Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Эмоции, смех и страх в новом телевизионном сезоне


Анна Качкаева : Перевалившая за пятилетку самая старая программа на радио про телевидение начинает свой очередной сезон. Сезон намечается развлекательно-призывно-пропагандистским. Причем, скорее всего, без неожиданностей в своей пропагандистской ипостаси. Здесь ничего не предвещает, чтобы информационное и общественно-политическое вещание освободилось от жесткой узды. За предвыборными кульбитами звезд и звездочек наблюдать, наверняка, будет любопытно. Будем присматривать, как партийные шоу будут периодически перетекать в шоу музыкально-танцевальные и наоборот. А вот развлечения во всех смыслах и форматах, наверняка, станут эмоциональнее и агрессивнее. Если открытий и прорывов в других формах и жанрах немного, то следует повышать прошлогодний эмоциональный градус успешных проектов и программ.


Эффектно обнаженный, мужественный торс президента на рыбалке при ноже, крестике и очках – это ведь в каком-то смысле образ и дух наступающего телесезона. Вот и в минувшее воскресенье эфир федеральных телеканалов практически обошелся без упоминания о событиях 1991 года, зато был напичкан сериалами разными и документальными работами о личной жизни юбиляра Кончаловского. Его женщины и дети в картинах были представлены подробнее, чем его творчество.


Пока каналы раскачиваются и о премьерах сообщают неторопливо, СТС представил премьеру сезона партнерам и журналистам, о чем еще расскажет на следующей неделе Александр Роднянский, которого уже я пригласила в нашу студию. Премьеры Первого начнутся с «Минуты славы» и «Фабрики звезд» в следующее воскресенье. В субботу стартуют очередные «Танцы на льду» на канале «Россия».


Ну, а мы начинаем цикл разговорами с экспертами, социологами, руководителями каналов (это недели две-три продлится, потому что надо понять, как запустится этот телевизионный сезон) о том, каким он будет. В преддверии нового сезона мы сегодня поговорим с психологом, с сотрудником Института психологии Российской академии наук Ольгой Маховской о теме, которая, скорее всего, и будет, наверняка, самая актуальная в этом сезоне в смысле насыщенности, перелицовки, перетанцовки, поисков славы, страстях, эмоциях и ценностях личной, семейной, частной жизни – об эмоциях, смехе и страхе на телевизионном экране. Посмотрим, что вам кажется, Ольга, продуктивным из минувшего сезона, и как эта психологически-психотерапевтическая функция будет меняться в сезоне нынешнем.


Вам, уважаемые слушатели, вопрос такой: чего вы ждете от нового телевизионного сезона? Постарайтесь не ругаться сразу. Подумайте, а вдруг в этом эмоционально-развлекательно-успокоительном душе что-то есть позитивное. Во всяком случае, это не означает, что вы не скажите того, чего вам не нравится, например, на телевидении. Но все-таки подумайте, чего вы ждете от нового телевизионного сезона. Я сомневаюсь, конечно, что начальники в этом смысле нас услышат, но хотя бы мы об этом скажем.


Начнем вот с чего, как вам кажется, ценности частной жизни. Какие ценности в минувшем году утверждал телеэкран, и с помощью кого, и с помощью какой, может быть, техники?




Ольга Маховская

Ольга Маховская: Хороший такой вопрос. Он вообще для продюсера, потому что техникой обычно они занимаются. Вы такой хороший образ выдали, когда описывали президента, его торс и тело, что слово «телесезон» звучало просто как «тело сезона». Мне кажется, что это хорошее было бы название для стратегии некоторых каналов, молодежных в том числе. Конечно, идет такое муссирование, попытка каждый раз по-новому муссировать тему любви и эмоциональной привязанности. И эта некая альтернатива, которая нам предлагается на фоне в связи с грядущими президентскими выборами. Нужно понимать, что телевидение у нас все-таки накрахмалено на выборы, и центральные каналы обязательно будут в качестве стратегической задачи выполнять политические какие-то требования и, безусловно, внешние требования. Но что мы получаем взамен? Если «перестройка» шла под флагом свобод и открытости общества, потом была волна, когда нам обещали, что мы заработаем много денег (МММ и вся эта реклама), и что из этого получилось? То теперь нам никто не обещает обогащения, фаза такого дикого капитализма закончилась, а взамен за удачно проведенные выборы мы получим, грубо говоря, любовь, много любви, много эмоций. Нам предлагается бороться за хорошую семейную жизнь, и семейные ценности начинают уверенно продвигаться к вершине ценностного ряда, вытесняя деньги. Это совпадает с государственной политикой, которая обеспокоена, как мы понимаем, деторождением. И в общем, здесь происходит смычка.


Что касается технологий, то технологии, по-моему, старые, потому что «мыло» просто из бразильского, мексиканского очень быстро стало отечественным. Здесь во многом качество «мыла» определяется талантом группы, которая его производит. Я не думаю, что есть какие-то особые рекомендации, но, конечно, тема женского одиночества, встреча с любимым, опять этот «Бальзаковский возраст» - продолжение.



Анна Качкаева : Да, последний третий сезон. Много будет про подростков, как теперь понятно, причем и в историческом ключе (таких от 14-16 до школьников), и проблемы со школой, взаимоотношения с родителями, как я понимаю, по первым прикидкам.



Ольга Маховская: Судя по всему.



Анна Качкаева : И будет что-то еще и мужественное, конечно. Должно уравновешиваться.



Ольга Маховская: Конечно, будет продолжение «Кадетства». Наверное, будут какие-то экранизации военные. Я ожидаю, потому что происходит все-таки рекапитуляция ценностей и поиск в советском прошлом чего-то, что бы задевало эмоционально сегодняшнего избирателя. Все это, конечно, будет нам предлагаться – такая гремучая смесь всего, чего мы накопили. И психологи, армию которых я представляю, телевизионные психологи - здесь первые помощники, потому что мы как комментировали эти истории, так и продолжаем комментировать. То есть мы подсказываем сейчас телевизионным продюсерам, какие темы наиболее актуальны.



Анна Качкаева : Ну, и какие? Вот с этой точки зрения, какие?



Ольга Маховская: (Смеется). Только за большие деньги.



Анна Качкаева : Ах, вот так вот.



Ольга Маховская: Видите, как мы теперь стали работать. Ну, если раньше разводились, то теперь мы все погружаемся в такой свадебный переполох.



Анна Качкаева : В модные переодевания.



Ольга Маховская: В модные переодевания. Недавно закончился сериал «Сваха» на СТС. Это была история брачного агентства, где женили всех со всеми. И идея этого сериала, который я консультировала, состояла в том, чтобы стимулировать брачные настроения, и всех призвать встать в эти семейные ряды. И среди женихов и невест были, кажется, совсем безнадежные персонажи: и старые девы, и старые холостяки, иностранцы, люди со странными занятиями и хобби. Этот сериал давал шанс всем. Он не получил такого отклика энтузиазма, как ожидалось, но тем не менее, дорогу осилит идущий.



Анна Качкаева : То есть сейчас позитив такой, но семейный. Если минувший сезон был в принципе энергичный позитив, без определенной направленности в семью, хотя, конечно, уже дети и семьи несколько сезонов существуют. Но сейчас, вы думаете, эта тема будет усилена?



Ольга Маховская: Я думаю, что тема эта будет усилена. Если раньше героине было максимум 35 лет, а потом казалось, что уже неинтересно про всяких старух, которым за 40, то сейчас все-таки возраст брачующихся:



Анна Качкаева : :повзрослел.



Ольга Маховская: Они повзрослели. Фактически появляются старики.



Анна Качкаева : Неслучайно поэтому будет, видимо, сериал «Тридцатилетние», то есть это уже не восемнадцатилетние.



Ольга Маховская: Это уже не восемнадцатилетние. Такой сериал с участием психолога как «Понять. Простить» на Первом канале (я тоже его консультировала) там очень много историй о пожилых людях, которые находят друг друга, и о тех проблемах, с которыми они сталкиваются со своими детьми.



Анна Качкаева : Судя по первой реакции слушателей, они не ждут ничего нового и интересного от нового сезона. Посмотрим, потому что пока еще не заявлены все премьеры.



Ольга Маховская: Очень, кстати, действительно трудно предсказать, что это новое, абсолютно радикальное.



Анна Качкаева : Радикального нет. Даже уже по премьерам. Это во многом часто нащупанный успех, и дальше идет тиражирование. И с психологической точки зрения, не нужно ничего нового, потому что пока еще не выдохлась ни «Минута славы», ни «Танцы», все это пока еще годится. Но вот меня что интересует. Ясно, что разговор о семье, о личных и частных ценностях вечный, по какому кругу ни пойди – все не надоедает: и вопросы пожилых брачующихся, и юных брачующихся, и семей, и разводящихся – тема вечная. В прошлом году психологи и психотерапевты, которые населили собой телевизионный экран, они всем и всяко советовали. Затем они проникли в ткань сериалов и художественных фильмов. В этом году эта тенденция, очевидно, будет продолжена, потому что, например, все герои нового сериала «Тридцатилетние» тоже будут приходить на прием к психотерапевту. Вот это вообще теперь что? Это такая мода, которая в жизни не привилась, и телевизор ее навязчиво нам продвигает? Или это все-таки желание телевидения объяснить гражданам важность и нужность вот этой самой личной жизни с помощью вас?



Ольга Маховская: Скорее второе.



Анна Качкаева : Перевести с русского на русский. А то граждане как-то до конца не могут осознать ценности личной и частной жизни.



Ольга Маховская: Ну, граждане как раз могут осознать, они просто не могут ее найти. Другая проблема, что хочу быть счастливой и выйти замуж, но как и за кого? Вот эти вопросы мучают современную россиянку, например. А молодые тоже хотят жить счастливо и беспечно. Вот как-то так устроиться, чтобы потом вся эта бытовуха не заедала и многодетность не душила. И этого они боятся, глядя на своих родителей и прародителей. Поэтому они не торопятся, мы видим по социологии, оформлять отношения часто и в 30, и в 40 лет.


Что делают психологи? Психологи, конечно, комментируют, и это всегда повод поговорить, отнюансировать отношения и сказать какие-то важные вещи, запрограммировать аудиторию, сказать какие-то сентенции вроде «семья – это главная крепость в жизни человека». С этим не поспоришь. Или «любовь – это самая важная ценность на свете», - напоминает психолог. И вообще, у нас уже можно писать историю психологии на телевизионном экране, потому что первыми психологами, если вы помните, были наши знаменитые психотерапевты Кашпировский и Чумак. Это были такие специалисты универсалы. Кажется, если чреслами припасть к телеэкрану, то там, по меньшей мере, человек перестанет писать по ночам, и это здорово. И они зомбировали целые аудитории, и это тоже было хорошо для государства, если мы говорим о государственной политике на телевизионном экране. И на вывеске малаховской программы «Пусть говорят» до сих пор есть Кашпировский. В общем-то, это своего рода вершина достижения Первого канала. Вот так воздействовать на такую огромную аудиторию, чтобы завтра все действовали определенным образом.



Анна Качкаева : У старшего Малахова?



Ольга Маховская: У младшего. Там такой кубик выворачивается, и Кашпировский на нем. Меня всегда занимало: Андрей вообще видел свою заставку? Что это такое за месседж очень странный? А потом жанр стал мельчать. В общем, мы все, кто на телеэкране комментируем – мы работники эстрадного жанра, правда, мы все самопальные, потому что никаких цирковых училищ мы не заканчивали. Но тем не менее жанр участия в ток-шоу предполагает, что мы говорим что-то искрометное, меткое, остроумное и забавляем аудиторию вместе со всеми другими участниками. И здесь это просто дополнительный голос, который может сказать все что угодно. И много чудаков и фриков от психологии появилось на телеэкране. А в прошлом сезоне я стала замечать радикальные перемены, когда психологов не просто, как вы говорите, вводят в ткань телевизионной программы или даже сериала, а им пишут сценарии. То есть мы не говорим от себя, как мы считаем, имея за спиной разные школы:



Анна Качкаева : :некое научное знание…



Ольга Маховская: Что угодно. И здесь разнообразие ценно, потому что каждый волен выбирать своего психолога. А здесь все психологи стали жаловаться на то (мы друг друга знаем, телевизионная психологическая тусовка), что им пишут сценарии, которые далеки от истинных психологических концепций. И так бы он никогда не сказал, но его пригласили, он обязан. Фактически его имя используется для того, чтобы поддержать сценарные наработки. И сталкиваясь уже со сценаристами, поскольку мне пришлось, наверное, сегодня первой пройти этот путь еще дальше – я работаю со сценаристами за кадром, я пытаюсь влиять на структуру программы так, чтобы не попадать потом в ситуацию нелепую и давать комментарии, которые я бы никогда не дала. Могу сказать, что здесь сталкивается профессиональный психолог с профессиональным сценаристом, который является психологически неграмотным. Я сценарно не грамотна, а сценарист – психологически не грамотен. Он несет свою неграмотность на экран, я пытаюсь его как-то ограничить и помочь. Это очень трудный тандем.


В сериале «Понять. Простить.» следы этого борения налицо. Там два психолога – Борис Егоров, которого озвучиваю я, и Галина Тимошенко, которые работают в разных регистрах, но им действительно пишут сценарии. Один (мужчина) работает как Эркюль Пуаро, следователь, он аккуратно разворачивает историю и пытается комментировать детали. А Галина Тимошенко работает в таком режиме управдома, который все время ругает, к ней приходят, а она бьет по рукам.



Анна Качкаева : Но я так понимаю, что прямой сеанс психотерапии на телевидении, видимо, закончилась мода на него. Потому что я так понимаю, что Курпатова закрыли.



Ольга Маховская: Курпатова закрыли. Это была все-таки имитация. Его закрыли не потому, что он делал что-то вредное, а потому что он делал что-то скучное. Когда он появился, мне очень нравилось, мы тут шебуршим на экранах, а появился мальчик из провинции и нас сделал, у него появилась своя программа. Но мне так и не удалось до конца посмотреть ни одну из его программ ни на «Домашнем», ни на Первом, потому что это настолько скучно, что просто выключаются мозги, идет такое отторжение. Тем не менее, Андрей Курпатов в новом сезоне будет комментировать «Фабрику звезд», подтвердив тем самым мое предположение, что он и сам «сфабрикованная звезда», потому что за ним не чувствуется на поверку никаких интересных психологических открытий. Человек не знаком с бестселлерами мировыми, и это чувствуется, вот эта ограниченность кругозора. Но человек нашел свое место и будет «звездеть».



Анна Качкаева : А меня всегда интересовало, я на вас всех смотрю и думаю: а по какому кругу не надоедает произносить эти сентенции, которые вечные? Вам то ладно – у вас работа такая. Вот людям никогда не надоедает?



Ольга Маховская: Как сказала одна редакторша: «Некоторым людям очень надо это слушать».



Анна Качкаева : То есть это и есть психологическая помощь.



Ольга Маховская: Ну, вот такая суггестия. Просто успокоить, что действительно то, о чем ты думала, что завтра ты встретишь своего возлюбленного и будешь счастлива, это важно услышать с экрана. И тогда действительно у тебя возникнет ощущение, что тебя поддерживают, любят и в тебя верят. Это примерно такой эффект достигается. Во-первых, поколения меняются. Во-вторых, есть вещи – вечная тема любви, про которую никогда не надоедает, как не надоедает смотреть бесконечные сериалы, хотя все любят друг друга одинаково, с одинаковыми взглядами, но только макияж меняется, и антураж. А в общем, даже эмоции никто особо не отыгрывает. Тем не менее, это актуально, какая-то внутренняя ритуалистика включается. 40 минут про любовь для женщины послушать – это определенная доза, как, может быть, для мужчины выпить сто граммов, это какой-то допинг эмоциональный, который человек должен получать.



Анна Качкаева : Но это правда, и вы подтвердите или опровергните мое ощущение, все-таки психологи появляются на каналах, где более женская аудитория. Там, где аудитория более мужская, они, видимо, либо менее требуются, либо не находят персонажей для мужчин.



Ольга Маховская: Да, пока не находят персонажей. Потому что мужчины-психологи обычно это люди очень мягкие и презираемые мужчинами.



Анна Качкаева : Потому что, например, в какой-нибудь программе «Бабий бунт» мог бы оказаться такой же психолог и мог бы чего-то комментировать в этой связи. Но там его нет.



Ольга Маховская: Ну, такой формат они выбрали, чтобы вчистую играть против баб и их бунта.



Анна Качкаева : Ну, да, короче говоря, просто для мужчин, может быть, не подобрали формат, и не нашелся персонаж.



Ольга Маховская: Ну, у них есть футбол.



Анна Качкаева : И это снимает.



Ольга Маховская: Это очень серьезно.



Анна Качкаева : На одних весах будут выборы, где все будет пропагандистски и призывно-сдержанно, под контролем, в некотором загоне и, наверняка, с какими-то манипулятивными технологиями, а с другой стороны, вот должна такая быть страстная широкая площадка, где будет все блистать, сверкать, искрить, слезиться, радовать и так далее.



Ольга Маховская: Демонстрировать процветание грядущее.



Анна Качкаева : Да даже не процветание. Вот все-таки, мне интересно, помимо одного из мотивов, о котором вы говорите, что любовь и семья, любовь во всех смыслах, у нас даже на биллбордах СТС сейчас к новому сезону слоган «Влюбись!» Я то так понимаю, что они пытаются чуть более многообразно взглянуть на этот вопрос: влюбись во все – в многообразие мира, в многообразие людей и так далее. Но что, помимо любви, еще может быть в эмоциональных красках этого сезона?



Ольга Маховская: Очень много будет детских программ.



Анна Качкаева : То есть это тот же контекст.



Ольга Маховская: Частная жизнь. Нас всех загоняют в частную жизнь, потому что хватит уже, наактивировались, что могли – приватизировали, что могли – построили, что могли – купили. Сейчас понятно, что быстро ни одна из задач купить дом и выстроить фирму не решится, или накопить миллион. По свету мы уже поездили, нас этим особо не удивишь. Значит, нужно развлекаться на том участке, который…



Анна Качкаева : Или так и не выехали в свет, и именно поэтому…



Ольга Маховская: То есть дача, квартира – все эти программы домашние остаются. Воспитание детей, любовь, строительство семьи и попытка быть счастливыми с теми, с кем уже тебя жизнь свела.



Анна Качкаева : Честно говоря, ведь это, наверное, хорошо.



Ольга Маховская: Что хорошо? Что это есть? Это хорошо, если это есть. Если это не имитируется.



Анна Качкаева : Вы хотите сказать, что экран это будет скорее придумывать и радужно расцвечивать, чем отражать реальность?



Ольга Маховская: Вы меня просто удивляете. С кем я разговариваю?! Вы что, до сих пор верили, что все, что на экране, это и есть реальность?



Анна Качкаева : Может быть, все-таки, когда рисуется некая «фабрика грез» по голливудской схеме, то, может быть, если в это верить, то… Или вы в это не верите?



Ольга Маховская: Как бы вам сказать? Я уже в таком преклонном возрасте, что я, конечно, дистанцируюсь от того, что мне предлагают, я уже критически отношусь. Конечно, это предлагаются некоторые образцы, некоторые лекала, по которым…



Анна Качкаева : Тогда зачем вы в этом участвуете, если вы так критически относитесь к этой иллюзии «фабрики грез»?



Ольга Маховская: Без меня, Ань, это было бы еще хуже.



Анна Качкаева : А, то есть это еще бы было и непрофессиональным.



Ольга Маховская: Да, потом мы и учимся. Ведь я пришла на детский канал «Теленяня», который на дециметре показывается, нет претендентов, мне не за кем идти, не было психологов или образователей, которые бы уже успели поработать с детскими программами. Была «Улица Сезам», я там училась у американцев, как они это делают. И очень много консультировалась с экспертами. В этом смысле для меня это миссия, я не могу уйти. Когда мне предлагают детскую программу на РТР по детским мнемотехникам, я знаю, как это делать, конечно, я буду им помогать. Платно, бесплатно – это даже вопрос другой. Не к кому обратиться. Я им буду помогать. Это развлекающая и тренирующая интеллект программа о том, как научиться быстро и много запоминать, для детей. Я приехала из Киева совсем недавно, закрыли программу «Частная жизнь», мы говорили о частной жизни…



Анна Качкаева : Кстати, тоже странно, «Частная жизнь», которая, наверное, была самой не «желтой» из всех программ про частную жизнь. Ее закрыли, потому что, видимо, ее какой-нибудь детский проект заменит.



Ольга Маховская: Нет, нет. Мы ездили в Киев, и команда, которая делала эту программу на РТР, она пишет «Украинскую Опру», так называется шоу с Оксаной Марченко. Эту программу они будут пытаться двигать на РТР, она заменит «Частную жизнь». Но это точно такое ток-шоу, просто для женщин, которое будет вести женщина. Видимо, все-таки у Молчанова было такое подозрение, что низкие рейтинги этой программы связаны с тем, что ведет ее:



Анна Качкаева : :слишком элитарный и интеллигентный ведущий.



Ольга Маховская: Элитарный и уже немолодой, потому что здесь нужно попадать в мишень женских симпатий. Тут надо понимать, что он должен быть в определенном тонусе.



Анна Качкаева : Молчанов то не производил впечатления человека не в тонусе на экране.



Ольга Маховская: Не знаю. Вы знаете, мне кажется, что все-таки вяловато смотрелся, все-таки вяловато. Не я определяю его судьбу, но я бы это шоу не смотрела именно потому, что оно очень медленное для меня после малаховских шоу. После того, что предлагает Первый канал, РТР – это канал медленный. Может быть, для людей, более думающих, которых тоже надо беречь и поощрять. Но вот конкуренция – вещь такая, что в прошлом сезоне, по крайней мере, эмоционально перешибал Первый канал, не интеллектуально.



Анна Качкаева : Ну, а сейчас, я думаю, что они просто сомкнутся со СТС. То есть «Первый развлекательный» действительно стал Первым развлекательным. Значит, тема у нас получилась – любовь, семья, дети. Детей будет много в разных вариантах, вплоть до нескольких дополнительных каналов, которые откроются в этом сезоне. А что с этой темой, я даже не знаю, как ее назвать, - перелицовка, переодевание в широком смысле слова?



Ольга Маховская: Это называется программы-трансформации, когда входит с одним лицом, а выходит с другим.



Анна Качкаева : От «Модного показа» до «Снимите это немедленно», от внешнего преображения до попытки…



Ольга Маховская: Эти программы сохранятся.



Анна Качкаева : Они все и сохраняются. Но это что, с точки зрения психологии? Какая это история? Она чему в человеке помогает?



Ольга Маховская: Это такие визуальные рецепты преображения, очень важные для женщин. Она должна видеть и верить, что какая бы она ни была сегодня, дурнушкой и плохо одетой, стоит сделать некоторые усилия, как произойдет… Это такой эффект «золушки», которая концы с концами не может свести, какая-нибудь кассирша обслуживает клиентов или какая-то конторская работа, ничего интересного, но тем не менее, стоит добежать до парикмахерской, сделать заначку, и можно жить в этой иллюзии, что ты всегда сможешь очень быстро стать красавицей и зашагать по жизни.



Анна Качкаева : Но ведь эти шоу не могут быть одинаковыми. Это означает, что где-то они должны быть гораздо более агрессивными, где-нибудь должны быть какие-то провокации. И вот я уже понимаю, в шоу у Зайцева там этих несчастных женщин долбают за то, что они не так выглядят.



Ольга Маховская: Да, будут брать с улицы людей и почти насильно их заставлять. В этом есть какой-то элемент игры для того, чтобы преодолеть, как они считают, сопротивление самой аудитории. Вообще-то, странный и ложный рецепт женского счастья, как мы с вами понимаем, что сделай над собой усилие, приведи себя в порядок, и твоя семейная жизнь наладится, или в твоей личной жизни произойдут серьезные изменения. Но для тех, кто этого еще не сделал, это многообещающее предложение, которое диктует, конечно, глянец.



Анна Качкаева : Но вы согласитесь с тем, что гламурность в ее буквальном смысле минувшего и даже позапрошлого сезона как-то растушевалась, размалев такой произошел? Или нет? Она как-то выйдет все-таки, вылезет?



Ольга Маховская: Она разбавляется, потому что она популярна только в больших городах. И журналы в провинции вы их просто не увидите.



Анна Качкаева : «Кому в здравом уме может нравиться Малахов? - пишет Александр».


«У нас кризис гуманистического мировоззрения, и все у нас персонажики».


«Строю себе веранду. Это и будет мировым порядком, что довольно сходно. Разные масштабы. Мы установили диктатуру пролетариата и установили диктатуру отдельно взятой организации».


Сергей из Ленинградской области, мы вас слушаем.



Слушатель: Я, например, очень жду разнообразных и многочисленных передач по экологии, где показывалось бы, что вот мы что-то делаем, и какие процессы мы запускаем, в том числе и разрушительные. Допустим, сжег человек упаковку на даче. Что происходит с его легкими, с его настроением, настроением окружающих? Зажег костер, допустим, прямо на земле, что там произошло с обитателями, и так далее. Эстетический аспект может быть затронут. Все красивые, на красивых машинах, а мусор швыряют.



Анна Качкаева : Вы правы, Сергей, вообще, это была бы очень хорошая тема. Но что-то я не слышала, чтобы кто-нибудь с идеей такой программы вышел. В некотором смысле научно-познавательная программа «Галилео» будет на СТС.



Ольга Маховская: Она вышла уже.



Анна Качкаева : И она будет продолжена. Несколько таких просветительских программ будет:



Ольга Маховская: «В мире животных».



Анна Качкаева : :в субботнем, воскресном эфире и в вечернем эфире на большинстве каналов. Но вот такого поворота разговора про экологию о полезности и ответственности самих себя по отношению к окружающей среде я что-то не видела.



Ольга Маховская: В криминальных хрониках. Когда уж совсем плохо все заканчивается, тогда мы об этом узнаем как об экологических катастрофах. У нас в России недооценивают этот фактор, к сожалению.



Анна Качкаева : То есть вот этой темы частной жизни, это же тоже в общем…



Ольга Маховская: Ну, это такая глобальная тема.



Анна Качкаева : Но она проявляется и в частностях.



Ольга Маховская: Ну, это вопросы выживания, конечно. А если его не решить, то все остальные бессмысленны. Я недавно услышала по телеканалу «Столица» странный такой обзор по городу Москве. Если раньше показывали уровень загрязненности по районам Москвы и говорили, насколько это выше допустимой нормы, то теперь прогноз строится в позитивном ключе. В Центральном районе такой то уровень загрязненности, что в 5 раз лучше, чем в советские времена.



Анна Качкаева : Что, так звучало?



Ольга Маховская: Так звучало. И дальше обзор по всем районам. То есть загрязненность падает и падает. При этом открой окно – дышать нечем.



Анна Качкаева : Как она может падать? Пробки по три часа, дороги – катастрофа, по центру не проедешь.



Ольга Маховская: Вот вам пример суггестии, как пробуют использовать телевидение для того, чтобы внушить, что в стране все лучше и лучше жизнь с каждым днем. Какая тут экология? Они же напугают народ, если запустят экологическую программу и расскажут, как все на самом деле обстоит.



Анна Качкаева : Сергей Владимирович из Москвы, пожалуйста.



Слушатель: В субботу был пикник, 25 человек от 16 до 63 лет были. Никто не смотрит ничего, кроме «Рен-ТВ» Марианны Максимовской и «Культуры». Что я жду от ТВ в новом сезоне? Первое, что с экранов ОРТ, РТР, НТВ и других каналов постепенно будут уходить передачи, угождающие дурному вкусу зрителей, такие как «Программа максимум», «Русские сенсации», «Бла-бла шоу» и тому подобное. Второе, чтобы чаще появлялись на экранах люди нравственные масштаба Александра Исаевича Солженицына, Дмитрия Сергеевича Лихачева. Хотелось бы также увидеть в прямом эфире политические дебаты различных политиков: от Эдуарда Лимонова до Шейнина. Хотелось бы узнать мнение Ольги Маховской.



Ольга Маховская: Ну, я с вами солидарна. Вы как-то так хорошо на пикничке посидели, хорошая, видно, была компания, судя по просмотренным программам. Теперь это тест личностного роста: скажи мне, что ты смотришь – и я скажу, кто ты. Я думаю, что дебатов будет завались, телевидение не упустит этот шанс поразвлекать нас и заработать рейтинги.



Анна Качкаева : Я думаю, что они будут очень…



Ольга Маховская: Прилизанные?



Анна Качкаева : Думаю, что да.



Ольга Маховская: Аккуратненькие?



Анна Качкаева : А с какой стати, если весь год не выпускали людей из оппозиции, системной и несистемной? Ну, если только что-то, какой-то неожиданный кран откроют и скажут «давайте вперед». Кто с кем спорить то там будет? Или вам кажется, что все-таки будут спорить?



Ольга Маховская: Ну, градус спора мне предсказать… О чем спорить, если все говорят про одно и то же? Но мне кажется, что какие-то приличия будут соблюдены. Некоторая такая разблюдовка произойдет, все-таки всех понемногу пригласят.


Что касается людей, по-настоящему авторитетных, и столпов российской мысли, то здесь, скорее всего, их можно будет ожидать на канале ТВЦ. Кажется, они это пытаются делать. Но опять-таки на том же канале «Культура» очень много ретро-программ появляется. Но опять-таки это задача просто… Это не будут самые звездные программы в силу того, что, к сожалению, мы живем в стране, где авторитет этих людей ограничен. И ограничен просто нами с вами, потому что не все граждане нашей страны такие, которые смотрят «Культуру» и знают, кто такой Солженицын и перечитывают его произведения. Здесь нужно быть просто адекватным.



Анна Качкаева : Георгий из Подмосковья, здравствуйте.



Слушатель: Я жду, и у меня уверенность повышается, что наконец-то будет объявлена глубинная причина, почему Россия после 1991 года круто повернула к вырождению и коррупции. Но только у Третьякова намеки и немножко в «Главной теме» это можно слышать. Причина ясная, о ней и Солженицын говорил, что с 1991 года мы на телеэкранах и во всех СМИ заменили властителей дум на властителей инстинктов. А в области психологии один только Алексей Леонтьев говорит об исцелении смыслом, а остальное все – фрейдовская бессмыслица. Если мы это озвучим, я считаю, все пойдет в России.



Анна Качкаева : Понятно, но боюсь, что телевидение – это не то место, где вот это будет озвучиваться, про исцеление смыслом.



Ольга Маховская: Я думаю, что Алексей Леонтьев никогда не был на телевидении, даже его сын Дмитрий Леонтьев, который занимается психологией смысла. Действительно, от телевидения не стоит много ждать. Это все-таки такой пушный жанр, на мой взгляд, что я считаю, что и психологов нужно мерить книжками, которые они пишут, а не теми высказываниями, которыми они одаривают аудиторию.



Анна Качкаева : Ярко произносят для 20 минут синхрона. Владимир из Новороссийска, мы вас слушаем.



Слушатель: Какой-нибудь из каналов проявит толерантность по поводу вопросов религии? Кроме православия, что-нибудь у кого-нибудь может появиться или нет?



Анна Качкаева : Вот это трудно сказать. Надо будет мне просто поузнавать. Наверное, останется программа «Мусульмане» на «России», как она и была, она никуда не денется, потому что государственный канал, естественно, сохранит. А вот каких-то специальных тем, связанных с другими конфессиями, и специальных циклов я во всяком случае… Просто, может быть, не все объявлено. Но есть ощущение, что вряд ли, конечно.



Ольга Маховская: Я тоже не знаю.



Слушатель: Как вы считаете, интеллектуальные посылы вообще существуют на телевидении отечественном в эту стороны разрабатываться, или не существует вовсе их?



Ольга Маховская: Поскольку идея государственности муссируется, то, конечно, идея православия и религиозности, и мусульманства здесь преимущество…



Слушатель: Хотя, в общем-то, вопрос очевидный.



Анна Качкаева : Слушатель сам себе ответил на вопрос.



Ольга Маховская: Хорошо поговорили.



Анна Качкаева : Вадим из Москвы, мы вас слушаем.



Слушатель: Вы обе начали говорить о ценностях. Мне бы хотелось как раз увидеть на экране нашего телевизора эти ценности. И сегодня как раз у вас очень умная гостья, которая подчеркнула как раз те ценности, которые там отсутствуют. И особенно хотелось бы, чтобы журналисты восстановили в себе эти ценности. А то они пресмыкаются просто перед властью. Но у меня еще есть вопрос к критикам, которых вы все представляете. Мне хочется, чтобы Анна Качкаева почаще сравнивала наше телевидение с западным, хотя бы с теми каналами, которые большинство может посмотреть – «Си-Эн-Эн», «Би-Би-Си», с точки зрения ценностей, нравственности. Насколько это телевидение нравственнее нашего. Это общество, которое наше руководство и наш народ отвергает, насколько оно нравственнее по тем передачам, которые мы там видим. Там и экология. А как отображаются выборы? Как там полощат и Блэра, и Буша.



Анна Качкаева : Это правда, Вадим. И политическая культура другая, и протестантские, и католические ценности, исторические ценности другие. Но уверяю вас, что на «Си-Эн-Эн» тоже очень много дурного в смысле пропаганды, а, например, на итальянском телевидении, на которое очень сейчас ориентируются многие наши шоу, как раз подчеркивая эту эмоциональность и вот эту экспрессивность и страстность, на мой взгляд, тоже много того, что думающие итальянцы не любят и об этом говорят, так же как и думающие французы. «Би-Би-Си» стоит всегда особняком. А вот этот гламур, глянец, эффектные мужчины и роскошные женщины – это во многом и «РАИ», и «УНА», например. Вот это мы будем иметь сейчас в большом количестве, по-моему, в этом сезоне.


У нас будет, кстати, Ирина Полуэктова, ведущий эксперт агентства «Видео интернешнл», которая как раз занимается и изучает телесмотрение в других странах. И мы обязательно с ней об этом поговорим. И вы в контексте сравнения обязательно для себя уясните, как будет выглядеть этот сезон, и на что похоже наше телевидение. Думаю, что оно сейчас не просто не самое худшее, оно одно из самых ярких в смысле коммерческих мировых телевидений по затратам, задумкам, воплощению, адаптациям многих иностранных версий, потому что большинство из них адаптированы для нашего телевидения. Поэтому в этом смысле, мы убираем отдельно политику и информацию, это у нас как-то всегда за забором, мы мало чем отличаемся от Европы в смысле развлечений, в смысле высекания эмоций и страстей. Не знаю, хорошо это или плохо. Вот когда есть одно, вот это эмоционально-экспрессивно-нарядное, и нет другого, что является довольно существенной составляющей многих западных программ и каналов. Это плюрализм, это внятные новости. То есть есть там разное: есть «Фокс», «Си-Эн-Эн», а есть «Эн-Би-О», где обязательно покажут все фильмы про Ирак.



Ольга Маховская: Ну, это мы начинаем говорить, я боюсь, что зрителям не понятно, о чем мы говорим. Конечно, хочется всего. Хочется больше, хочется лучше. И это повод поразвивать телевидение, повозмущаться им. Я тоже буду слушать программу с Полуэктовой, мне очень интересно, что она скажет, это любопытная тема. Но пока наше телевидение развивается в том числе, оглядываясь на нас с вами, и поскольку запросы на тему частной жизни очень высокие, и эти программы идут с очень высокими рейтингами, для меня удивительными, то все разнообразие тем частной жизни в привязке к России. На самом деле нам не очень интересно сейчас мексиканская частная жизнь…



Анна Качкаева : Да она уже лет пять как не интересна. И это естественно тоже. Это во всем мире в общем так.



Ольга Маховская: Своя рубашка ближе к телу. В секторе частной жизни тут даже сравнивать нечего, нам нужно точно свое большое кино, интересное кино. И я думаю, что здесь будут какие-то любопытные проекты, в том числе кинопроекты. Я просто знаю, не могу говорить, но знаю, что готовятся очень отечественные фильмы про любовь. И это не сериалы.



Анна Качкаева : Которые – качественное кино, которым мы гордились вполне.



Ольга Маховская: Которым мы, я так надеюсь, будем гордиться. А что касается информации, то, конечно, лучше посмотреть западные информационные ленты, если вы хотите знать, что в мире происходит.



Анна Качкаева : И очень коротко. Как вам кажется, трансформация смеха в этом сезоне куда, где, ниже, пошлее?



Ольга Маховская: Да весь репертуар пока отыгрывается. Я думаю, что появится политическая сатира. Я очень жду, потому что я очень люблю.



Анна Качкаева : Появится?



Ольга Маховская: Я очень жду, я очень надеюсь, это прекрасный жанр, я его очень люблю. Ну, повод есть. Если мы не используем такой повод, ну, это странно. Я думаю, что в КВН темы политические проникнут, я очень надеюсь. Тот же президент с голым торсом – это такой повод для стеба.



Анна Качкаева : Хотя роскошный.


XS
SM
MD
LG