Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Что такое электромагнитное оружие


Сергей Сенинский: Часто приходится слышать об опасности терроризма с использованием ядерного, биологического, химического оружия. Постоянно совершенствуются меры противодействия этим угрозам. Но есть еще один вид оружия, представляющий значительную угрозу, и не требующий для создания труднодоступных материалов и сверхсложных лабораторий. Это электромагнитное оружие, способное вывести из строя всю электронику в большом радиусе от точки применения. При этом отработанных методов предотвращения подобных терактов пока нет. О том, что такое электромагнитное оружие, рассказывает директор Института теплофизики экстремальных состояний РАН академик Владимир Фортов. С ним беседует Александр Сергеев.



Александр Сергеев: Владимир Евгеньевич, электромагнитное оружие, что это такое, как это действует?



Владимир Фортов: Электромагнитное оружие относится к разряду стратегических, то есть к таким видам оружия, которое способно влиять стратегически на действие той или иной крупной или некрупной операции. Дело тут вот в чем - это явление электромагнитное оружие или связанный с этим электромагнитный терроризм, связано с бурным развитием электроники. Причем электроника, как вы знаете, развивается в двух направлениях - это электроника микро, когда все системы связи, наведения, прицеливания, коммуникации, измерения делаются как можно в меньших и меньших размеров. То есть это направление, которое идет по направлению минимизации. И соответственно токи и напряжения, которые там существуют - это тысячные доли вольта и тысячные доли ампера, это очень низкотоковая ситуация.



Александр Сергеев: Сегодня приближаются микропроцессоры к количеству около миллиарда транзисторов на кристалле.



Владимир Фортов: И это значит, что такие системы, которыми насыщено не только поле боя, но и вся наша жизнь, управление, связь, система сбора, обработки данных и от этой электроники мы все критически зависим. Например, у вас нет записной книжки бумажной, у вас есть электронная записная книжка, если она выйдет из строя - это будет катастрофа. Второе направление электроники - это электроника так называемых больших мощностей. Это электроника, которая позволяет генерировать электрические импульсы величиной миллионы ампер. И электромагнитные поля мощностью в миллиарды ватт, мегаватты, гигаватты, такие чудовищные системы сегодня удается сделать и их делают. Для справки просто, чтобы слушатели представляли, один гигаватт – это мощность чернобыльского блока.



Александр Сергеев: Мощность целой электростанции в форме какого-то устройства просто?



Владимир Фортов: Теперь, что это за устройство. Это устройство, как правило, мобильное, оно небольшое. Если речь о мегаваттах - это может быть кейс, чемоданчик небольшой. Во всяком случае, два этих направления, уход в малые мощности, в малые токи напряжение и сильноточная электроника, уход в большие токи, в большие напряжения, большие мощности они встретились на этом поле, которое называется электромагнитное оружие или электромагнитный терроризм.



Александр Сергеев: Можно пояснить, как это получается, что в размере кейса можно уместить мегаватты энергии? Почему тогда этой энергией не можем пользоваться без электростанций?



Владимир Фортов: Понимаете, это мощность большая, а само количество энергии маленькое. Происходит так называемая компрессия мощности. Берете энергию и ее сжимаете в импульс очень короткого времени. Поэтому у вас отдельный импульс получается очень мощным, но если вы посмотрите, сколько энергии тратилось за счет того, что сам импульс короткий, энергии мало.



Александр Сергеев: Это примерно как взрывотехники, которые заряжают батарею конденсаторов, а потом одним ключом все их разряжают.



Владимир Фортов: Совершенно верно. Есть так называемая компрессия мощности, а эта система, о которой вы сказали, - это генератор Маркса, но не того Маркса экономиста, того, который был электротехник. Но те системы, о которых я говорю, они используют другие вещи, я не хочу быть учителем для подрастающего поколения террористов, но используя современные системы, которые накапливают и компрессируют мощность, можно сделать довольно маленькие. Насколько это опасно? Это опасно хотя бы настолько, насколько вам всегда, когда вы садитесь в самолет, вам предлагают выключить мобильные телефоны. Мобильные телефоны - это полватта и то эти полватта могут действовать на электронику самолета, могут действовать на систему управления и так далее. А если у вас в руках миллионы ватт или миллиарды ватт, можете представить, что это такое. Поэтому вот это направление, оно сейчас разрабатывается довольно интенсивно. Во-первых, как сделать систему жизнеобеспечения, и системы военные, невосприимчивые к такому роду воздействия - это отдельная наука. Потому что опасность этих сигналов в том, что они имеют очень резкий фронт и поэтому они очень быстро проходит через электронику и система не успевает защититься от них. За наносекунду свет проходит через сантиметр. Импульсы, о которых я сейчас речь веду, они доли наносекунды бывают.



Александр Сергеев: То есть мы не успеваем получить сигнал, он уже там.



Владимир Фортов: Поскольку он мощные, то его фильтры пропускают и так далее. Во всяком случае, тут есть большая интересная наука. Но существует задача, с одной стороны, разработки таких систем для применения на поле боя и есть публикации радио-бомб - это в открытой печати, когда берется химическое взрывчатое вещество, энергия этого вещества преобразуется в импульс электрического тока, этот ток очень мощный, до миллиона ампер. Напомню так, чтобы вы ориентировались, удар молнии в громоотвод - это 20 килоампер тысяч, а тут миллион. В каком-то смысле сегодня, не используя атомную бомбу, ученые научились получать импульсы, сопоставимые с импульсами, которые возникают в электромагнитном излучении ядерного взрыва, но это система не ядерная, эта система может применяться скрыто и это плохо для антитеррористических вещей. Когда мы с вами садимся в самолет, нас проверяют на все, что угодно, кроме наличия таких мощных элементов. Если вы везете с собой магнетрон для СВЧ-печей, то вообще говоря, вы из него можете сделать такие штучки. Во всяком случае, сейчас есть несколько стран, которые очень внимательно этим занимаются - это мы в России, это шведы, это англичане и американцы. Китайцы подтягиваются сейчас. Опасность этого оружия заключается в том, что, естественно, такое излучение не имеет ни цвета, ни запаха, оно никак не ощущается человеком. А выход из строя системы управления или телефонной станции в нужное время - это трагедия, потому что вы остаетесь слепыми и беззащитными.



Александр Сергеев: За счет чего происходит разрушение?



Владимир Фортов: Идет мощный импульс электромагнитного излучения и он, попадая в тракт любой системы, например, радиотелефона, он сжигает первый транзистор, который стоит на входе, наводит большое напряжение и пробивает. Но такие генераторы имеют и значение в цивильной жизни. У нас в институте, например, разработана система, которая имитирует удары молнии в линии электропередач. Сегодня во всем мире потеря от аварий, вызванных ударами молнии, оценивается величину от трех до пяти миллиардов долларов. Конечно, существует система защиты, есть система заземления, есть система автоматического переключения, но тенденция развития в гражданской энергетике точно такая же, как и в системах оружия. Как можно больше точек сбора, обработки информации, как можно больше точек контроля за токами, за параметрами и как можно больше возможностей менять эти параметры в зависимости от развития нештатной ситуации. Вот, например, большая линия электропередач, молния попала или короткое замыкание, очень часто они находятся в резонансных условиях и начинают бегать большие волны длинноволновые, которые раскачивают напряжение и токи и в результате у вас выходят из строя линии. Очень дорого их восстанавливать потом. Ставятся во многих точках датчики, датчики собирают информацию и как только у вас волна побежала, включаются разного рода системы шунтирования или реакторы специальные, которые ее давят.



Александр Сергеев: А такие волны могут быть запущены одним импульсом?



Владимир Фортов: Нет, они могут быть запущены просто из-за того, что у меня ударила молния куда-то и в результате на линии повисло дополнительное напряжение. Это дополнительное напряжение даст волну, она отразится, пойдет обратно. Серьезная электротехническая задача. Я к чему говорю, что сегодня линии, так называемые адоптированные линии используют много электроники, причем электроники такой слаботочной. Потому что нужно померить напряжение и передать быстро на автоматику. Так вот, либо она выходят из строя. У вас будет блэк-аут типа того, который был в Нью-Йорке. Поэтому поверка линии к такого рода воздействиям за этим повышение надежности, повышение устойчивости снабжения - это тоже стратегическая задача которую надо решать, особенно на новом этапе, когда мы всю энергетику обязаны переделать, то, что сейчас делает Чубайс и его команда. Мы это называем ГОЭРЛО-2 на самом деле, настолько это масштабная вещь.



Александр Сергеев: То есть речь не только о проблемам организационно-собственнических и так далее, это техническое переоснащение.



Владимир Фортов: Это очень малая часть то, что обычно обсуждается, разделение РАО ЕЭС на генерирующие компании, создание рынка генераций - это часть одна из, это большая организационная работа. Но там много технических задач. Можно специально поговорить о состоянии нашей энергетики, к чему она идет и какие там решения будут приняты. Потому что сегодня ситуация очень непростая и тяжелая. Я могу объяснить, почему это произошло. Это произошло не потому, что кто-то что-то проглядел, а потому что так развивалась наша перестройка. Были приняты решения в течение 15 лет, которые стрельнули сейчас. Мы сидели на фиксированных тарифах и денег на обновление производства у нас не было. Мощности ставились и падали, а потребности, сначала они падали, мы про энергетику не говорили лет 10 назад, а сейчас экономика полезла вверх. А если у вас нет энергии, она развернет экономику вниз и все национальные проекты угробит. Поэтому ситуация с энергетикой очень острая и тяжелая. Есть идеи, как из этого выходить, какие этапы сколько инвестировать. Но скажу вам так, что раньше мы вводили в год порядка 11 гигаватт мощностей новых, а года три назад мы вводили полгигаватта всего. А китайцы 110 гигаватт вводят и не хватает. У них стоят заводы типа Моторолы, по три миллиарда купленные для микросхем, а их питать нечем. То есть энергетика сегодня за глотку держит очень многие отрасли человеческой деятельности – это совершенно объективная вещь.



Александр Сергеев: Если вернуться к теме с электромагнитным оружием, как относится к этому армия, заказывает ли она подобные разработки?



Владимир Фортов: Там люди понимают, что это такое, они понимают, где надо ставить. То есть у нас отношение к этому такое, я бы сказал нормальное, хотя надо бы побыстрее, поактивнее.



Александр Сергеев: У американцев сейчас идет программа по все большей электронизации армии. Солдат уже обвешивают электроникой с ног до головы, вся связь спутниковая и так далее. Так что же, можно на поле боя поставить несколько таких устройств и просто все это дело выйдет из строя разом?



Владимир Фортов: Не все выйдет из строя, что-то выйдет, что-то не выйдет. Все эксперименты, которые есть, оценки, которые есть, они показывают, что это серьезное оружие.



Александр Сергеев: Но как я понимаю, подобное оружие никакими способами проконтролировать невозможно?



Владимир Фортов: Надо руководствоваться факторами его применения. То есть нужно создавать электронику, которая была бы чувствительна к этому делу. Но это стандартная проблема брони и снаряда: вы сделали лучше снаряд, я броню сделал больше, давайте дальше бороться.



Александр Сергеев: На сегодняшний день снаряд опережает, его никто не применил просто.



Владимир Фортов: На самом деле применяли, но мне неудобно про этого говорить.



Александр Сергеев: Террористические случаи или военные?



Владимир Фортов: И такие, и такие. В Югославии были примеры.


XS
SM
MD
LG