Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Защита прав учащихся


Марьяна Торочешникова: В России начался новый учебный год. И именно к этому событию приурочена сегодняшняя передача, в которой речь пойдет о защите прав учащихся – тех, кто получает образование бесплатно, и тех, кто пользуется образовательными услугами.


В студии Радио Свобода – президент Ассоциации негосударственных образовательных учреждений и организаций Московской области Гавриил Поляковский и кандидат юридических наук, директор Автономной некоммерческой организации «Правовой центр реализации социальных проектов «Статус» Мария Смирнова.


А начать передачу я хочу с цитаты из Конституции Российской Федерации. Статья 43-ая имеет непосредственное отношение к теме сегодняшней передачи. Так вот, первый пункт этой статьи гласит: «Каждый имеет право на образование». « Гарантируются общедоступность и бесплатность дошкольного, основного общего и среднего профессионального образования в государственных или муниципальных образовательных учреждениях и на предприятиях».


А теперь еще одна цитата, и на этот раз из закона «О защите прав потребителей», поскольку мы сегодня будем говорить, в том числе, и о платных образовательных услугах. Так вот: «Потребитель – это гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести, либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности». А «исполнитель – это организация вне зависимости от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющий работы или оказывающий услуги потребителям по возмездному договору».


И это очень важные, на мой взгляд, уточнения. Потому что получается, что у тех детей, которые получают образование в общеобразовательных заведениях, в бюджетных школах, у них есть прикрытие только в виде закона «Об образовании», положений, ну и собственно Конституции Российской Федерации. А у тех же, кто учится в платных образовательных заведениях – в колледжах, в лицеях частных, у них есть еще дополнительная палочка-выручалочка в виде закона «О защите прав потребителей». И это очень существенный момент, потому что здесь можно варьировать варианты разрешения конфликтов, вот если уже до этого дело дойдет.


И первый вопрос – к Гавриилу. Скажите, пожалуйста, на ваш взгляд, где больше проблем возникает – у тех, кто получает образование в бюджетных учебных заведениях (ну, мы сегодня говорим о школах), или у тех, кто получает образование в частных учебных заведениях?



Гавриил Поляковский: Это коварный вопрос, Марьяна. Спасибо вам за него. Я объясню, в чем коварность этого вопроса. В том, что бюджетные деньги сейчас получают и частные школы. Бюджетные школы – в принципе, сейчас все. Потому что каждая школа, имеющая государственную лицензию, прошедшая государственную аккредитацию, она выполняет Госстандарт. Деньги идут за ребенком. Мы добились на уровне Московской области в этом году даже через Высший арбитражный суд этого права для частных школ, имеющих государственную аккредитацию, - получать бюджетные деньги. Поэтому проблемы везде одинаковые. И в частной структуре, в частных школах, и в государственных школах такие же абсолютно дети, такие же педагоги, такие же проблемы.


А особенности частных школ (в двух словах) только в том, что обстановка располагает к диалогу, потому что меньше учащихся и более комфортные условия обучения в силу маленького контингента учащихся. Вот основное отличие, я бы сказал.



Марьяна Торочешникова: Ну и договорные отношения, соответственно, предполагают возможность договориться, собственно.



Гавриил Поляковский: Ну, гражданско-правовые отношения имеют место быть. Хотя и федеральный закон «Об образовании», он учитывает, в принципе, все права возможные участников образовательного процесса – и учителей, и учащихся, и родителей. И я бы не сказал, что опираясь на закон «О защите прав потребителей», родители, чьи дети обучаются в частной школе, имеют больше прав. Проблемы общие.



Марьяна Торочешникова: А что это за общие проблемы? Какие из них наиболее актуальны на сегодняшний день, с вашей точки зрения, Мария?



Мария Смирнова: Во-первых, если говорить о частных школах, то это вопросы, связанные с выполнением договора образовательных услуг, это вопросы об оплате обучения, об отчислении детей, которые учатся за плату. И здесь постоянно вступают в конфликт частное право, договорное право и публичное право, то есть то, которое гарантировано Конституцией, право на образование. Это дополнительная особенность частных школах.


В муниципальных школах...



Марьяна Торочешникова: Здесь, наверное, основная проблема – поборы.



Гавриил Поляковский: Неофициальные.



Мария Смирнова: Те же самые денежные вопросы, но только уже в ином контексте.



Марьяна Торочешникова: Каждый родитель знает, что если он откажется внести 100 рублей к такому-то числу, наверное, то у его ребенка могут начаться просто проблемы серьезные. Мы об этом специально поговорим отдельно.


А сейчас, раз уж просто заговорили мы, в том числе, о частных школах, я просто хочу уточнить. Качество образования в частных учебных заведениях, оно кем контролируется? Сложился такой стереотип ученика частной школы – это такой папенькин сынок, из норковых пеленок только что вылезший, который учителей не слушает, ведет себя отвратительно, по-хамски, потому что родители все-таки платят за его образование, его терпят, в конце концов, ему выдают аттестат о получении среднего образования. И в общем, этот человек, который на протяжении всех 10 лет (или теперь 11 лет – по новой программе) вообще ничего не делал, выходит вроде как бы человеком с аттестатом.



Гавриил Поляковский: У нас возникла полемика с очень уважаемым человеком – с директором одной из муниципальных гимназий города Москвы, у которого сложился стереотип в отношении к негосударственным школам еще по 1992 году. Он сказал, что он плохо относится к частным школам, считает, что там некачественное образование, потому что там работают плохие учителя. И я задал вопрос: «А когда вы в последний раз были в частной школе?». Он сказал: «Никогда». 15 лет назад он о них слышал, может быть, в них был. А с тех пор очень многое изменилось.


Сейчас на рынке образовательных услуг серьезная конкуренция. И нет ни одной частной школы, которая, имея государственную аккредитацию, существовала бы на рынке образовательных услуг менее 12-15 лет, может быть, некоторые и больше. Это школы с традициями, со своими кадрами, которые много лет проработали именно в этой структуре, школы, которые подготовили детей-победителей различных Олимпиад, дети, которые поступили и на бюджетные, и на коммерческие места.



Марьяна Торочешникова: То есть эти школы не хуже?



Гавриил Поляковский: Конечно. Нельзя сказать, что лучше или хуже. То есть нельзя сказать о какой-то элитарности образования. Также можно говорить и о гимназиях муниципальных, в которых обучают только одаренных детей. То есть тоже можно говорить, что ущемляются права одних детей и других.



Марьяна Торочешникова: Да, у меня будет по этому поводу отдельный вопрос. Я просто уже хочу нас перевести в юридическую плоскость от общеобразовательной. И начнем с разъяснения прав. Я просто перед собой положила здесь вопросник, и прямо вот по вопросам... потому что я думаю, что эти вопросы беспокоят очень многих родителей.


Ну, самый первый вопрос, он уже, может быть, не совсем актуален, потому что учебный год начался, и все-таки родители смогли уже пристроить как-то детей учиться, но тем не менее. Очень часто спрашивают: «Правомерно ли требование образовательного заведения, администрации школы предъявить регистрацию при приеме на обучение в школу?». Регистрация по месту жительства имеется в виду. И естественно, речь идет о муниципальных школах. Так вот, могут требовать или нет? И что делать человеку, если его ребенок зарегистрирован в одном каком-то городе, а вот в этом учебном году люди остановились вот в этом городе, и регистрация временная? Мария, разъясните, пожалуйста, что делать.



Мария Смирнова: Так вот, такое требование неправомерно. У нас есть статья 5-ая закона «Об образовании», которая гарантирует получение образования, четко написано: «независимо от места жительства». И соответственно, в том случае, если в школе вам предъявляют требование «покажите вашу регистрацию», то такое требование неправомерно. Хотя есть и свои «но». То есть муниципальная школа обязана принять всех детей, которые проживают на этой территории. Поэтому тем, кто не проживает на этой территории, она вправе отказать при отсутствии мест. Такое положение тоже закреплено в типовом положении об общеобразовательном учреждении, в пункте 46-ом. И свои «но» всегда существуют.



Марьяна Торочешникова: Таким образом, людям все равно нужно иметь хотя бы временную регистрацию для того, чтобы предъявить школе какое-то доказательство, что «мы, действительно, живем на вашей территории, и возьмите нас, пожалуйста, учиться сюда»?



Мария Смирнова: Да, все верно. Чтобы они не могли сослаться на отсутствие свободных мест.



Марьяна Торочешникова: Вот, кстати, это к вопросу о гимназиях и всяких элитных школах бюджетных, но школах не для всех. Очень часто в такие школы бывает попасть сложно. И обычно, если это небольшой город (мы не говорим сейчас о Москве), если это обычный областной город, ну, может быть, там есть три, максимум четыре гимназии или лицея, куда, соответственно, стремятся попасть все желающие и одаренные дети со всех концов города. Как поступить в такую школу? Как начать там обучение?



Мария Смирнова: Если это муниципальная школа с серьезным уклоном, лицей или гимназия муниципальные, то здесь правила не меняются никак. Другой вопрос, если ты приходишь примерно к началу сентября, и не оказывается свободных мест, то здесь отказ правомерен.



Марьяна Торочешникова: Даже уже ссылки на то, что «мы живем в этом районе», они уже не помогут никак?



Мария Смирнова: Не помогут.



Марьяна Торочешникова: А если вы живете в этом районе, вы приходили еще летом, вот все лето пытались попасть в эту школу, но в итоге ваш ребенок пошел учиться в другую школу, в какую-то соседнюю, а не в школу по месту жительства, вот в эту гимназию, потому что это – гимназия, а ребенок не очень одаренный, то могут отказать родителям принять ребенка? И вообще, тестирование позволено, разрешено законодательством при приеме детей в общеобразовательные учебные заведения? Гавриил, пожалуйста.



Гавриил Поляковский: Тестирование, конечно, запрещено, любое тестирование, потому что нет у нас сейчас четкой структуры и преемственности от дошкольного образования к начальному образованию. Не все родители могут себе позволить содержать ребенка в детском саду. Мы знаем, какие очереди в детский сад, и знаем, что в платные сады не все могут себе позволить ребенка отдать, в негосударственные. Поэтому по букве закона, конечно, все тестирования незаконны. В законе «Об образовании» нет такого условия, не указано для приема ребенка в школу. Поэтому, конечно, всех детей обязаны брать, если они проживают в данном районе.



Марьяна Торочешникова: Независимо от того, гимназия ли это, не гимназия, лицей, не лицей?



Гавриил Поляковский: Естественно, независимо. Школа может своими локальными актами принять любые положения. Но мы с вами знаем, что любая отрасль права этому учит, что любой договор, любое положение любого локального акта будет действовать только в том случае, если оно не противоречит федеральному законодательству. То есть мы в договоре можем написать все что угодно, но эти положения не действуют, если они нарушают федеральный закон. Поэтому с чиновником, с представителем Управления по образованию вы приходите в это образовательное учреждение, вам в ножки кланяется директор и просит вашего ребенка принять в 1-ый класс с большим удовольствием.



Марьяна Торочешникова: И что же потом будет, каково будет потом учиться этому ребенку на протяжении ближайших 11 лет в этой школе, если так скандально все началось?



Гавриил Поляковский: Ну, 50 на 50. Потому что, в одном случае, школа может понять, что лучше этого ребенка не трогать, что у него образованные родители, которые способны за него постоять. Любая школа боится, на самом деле, любых проверок. В любой школе при желании всегда можно найти нарушения закона. Если родители грамотные, то они могут грамотно построить беседу с директором школы, с завучем, с классным руководителем и объяснить, что и поборы в этой школе могут прекратиться либо перейти в законное русло, и уголовное дело может быть заведено по тем нарушениям, которые будут точно выявлены в течение обучения ребенка в данной школе. И если администрация школы компетентна и понимает все, то она, скорее всего, пойдет навстречу родителям.



Марьяна Торочешникова: Ну, если это вменяемые люди.



Гавриил Поляковский: Конечно. Потому что и проверка Санэпиднадзора, и проверка Пожарного надзора – это все имеет место быть, и по любому заявлению эти органы обязаны реагировать. Сейчас Роспотребнадзор у нас существует, куда можно обратиться, приедут и проверят и санитарные нормы, и так далее.



Марьяна Торочешникова: То есть вы предлагаете родителям превращаться в неких шантажистов, что пока все нормально...



Гавриил Поляковский: В грамотных людей, которые не будут брать винтовку в руки, чтобы отстаивать права ребенка, и бить стекла в школе, например, а будут грамотно, как в правовом государстве и нужно поступать, в диалоге защищать права своих детей.



Марьяна Торочешникова: Вот, кстати, о проверках вы сказали. Вы знаете, есть такое странное наблюдение, которое было мною проведено. Ежегодно прокуратуры, ну, видимо, просто для своей отчетности в период летних каникул проходятся по школам, проверяют уставы общеобразовательных учебных заведений. Каждый год шлют представления администрациям школ о том, что нарушения нужно устранить, внести соответствующие изменения в уставы и так далее. Если посмотришь иногда результаты проверок – прошлый год, позапрошлый год и вот этот год – одна и та же школа, одни и те же нарушения, практически один в один текст прокурорского представления. Ничего не меняется. То есть даже прокуратура фактически, получается, не может никак повлиять на администрации общеобразовательных заведений. Мария, пожалуйста.



Мария Смирнова: Ну, самый серьезный инструмент воздействия здесь – это, конечно же, отзыв лицензии. И у прокуратуры есть такие средства, и у органов управления образованием есть такие средства, у органов, выдавших лицензию, соответственно. Однако раз этот вопрос не решается таким образом, значит, он был решен как-то иначе.



Гавриил Поляковский: Нет, что-то странное...



Марьяна Торочешникова: Или, возможно, этого не происходит... Просто такая крамольная мысль у меня появилась, что прокуратуре это больше интересно для отчетности, что «вот мы проверили эти школы...



Гавриил Поляковский: Ну, если об этих проверках не знает орган, выдавший лицензию, то тогда, конечно, для отчетности. Любая организация (не обязательно в сфере образования), которая существует только на основании лицензии и осуществляет свой вид деятельности, она очень дорожит хорошим расположением органа, выдавшего лицензию. Поэтому это очень странная ситуация. Устав – это святая святых в каждой организации. И если он нарушает закон, то это серьезное основание к отзыву лицензии.



Марьяна Торочешникова: Вот, кстати, раз уж мы заговорили об уставе, то очень часто уставы общеобразовательных учебных заведений предполагают обязательность школьной формы. То есть дети могут быть допущены к занятиям только в том случае, если на них форменная одежда, и соответственно, в свободной форме – просто в джинсах, в каких-то футболках - их в класс не пустят. Насколько законны такие требования администрации школ? И насколько допустимы вот такие препятствия для получения образования, просто со ссылкой на не такую одежду?



Мария Смирнова: Дело в том, что именно закрепление в уставе таких положений... в уставе либо в правилах внутреннего распорядка, которые зарегистрированы как приложение к уставу, именно такой порядок закрепления той же школьной формы является необходимым условием для того, чтобы, действительно, школьная форма была обязательной, и чтобы ребенка не допускали к занятиям, если он пришел в несоответствующей одежде. На мой взгляд, это...



Марьяна Торочешникова: Если в уставе этого нет, значит, и требовать не могут?



Мария Смирнова: В уставе либо в правилах внутреннего распорядка, либо в локальном акте, который регулирует внутренние отношения школьников. То есть любое название может иметь этот внутренний акт школы. Но, как правило, это правила внутреннего распорядка.



Марьяна Торочешникова: Но, в принципе, это допустимо, и допустимо в устав вносить подобные требования?



Мария Смирнова: Да. Потому что этот вопрос, он отнесен именно на уровень образовательного учреждения, и образовательное учреждение самостоятельно решает: вводить ему школьную форму или не вводить. Но только в том случае, если этот вопрос закреплен в уставе либо в правилах...



Марьяна Торочешникова: Да. Но при этом у родителей никто не спрашивает. Ведь все люди живут по-разному, и есть очень много людей, которые просто реально не могут позволить себе купить какую-то специальную форменную одежду для ребенка в школу. А здесь есть какие-то механизмы для того, чтобы преодолеть вот эти положения, записанные в школьных уставах? Что родителям делать?



Марьяна Торочешникова: Есть практика, на основании которой такие решения, как правило, принимаются родительским собранием, советом школы либо иной общественной структурой, которая создана в этом образовательном учреждении, как практика. Однако...



Гавриил Поляковский: Я добавлю. Разработчики устава, как правило... ну, я, например, часто разрабатываю устав образовательного учреждения и выключаю фразу о том, что школьная форма является обязательной в случае принятия соответствующего локального акта. Как правило, юристы стараются в уставах формулировки делать как можно в более обобщенной форме. Действительно, вы правильно сказали, есть свои нюансы в каждой социальной среде, которая окружает данную школу. Как правило, конечно, чтобы именно не выделяться богатым детям, вводится форма. Не для того, чтобы бедные дети не могли одеться. Как правило, школьная форма продается... тем более, у социально незащищенных слоев есть льготы на получение школьной формы. Она как раз создается для защиты именно малообеспеченных людей.



Марьяна Торочешникова: В их интересах.



Гавриил Поляковский: Для этого ее и придумали.



Марьяна Торочешникова: Ну и для поддержания дисциплины школьной. Потому что это, действительно, играет серьезную роль.


Пожалуйста, Мария.



Мария Смирнова: Я еще хотела бы добавить, что специально по этому вопросу Министерством образования было издано письмо 14 ноября 2000 года, в котором специально было отмечено, что окончательное решение принимается советом школы и обязательно определяются дополнительные источники финансирования этой программы. То есть Министерство образования подразумевает, что этот вопрос должен финансироваться школой. И соответственно, приобретение...



Марьяна Торочешникова: ...школьной формы должно происходить за счет образовательного заведения.



Мария Смирнова: Судя по этому письму – да.



Марьяна Торочешникова: Слушайте, золотые слова! Так многие родители об этом просто даже не подозревают.



Гавриил Поляковский: Ну, имеются в виду именно социально незащищенные слои – из многодетных семей и так далее. Вот таким группам лиц муниципалитеты, как правило, помогают в приобретении учебной литературы. Например, начальная школа переходит на какую-нибудь новую программу, например, программа «Гармония» - есть такая одна из программ для начальной школы. Под нее закупаются одноразовые, извините, учебники, которые для конкретного ребенка. И это отдельные деньги. И естественно, муниципалитет выделяет средства школе на приобретение учебников для социально незащищенных слоев, то есть для детей из многодетных семей.



Марьяна Торочешникова: А для этого нужно какие-то справки предоставить родителям в школу?



Гавриил Поляковский: Да, конечно. Этим занимается соцслужба, соцзащита этим занимается. Эти семьи имеют все определенные льготы. Есть определенная процедура признания семьи социально нуждающейся. И эти дети имеют право на определенную помощь.



Марьяна Торочешникова: И такой вопрос: «Ребенок учится в 3-ем классе. В 1-ом классе у него была первая смена, а теперь сказали, что до 8-го класса он будет учиться во вторую. Есть ли какие-либо правила и нормы, регламентирующие порядок занятий для младших школьников?». Мария, пожалуйста.



Мария Смирнова: Да, действительно, есть определенные правила. Но, прежде всего, хочется сказать о том, что закон «Об образовании» опять же относит вопрос режима занятий к компетенции образовательного учреждения. То есть образовательное учреждение самостоятельно определяет, в какую смену обучаться детям. Но есть ряд правил обязательных в этом случае. Так, например, СанПиН – гигиенические требования к условиям обучения в общеобразовательных учреждениях – содержат требования, согласно которым только в 1-ом классе занятия обязательно должны проводиться в первую смену. По отношению к остальным классам такого требования нет, кроме 5-ых и выпускных – там тоже занятия обязательно должны проводиться в первую смену.



Марьяна Торочешникова: А почему в 5-ых?



Мария Смирнова: Как переходный класс.


И обязательно хотела бы отметить, что также в первую смену проходят занятия в школах с углубленным изучением отдельных предметов, в лицеях и гимназиях. Это тоже требование СанПиН.



Марьяна Торочешникова: То есть, в принципе, если ребенок идет учиться в гимназию, то он априори будет учиться у вас в первую смену всегда.



Мария Смирнова: Да.



Марьяна Торочешникова: И никакие экивоки администрации гимназий на то, что «у нас мало помещений, у нас вторая смена», они здесь могут не пройти, да?



Мария Смирнова: В том случае, если такая ситуация возникает, то родители могут смело ссылаться на гигиенические требования к порядку обучения в общеобразовательных учреждениях. Для родителей справка – это пункт 2.9.4 и 2.9.8.



Марьяна Торочешникова: Ну и в конце концов, наверное, можно просто в РОНО нажаловаться, если уж на то пошло, да?



Мария Смирнова: Да.



Марьяна Торочешникова: Дальше. Имеет ли право муниципальная школа распределять учеников по профильным классам и взимать плату за дополнительные занятия? Вот это, я думаю, вообще для очень многих родителей актуальный вопрос. Потому что делить по профильным направлениям детей в школах сейчас стало модно, считается, что углубленное, специальное изучение отдельных каких-то предметов помогает им определиться с выбором будущей профессии. Причем доходит до того, что в некоторых школах детей начинают распределять в профильные классы, уже начиная со 2-го класса. И при этом очень часто появляются дополнительные какие-то предметы, за которые школы берут деньги, несмотря на то, что это бюджетные школы, муниципальные. И что с этим делать? Правильно ли это или неправильно?



Гавриил Поляковский: Во-первых, я предлагаю разделить проблему дополнительных платных образовательных услуг и проблему профильности. Это немножко про разное. Профильность подразумевает углубленное изучение общеобразовательных дисциплин. Эта профильность возможна в том случае, если она вводится не в ущерб правам родителей и детей.



Марьяна Торочешникова: Гавриил, поясните, пожалуйста.



Гавриил Поляковский: Вот есть школьный совет, который, в принципе, имеет право участвовать в управлении делами школы. Без хотя бы формальной санкции данного учреждения переходить на профильность... то есть, скажем так, без социального заказа школа перейти на профильность безболезненно не может. Другое дело, что социальный заказ иногда школа сама для себя формулирует, не опираясь реально на общественное мнение, скажем так, на заказ социума, который ее окружает.



Марьяна Торочешникова: На мнение родителей.



Гавриил Поляковский: Поэтому в данном случае, чтобы родитель не чувствовал себя беловой вороной, а своего ребенка – объектом для битья, лучше всего родителям объединяться в родительские комитеты, и не в формальные, в которых родители, как правило, участвовать не любят, а в родительские комитеты, где есть реальный актив, который защищает права своих детей. Естественно, не в ущерб школе, не оскорбляя педагогов и администрацию школы, можно в диалоге эти вопросы решать. И конечно, администрация любой школы, вводя профильность, она ставит в известность органы управления образованием, которые те же самые вопросы о согласовании с общественным мнением будут задавать, будут проверять соответствие базисному учебному плану данного профиля, и вообще, насколько он законен с точки зрения требований Госстандарту. Поэтому данное решение, оно, в принципе, должно приниматься, скажем так, в конструктивном диалоге с общественным мнением и с органами управления образованием.


Потому что, в принципе, возможно существование разнопрофильных школ рядом, и тогда население имеет возможность выбирать: «Мой ребенок будет учиться по гуманитарному профилю – это школа (условно) номер 1. Мой ребенок с математическими данными – школа номер 2. Ребенок со способностями естественнонаучного цикла – школа номер 3», - условно говоря. Талантливый ребенок – в театральной школе с творческим уклоном каким-нибудь, с театральным мастерством – школа номер 4. То есть в каждом районе, в каждом муниципалитете есть своя политика развития образования, она и включает возникновение школ с профилями.



Марьяна Торочешникова: Но, тем не менее, если все-таки в школе уже появились профильные классы, я знаю, что очень часто возникает проблема наполнения этих классов. Потому что всегда бывает больше желающих идти, например, в гуманитарный класс или, например, в физико-математический класс, и тогда уже у родителей и у детей не спрашивают, вообще-то, куда ты хочешь идти, а просто понимают, что реально в этом классе не может учиться 40 человек, а вот в этом – 10. И начинается тестирование, какие-то проверки, отсев учеников по принципу успеваемости. И тогда вот этот второй класс, который был в данном потоке менее востребованным, превращается в какую-то свалку детей, которыми, по большому счету, никто и заниматься-то не будет и специально развивать у них, например, гуманитарные наклонности. А вот просто они не попали в физмат. Что делать в этой ситуации родителям?



Гавриил Поляковский: Смотрите, сейчас государство переходит к подушевому финансированию. Сейчас, по большому счету, начнется конкуренция между даже государственными школами за привлечение учеников. Потому что деньги будут идти в образовательные учреждения за ребенком. И соответственно, школы будут заинтересованы в удовлетворении требований родителей. Потому что если я забираю своего ребенка из данной школы, то деньги из этой школы уходят. Например, в Москве, по-моему, 27 тысяч рублей за ребенком идут. И они будут уходить мимо этой школы. И думаю, что эта проблема отпадет, если родители будут не бояться, скажем так, опять же не в личном порядке, а коллективно представлять свои интересы...



Марьяна Торочешникова: Вы знаете, многие родители даже не знают об этом подушевом финансировании. Для меня, например, это большой сюрприз. Я теперь будут знать, так как я родитель, и буду подкованной, и буду как-то, может быть, иначе строить свои отношения с администрацией...



Гавриил Поляковский: То есть сейчас школы в России будут заинтересованы в учениках.



Марьяна Торочешникова: Ну а что касается вот этих дополнительных сборов за дополнительные занятия в муниципальных учебных заведениях, то насколько это законно?



Мария Смирнова: Ну, речь идет о взимании платы за распределение по профильным классам, так?



Марьяна Торочешникова: Либо за распределение по профильным классам, либо не за само по себе распределение, а за то, что ребенок пошел учиться в профильный класс, у него, возможно, появились какие-то дополнительные предметы, которых не было раньше. И вот за эти дополнительные предметы родителей просят платить отдельно. Насколько это законно?



Мария Смирнова: У нас с вами есть Государственный стандарт, есть базисный учебный план, есть федеральный, национальный компонент Государственного стандарта, компонент образовательного учреждения. То есть программа полностью зафиксирована. Все предметы, которые входят в эту программу и в этот базисный учебный план, в муниципальном образовательном учреждении, они обязаны быть бесплатными. В том случае, если кто-то требует с вас деньги за то, чтобы получить основную образовательную программу, смело можно обращаться в органы управления образованием, потому что это незаконно.



Марьяна Торочешникова: А если это не основная образовательная программа?



Мария Смирнова: Дополнительные образовательные услуги – факультативы, которые не обусловлены основной программой, - это может быть оформлено даже в муниципальной и государственной школе как дополнительные образовательные услуги. В таком случае заключается с родителями договор. И оплата за эти услуги поступает либо в кассу с выдачей кассового чека, либо через квитанцию в Сбербанке, то есть безналичным путем, с указанием номера договора, с указанием всех реквизитов и так далее.



Марьяна Торочешникова: Вы знаете, вот в чем проблема здесь бывает чаще всего – в том, что родителей и детей фактически ставят перед фактом. Им говорят, что «вот это дополнительные какие-то предметы, которые посещать вы должны обязательно, соответственно, платить вы за них должны обязательно, мы с вами заключим договор, все прекрасно. А если вы не хотите заключать с нами договор – спасибо, до свидания, идите в другую школу». Вот что делать в этой ситуации родителям?



Мария Смирнова: В таком случае родители должны спросить: «Простите, а этот факультатив будет у меня в аттестате?».



Марьяна Торочешникова: Я понимаю, мы можем сколько угодно сейчас философствовать и смеяться, но, действительно, ведь люди оказываются в такой ситуации, и они чувствуют свое полное бессилие. И вообще, во всех вопросах, которые касаются образования, самое неприятное в том, что родители понимают, что если они будут бороться за свои права и права своих детей, то они могут довести дело до того, что ребенка просто ни в одну школу не примут вообще, либо что его заклюют, относиться к нему как-то будут хуже. То есть получается: либо ты плати деньги и делай так, как тебе диктует администрация образовательного заведения, либо готовься к тому, что ребенок будет не учиться, а страдать. Вот в чем проблема-то, на мой взгляд. Гавриил, пожалуйста.



Гавриил Поляковский: Мария совершенно правильно сказала, что есть Госстандарт, который каждая школа обязана бесплатно дать. Вот на основании статьи 43-ей Конституции, с которой началась наша передача, у нас бесплатное образование. Мало того, оно обязательное. О новых обязанностях будем говорить позже. Так вот, дети сейчас в школе должны быть подготовлены к Единому государственному экзамену (ЕГЭ) в рамках Госстандарта. И это задача номер один. Все остальное делается по гражданско-правовым договорам отдельно, как дополнительные платные образовательные услуги. И здесь вступает в силу и закон «О защите прав потребителей», и Гражданский кодекс, и прочие наши акты.


По поводу прав родителей на то, чтобы отказываться от тех услуг, которые им навязывает школа...



Марьяна Торочешникова: От навязанных услуг фактически, действительно.



Гавриил Поляковский: Мы сейчас говорим с вами, замахиваемся на очень важную вещь – на правовую грамотность населения. Если мы хотим жить в правовом государстве, то мы должны не лениться и брать в руки Конституцию, и не считать это чем-то унижающим себя, брать в руки закон «Об образовании», уж коль мой ребенок идет в школу... Понимаете, получается так, что обучение собственного ребенка – это менее важная для человека вещь, чем вождение автомобиля. И объясню почему. Чтобы сесть в машину, человек должен изучить Правила дорожного движения и сдать их в милиции. Чтобы отдать ребенка в школу, родитель ничего не делает. Он не открывает ни закон «Об образовании», он не открывает устав школы, он считает, что все за него должна сделать Мария Ивановна, учитель простой нашей школы. А потом у родителя возникает масса требований, претензий, половина из которых у него были бы сняты, если бы он знал элементарные требования, либо санитарные, либо образовательные, к обучению ребенка, а на другие вопросы школа бы отвечала вполне вразумительно и с опаской, понимая, что перед ней уже грамотный родитель стоит.


То есть мы сейчас говорим о том, что мы все-таки по статье 1-ой Конституции – правовое государство, резюмируем, таким образом, что наши родители грамотные, имеют навык чтения и способны понимать то, что они читают. То есть Конституция, закон «Об образовании», устав школы – три документа, с которыми родители наши должны минимально быть ознакомлены прежде, чем ребенка поведут в школу, и даже в дошкольное образовательное учреждение.



Марьяна Торочешникова: Ну, хорошо, если кто-то не успел – вот сейчас послушают нашу передачу и вдруг возьмут и перечитают эти законы – что делать-то потом в конкретной ситуации, с которой мы, собственно, и начали? Вот есть какие-то дополнительные услуги, которые навязывают фактически. А вы не хотите пользоваться этой навязанной услугой, но и не хотите, чтобы у ребенка были проблемы. Что делать родителям?



Гавриил Поляковский: Кого боится российский гражданин больше всего? Или чего боится любой предприниматель, любой человек простой в нашей стране? Он боится административного ресурса. Того же самого боятся и бедные родители. Люди объединяются не просто так. Это специфика нашей страны. Поэтому нет ничего унизительного. Я с этого начал нашу передачу, что родители должны объединяться в родительский комитет. Под письмом родителей в РОНО вот в данной ситуации, когда навязываются платные образовательные услуги, будет стоять подпись «родительский комитет» - и 100 подписей родителей, 20 подписей родителей. С такой группой ни одна администрация школы не сможет не считаться. Вот и все. То есть мы в правовом государстве. Мы должны не бояться писать письма во все инстанции.



Марьяна Торочешникова: Таким образом, речь идет просто о правосознании вообще всех родителей и детей...



Гавриил Поляковский: Совершенно верно, о правовой грамотности.



Марьяна Торочешникова: ...которые учатся в этом конкретном классе. Другое дело, что вот и с этим-то тоже есть проблемы. Мы как раз в своей передаче-то и пытаемся сподвигнуть родителей, да и не только родителей, а вообще граждан Российской Федерации ощущать себя гражданами полноправными, которые живут в правовой стране.


Возвращаемся мы к нашим вопросам, связанным с правами учащихся. Мы пока еще говорим о правах учащихся. И теперь вполне логично завести речь о платных, частных учебных заведениях. Насколько я понимаю, дети учатся в частных школах на основании какого-то договора. Который заключается кем, от имени кого и кто вносит туда какие условия? То есть могут ли родители как-то влиять, как-то изменять текст непосредственно самого договора?



Мария Смирнова: Договор заключается между образовательным учреждением, как юридическим лицом, имеющим лицензию и государственную аккредитацию, если она есть, и родителями обучающегося в том случае, если обучающийся несовершеннолетний. Договор, как правило, двухсторонний. То есть с одной стороны – образовательное учреждение, с другой стороны – родители. Однако есть типовой договор, утвержденный в свое время Министерством образования, и там предполагается, что этот договор трехсторонний. В таком случае, родители выступают как заказчик, потребитель – это обучающийся, исполнитель – это само образовательное учреждение. То есть вот есть два варианта: либо двухсторонних, либо трехсторонний. И тот, и другой имеют право на существование...



Марьяна Торочешникова: А вносить изменения в текст этого договора родители могут, они могут настоять на том, чтобы были внесены эти изменения? Потому что договор предполагает некую договоренность, согласие, а как правило, получается со всеми договорами в России, не только об оказании образовательных услуг, что человека ставят перед фактом: «Вот Бог, а вот порог. Нравится? - оставайтесь и подписывайте. Не нравится? – пожалуйста, другая школа».



Мария Смирнова: Марьяна, то, что вы сейчас описали, называется публичным договором присоединения. Некоторые исследователи, в принципе, относят договор об оказании образовательных услуг к таким видам договоров. Однако практика все же идет больше по тому пути, что этот договор двухсторонний и полностью отвечает требованиям Гражданского кодекса о порядке внесения изменений в обычный договор об оказании услуг возмездных, то есть что это происходит только в двухстороннем порядке, при заключении договора тоже стороны находятся в диалоге.



Марьяна Торочешникова: То есть, Мария, я поняла, что, на самом деле, все не так. Простите, что я интерпретирую ваши слова иначе. На самом деле по закону это двусторонний договор, но практика складывается таким образом, что это односторонний договор...



Мария Смирнова: ...что он идет как договор присоединения, да.



Марьяна Торочешникова: Да, идет как договор присоединения.



Гавриил Поляковский: Он двухсторонний, но присоединения.



Марьяна Торочешникова: Да, он двухсторонний, но односторонний.


Хорошо. В таком случае, вправе ли образовательное учреждение изменять по своему усмотрению условия договора?



Гавриил Поляковский: В соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации в одностороннем порядке изменить условия договора не может одна из сторон. Это невозможно. Ну, некоторые частные школы города Москвы (не буду давать сейчас их названия), они включают в договоры с родителями пункт, по которому администрация школы имеет право в одностороннем порядке увеличивать плату за обучение в течение обучения ребенка в данном образовательном учреждении.



Марьяна Торочешникова: Это незаконное положение?



Гавриил Поляковский: Понимаете, сколько юристов, столько и мнений. Вот я в свое время консультировал родителей с такой проблемой, и я посчитал данное положение договора элементом кабальной сделки. То есть когда явно ущемляются интересы одной из сторон вразрез с гражданским законодательством. Поэтому, конечно, вносить изменения в одностороннем порядке в договор нельзя. Даже если в договоре есть такое положение, то я считаю, что его можно оспаривать через суд.



Марьяна Торочешникова: Хорошо. Ну, раз уж мы заговорили об услугах, то нужно говорить и о качестве этих услуг. Как можно предъявлять претензии, и кому, главное, предъявлять претензии в том случае, если эти услуги образовательные, если речь идет о частном образовательном заведении или если просто качество образования в муниципальной школе не устраивают ученика или его родителей? Что им делать? Как добиваться повышения качества или как требовать деньги назад?



Гавриил Поляковский: Давайте мы здесь разведем эту проблему на бытовой уровень и на профессиональный. Бытовой уровень может выглядеть так: «Вот у меня школа хорошая, потому что мой Вася в 5-ом классе проходит уже вот такую-то теорему. А вот твоя школа плохая, потому что твой Петя решает задачи, которые мой Вася решал еще в прошлом году. Поэтому твоя школа плохая, ты должен идти и на нее пожаловаться». Это бытовой подход. У каждой школы есть базисный учебный план, у каждой школы есть свой учебный план и учебное тематическое планирование по каждому предмету, которое должно соответствовать Госстандарту. Он может варьироваться в зависимости от различного, в том числе, школьного компонента, в зависимости от авторских программ, которых сейчас много, и которые тоже допущены Министерством образования. Поэтому сказать, что школа плохо ребенка подготовила, мы можем только при переводе ребенка из школы в школу.


А как это определяют? Можно это определить тестированием, можно определить срезом знаний, который делается. Или в моей школе, где я сейчас работаю, есть такая нулевая диагностика. И проверяется уровень знаний, то есть изучает ли ребенок Госстандарт, который он должен усвоить к данному уровню, к данному классу. Если ребенок не усваивает эту программу, если вы выявили это, например, то вы имеете право обратиться начиная с Управления образования муниципалитета и заканчивая Министерством образования либо Департаментом образования города Москвы, который выдал лицензию данной школе.



Марьяна Торочешникова: Такой же механизм приемлем и для бюджетных учебных заведений, насколько я понимаю, да? Вот то, о чем рассказывал Гавриил, опять же нужно проверить уровень знаний ребенка, прежде чем говорить о том, что он получает некачественное образование...



Гавриил Поляковский: Правильно.



Марьяна Торочешникова: ...также жаловаться в РОНО куда-то, видимо.



Мария Смирнова: Да. Есть такой механизм, как рекламация – рекламация на качество обучения. У нас есть единственное мерило, как бы формальное мерило качества образования – это Госстандарт. Соответственно, процедура, которая подтверждает соответствие Госстандарту даваемых знаний, - это государственная аккредитация. Именно поэтому во время аккредитации ученики постоянно сидят и пишут различные тесты и срезы знаний.



Гавриил Поляковский: Раз в пять лет.



Мария Смирнова: Поэтому отзыв государственной аккредитации или лишение государственной аккредитации, он может быть произведен на основании...



Марьяна Торочешникова: ...вот таких тестов.



Мария Смирнова: Рекламация – это именно та процедура, которую можно инициировать путем принятия решения на родительском собрании или сходе школы, или собрании школы – в зависимости от того, как эта структура называется. Данное решение направляется в орган управления образованием, который уже и принимает решение о проведении дополнительных проверок. И на основании этих проверок предмет решения - отзывать государственную аккредитацию у данного учреждения или нет.



Марьяна Торочешникова: Ну и соответственно, на такую рекламацию будут реагировать только в том случае, если она подается от имени многих родителей, или даже если хотя бы один родитель пожалуется и обратится с рекламацией, то уже начнутся поверки?



Мария Смирнова: Вообще требуется заключение родительского комитета, родительского собрания. То есть должно быть решение конкретного органа общественного самоуправления в школе.



Марьяна Торочешникова: То есть по инициативе одного конкретного родителя механизм не начнет работать?



Мария Смирнова: Не начнет.



Марьяна Торочешникова: И наша передача подходит к концу. И мы почти целый час говорили о том, какие права есть у учеников, какие права есть у их родителей. И теперь я хочу просто дать возможность Гавриилу рассказать о том, какие обязанности есть у родителей и у учеников. Потому что я знаю, что многие учителя, действительно, жалуются и стонут, что в школах, и не только в частных, сейчас работать невозможно.



Гавриил Поляковский: Вот я преподаю право в школе. Первый урок, который я начинаю с детьми, как правило, он касается их обязанностей. Мы открываем Конституцию и ищем семь обязанностей. Вот такая загадка: «Найди семь обязанностей». Самая смешная и интересная обязанность, которую все знают, но никто не знает, где ее прочитать, – все обязаны соблюдать закон, незнание закона не освобождает... А где это написано?



Марьяна Торочешникова: Вот и расскажите нам. Не надо нас тестировать.



Гавриил Поляковский: Статья 15-ая Конституции, пункт второй, и там сказано, что все обязаны соблюдать законы и Конституцию России, - это первая обязанность. Все, мы понимаем, что мы обязаны соблюдать закон.


Статья 43-ая говорит о том, что общее образование обязательно. Детки, это ваша вторая обязанность. Вы обязаны учиться до 9-го класса. «Мы не хотим делать уроки. Мы не хотим идти в школу. Мы не хотим учиться», - то, что говорят подростки. А мы им на это отвечаем: «Если вы не будете выполнять свою конституционную обязанность, то за это будет отвечать школа. А школа за это отвечать не хочет. Вы будете состоять на учете в милиции. А вам это надо, дети?». Ну, это крайние меры, но, тем не менее, в разговоре с подростками это срабатывает. То есть они, на самом деле, проверяют, насколько взрослые последовательны и готовы идти до конца в своих требованиях. И это очень важно.


Следующие обязанности по Конституции: беречь природу, заботиться о нетрудоспособных родителях, юношам служить в армии. И последняя обязанность – это бережно относиться к памятникам истории и архитектуры.


Минимум обязанностей, казалось бы. Но ни один ребенок их не назовет, как правило, если специально не изучает этого. И во-вторых, взрослые этих обязанностей и взрослых, и детей, как правило, не знают. Поэтому если мы строим правовое государство, гражданское общество (это сейчас самые популярные словосочетания), то надо начинать с правосознания и с правовой культуры. И тогда мы и права свои сможем отстаивать, и не бояться этого, самое главное.



Марьяна Торочешникова: Мария, мне бы хотелось еще и вашу реплику услышать в заключение сегодняшней передачи. Может быть, какой-то конкретный совет, какая-то рекомендация и ученикам, и родителям, и учителям.



Мария Смирнова: Совет могу дать только один: изучайте закон, знайте свои права, читайте Конституцию, читайте закон «Об образовании». Прежде чем отдать ребенка в школу, в обязательном порядке посмотрите, чем все это регулируется...



Гавриил Поляковский: Хотя бы устав школы почитайте.



Мария Смирнова: Устав школы – это в первую очередь. Как школа должна его предоставить, так и родители обязаны его потребовать, чтобы не возникло никаких непредвиденных ситуаций и чтобы защитить своего ребенка от произвола в школе, - это обязательно.



Марьяна Торочешникова: Ну и наконец, наверное, не просто читайте, но и еще и пользуйтесь теми правами, которые вам гарантируют законы, и исполняйте те обязанности, которые по закону вы несете.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG