Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Депутат Госдумы Оксана Дмитриева об отставке правительства и кандидатуре Виктора Зубкова на пост премьер-министра России


Виктор Резунков: Сегодня у нас в гостях депутат Государственной Думы, член центрального совета партии «Справедливая Россия» Оксана Дмитриева.


Главная тема дня и ближайших дней – отставка премьер-министра Михаила Фрадкова, его кабинета и внесение президентом России Владимиром Путиным в Государственную Думу кандидатуры на пост премьер-министра – руководителя Федеральной службы по финансовому мониторингу Виктора Зубкова. Об этом мы сегодня и будем говорить.


Оксана Генриховна, сегодняшняя главная тема, как я уже сказал, это отставка правительства Михаила Фрадкова. Эта отставка, как сказали и Михаил Фрадков, и Владимир Путин, имеет самое прямое отношение к предстоящим парламентским и президентским выборам. Но мне хочется вас спросить: зачем вообще нужна была эта отставка и почему, по вашему мнению, сегодня Михаил Фрадков ушел?




Оксана Дмитриева

Оксана Дмитриева: Вы знаете, может быть, дело в том, что практически около двух лет назад я выступала, поднимался вопрос в Государственной Думе об отставке правительства по итогам провала монетизации льгот, по финансовой политике, формированию стабилизационного фонда и так далее. Я была основным докладчиком от всех фракций, от всей оппозиции по отставке правительства. Поэтому я и тогда считала, что необходима отставка правительства Фрадкова. Не столько самого Фрадкова, поскольку я вижу в его личной деятельности целый ряд позитивных моментов, сколько в отставке финансового и социального блока правительства. И я считаю, что именно по этим направлениям были основные провалы и ошибки, следствия которых мы будем пожинать еще очень долго. Первое, Зурабов. То, что давно уже должна была состояться отставка Зурабова, это, по-моему, у 90 процентов населения нашей страны не вызывает сомнений.



Виктор Резунков: А вы считаете, что Зурабов, скорее всего, не войдет в новое правительство?



Оксана Дмитриева: Я надеюсь. Я очень надеюсь, что он не войдет, поскольку он не должен входить. Он отвечает за провал пенсионной реформы, это правительство даже не Фрадкова, а Касьянова, поскольку пенсионная реформа была продавлена еще при премьере Касьянове. Он отвечает за провал по монетизации льгот. Он отвечает за провал с бесплатным лекарственным обеспечением, дополнительным, и фактически то, о чем было столько шума, проект в области здравоохранения, он практически свернут, свернут в бюджете, в 2010 году его нет. То есть тут идут какие-то рывки, скачки, одно не доделано, переключаются на следующее. Поэтому это социальный провал, и социальные показатели говорят сами за себя, если пенсия при сверхблагоприятной экономической конъюнктуре сейчас составляет 22,8 процента от средней зарплаты. Продолжает расти дифференциация доходов населения. Существенное отставание идет дальше, и несмотря на все национальные проекты, немножко скакнуло в 2006 году, а в 2007 году опять пошел увеличиваться разрыв между зарплатой в здравоохранении и образовании и средней зарплатой по стране, то есть опять вниз пошла зарплата в этих отраслях. Нет результатов никаких. Причем в то время, когда экономическая конъюнктура позволяла здесь достичь результатов. Это что касается Зурабова.


Я считаю, что отставка должна быть и у министра финансов Кудрина. И я считаю, что те задачи, которые были поставлены президентом в его послании Федеральному собранию, вот этот финансово-экономический блок с этими задачами не в состоянии справиться. Потому что, что делал финансовый блок? Он получал деньги от нефтедолларов, складировал их в стабилизационном фонде или погашал внешний долг, и больше он ничего делать не умеет. Он не умеет организовать и разработать программы, инвестиционные проекты. Как только эти инвестиционные проекты принимаются, так у них срыв финансирования, поскольку они не могут это довести до конца. Они не могут разработать промышленную политику. Они не могут разработать эффективные механизмы поддержки граждан. Они не могут решить вопрос с пенсионной политикой, там тоже много финансовых вопросов. То есть идет полное неумение ни с чем справиться, за исключением того, что те деньги, которые капают с неба, складывать в стабфонд или отсылать на Запад в виде погашения внешнего долга, и все. И уже видно, что тот бюджет, который представлен, отказ от политики профицита бюджета и стабфонда – там абсолютные дыры, они ничем не заполнены. То есть это правительство – «двоечник», нерадивый студент, который всю сессию не учился, и вот накануне профессор дал на экзамен другое задание – и он не знает, как его выполнить. Поэтому, естественно, они не справятся с новым курсом.


Новый курс не только в отставке, но если внимательно смотреть послание президента Федеральному собранию, там действительно новый курс. Там принципиальные вопросы: отказ от стабфонда, от пополнения его, инвестирование средств в национальную экономику – это принципиально другая задача, нужно программы разрабатывать, инвестиционные проекты, определять промышленную политику, определять инвестиционную политику. Здесь работать надо, а работать они, к сожалению, не умеют. Поэтому я надеюсь, что тут тоже будут реальные отставки.



Виктор Резунков: Оксана Генриховна, а можно ли предположить, что практически будет настолько изменена структура правительства, или реформы не коснутся самой структуры, но даже если они и не коснутся, то, в принципе, можно ли ожидать каких-то объявлений новых глобальных реформ новым правительством?



Оксана Дмитриева: Я не думаю, что пойдут на оргструктурные изменения. Это было бы неправильно, потому что административная реформа – это был провал, тоже она была крайне неудачна. И поэтому изменять структуру сейчас – это, значит, тратить усилия на структурные изменения. Мне представляется, что гораздо более важны просто кадровые изменения. Вот прежде всего – финансы, финансово-экономический блок и социальный, Зурабов.



Виктор Резунков: Хорошо, Минрегионразвития, Владимир Яковлев?



Оксана Дмитриева: Я считаю, что здесь вполне министр на своем месте. Другое дело, что здесь очень интересный подход к этому министерству: ему предложено отвечать за все и при этом нет финансов. Поэтому выполнить это достаточно сложно. Если будет адекватное финансовое обеспечение и следованием тем задачам, которые указывает министерство… Допустим, с Яковлевым у меня лично нет особых разногласий по тому, как нужно исправлять ситуацию в жилищно-коммунальном хозяйстве. Другое дело, что без денег это делать невозможно, вы не можете делать капремонт, снимать это с плеч граждан, если вы из федерального бюджета на это не выделяете деньги. Это нереально.



Виктор Резунков: Он неоднократно об этом говорил. Оксана Генриховна, вот что еще говорят политики, даже источники из Кремля. Газета «Ведомости» говорит, что в Белом доме сейчас в связи с отставкой правительства обсуждают разделение Минздравосоцразвития и понижение министров Виктора Христенко и Алексея Гордеева.



Оксана Дмитриева: По поводу Виктора Христенко и Гордеева я как раз считаю, что эти фигуры достаточно эффективно работали. Как раз и тот и другой – сторонники инвестирования средств в подъем национальной экономики. И тот и другой, кстати, были противниками стабилизационного фонда. Теперь, что касается Минздравсоцразвития. Я думаю, что, действительно, разделение министерств целесообразно. И вся медицинская общественность ставит этот вопрос – о создании отдельного Министерства здравоохранения, и это правильно. И руководить этим министерством должен врач. И, в принципе, есть фигуры – тот же заместитель министра Стародубов Владимир Иванович, он пользуется большим авторитетом. Несмотря на то, что он был заместителем такого непопулярного министра, как Зурабов, тем не менее, он знающий специалист и достаточно авторитетный. Ну, там могут быть и другие кандидатуры, тем не менее, это как бы обязательный факт.


Но я считаю, что Зурабов не должен руководить и Министерством социального развития. Он провалил пенсионную реформу, он проводник совершенно ложного курса здесь. Он дает отрицательные заключения на все законопроекты по пенсиям, которые направлены на улучшение жизни пенсионеров. Он, с одной стороны, делает заявления о том, что пенсия должна быть не менее 45 процентов от заработной платы, а когда вносится законопроект о том, чтобы индексировать пенсии как минимум не меньшим темпом, чем рост заработной платы, он дает отрицательное заключение. То есть тут полное вообще лицемерие и запутывание ситуации. Я думаю, что он стоит вот таким… И потом, он в плену своих собственных ошибок, он никогда не сможет признать, что его 36 раз, когда он настаивал на том, что правительство против восстановления нестраховых периодов, он вдруг на 40-ой раз не может сказать, что он теперь изменил свою позицию и все пять лет он был неправ. Поэтому очень много, к сожалению, ошибок, и должна быть отставка. Отставка его и, я бы сказала, всех тех, кто причастен к разработке пенсионного законодательства и законодательства о монетизации льгот.


И вот если, допустим, в министерстве Стародубов – это фигура для министра, то в оставшемся Министерстве соцразвития я не вижу такой фигуры. Есть Галина Николаевна Карелова, прекрасный специалист в области социальной защиты, была вице-премьером, сейчас руководит Фондом социального страхования. Я думаю, что кандидатуры можно найти, и одну я вам назвала, можно еще.



Виктор Резунков: Посмотрим, да, как изменится правительство в будущем, как изменится состав правительства. Давайте поговорим о Викторе Алексеевиче Зубкове. Вы его знали. Как вы с ним познакомились? Питерский тоже.



Оксана Дмитриева: Питерский, да. Я уже познакомилась с ним, когда я была депутатом Государственной Думы, и, в принципе, его пребывание на посту руководителя налоговой службы по Санкт-Петербургу совпало с началом моей политической карьеры и депутатской деятельности. У меня о нем очень положительное мнение, с ним было очень плодотворно работать, когда он возглавлял налоговую службу в Петербурге. Все замечания, предложения не оставались без ответа. Он давал, кстати, целый ряд предложений, очень дельных, которые потом я использовалась и пыталась уже провести на законодательном уровне.


У него прекрасная, я считаю, манера держаться как чиновника. У него нет спеси, у него нет чванства, у него нет хамства – это вообще уже редкое качество в наши дни. Он демократичен, он доступен, он корректен, он воспитанный человек. И я думала, что он специалист по налогам. Я не знала его биографию, может быть, только сейчас я внимательно посмотрела, когда он начинал, что он начинал, имея сельскохозяйственное образование, но когда я с ним сталкивалась, он возглавлял налоговую службу, я его воспринимала как специалиста в области налогов, и он был вполне профессионален. Я хочу напомнить, что я сама профессиональный экономист, математик и по первому образованию, и по кандидатской, и по докторской диссертации, поэтому, в общем, он мне представлялся очень человеком профессиональным в области налогов и финансов. Потом он возглавлял Службу финансового мониторинга. Мы взаимодействовали, были вопросы, и мне представляется, что и в этой области он тоже вел профессиональную деятельность. И потом, в моем понимании, он человек, отличающийся личной порядочностью.



Виктор Резунков: Журналисты, которые даже искали компромат на Виктора Зубкова, они, на самом деле, обращают внимание, что компромата нет, в Интернете какие-то слухи – это как всегда. А вот у предпринимателей петербургских для него была даже кличка такая – «Витя - Дай миллион», но миллион не себе, а в налоговую, потому что он нашел возможность изымать налоги очень активно и жестко, на самом деле.



Оксана Дмитриева: Вместе с тем, понятно, был общий подход к Налоговому законодательству, но налогового беспредела, административного беспредела при Зубкове в ленинградской, питерской налоговой службе не было. Во всяком случае, у меня не было подобных обращений. И вот те вопросы, которые возникали по налоговому законодательству, они Зубковым решались.



Виктор Резунков: Оксана Генриховна, а вам ничего не известно, почему первый заместитель председателя Леноблисполкома, он был им с 1989 до 1991 года, перешел на работу в Смольный заместителем Владимира Путина, когда тот был председателем Комитета внешних связей мэрии? Вы знаете, почему из области он перешел…



Оксана Дмитриева: Здесь ничего не могу сказать, я тогда была профессором Университета экономики и финансов.



Виктор Резунков: А вы занимались областью?



Оксана Дмитриева: Я посмотрела биографию, и я занималась областью, причем именно мы сотрудничали с Леноблисполкомом, но это был период 1987-88 годов. Мы делали первые наши обследования широкомасштабные именно по Ленинградской области. Мое направление – это региональная экономическая диагностика, и первые исследования были в Ленинградской области. Потом, когда он уже был в Леноблисполкоме, мы больше занимались Новгородской областью, Средней Азией, там были наши исследования. Мы не пересекались, я его не знала на тот момент.



Виктор Резунков: Скажите, пожалуйста, на посту руководителя Федеральной службы по финансовому мониторингу чем он вообще проявил себя?



Оксана Дмитриева: Во-первых, был принят целый ряд законодательных актов, которые предписаны были международными конвенциями, международными соглашениями. Во-вторых, был налажен, я считаю, целый ряд изменений в экспортном контроле и в банковском контроле и по отслеживанию оттока капитала, и по финансовым трансфертам, то есть был целый ряд изменений по законодательству. Причем они были сделаны тоже достаточно серьезно, но не было такого шума, политического пиара по этому вопросу. То есть довольно последовательная была позиция, разумная, без брыканий, без каких-то таких всплесков. То есть достойная, спокойная позиция и политика. Не было попыток вмешиваться в какие-то другие сферы деятельности.


Вы знаете, здесь надо тоже сказать, ведь были попытки, допустим, по контролю над крупными расходами, совершенно глупые, на мой взгляд, были попытки смотреть за крупными расходами свыше 10, 50 тысяч долларов, разные были цифры. И одно время людей за старые иномарки стали заставлять давать декларации и так далее. Вот в Службе финансового мониторинга был довольно разумный подход к финансовому контролю, то есть это не превращали в слежение за нашими рядовыми гражданами, за их вполне скромными покупками. Поэтому здесь тоже была умеренность и определенное спокойствие. Твердый курс, но без перегибов.



Виктор Резунков: Оксана Генриховна, многие наблюдатели отмечают, что даже назначение на должность главы Федеральной службы по финансовому мониторингу – это, можно сказать, в большой степени силовая структура, если разобраться, и без поддержки представителей силовых групп в Кремле, в частности, называется имя Виктора Иванова, такого назначения не могло произойти в отношении Виктора Зубкова. Как вы считаете, можно ли говорить о том, что Виктор Зубков в какой-то степени представляет интересы силовой группы какой-то?



Оксана Дмитриева: Я здесь не эксперт в подковерных отношениях. Что касается назначения, то человек, который около 10 лет возглавлял налоговую службу Санкт-Петербурга и потом работал в последние годы в ранге заместителя министра по налоговой службе, с точки зрения его профессиональных качеств это вполне подходящая кандидатуры для Службы финансового мониторинга. Потому что 10 лет возглавлять налоговую службу – практически это период становления нашей новой налоговой системы, то есть это очень хорошая школа, это два раза получить высшее образование по срокам в этой области. Тем более, все же создавалось с нуля, все новое. Поэтому мне представляется, что уже было достаточно опыта в этой сфере. Именно в этой сфере, налоговая служба и финансовый мониторинг – это очень близкие области.



Виктор Резунков: А в банковском сообществе как воспринимали деятельность службы, которую он возглавлял, вам ничего не известно?



Оксана Дмитриева: Я сказала, что в целом был принят ряд решений, вполне обоснованных, в соответствии с международными соглашениями, международными конвенциями. И при этом не было попыток нарушать и как бы перегибать по банковской тайне, по контролю над крупными расходами, над любыми расходами (не справиться и захлебнуться в этой системе).



Виктор Резунков: Оксана Генриховна, для вас было неожиданным такое решение Владимира Путина? Ведь, смотрите, и все политики, и большинство политологов говорили в один голос: Сергей Иванов возглавит кабинет.



Оксана Дмитриева: Вы знаете, может быть, не сейчас, но вообще его кандидатура называлась. То есть был ряд еще других кандидатур, которые в принципе возможны. Среди них была и кандидатура Зубкова, и я помню, что она у меня не вызвала никакого удивления на тот момент, когда ее называли.



Виктор Резунков: Смотрите, ему 66 лет, Михаилу Фрадкову только что исполнилось, 1 сентября, 57 лет. Вам не кажется, что возраст такой уже…



Оксана Дмитриева: Мне кажется, ум и деловые качества – это понятия не возрастные. Потому что у нас на постах министров есть очень много людей в очень активном возрасте, которых хотелось бы, чтобы их больше в правительстве не было. Я уже называла кандидатуру Зурабова, который, если говорить о возрасте, вполне подходящий, но хотелось бы, чтобы его не было. то же самое – Кудрин, которому еще нет 50-ти, но это не значит, что он должен работать в правительстве только потому, что ему 46 или 47 лет. Помимо возраста, есть еще профессиональные качества, государственное мышление, профессионализм, верность государственным интересам, и я думаю, что это важнее.



Виктор Резунков: Вы знаете, Кудрина и Германа Грефа называют единственными представителями либерального крыла, скажем так, правительства.



Оксана Дмитриева: Считается, что либеральное крыло – это те, кто придумывает гадости для народа. То есть если гадость для народа – это очень либерально. Либеральное – это, значит, у вас свободная конкуренция и низкие налоги. Я что-то не помню, чтобы реально что-то было сделано для малого предпринимательства, для свободной конкуренции, снижены налоги, особенно налоги, допустим, на инвестиционную составляющую. А гадости для людей и ограничение социальных расходов – это еще никакой не либерализм. И складирование одновременно денег в стабилизационный фонд – это, я бы сказала, недомыслие. Лучше, чем кот Матроскин, не скажешь: «Средства у нас есть, ума у нас нету».



Виктор Резунков: Хорошо. Геннадий, город Кингисепп, пожалуйста.



Слушатель: Добрый вечер, Оксана Генриховна и Виктор. У меня вопрос следующий. Как вы считаете, изменится ли политика нового правительства в отношении людей с ограниченными возможностями? То, что натворил с инвалидами Зурабов и «Единая Россия», просто об этом спокойно невозможно говорить. Это первый вопрос. И скажите, пожалуйста, Оксана Генриховна, если вам предложат пост министра социальных дел, вы согласитесь? Спасибо.



Оксана Дмитриева: Спасибо. Я надеюсь, что изменится, и я на это не просто надеюсь, а буду добиваться, и если мне позволено будет высказаться в Думе при утверждении Зубкова Виктора Алексеевича, я, безусловно, буду за него голосовать, за его кандидатуру, но при этом мне бы хотелось высказать и свои соображения, если будет дана такая возможность. Я считаю, что должна быть не просто отставка Зурабова, а изменение курса. Что касается инвалидов, абсолютное безобразие. Уже внесены, кстати, законы мною и Мироновым о возврате в качестве натуральной льготы права бесплатного получения автотранспорта. Это безобразие – то, что это было отменено и сказано, что только те, кто стояли на очереди до 2005 года, получат, как будто после 2005 года у нас, к сожалению, не появляются люди-инвалиды, которые нуждаются в автотранспортном средстве. С другой стороны, даже те, кто его получил раньше, автотранспортные средства не вечны, они нуждаются в обновлении, и особенно у тех людей, которые от них зависят. Далее, во-первых, необходимо восстановление междугороднего проезда бесплатного для инвалидов. В-третьих, необходимо вообще, полностью пересмотреть механизм начисления пенсий инвалидам, потому что сейчас в представлении господина Зурабова инвалид – это тот, кто не работает, и у него только группа инвалидности, первая, вторая, третья или ограничение трудоспособности. А то, что среди инвалидов есть люди, которые работают, и их нужно стимулировать работать, и это должно увеличивать размер их пенсии, и для этого должна быть полностью изменена формула расчета пенсии, - сколько ни говорили, убедить в этом министерство было невозможно. Тут масса проблем, и это я назвала только те, которые мы видим, некоторые уже внесены в законопроекты, по некоторым еще предстоит работа, и поэтому я надеюсь, что это все будет изменено.


Теперь что касается предложения стать министром. Во-первых, ко мне с таким предложением никто не выходил. Если оно поступит, я буду в данной ситуации уже советоваться, безусловно, с партией, но при этом я считаю, что изменена политика должна быть и в финансовом, и в социальном блоке одновременно. Потому что социальный блок если будет, допустим, заменен, а финансовый останется такой же, и деньги пойдут в стабфонд, и индексация зарплаты бюджетников будет 20 процентов, когда 60 процентов – рост средней зарплаты, то есть у нас идет отставание… Для того чтобы изменить социальную ситуацию в стране, нужно изменение основных бюджетных приоритетов. Мы деньги не должны складировать, мы деньги не должны отсылать за границу, а мы должны их использовать внутри страны.


И нужно понимать, что решение социальных вопросов – это приоритет номер один. По некоторым мы уже за гранью, мы уже не просто на критической черте, а мы ее уже давно перешли. Мы перешли критическую черту по пенсиям, мы перешли критическую черту по зарплате бюджетников, и это очень по нам будет бить, причем не только по социалке, а по будущей экономике. Поэтому, если все это в комплексе, я готова работать на благо страны на любом месте. И конечно, в социальной области тут нужны совершенно новые подходы, принципиально новые и во благо людей, и вообще отказаться от этого дурацкого лейбла, и каждый раз, когда предполагается законопроект или предложение во благо людей, увеличивающее либо пенсии, либо зарплаты – это сразу популизм. А если создать коррупционную схему – это не популизм, это вот финансовый менеджмент. А людям отдать – это популизм.



Виктор Резунков: Николай, Московская область, пожалуйста.



Слушатель: Здравствуйте. У вас хорошая очень радиостанция и хороший гость в студии. Я очень внимательно слушал, и у меня такой вопрос относительно Зурабова. Зурабова надо не снимать с должности, а его надо судить. И я объясню почему. В 2002 году мне была сделала сложнейшая операция на сердце, дали вторую группу инвалидности. Год назад Зурабов снял эту группу. Как вы думаете, я могу работать с заменой аортального клапана? Подумайте об этом и ответьте мне.



Оксана Дмитриева: Я не врач, но, вы знаете, очень много у меня обращений, как у депутата, по деятельности Бюро медико-социальной экспертизы. Это просто даже не врач диву даешься, как дается и снимается эта группа инвалидности. Потому что у меня, допустим, было обращение, которое меня больше всего потрясло, я просто настаивала, пыталась добиться результата. Написала бабушка или мама девочки, у которой одна почка, и ей снимали статус ребенка-инвалида. Причем было сказано, что если у нее нормально она функционирует, у нее нет болезни (я не врач, поэтому не могу назвать), то у нее нет инвалидности. Вот только если у нее будет плохо с оставшейся почкой, то ей дадут. И ее каждый год посылают на переосвидетельствование. Вместо того, чтобы заняться этим ребенком и следить за ним постоянно, чтобы у него действительно не было ухудшений, давать ему все положенные лекарства и сохранить его здоровье, - вместо этого каждый раз: «Вот если совсем вам будет плохо…» Это совершенно возмутительно! Все эти решения – конечно, тут нужно разбираться.


Причем мне представляется, что тоже медико-социальная экспертиза, ее сейчас передали с регионального уровня снова на федеральный, бесконечные пертурбации в ней, и тоже ею должен руководить врач, этой службой, и очень внимательно и по-человечески подходить. Потому что какие-то совершенно жуткие решения принимаются, и никакой нет на них управы. Вот я, как депутат, не могу на них никакой управы найти. Совершенно очевидные вещи, даже не врачу, но у них какие-то инструкции, они мне все время вот эти инструкции присылают, законов нет, все на мнении чиновника фактически. И все сделано для того, чтобы либо не давать эти группы инвалидности, либо людей бесконечно посылать на переосвидетельствование: то ли у него нога вырастет, если он без ноги, то ли у него почка появится, если она удалена… И вот все такие совершенно жуткие решения.



Виктор Резунков: Наталья, Москва, пожалуйста.



Слушатель: Добрый вечер. Оксана Генриховна, я сразу хочу сказать, что я очень со многими вещами в вашей критике правительства согласна, но у меня два вопроса, и они касаются системы. Когда мы критиковали правительство, как-то вы вывели президента за рамки вашей критики. А разве национальные проекты, строительство без дорог или образование без науки, они не были идеей президента? Это первый вопрос. И второе, какова партийно-идеологическая база вашей критики? Или это в рамках того, как Миронов критикует Грызлова?



Оксана Дмитриева: Что касается президентских проектов, проекта «Образование», «Здравоохранение» и так далее, сам по себе проект «Образование» - увеличено финансирование по образованию, те цели, которые задекларированы, и те направления, они, в отличие от здравоохранения, у меня не вызывают вопросов. Выделение по миллиону грантов на лучшие школы, которые достигли каких-то результатов (гранты получили действительно хорошие школы, я проверяла, и по Москве, и по Санкт-Петербургу), доплата учителям за классное руководство – все это правильно. Другое дело, что этого абсолютно недостаточно. Но даже проблема не в этом, не в проекте «Образование», а проблема в том, что задача, которая поставлена, допустим, президентом, в послании Федеральному собранию, инновационный сдвиг, инновационный прорыв – для этого намечается целый ряд мер. Допустим, создание государственной корпорации по нанотехнологиям, 150 миллиардов, еще какие-то направления. Но при этом в том же трехлетнем бюджете заложена индексация заработной платы в высшем образовании и в науке – 20 процентов за три года. То есть это получается локальное финансирование по нанотехнологиям, а вся система образования и науки, она сидит на голодном пайке, то есть она дальше продолжает вымываться, вымываются кадры, либо уходят в другую сферу, либо уезжают за границу. Вот здесь вот противоречие. И я об этом говорила и давала поправки, кстати, когда рассматривался бюджет, и мы на этом фиксировали внимание. Я считаю, что эта задача на уровне послания поставлена, и правительство ее в бюджете не исполнило, и большинство Думы проголосовало за это, хотя там содержатся явные противоречия. Вот моя здесь позиция – даже не столько в проекте «Образование», а противоречие между одними позициями в правительстве по финансированию государственных корпораций, которые должны обеспечить инновационный прорыв, и по финансированию науки и высшей школы.


Другое дело, тоже меня возмущает в бюджете: вместо финансирования фундаментальной науки создаются ОАО – открытые экономические зоны, в том числе технико-внедренческие. ОАО – это пока «Рога и копыта». Ну, не буду так резко говорить, но ОАО – это вообще ничего, это вы вкладываете в уставной фонд. Что они будут делать на этот уставной фонд – офисы, землю покупать, создавать технологические инновационные мощности – это совершенно непонятно. Эта форма мне в принципе не нравится. Помимо общей позиции черт, как всегда, в деталях. То есть можно сформулировать правильную позицию, но затем она может быть исполнена таким образом, что она не выполнена будет совсем. Вот переход к инновациям – почему я поддерживаю многие положения послания – это правильно поставленная цель. Инновационный сдвиг нашей экономики и вообще всей жизни – это может быть национальной идеей – инновации. Но как это исполнено в бюджете, какие задания министерствам дали, опять же как финансы распределены – эта задача достигнута не будет.


Теперь по поводу моей цели и еще чего-то. Я вообще, по-моему, свои позиции…



Виктор Резунков: Никогда не скрывали, да, и у нас в эфире постоянно их излагали.



Оксана Дмитриева: Да. Более того, они, по-моему, в последние годы не сильно менялись. Я была противником стабилизационного фонда тогда, когда только вносились изменения в Бюджетный кодекс. Это сейчас все против, а тогда все были «за». То, что я была против монетизации, я была против тогда, когда решение принималось. То, что я предсказывала все, что будет с пенсионной реформой, это тоже. Поэтому я думаю, что профессионализм политика – это то, когда он принимает решение. Не после, не через два года, не через три, а политик должен предвидеть, к каким последствиям приведет принимаемое решение. Если он это не предвидит, значит он непрофессионал. Вот и все, что я хочу сказать. То, что теперь у меня есть единомышленники, и эти позиции разделяются, я только рада.



Виктор Резунков: Да, видно, кстати говоря, как изменилась программа «Справедливой России» в последнее время, и явно при вашем влиянии.



Оксана Дмитриева: Просчитано все.



Виктор Резунков: И просчитано все, да, это интересно. Николай, Брянская область, пожалуйста.



Слушатель: Всем добрый вечер. У меня к Оксане Генриховне два вопроса. Первое, то, что наломано, так сказать, и в экономике, и в политике, и в социальной сфере, это понятно. А кто будет за это отвечать? Это первый вопрос. А второй, пожалуй, главнее, наверное. Вот перестановка, уход в отставку Фрадкова и утверждение на его место какого-то Зубкова, хорошего или плохого – я не знаю, мне кажется, это просто для того сделано…



Виктор Резунков: К сожалению, звонок сорвался.



Оксана Дмитриева: Первое, кто будет за это отвечать. Я считаю, что должно отвечать правительство и конкретные министры, потому что там, я считаю, разные результаты у разных министров, поэтому ответственность должна быть профессиональная и персональная. Я считаю, что все решения, особенно те, что шли через Государственную Думу, за неправильные решения должен отвечать тот, кто за эти неправильные решения голосовал. И я считаю, что в Государственной Думе очень плохо, что люди не знают результатов голосования. Вот тот, кто проголосовал за монетизацию, отвечает за монетизацию. Тот, кто проголосовал за пенсионную реформу, отвечает за эту пенсионную реформу. Тот, кто голосовал за стабфонд и его поддерживал, отвечает за то, что в течение пяти лет деньги, полученные от нефти и газа, лежали без движения или работали на чужую экономику.



Виктор Резунков: Но механизма персональной ответственности нет как такового.



Оксана Дмитриева: Вы знаете, Дума ни разу не приняла постановление об отставке Зурабова. Ни разу! Хотя этот вопрос вносился неоднократно. Опять же я говорю, что большинство Думы… Уже есть указ президента, поэтому есть ограничения по ведению предвыборной агитации, не могу все сказать, что я думаю, но все знают, кем у нас является проправительственное большинство, и ни разу не было проголосовано постановление об обращении к Фрадкову по отставке Зурабова. Да, нет у нас персональной ответственности, у нас может быть либо отставка правительства, и этот вопрос, кстати, тоже вносился в Государственную Думу, но Дума может высказать свою позицию, если есть большинство, по поводу отставки тех или иных министров. Что касается Зурабова, я считаю, что обязательно должна была она это высказать, и очень давно уже.



Виктор Резунков: Олег, Москва, пожалуйста.



Слушатель: Здравствуйте. Здесь уже ведущий отметил, что вы, Оксана Генриховна, привнесли в деятельность «Справедливой России» некоторые «яблочные» идеи. То есть вы полагаете, что демократов в эту Думу снова не пустят. А между тем, одномандатные округа вообще отменили. Зато есть региональные списки. Вот вы, как математик, могли бы мне сказать, сколько должна получить партия в той или ином регионе, чтобы, скажем, третий номер ее регионального списка прошел в Думу?



Оксана Дмитриева: Могу. Чтобы прошел третий номер регионального списка в Госдуму – это немножечко зависит от расклада, потому что там данная ситуация зависит от того, что получили соседи. Но в целом я считаю, что примерно это 270-280 тысяч голосов.



Виктор Резунков: Но эксперты утверждают, что чуть ли не несколько десятков регионов окажутся сейчас без представителей в законодательном собрании.



Оксана Дмитриева: Опять же это зависит от того, как спланированы региональные группы.



Виктор Резунков: В особенности маленькие, малочисленные, скажем так.



Оксана Дмитриева: Как спланирована партия, региональные группы и как произошел расклад голосов. По крупным субъектам Федерации это 270-280 тысяч голосов. Потому что там идет по дробям дальше, допустим, первые два – полных, а третий номер – дробь.



Виктор Резунков: Наш постоянный слушатель Савельева пишет: «Виктор Зубков занимал государственные должности в советское время, это хозяйственник с коммунистическим прошлым. Страна возвращается при сегодняшней власти в советское прошлое. Зубков – достойный кандидат». Вам не кажется, что действительно в какой-то степени это назначение свидетельствует об изменении, скажем, курса в сторону застоя, перефразируя нашего слушателя Савельеву?



Оксана Дмитриева: Вы знаете, у нас есть элементы застоя и такой реванш есть. Но, что я могу сказать, у нас в прошлые времена (я советские времена тоже достаточно хорошо застала) были хозяйственники и партфункционеры и комсомольские функционеры. Вот хозяйственники были, эта когорта людей, я считаю, что они были достаточно профессиональными. И вот Зубков, он, кстати, шел практически все время по хозяйственной линии. Потом говорить, что это партфункционер, когда человек все эти годы работал, около 10 лет руководил налоговой службой, а потом – службой финансового мониторинга, это уже достаточный срок…



Виктор Резунков: У него был один только пример, он «Единство» возглавлял в Петербурге, но потом быстро ушел, потому что разочаровался, как пишут историки.



Оксана Дмитриева: То есть у него послужной список, он такой профессионально-хозяйственный, не политический.



Виктор Резунков: Вполне возможно, теперь Сергей Иванов может возглавить список «Единой России», после того, как стало ясно, что он не возглавит правительство. Как это может, по вашему мнению, повлиять на ситуацию с выборами, на результаты выборов парламентских?



Оксана Дмитриева: Я, во-первых, не думаю, что Сергей Иванов возглавит список «Единой России», поэтому, соответственно, это никак не повлияет.



Виктор Резунков: А почему он не может возглавить? Это невыгодно?



Оксана Дмитриева: Я думаю, что не возглавит. Вы же экспертное мнение хотите услышать. Я думаю, что он не возглавит список «Единой России».



Виктор Резунков: Если вернуться в Петербург, сегодня стало известно, что, вполне возможно, именно сегодня губернатору Петербурга Валентине Матвиенко будет предложено возглавить городской список «Единой России». Что вы думаете по этому поводу, как это может повлиять на результаты выборов для «Справедливой России», например?



Оксана Дмитриева: Вы знаете, были уже выборы в марте прошлого года, и я возглавляла список «Справедливой России». Хотя Валентина Матвиенко формально не была в списке «Единой России», тем не менее, она полностью его поддерживала и своим авторитетом личным, и административным ресурсом, и всей рекламой, которая строилась на рукопожатии Тюльпанова и Матвиенко, и всеми этими плакатами, баннерами был завешен город. Поэтому мне представляется, что идентификация Валентины Матвиенко и «Единой России» уже произошла. И произошла она на мартовских выборах.



Виктор Резунков: Это привлечет больше голосов «Единой России» или нет, как вы считаете? Потому что мы наблюдаем в последнее время в Петербурге массовые акции протеста, достаточно серьезные, как, например, Марш в защиту Петербурга.



Оксана Дмитриева: Я не могу высказываться по этому поводу, есть ограничения закона. Не могу создавать негативный образ моих конкурентов. Хотя сам по себе этот закон – совершенно абсурдный закон о выборах, когда вы не имеете права критиковать своих оппонентов.



Виктор Резунков: Спасибо большое, Оксана Генриховна.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG