно 7%, а в Китае – менее 2%...


Среди стран Западной Европы с наименьшим зарубежным участием в банковской системе – Испания, где доля иностранных банков – примерно 12%. Из Мадрида – сотрудник консультационной компании Fortuny Оскар Фернандес:



Оскар Фернандес: Зарубежные банки, приходящие в Испанию, как правило, особого успеха не добиваются. Главная причина - менталитет испанцев. Они не очень доверяют зарубежным банкам. Многие иностранные банки, даже весьма крупные, пытались работать на испанском рынке с конца 70-ых годов, но вынуждены были уйти, так ничего и не добившись. В лучшем положении оказались те из них, которые просто покупали испанские банки, использовали их названия и региональную сеть. Так что, покупка местного банка – это, пожалуй, единственный способ для иностранного банковского капитала успешно работать в Испании.



Сергей Сенинский: Речь идет о дочерних компаниях в этой стране банков, штаб-квартиры которых находится в других странах. И такая дочерняя компания действует по правилам страны, в которой она находится. В отличие от прямых филиалов зарубежных банков, работающих по правилам той страны, где банк зарегистрирован. Россия – категорически против открытия у себя таких филиалов. В странах Европейского союза филиалы зарубежных банков – обычная практика. Из Берлина – директор департамента банковского надзора Bundesbank Герхард Хофманн:



Герхард Хофманн: Что касается филиалов зарубежных банков, то здесь следует различать банки из других стран Европы и третьих стран. Филиалы европейских банков полностью контролируются материнскими компаниями. Тут действует принцип обоюдного признания. Например, если какой-то французский банк получил лицензию в Париже, то он может без каких-либо дополнительных разрешений открыть свой филиал и в любой другой европейской стране, однако такой филиал, в отличие от дочернего банка, не будет являться самостоятельным предприятием в этой стране...



Сергей Сенинский: А если речь идет, например, о самых крупных в мире банках – японских и американских?..



Герхард Хофманн: У нас есть особые соглашения по банкам из США, Японии и Австралии. И на них распространяются те же правила, что и для европейских банков.


Мы не опасаемся, что они окажутся слишком мощными на немецком рынке. Наоборот, их приход дал положительный импульс развитию всей нашей экономики. Ведь именно иностранные банки зачастую привносят новые технологии кредитования и новые виды банковского сервиса. Естественно, возникающая конкуренция требует большей гибкости от местных, немецких банков, но от этого мы только выигрываем. Поэтому и выступаем против каких-либо ограничений...



Сергей Сенинский: В Польше доля зарубежного участия в национальной банковской системе превышает 65%, а сразу три банка из первой пятерки крупнейших в стране принадлежат зарубежным банкам. Из Варшавы – главный редактор онлайнового журнала Bankir Богуслав Пулторак:



Богуслав Пулторак: Участие иностранного капитала всегда воспринимается неоднозначно, так как банковская система напрямую влияет на развитие экономики - например, через кредиты. Пока национальная экономика стабильно растет, как сейчас, большой разницы нет - польский это банк или иностранный. Противники их присутствия, однако, говорят, что в случае, если темпы роста польской экономики замедлятся, то иностранные банки либо ограничат здесь свою деятельность или вообще уйдут из страны.


С другой стороны, если банк работает на территории только одной страны – как, например, крупнейший польский банк PKO, для него очень важно, как именно развивается национальная экономика. Многие в Польше предлагают поддерживать определенный баланс в этом секторе, чтобы в нем действовали и национальные финансовые группы...



Сергей Сенинский: Если иметь в виду переговоры России о вступлении во Всемирную торговую организацию, то в части банковского сектора речь идет, в частности, о возможности лимитировать долю участия зарубежных банков в национальной банковской системе, и во-вторых, о недопущении на внутренний рынок прямых филиалов зарубежных банков, которые действовали бы по правилам своих стран. Из Москвы - председатель подкомитета Государственной Думы по банковскому законодательству Павел Медведев:



Павел Медведев: Формально, конечно, ни до чего не договорились. Окончательно договорятся тогда, когда будут соответствующие документы подписаны со всеми странами. Этого не произошло. Но по планам, насколько я понимаю, собираются договориться о 50% квоте и о недопущении филиалов. Но надо иметь в виду, что эти ограничения будут действовать 5-7 лет после того, как Россия войдет в ВТО. Насколько я понимаю, все договоренности об ограничениях при вступлении в ВТО являются временными, являются переходными. Поэтому ограничения и на долю, и на филиалы через 5-7 лет автоматически снимутся.



Сергей Сенинский: Сегодня доля зарубежного участия в банковской системе России достигла 20%, хотя действующее в стране банковское законодательство не предусматривает пока вообще никаких ограничений...


XS
SM
MD
LG