Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Почему в России не удается создать нефтяную биржу?



Владимир Тольц: На этой неделе правительство России – еще прежнее - намеревалось принять окончательное решение об открытии первой в стране биржи нефтепродуктов с 1 октября. Однако сроки в очередной раз перенесли. А замминистра экономического развития и торговли (теперь уже – бывший) – заявил в среду, что биржу нефтепродуктов теперь пытаются организовать параллельно с первой в России нефтяной или сырьевой биржей. В стране, являющейся вторым в мире производителем нефти, сырьевую биржу никак не могут создать уже два года. Почему? Об этом – в материале Сергея Сенинского...



Сергей Сенинский: ... Все разговоры о создании в России своей нефтяной биржи, как и биржи нефтепродуктов, начались почти три года назад, когда была выдвинута идея сокращение разрыва в ценах между российской экспортной нефтью URALS и европейской BRENT – нефтью Северного моря. Этот разрыв всегда составлял несколько долларов за один баррель, причем чем выше мировые цены на нефть, тем эта разница больше, и чем ниже цены, тем разрыв меньше. Но главная причина разницы цен – качество нефти, BRENT просто «чище», чем российская смесь URALS . Разве создание новой биржи может этому помочь? Наш первый собеседник - в Москве – аналитик по нефтегазовой отрасли из инвестиционной компании «Тройка-Диалог» Владислав Метнев:



Владислав Метнев: Да, это действительно так. Традиционно нефть марки URALS торгуется дисконтом. Этот дисконт объясняется тем, что по характеристикам URALS уступает европейской нефти, в частности, в российской нефти более высокое содержание серы и, соответственно, более дорогая переработка. URALS как раз формирует этот дисконт. Соответственно, чтобы исключить этот дисконт, необходимо привести качество российской нефти, которая экспортируется в Европу, к характеристикам BRENT , а для этого необходимо просто сократить поставки нефти в трубу, которая добывается в Волго-Уральском регионе. И в принципе с введением биржевой торговли никаким образом задача по сокращению дисконта URALS к BRENT решаться не может. Дисконт – это исключительно техническая проблема, а не проблема ценообразования в настоящий момент.



Сергей Сенинский: В целом нефтяная биржа или биржа нефтепродуктов – это, скорее, институт продавца или покупателя? Или это как-то зависит от уровня текущих цен на сырье? Аналитик инвестиционной компании «Антанта-Капитал» Тимур Хайруллин:



Тимур Хайруллин: Если говорить о России, то предложение на нефтяной бирже будет ограничено. В связи с этим большее влияние на процесс ценообразования будут оказывать нефтяные компании. Дело в том, что большая часть нефти добывается вертикально интегрированными компаниями, которые ее поставляют либо на экспорт, либо перерабатывают на собственных мощностях. Поэтому нефтяники не очень заинтересованы в создании нефтяной биржи. Скорее всего участниками биржи станут государственные «Роснефть» и «Газпромнефть».



Сергей Сенинский: Аналитик «Альфа-Банка» Константин Батунин:



Константин Батунин: Я думаю, что с ценами на сырье здесь ничего общего не имеет. В зависимости от цен продавец или покупатель могут находиться в более выгодной или, соответственно, не в более выгодной позиции. Но как институт биржи сам по себе – это в принципе институт, который предполагает, что есть очень много покупателей и есть очень много продавцов, которые в принципе заинтересованы друг в друге при любой конъюнктуре, при любом уровне цен. Если хотя бы один из этих двух составляющих, то есть либо покупатель, либо продавец в какой-то мере исчезает, то, соответственно, говорить о существовании полноценной биржи уже нет никакой возможности.



Сергей Сенинский: Почти год уже прошел с тех пор, как на товарной бирже в Нью-Йорке был с помпой запущен проект REBCO – то есть торговли фьючерсами на ту же нефть URALS . Однако и до сих пор ни одного реального контракта на поставку в рамках этого проекта заключено так и не было. Почему такая форма торговли не вызывает никакого интереса российских нефтяных компаний?



Константин Батунин: Основная причина заключается в том, что в России не так много нефти торгуется именно на свободном рынке. То есть речь идет в месяц всего о нескольких миллионов тонн, тогда как общий объем исчисляется десятками миллионов тонн. То есть это в принципе сам по себе достаточно маленький рынок. Основная масса нефтепродуктов, если мы говорим о той массе нефтепродуктов, которая идет на рынок, она идет через трейдеров. Если мы говорим о тех нефтепродуктах, которые поступают на российский рынок, то есть на российские нефтеперерабатывающие заводы, то существующая налоговая система в России, которой облагаются российские нефтяные компании, она способствует тому, чтобы компании наращивали свое присутствие именно на российском рынке. И в этой связи компаниям невыгодно поставлять именно сырую нефть, коей является REBCO , как предложение для биржи. Им намного выгоднее поставлять эту нефть на свои нефтеперерабатывающие мощности для дальнейшей переработки.



Сергей Сенинский: В правительстве России есть планы организации биржевой торговли в стране как сырой нефтью, так и нефтепродуктами. На какой именно рынок такие биржи, в случае их появления, могут быть ориентирована в большей степени: на зарубежный или на внутренний? Тимур Хайруллин, компания «Антанта-Капитал»:



Тимур Хайруллин: Процесс создания биржи является проблематичным в силу незаинтересованности нефтяных компаний в ее создании. Тем не менее, российская биржа нефтепродуктов может быть создана в добровольно-принудительном порядке. Так же может быть создан нефтяной сорт «Сокол» для нефти, которая идет на экспорт в азиатские страны, что позволит снизить ее дисконт к нефти сорта BRENT .



Сергей Сенинский: Но для этого, как мы уже говорили, нефтяная смесь должна измениться качественно. Что будет представлять собой смесь «Сокол»?



Тимур Хайруллин: «Сокол» - это будет смесь, которая основана на нефти, которая добывается в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке и которая будет в страны азиатского региона. Сорт этой нефти будет отличаться от URALS в сторону более высокого качества. В нефть, которая пойдет в азиатские страны, не будет включаться нефть Волго-Уральского региона, которая характеризуется более высокой серностью. Поэтому нефть сорта «Сокол» будет более высокого качества.



Сергей Сенинский: Почти 90% всей российской нефти добывают всего пять вертикально интегрированных нефтяных компаний, две из которых – государственные. Они сами и перерабатывают её, и продают затем бензин на своих же колонках. А рынок так называемой «свободной» нефти в России совсем невелик: 5-7%, от силы 10% от общих объемов.


Так какую же нефть или нефтепродукты российские нефтяные компании, даже если их просто заставить, будут продавать на бирже? Или – какой именно бензин? Ведь все основные нефтеперерабатывающие заводы в России принадлежат все тем же крупным нефтяным компаниям... Константин Батунин, «Альфа-Банк»:



Константин Батунин: В принципе существование посредников, с которыми нефтяным компаниям удобнее работать, предполагает то, что не существует свободных объемов, которые могли бы теоретически поставляться на сырьевую биржу. И складывается ситуация, что сначала, наверное, нужно развить конкурентный рынок в России нефтепереработки, которого в принципе тоже нет. В Европе везде есть конкурентный рынок нефтепереработки, есть независимые нефтеперерабатывающие компании, которые закупают нефть на свободном рынке и далее перерабатывают ее, реализуют. В России такого рынка нет, поэтому нефтяные компании сами в себе варятся и определенной степени власть, наверное, над внутренней ценой на нефтепродукты, которая формируется в России. То есть в принципе сейчас ни для кого не секрет, что цена на нефтепродукты в России, несмотря на то, что это нефтедобывающая страна, здесь транспортные расходы от производителя до потребителя в принципе минимальны, она по стоимости нефтепродуктов опережает, к примеру, США, которые импортируют нефть.



Сергей Сенинский: Владислав Метнев, компания «Тройка-Диалог»:



Владислав Метнев: Действительно рынок так называемой свободной нефти в России не превышает 5-7% и создание этого инфраструктурного элемента нефтяной биржи ситуацию не изменит. Но в целом введение биржевой торговли на нефть призвано просто создать просто создать прозрачный механизм ценообразования для одного сегмента потребителя. Это госпредприятия, госорганизации, включая Министерство обороны. То есть биржевая торговля необходима государству для контроля расходов своих подчиненных. То есть сейчас государственные потребители в основном покупают нефть и нефтяные продукты по прямым контрактам с НПЗ. Во многих случаях цены этих контрактов – это результат переговоров чиновников и непосредственно нефтеперерабатывающего завода. Иногда эти цены мало имеют общего с реалиями рынка. И чтобы эту ситуацию изменить, необходимо просто направить госзакупки на биржу, а для этого необходимо создать нефтяную биржу. Плюс для налоговых органов необходима какая-то признаваемая котировка цены на нефть для отслеживания ситуации по нефти и нефтепродуктам в рамках одной компании. Поэтому сейчас вся дискуссия вокруг нефтяной биржи говорит о том, что просто государство пытается решить свои проблемы, нежели какие-то проблемы для участников рынка.



Сергей Сенинский: Известно, что большая часть всего российского нефтяного экспорта в Европу проходит всего через несколько посреднических компаний – трейдеров. Такая система формировалась годами, но насколько совместима с ней сама идея продажи российской нефти через биржу, если иметь в виду экспортные поставки?


Более того, нынешний нефтяной экспорт России базируется, как и в большинстве других нефтедобывающих стран, именно на долгосрочных контрактах. Может ли эту систему изменить появление биржевой торговли нефтью в самой России? Или, если биржу и создадут, главными и покупателями, и продавцами на ней станут разве что российские государственные компании или структуры?



Тимур Хайруллин: По нашему мнению, система долгосрочных контрактов сохранится в нынешнем виде и не претерпит изменения. И лишь незначительная часть нефтепродуктов и нефти будет реализовываться через биржу. Это порядка 10-12%. Круг покупателей будет достаточно широк, а круг продавцов узок. Поэтому можно говорить о том, что это будет биржа продавцов.



Сергей Сенинский: В среду, 12 сентября, заместитель министра экономического развития и торговли России Кирилл Андросов сообщил журналистам, что правительство параллельно работает над созданием как сырьевой биржи, планируемой в Санкт-Петербурге, так и биржи нефтепродуктов. Обе биржи, по его словам, могут оказаться на одной площадке, а могут и не совпасть. В тот же день в России было объявлено о смене правительства...



  • 16x9 Image

    Владимир Тольц

    На РС с 1983 года, с 1995 года редактировал и вел программы «Разница во времени» и «Документы прошлого». С 2014 - постоянный автор РС в Праге. 

XS
SM
MD
LG