Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Саудовская Аравия – от партнера Соединенных Штатов до региональной державы


Ирина Лагунина: Официальные представители США в последнее время стали высказывать критические замечания в адрес Саудовской Аравии за ту роль, которую страна играет в соседнем Ираке, поддерживая суннитское сопротивление. Соединенные Штаты, конечно, хотели бы, чтобы королевство поддерживало правительство аль-Малики, но для государства, претендующего на роль лидера в суннитском мире, поддержка правительство шиитского большинства – это все равно, что братские отношения с шиитским Ираном. Их не будет. С другой стороны, именно из-за этой неприязни к шиитскому Ирану Соединенные Штаты готовы и дальше считать Саудовское королевство союзником в регионе. Кстати, эти противоречивые и неоднозначные отношения существовали всегда. Во время второй мировой войны, например, Саудовская Аравия дала приют свергнутому профашистскому иракскому лидеру Рашиду Али аль-Гайлани – его взгляды были более привлекательными для семьи Сауда, чем взгляды умеренного мусульманского хашимитского иракского двора. Вместе с тем Саудовская Аравия практически сохранила в войне нейтралитет – только снабжала сырьем союзников, за что президент Франклин Рузвельт подарил королю Абдуле Азизу ас-Сауду инвалидное кресло, в котором король к тому времени нуждался. Отношения США с Саудовской Аравией сохранялись теплыми. И даже после того, как Саудовская Аравия к 1980 году национализировала нефтяную компанию Aramco, созданную изначально американским капиталом, в том числе, капиталом Рокфеллера, партнерские отношения не прервались.


Но это все история. А на сегодняшний день почти половина так называемого иностранного суннитского сопротивления в Ираке – выходцы из Саудовской Аравии. И финансирование суннитов тоже большей частью приходит из частных саудовских благотворительных фондов, система которых была налажена и хорошо отработана в годы советского военного вторжения в Афганистан. Вообще, как говорит директор Центра американского института Брукингз в Катаре Хади Амр, отношения в нынешнем Ближнем Востоке – это большая шахматная доска.



Хади Амр: Все отношения сложны и имеют много нюансов и множество граней. В то время как Соединенные Штаты хотят быть уверенными, что поток нефти из Персидского залива не прекратится и что угроза экспансии со стороны Ирана будет сдержана, они также хотели бы, чтобы государства этого региона открылись для демократического развития. Так что с одной стороны, есть раздражение и разочарование в саудовской политической системе и в том, что происходит в Ираке, а с другой стороны, есть положительное развитие в сфере нефти и бизнеса. Так что черно-белых отношений здесь не существует.



Ирина Лагунина: Саудовская королевская семья, которая выступает попечителями святых мусульманских мест – Мекки и Медины – хотела бы выступать в качестве основных лидеров суннитского мира. Но вместе с этим лидерством она пытается распространить и свое видение Ислама, основанное заключенном в 18 веке на союзе с мусульманским лидером Мухаммадом Абдул Ваххабом. Я уже упоминала финансирование афганских моджахедов, шедшее через благотворительные фонды семьи Бин Ладена. Кстати, отец террориста номер один Усамы – Мохаммад Бин Ладен получил в свое время королевский подряд на создание религиозного центра в Мекке. Задача состояла в том, чтобы приспособить комплекс, в том числе Великую Мечеть, к нуждам миллионов паломников. Этот монументальный стиль в строительстве мечетей саудовские архитекторы потом пытались перенести и в Боснию, и в Косово, и в Албанию. Но мечети были построены, а с религией дело не пошло. Не приняли европейские суфи строгие каноны вахаббитской трактовки Ислама. Любопытно, но Саудовское королевство за годы боснийской войны не выделило ни доллара на гуманитарную помощь мусульманским братьям в Сараево – только на религиозное развитие, которое потом Эр-Рияд был вынужден все равно свернуть. Вахаббитское духовенство не смогло смириться с раскрепощенностью европейских суфи и их исторической культурой создавать и исполнять музыку.


Шиизм же – в отличие от суфизма - видится саудовским духовенством не как определенное искажение религии, которое можно поправить, а как полное и абсолютно неприемлемое богохульство. Все время после исламской революции в Иране в 1979 году Саудовская Аравия с нескрываемым раздражением наблюдала за тем, как эта шиитская страна пытается стать региональным лидером. А теперь и шиитское большинство в Ираке пришло к власти. Стив Клемонс – директор программы американской стратегии в Новом американском фонде в Вашингтоне.



Стив Клемонс: Саудовцы уже давно говорили американской администрации, что если мы ничего не предпримем, чтобы остановить политику этнических чисток, которую шииты проводят в Ираке, то саудовцы, сирийцы, иорданцы и все те, у кого есть семейные связи с суннитами в Ираке, отправятся на помощь своим братьям. Многочисленные саудовские неправительственные организации на самом деле помогают этим оказавшимся в осаде суннитам. Саудовское правительство дало четко понять, что если мы, американцы, покинем Ирак или если мы оставим в стране по существу проиранское марионеточное правительство без должной защиты и гарантий безопасности для суттинов в Ираке, то это приведет в полному региональному хаосу и неразберихе, и мы сейчас на грани этого.



Ирина Лагунина: Но как в этом случае изменятся саудовско-американские отношения?



Стив Клемонс: Они сейчас носят переходный характер. Саудовская Аравия смотри на свое окружение и замечает, что поведение основных игроков меняется. Она видит, как растут претензии Ирана и его роль в регионе. Она видела, как во время израильско-ливанской войны Соединенные Штаты оказались в неудобном для себя положении из-за Израиля, что было явным новшеством. И она видит то, что видят все в мире, - Соединенные Штаты потеряли часть своего мистического ореола силы в Ираке, обнаружили границы своей военной мощи. А это создало впечатление вакуума, который саудовцы хотят заполнить. И с точки зрения Саудовской Аравии, Америка уже не может, по крайней мере, на нынешний момент, быть прежним партнером и выступать в качестве гаранта безопасности, как прежде. Именно поэтому поведение Саудовской Аравии меняется, и отношения с США становятся более сложными.



Ирина Лагунина: Вы имеете в виду, говоря, что Саудовская Аравия пытается заполнить вакуум, ее финансовую поддержку разных групп и организаций – от Афганистана и Пакистана до Ирака?



Стив Клемонс: По-моему, сейчас возникло новое течение саудовской активности. Она вышла на официальный уровень. Раньше влияние в основном распространялось через влиятельных саудовских людей, принцев, бизнесменов, которые вкладывали деньги в различные проекты, благотворительные фонды, неправительственные организации, через попытки распространить вахиббитскию идеологию, учение и школы. Но сама королевская семья напрямую в этом участия не принимала, и официально это не поддерживала, хотя и здесь, конечно, есть много противоречий. В последнее же время правительство Саудовской Аравии стало вмешиваться в разрешение региональных проблем – оно попыталось достичь соглашения между палестинскими группировками «Фатх» и ХАМАС, оно начало принимать участие в нормализации отношений между арабскими государствами и Израилем, оно предоставило финансовую помощь пострадавшим в израильско-ливанском конфликте, оно вступило в словесную войну и обмен колкостями с правительством Башара аль-Асада в Сирии… Оно превратилось из влиятельной, но спящей силы в регионе в реального игрока. И по-моему, саму Саудовскую Аравию из-за этого раздирают определенные противоречия – между теми неправительственными силами, которые финансировали исламский фундаментализм и экстремизм, с одной стороны, и теми силами, которые хотят сохранить в регионе статус кво, что практически невозможно из-за падения влияния США, и, с другой стороны, создать в перспективе большую стабильность, то есть подавить - во многих областях - иранское влияние.



Ирина Лагунина: Каким образом?



Стив Клемонс: Почти как «холодная война» между Саудовской Аравией и Ираном. Вы увидите их противостояние в государствах, где идут конфликты – в Ираке, в Палестине, в Ливане. Где-то их интересы будут совпадать, и они будут работать совместно, а где-то их противостояние будет иметь чудовищные последствия. Но уже абсолютно явно заметно, что Саудовская Аравия позиционирует себя и своих региональных суннитских союзников как противовес Ирану. И делает она это без оглядки на США и Европу, которых считает на данный момент слишком слабыми.



Ирина Лагунина: Стив Клемонс – директор программы американской стратегии в Новом американском фонде в Вашингтоне. Но партнерство с США от этой новой роли Саудовской Аравии в регионе не пострадает, считает директор Центра американского института Брукингз в Катаре Хади Амр.



Хади Амр: Хотя в отношениях между США и Саудовской Аравией могут возникать ухабы, ни одна из стран по отдельности не сможет добиться своих целей в регионе. И это становится все более и более очевидным. Поскольку Саудовская Аравия начинает играть более активную роль, США не смогут без нее разрешить ни одну из проблем – бцль то Иран, Ливан, Палестина, Сирия или Ирак. А Саудовская Аравия хотела бы видеть процветающий, стабильный арабский мир, а этого, в свою очередь, невозможно достичь лез помощи США. Ведь и Америка тоже хочет видеть безопасный и стабильный Ближний Восток, который предоставляет гарантированный поток нефти и постепенно принимает вид демократии. Но и это невозможно без Саудовской Аравии.



Ирина Лагунина: С экспертами по Ближнему Востоку беседовал мой коллега из Радиостанции Свободный Афганистан Абубакар Сиддик.


XS
SM
MD
LG