Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Российский закон об НПО и международное молодежное правозащитное движение


Ирина Лагунина: «Недавняя попытка российского правительства заставить молчать еще одного активиста правозащитного движения – это отражение широкой кампании против критических голосов в России» - строки из очередного заявления международной правозащитной организации Human Rights Watch.


Усиливалось давление на правозащитников и независимое гражданское общество. Власти препятствовали мирному осуществлению прав на свободу собраний и выражения мнений. Пишет еще одна правозащитная организации «Международная амнистия». Все отмечают, что закон о неправительственных организациях в России стал орудием властей в борьбе с гражданским обществом. О том, как применяется этот закон, сегодня рассказывает Людмила Алексеева.



Людмила Алексеева: Этим летом мертвый сезон отпусков в России был использован для массового закрытия некоммерческих общественных организаций, в том числе и международных. Об этом свидетельствует Дмитрий Макаров, координатор правовых программ Международного молодежного правозащитного движения. Эта организация имеет свое отделение во многих российских регионах, а также за рубежом не только в странах СНГ, но и в Восточной, и в Западной Европе. Организация была лишена регистрации решением суда в Нижнем Новгороде по представлению областной регистрационной палаты на основании российского Закона о некоммерческих общественных организациях. Этот закон вступил в силу с начала нынешнего года, совершенно антиконституционный закон. Он нарушает одно из важнейших гражданских прав – право на объединение не только российских граждан, но и граждан других государств, поскольку этот закон распространяется и на другие международные организации.


Этот закон чрезвычайно усложнил и удорожил процесс регистрации и перерегистрации НКО. Теперь в России некоммерческую организацию зарегистрировать гораздо труднее и дороже, чем коммерческую. Значительная часть российских НКО перестала существовать, не осилив процедуры регистрации. А прошедшие регистрацию попали под новый каток. Согласно закону, все НКО должны были сдать в Регистрационную палату очень сложный и очень подробный отчет своей деятельности за год. Составление такого отчета требует профессиональной, юридической и финансовой подготовки. Большинство российских организаций такими возможностями не обладают. А непередача отчета, правда, неоднократная карается лишением регистрации, то есть статуса юридического лица. Такое решение должно быть оформлено через суд по представлению чиновников Регистрационной палаты. Хотя по закону лишение регистрации грозит лишь за неоднократное непредставление отчета, чиновники Регистрационной палаты обращались в суд с просьбой о лишении НКО регистрации за первую же неподачу отчета, и суды удовлетворяли это обращение. Такое решение было принято относительно Международного молодежного правозащитного движения, хотя эта организация отчет подала в срок и может представить на это документацию. И вот об этом моя беседа с Дмитрием Макаровым. Дмитрий, что представляет собой Международное молодежное правозащитное движение?



Дмитрий Макаров: На самом деле это достаточно большая и разветвленная сеть групп и активистов, правозащитников, экологов, гражданских активистов, которые существуют не только в России, но и в странах СНГ, в странах Восточной Европы, в странах Западной Европы. Международное молодежное правозащитное движение, то юрлицо, которое позволяло нам открывать отделения в других странах, оно сейчас по решению суда признано недействующим, исключено из реестра.



Людмила Алексеева: А если они выдвигают для этого основания?



Дмитрий Макаров: Статья 29 федерального закона об общественных объединениях, по мнению управления федеральной Регистрационной службы Нижегородской области, мы не сдали вовремя отчеты.



Людмила Алексеева: А почему дело Международной организации возбудили именно в Нижегородской области?



Дмитрий Макаров: Юрлицо, на основании которого мы хотим открыть отделение в Украине, открывали в Армении, в Молдове, в Германии, оно было зарегистрировано в Нижнем Новгороде и, соответственно, претензии почему-то выдвигало управление Федеральной службы по Нижегородской области, несмотря на то, что все отчеты мы исправно сдавали, сдавали в Росрегистрацию, в федеральный офис, который расположен в Москве. На самом деле проблема не в сдаче отчетности, проблема в самом подходе чиновников, которые считают, что за такое нарушение они вправе лишать общественное объединение юридического статуса, статуса юрлица, что значительно ограничит его права, конечно же. На наш взгляд, это непропорциональное вмешательство, чрезмерное наказание. По закону написано, что неоднократное непредставление отчетности является основанием для обращения в суд о признании организации не действующей. То есть та норма должна применяться к организациям, которые давно не активны для того, чтобы почистить списки. Сейчас она применяется в отношении действующих организаций, в отношении активных работающих организаций. Наш пример тому свидетельство.



Людмила Алексеева: То есть вы активная организация? В чем состоит ваша активность?



Дмитрий Макаров: Одним из самых больших направлений нашей деятельности была работа по свободе ассоциаций. Мы как раз консультировали общественные объединения, некоммерческие, организации отстаивали их права при проверках, при регистрации. Иронией судьбы попали под давление как раз со стороны ФРС. То есть дана сверху команда давить, и существующий механизм используется. Нам известно, что исковые заявления несколько сотен в каждом регионе направляются в отношении очень многих организаций. Активно действующих, работающих организаций. И не только тех, которые занимаются правозащитной тематикой, но тех, которые вполне лояльны власти. В Воронеже несколько организаций с этим столкнулись, во Владимире нам известно. То есть организации вроде организаций инвалидов, культурных ассоциаций.



Людмила Алексеева: Может быть сама идея и этого закона, и как этот закон понят чиновниками – ликвидация гражданского общества?



Дмитрий Макаров: Да, именно. И как раз мы сейчас пытаемся развернуть кампанию солидарности не только с нашей организацией, но и с другими некоммерческими организациями, которые попали под нож. И мы хотим, чтобы эта программа стала программой не только борьбы против этого ужасного закона о некоммерческих организациях и практики его применения, но и борьбы за гражданское общество в целом. И более того, мы не хотим останавливаться только на территории Российской Федерации, потому что проблема существует и в сопредельных государствах.



Людмила Алексеева: Как вы оцениваете, в каких государствах похуже, а в каких полегче работать общественным организациям?



Дмитрий Макаров: Очень сложно проводить параллели, потому что, с одной стороны, есть Узбекистан и Таджикистан, где совсем все жестко, с другой стороны, есть Украина, где произошла значительная либерализация законодательства и организации не знают, что такое отчетность. Вышел сравнительный анализ требований к отчетности, правда, он проводил параллели между странами Западной и Восточной Европы и не очень сильно касался СНГ, и там как раз подчеркнуто, что таких требований к отчетности, которые установлены в российском законодательстве, нет нигде больше в Восточной и Западной Европе. Но тут проблема не только в самом законе, проблема именно в репрессивной практике, и толковании и применении. Статья 29 говорит, что неоднократное непредставление отчетности является основанием для обращения в суд с иском о признании недействительной. Она может быть вполне безобидной, она может применяться в отношении организаций, которые действительно перестали действовать. Мне бы очень хотелось посмотреть, готова ли Росрегистрация за неоднократное нарушение закона быть ликвидированной. То есть готовы ли государственные органы подобные требования предъявлять самим к себе. Вот как раз цели наших действий и наших компаний сделать так, что государственные органы чувствовали, что они подотчетны обществу, чтобы они не только требовали прозрачности общественных объединений, но и сами были готовы к прозрачности, сами были готовы отчитываться перед гражданами.



Людмила Алексеева: Вы говорили, что вы отчет подавали, а вас закрыли за неподачу отчета. У вас имеется бумажка, что вы отчет сдали?



Дмитрий Макаров: Мы посылали заказные письма с уведомлением и, собственно говоря, эти уведомления у нас есть. Я приходил в Федеральное управление по Нижегородской области и предъявлял эти уведомления.



Людмила Алексеева: Уведомления были получены?



Дмитрий Макаров: Да, они получены Росрегистрацией в Москве. Почему возникла совершенно непонятная история с тем, что суд нас так и не уведомил о рассмотрении заявления. То есть об этом мы узнали совершенно случайно и уже через несколько месяцев.



Людмила Алексеева: То есть решение суда принималось без вашего участия?



Дмитрий Макаров: Оно было заочным. Более того, суд принял на веру все, что ему сообщила Федеральная регистрационная служба, что тоже показательно. Он посылал повестки, но по тому адресу, который указала Федеральная регистрационная служба, а этот адрес уже к организации не имеет никакого отношения.



Людмила Алексеева: А у вас в ваших отчетах был другой адрес?



Дмитрий Макаров: Есть выписка из реестра, есть свидетельство о регистрации, где указан совсем другой адрес. И если бы суд послал хоть один запрос, если бы он выполнил действительно надлежащим образом свои обязанности и просто бы проверил те данные, которые мы сообщили в иске, то всей этой ситуации не было.



Людмила Алексеева: Что вы предпринимаете в связи с этим решением суда?



Дмитрий Макаров: Пока мы направили только жалобу об отмене заочного решения. После этого снова иск должен рассматриваться по существу и там уже намерены представить доказательства, что, во-первых, мы действуем, действуем активно, нас многие знают. И во-вторых, что мы соблюли все свои обязанности. Это как раз некомпетентность сотрудников Федеральной службы или их злой умысел привели к этой ситуации. Наш случай не единичен и он типичен для ситуации со свободой ассоциацией, со свободой объединений. Потому что из регионов продолжает поступать информация о том, что многие, достаточно многие организации признаны недействующими. В Улан-Удэ совсем вопиющий случай, когда организация в общем-то принесла доказательства в суд, что она отчитывалась вовремя. Всем очевидно, что она действует, многие знали, тем не менее, все равно было принято решение о признании ее недействующей, исключении из реестра. В Чебоксарах тоже ситуация с международной организацией, которая тоже исключена из реестра. Та же самая история с нашей региональной группой Молодежная правозащитная группа Нижний Новгород, тоже исключена из реестра. Информация продолжает поступать и, я думаю, что на этом все не закончится. Пришла пора объединить усилия не только экспертов, не только специалистов, которые могут дела в суде вести, но и гражданских организаций, гражданских активистов, которые готовы на действия солидарности и готовы к совместным действиям по дрессировке власти.



XS
SM
MD
LG