Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В России вспоминают события августа 91-го года


Программу ведет Михаил Саленков. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Москве Ольга Вахоничева.



Михаил Саленков: В эти дни в России вспоминают события августа 91-го года. 16 лет назад члены Госкомитета по чрезвычайному положению (ГКЧП) предприняли попытку государственного переворота. В ночь на 19 августа был отстранен от власти президент СССР Михаил Горбачев, ГКЧП объявил о введении чрезвычайного положения и о расформировании структур власти, но комитет проиграл. Как сегодня вспоминают события дней? Аналитический центр Юрия Левады провел среди россиян опрос и выяснилось, что народное отношение к попытке госпереворота с годами меняется. По данным опросам, лишь 10 процентов россиян считают подавление путча победой демократии, большинство же, 48 процентов, сейчас оценивают события тех дней просто как "эпизод борьбы за власть в высшем руководстве страны".



Ольга Вахоничева: 16-я годовщина августовского путча прошла в России почти незаметно. О попытке части властной верхушки в 91-го году свергнуть первого президента СССР Михаила Горбачева, закончившейся поражением путчистов и окончательным развалом Советского Союза, нынешняя молодежь знает только по документальной хронике. Опросы социологов говорят о том, что отношение к событиям тех дней у людей с годами меняется. Почти половина опрошенных, а именно 48 процентов граждан, считают августовские события «всего лишь эпизодом борьбы за власть в высшем руководстве страны». Продолжит социолог Левада-Центра Олег Савельев.



Олег Савельев: 24 процента россиян считает, что это трагические события, имевшие гибельные последствия для страны и народа. 10 процентов называют эти события победой демократической революции, покончившей с властью КПСС. 18 процентов не имеют определенного мнения по отношению к этим событиям. В этом году сообщило 8 процентов россиян, что их симпатии были тогда на стороне ГКЧП, на стороне Ельцина и демократов был 21 процент. Не успели разобраться в ситуации треть россиян и в то время были еще ребенком около 20 процентов россиян.



Ольга Вахоничева: По данным социологов, 8 процентов россиян считают, что Государственный комитет по чрезвычайному положению в то время был прав. Симпатизируют Ельцину и демократам 17 процентов опрошенных. Подавляющее большинство, 46 процентов, убеждены, что тогда ни одна из сторон, принимавших участие в августовских событиях, не была права. Мнение россиян о том, какой курс взяла страна после путча в интервью с Олегом Савельевым.



Олег Савельев: Считают, что после этих событий страна пошла в правильном направлении 28 процентов россиян, а что в неправильном направлении - 37 процентов россиян. Мотивировка того, почему страна пошла в неправильном направлении, следующая: 14 процентов россиян считает, что была некомпетентность и ошибка Ельцина и его окружения, 8 процентов - недальновидная политика Горбачева, алчность советской номенклатуры, стремившейся прикарманить богатство России, такой ответ выбрало 8 процентов россиян. Считают, что события после 91-го года проходили в неправильном направлении из-за правления коммунистов 70-летнего - 2 процента россиян и столько же из-за интриги США и других стран Запада.



Ольга Вахоничева: Путч привел к тому, что Россия изменила свой экономический и политический строй, уверен президент Фонда социальных и интеллектуальных программ Сергей Филатов. Цитирую: «И сейчас, пусть медленно, но верно мы движемся по выбранному в начале 90-х пути». Продолжает Сергей Филатов.



Сергей Филатов: Я недоумеваю над теми людьми, которые говорят о том, что провалились реформы, провалилось либеральное движение. На самом деле люди должны понять, что мы сегодня живем в другой стране только благодаря тому, что это произошло в 90-е годы. К сожалению, не всегда по нашей инициативе, это в том числе и по ошибкам, которые сделало чиновничество Советского Союза, когда ввело танки в Москву, это ускорило события, сделало их на самом деле трагическим. Советский Союз развалился не потому, что Ельцин, не потому, что Горбачев, развалился потому, что они ускорили эти события, они показали всем союзным республикам, что власть слабая. Это трагедия, безусловно, я тоже с этим согласен и, если нам собираться, то придется собираться очень долго. Пример с Белоруссией показывает, что этот процесс непростой.



Ольга Вахоничева: Как вы считаете, были ли у гэкачепистов хоть какие-то малейшие шансы на победу тогда, в 91-м?



Сергей Филатов: Думаю, что были. Если бы, скажем, внутри у них не произошло раскола, особенно среди военных, если бы военные сами не жаждали перемен в стране, то, думаю, могло бы получиться, потому что они все были очень связаны дисциплиной и корпоративной связью. Но поскольку у них внутри произошел разлад и люди понимали, что их в 20-м столетии вновь толкают на вооруженный конфликт со своим народом, причем открытый, если у Сталина он был как бы закрытый, там тройки где-то делали, куда-то людей гнали в Сибирь, а это открытый, должен был состояться открытый конфликт, ведущий к гражданской войне. Я думаю, что очень мудро поступили те, кто, осознав это, не поддержал приказы, идущие сверху. И как бы их сегодня ни обзывали, но я думаю, что это настоящие патриоты, в общем-то, страны, потому что они спасли страну от гражданской войны.



Ольга Вахоничева: Горячее стремление отстоять демократию обернулось жертвами. Как вы считаете, не сворачивает ли сегодня Россия с демократического пути?



Сергей Филатов: Я думаю, не сворачивает, просто наша власть приспосабливается к новым условиям для того, чтобы, с одной стороны, более жестко проводить реформы, с другой стороны, постараться максимально не упустить того, что уже было достигнуто, я на сегодняшний день так это расцениваю. Потому что, если бы Путин захотел уйти от демократии, наверное, он бы давным-давно совсем ушел. Он все-таки маскирует ее под какие-то наименования суверенной демократии и прочее, но, мне кажется, основные ценности все-таки у нас сохранены. Хотя, к сожалению, есть элементы, которые мы несем с собой из той советской системы, из той системы, которая порождала страх в людях: это одномерная информация, какое-то неравенство по отношению к людям со стороны нашей правоохранительной системы и так далее, права человека, безусловно, и свободы, которую мы провозгласили в 90-е годы, как основной ценностью нашего государства. Они сегодня встали на второй план. Есть элементы, которые мы оттуда принесли. Я не знаю, насколько долго будем их нести, насколько их углублять будем, но меня это очень тревожит. Потому что международная ситуация и лицо России на международной арене, оно меняется к худшему.



Ольга Вахоничева: Какие главные уроки вынесла Россия после трагических событий 91-го года, на ваш взгляд?



Сергей Филатов: По-моему, еще никаких. Потому что каждая власть, она пытается самостоятельно мыслить, не оглядываясь назад, а иногда и очень сильно искажая прошлое. Это наша, к сожалению, российская вообще привычка, когда мы не можем по-настоящему оценить и сделать настоящие выводы для того, чтобы безошибочно или с меньшими ошибками двигаться вперед. К сожалению, я вижу приспособленчество власти к новым условиям, но никак не уроки, что произошло. Вот уроки власть, на мой взгляд, очень сильные уроки сделала из того, что произошло на Украине и в Грузии, вот это "голубая" и "оранжевая" революции. Для того, чтобы не допустить ее в России, власть усилила контроль и за средствами массовой информации, и за некоммерческими, неправительственными организациями, создала свою систему, так сказать, действия или взаимодействия с этими организациями через систему финансирования, которую она пытается сейчас внедрить. А под это уничтожаются очень многие, я не знаю, крупные, мелкие, но некоммерческие общественные организации, которые, естественно, под таким сильным контролем лишены какого-либо финансирования, достаточного для того, чтобы они существовали.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG