Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Отставка кабинета Фрадкова и кандидатура Виктора Зубкова на пост премьера



Владимир Кара-Мурза: Сегодня ушел в отставку российский кабинет министров во главе с Михаилом Фрадковым. В Государственную думу внесена новая кандидатура Виктора Зубкова на пост нового премьер-министра. Ситуацию обсуждаем с Валерием Хомяковым, директором Агентства прикладной политики, сопредседателем Совета по национальной стратегии, на прямой телефонной связи Иван Рыбкин, бывший председатель Государственной думы и Моисей Гельман, главный редактор газеты «Промышленные ведомости». Можно ли было ожидать сегодняшней отставки всего кабинета министров?



Валерий Хомяков: Это как ребенок, который должен родиться, все знают, что он скоро родиться, примерно вычисляют время, но все равно это происходит неожиданно. Примерно то же самое было. Многие прогнозировали, что Фрадков уйдет в начале избирательной кампании, что это состоится в сентябре и называлось число 17, по крайней мере, я об этом слышал где-то достаточно давно, около месяца назад, но тем не менее, это было неожиданно. Меня интересует, задаюсь вопросом несколько иным. Обычно у нас правительство, не только у нас, а в странах с развитой демократией уходят тогда, когда есть большой социальный протест или, допустим, популярность кабинета падает, как было недавно в той же Великобритании. То есть когда есть действительно объективные причины. У нас что, были серьезные социальные протесты? У нас все связано, безусловно, с одним и связано с интересами одного человека, фамилия его Владимир Владимирович Путин.



Владимир Кара-Мурза: Ожидали ли вы сегодняшней отставки кабинета Фрадкова?



Иван Рыбкин: Е сли продолжить аналогии, о которых говорил Валерий Хомяков, я бы не говорил о рождении, а о том, что этот кабинет должен был помереть. Потому что достаточно был бесцветен. Что касается самой отставки, она, конечно, принесена в угоду политтехнологиям, которыми реальная политика все чащи и чаще подменяется. Если говорить о кандидатуре Виктора Зубкова, то я думаю, по тем временам, в которых мы живем, это не самый худший вариант, наверное. Многие из тех, кто вместе с ним работал, так же сказал бы, как я. По крайней мере, он владеет проблемами той громадной отрасли в России, которая по-прежнему во многом живет аграрно и в своем мышлении, и в своем развитии, то это проблемы трагического состояния дел в сельском хозяйства. По сути дела, было заявлено в правительстве, что мы сегодня обеспечиваем на 66% себя продовольствием, а крупнейшие наши центры промышленные, в том числе столичные Москва и Питер живут в абсолютном своем большинстве за счет импорта. Состояние действительно ужасающее. И реляция о том нашего министра сельского хозяйства, который является железнодорожником, о том, что 75 миллионов тонн - это почти рекорд, я имею в виду 75 миллионов тонн зерна, производимого в год, по сравнению с производством зернового клина в России, когда она входила в Советский Союз, половина от того, что производила. Едешь тысячи километров по разбитым дорогам в сторону центра не увидишь ни одного стада.



Владимир Кара-Мурза: Чем вы объясняете состоявшуюся сегодня рокировку?



Моисей Гельман: Рокировка, собственно, не произошла, произошла отставка Михаила Фрадкова и вместо него будет избран Зубков. Причины, на мой взгляд, кроются не только в предстоящих выборах, хотя это репперная точка, к которой должны быть привязаны те преобразования, которые должны быть проведены. Дело в том, что ситуация с управлением экономикой в стране довольно неважная, административная реформа, которая проводилась, она по сути дела потерпела крах. Прежняя форма управления заимствована с советских времен. Форма осталась советская, а суть исчезла, поскольку министерства в советское время были хозяйствующими субъектами, они представляли собой то, что сегодня называется холдинги. Так вот форма осталась старая, а возможности управления исчезли, они не могут командовать предприятиями. Поэтому деятельность министерств сегодня, пожалуй, близка к нулевой. Требуется коренная перестройка управления и переход к иным принципам, о которых я чуть позже скажу.



Владимир Кара-Мурза: Сам Михаил Фрадков, теперь уже бывший глава кабинет министров, так объяснил мотивы своего ухода.



Михаил Фрадков: Понимая происходящие политические процессы сегодня, я бы хотел, чтобы у вас была полная свобода в выборе решений. Я думаю, что правильно сделаю своей стране, выйти с инициативой освободить должность председателя правительства для того, чтобы у вас не было никаких ограничений в принятии решений, в выстраивании гласной конфигурации в связи с предстоящими политическими событиями. Я бы очень просил у вас, поблагодарив за доверие работать председателем правительством в течение более чем три с половиной года, пользуясь вашей полной поддержкой, хотел бы попросить об отставке.



Владимир Кара-Мурза: Раньше при Ельцине тоже были часто смены кабинеты министров, но тогда на смену премьеру приходил премьер-министр и кого назначали вице-премьером, тот уже имел сигнал, что не так сидим и будет назначен на утро министром. Почему сейчас сценарий не повторился?



Валерий Хомяков: Действительно, если вспомнить те отставки при Борисе Николаевиче, последующие назначения были более предсказуемые. Многие эксперты, аналитики иногда угадывали. Здесь сложно угадать, потому что непонятна вся конструкция, зачем продвигать Иванова, Медведева, Нарышкина того же, который достаточно влиятельный человек в правительстве. Я думаю, что непредсказуемость кадровой политики является одним из главных признаков того режима, при котором мы живем, со всеми плюсами минусами. И пока у нас не появится такое кадровое продвижение, которое существует в странах с развитой демократии через партийную структуру, то конечно, это кадровая политика будет вызывать у нас удивление. Нормальный вроде бы человек, вот биография лежит передо мной, я думаю, мы ее пообсуждаем, тут есть о чем сказать. С другой стороны он попросился в отставку с поста финансового мониторинга чуть ли не по состоянию здоровья, если не врут наши свободные СМИ, так бы я сказал. И теперь что, он поправил свое здоровье за это время и теперь может работать на более высоком посту. Вопросов много возникает, и ответов нет фактически.



Владимир Кара-Мурза: Иван Петрович, удивила ли вас готовность Государственной думы принять любую кандидатуру, спущенную из Кремля?



Иван Рыбкин: Да нет, нисколько не удивила, потому что стало дурной традицией, что любые предложения, исходящие от президента, его администрации, проштамповываются без особых размышлений. Но здесь я могу сказать, что в принципе за Виктора Зубкова проголосует, наверное, 3,5, а то и четыре сотни депутатов, потому что он во многом плоть от плоти, кровь от крови их и прошел все ступеньки, как они многие прошли в своей жизни. Я бы поддержал Валерия Хомякова, когда он говорит, что перед ним биография и там видно, что в его жизни, я имею Виктора Зубкова, было все - и руководство крупным машинным производством, и добротное знание экономики отраслевой, и руководство целой отраслью, такого гиганта как Питер и его область. Но думаю, что здесь все проще. И когда наши средства массовой информации писали о том, что господин Зубков просится по состоянию здоровью уйти с поста руководителя службы финансового мониторинга, он расчищал дорогу для прихода в Министерство обороны своего зятя господина Сердюкова.



Владимир Кара-Мурза: Кого из ныне действующих членов кабинета Фрадкова вы не хотели бы видеть в будущем кабинете Зубкова?



Моисей Гельман: Можно я сначала выскажу свое мнение относительно того, что все-таки произойдет, кто будет, на мой взгляд, президентом или пойдет избираться президентом, кто будет премьером. Мы не закончили обсуждение, это требует комплексного рассмотрения. Я проанализировал ситуацию и пришел к выводу, я приведу аргументы, что вполне возможно, что баллотироваться в президенты будет Михаил Фрадков, а премьером правительства станет Владимир Путин. И вот по каким причинам. Может быть это звучит неожиданно, но я приведу аргументы. Дело в том, что сегодня президент, плохо это или хорошо, но это факт, он по сути дела гарант в хрупком балансе интересов различных сфер влияния. И поэтому его уход может вызывать нарушение этого баланса. И безусловно, это прекрасно понимает сам Путин. Кроме того, он прекрасно понимает, это было очевидно из его последних высказываний, в том числе про ковыряние в носу, о том, что необходимо коренная перестройка управления экономики. О том, какие принципы, я тоже могу потом сказать. Это потребует коренной перестройки правительства.



Владимир Кара-Мурза: Президент России Владимир Путин выразил сегодня благодарность Михаилу Фрадкову.



Владимир Путин: Михаил Ефимович, я полностью согласен с вашей оценкой. Действительно, правительство Российской Федерации под вашим руководством в течение последних лет проделало огромную работу и добилось серьезных положительных результатов. ВВП страны росло за эти годы хорошими темпами, неизменно каждый год объем экономики России возрастал. Инфляция снижалась, существенным образом росли доходы наших граждан, реальные доходы. Началось осуществление крупных социальных проектов. Это все результаты деятельности правительства под вашим руководством. Я благодарю за ту работу, которая была проделана. Разумеется, такая масштабная работа не могла проходить без некоторых сбоев, и без ошибок. Я видел, как глубоко вы это переживали. Но, на мой взгляд, и вы, и все наши коллеги стремились к тому, чтобы в максимально быстрые сроки, как можно быстрее и эффективнее эти ошибки исправить.



Владимир Кара-Мурза: Возможен ли после таких слов тот сценарий, о котором сказал Моисей Гельман, что Фрадков уходит на пост президента, а Путин становится после признания ошибок премьер-министром?



Валерий Хомяков: Сначала по поводу отставки очень коротко. Я все-таки считаю, что это решение не Фрадкова, а решение Путина было, что он должен уйти. А все, что мы сейчас слышали, видели – это, конечно, небольшая инсценировка, игра в то, что премьер сам захотел освободить эту должность. Что касается сценариев, их множество. И сценарий, что тот же Виктор Алексеевич может стать президентом, имеем право на существование. И то, что Фрадков может стать президентом, а Владимир Владимирович Путин премьером, тоже такой сценарий есть. Сейчас для фантазии огромное поле деятельности, можно что угодно придумывать и любой из сценариев имеет право на реализацию. Вот такая интересная ситуация. Согласен с оценками, которые сделали наши коллеги по телефону. Иван Петрович Рыбкин, на долю которого пришлась самая сложная работа по созданию парламента, который сейчас существует. Тогда, конечно, было интереснее и сложнее одновременно. Я помню первую думу, поскольку часто там бывал. И с Гельманом согласен, что возможно подобного рода развитие событий. Но исключаю другого, что Зубков уже два срока он не просидит, поскольку далеко не молод и тогда в 12 году Владимир Владимирович Путин отдохнувший, посвежевший может вернуться на президентство. Я считаю, что Путин будет работать Путиным. Быть общественным деятелем, не занимая никаких должностей. Этого будет достаточно, чтобы он не допустил дестабилизации, которая на самом деле возможна, когда такой достаточно слабый президент и очень сильный, влиятельный и популярный экс-президент. Очень необычная ситуация, у нас в России она впервые встречается, но тем не менее, необычность говорит о том, что развилки сценарные очень обширные.



Владимир Кара-Мурза: Как повлияет состоявшаяся сегодня отставка на начавшийся предвыборный процесс?



Иван Рыбкин: Я думаю, что повлияет как раз достаточно определенно. Потому что в данной ситуации можно на правительство ушедшее списать многое из того негативное, что было в этом периоде. А было уродливое, однобокое развитие экономики за счет нефти, газа, леса, алмаза-сырья. Я хотел бы небольшой репликой возразить Моисею Гельману, когда он говорит, что Владимир Путин хранитель и обережитель хрупкой балансовой формулы интересов или соблюдение баланса интересов различных социальных и экономических групп в стране. Я не думаю, что это так. Потому что баланса по сути дела никакого нет, ибо принцип разделения властей просто раздавлен. И правительству новому, если оно действительно хочет заниматься реальными проблемами нашей экономики, придется переворачивать эту вертикаль власти, которая представляется собой некую пирамиду, поставленную на острие вершины, наоборот ставить на основание. И придется переформатировать все управление страной, здесь соглашусь. Но что касается Михаила Фрадкова, я могу точно сказать, бывая во многих регионах, как бы ни обижался Михаил Ефимович, авторитета никакого нет. Конечно, при таких возможностях президента, которые сегодня демонстрирует, подмяв и средства массовой информации под себя, и коня Калигулы можно в сенат привести на пост президента. Но Михаил Ефимович не избираем даже в этих условиях.



Моисей Гельман: То, что я высказал - это не фантазия. Я аргументируя, не все аргументы привел. Дело в том, что Зубков будет, это очень грамотный управленец, но он будет занят длительной реорганизацией управления и правительства. А для выборов времени не останется. Между тем кандидату в президенты придется вести активную, в отличие от Путина, когда он был назначен Ельциным на место себя, ему придется вести активную предвыборную кампанию. Кроме того, Зубков при всей его привлекательности как специалиста, он не публичный политик, в отличие от Михаила Ефимовича. И поэтому речь идет не просто о рокировке, а на мой взгляд, речь будет идти о перераспределении функций управления между президентом и премьер-министром. Поскольку за 15 лет можно было убедиться в неэффективности такого сосредоточения функций в руках президента, в то время как инструментом управления является правительство. Поэтому президент со временем станет чисто представительской должностью. И Михаил Ефимович для этой роли как харизматичный политик вполне подходит. Что касается вашего вопроса, кого я бы ни хотел видеть в правительстве, я отвечу: я не хотел бы видеть в правительстве Грефа, я не хотел бы видеть в правительстве Кудрина, я не хотел бы видеть в правительстве Зурабова. Это, наверное, те люди, кого не хотели бы видеть большинство в нашей стране.



Владимир Кара-Мурза: Вы считаете, что так и произойдет?



Моисей Гельман: Если будут руководствоваться интересами дела, то, я думаю, так и произойдет. Я могу привести очень короткие доказательства, в том числе и малоизвестные. Первое - по поводу Кудрина. Три года именно благодаря его усилиям создавался профицит бюджета. По сути это безграмотная политика финансовая, поскольку бюджет должен сводиться к нулю.



Владимир Кара-Мурза: Татьяна Вольтская, наш корреспондент в Санкт-Петербурге, изучила биографию Виктора Зубкова.



Татьяна Вольтская: Виктор Алексеевич Зубков родился 15 сентября 1941 года в поселке Арбат Кувшинского района Свердловской области. В 65 году окончил экономический факультет Ленинградского сельскохозяйственного института, кандидат экономических наук. Виктор Зубков начал трудиться с 17 лет. В 1958 году он работал слесарем на ремонтно-механическом заводе города Мончегорска, затем на руднике комбината «Северникель». С 67 по 85 год занимал руководящие должности в нескольких совхозах Ленинградской области. В 85 году Виктор Зубков стал председателем Приозерского горисполкома, через год первым секретарем Приозерского горкома КПСС. Дальнейшее продвижение по партийной и хозяйственной линии привело Виктора Зубкова на должность заместителя председателя комитета внешних связей петербургской мэрии. Затем с 93 по 2008 годы он работал заместителем руководителя налоговой службы Российской Федерации, начальником петербургской налоговой инспекции. С 99 по 2001 годы Виктор Зубков заместитель министра Российской Федерации по налогам и сборам, в 2001 году первый заместитель министра финансов Российской Федерации. С 2001 по 2004 председатель комитета Российской Федерации по финансовому мониторингу. С 2004 года занимал должность главы Федеральной службы по финансовому мониторингу Росфинмониторинг.



Валерий Хомяков: Нормальная биография, об этом так раньше говорили, что человек прошел большой исторический трудовой путь в хорошем смысле слова. Действительно, работал на разных направлениях, был на партийных должностях, что важно, причем он не был партноменклатурой в том смысле, в каком мы это понимали в конце 80-х, а действительно работал. Хочу сказать вот что, вы задали вопрос нашим коллегам по поводу влияния этого события на избирательную кампанию. Я хочу изложить свой взгляд с политтехнологической точки зрения. Представьте себе, допустим, «Единю Россию», «Справедливую Россию» у которых своих кандидатов нет и вот это сообщение о том, что Фрадков уходит, их встрепенуло, что наконец-то назовут, условно говоря, Сергея Иванова и мы на своих съездах, которые скоро пройдут, съезды, посвященные формированиям списков, тут де объявим, кто наш президент. Для партий, участвующих в парламентских выборах это важно. Теперь что они могут сказать? Их опять подвесили. Зубков наш президент? Наверное, вряд ли. В этом заключается одна из интриг этого события, оно не раскрыло карты, а наоборот все более спуталось. Что касается Зубкова и его опыта, а он занимался финансовой разведкой, то есть информация о том, как шли денежные потоки, кто их и куда уводил в течение достаточно длительного времени, у него. И мне кажется, одна из функций в должности премьера может заключаться в том, чтобы начать действительно борьбу с коррупцией, которая у нас, извините, меня сверху донизу существует. Начиная, не будем показывать пальцем, заканчивая главами управ в Москве. И он мог бы этой деятельностью задать действительно реальную, очень важную для нашей страны повестку дня, когда все общество страдает от того, что все чиновники берут взятки и уже не боятся делать.



Владимир Кара-Мурза: Во времена Бориса Ельцина президента обвиняли в непредсказуемости. Как вы относитесь к тому, что сегодня это перестановка совершена в тайне от политической элиты?



Иван Рыбкин: Вы знаете, не все традиции, которые были заложены при Борисе Николаевиче, хороши. И в данном случае это продолжение тех непредсказуемых традиций. И мы сказали и собеседники поддержали, что это все направлено на того, чтобы выборы для президента, для «Единой России», отчасти для «Справедливой России» прошли успешно, не более чем. Но я хотел бы решительно поддержать Валерия Хомякова в том, что мне тоже бы хотелось, чтобы Виктор Зубков распорядился бы своими серьезными знаниями и серьезной информацией в деле увода финансовых громадных средств за пределы нашей страны. Такие уводы, которые приводят к тому, что в сенате Соединенных Штатов, совершенно не стесняясь и не смущаясь, отдельные сенаторы выступают и говорят: надо напомнить руководителям России, где лежат их счета. И отсюда мельтешение и поросячий визг по поводу каких-то мелких проявлений политики больших держав и громадные уступки по ключевым моментам, которые кажутся наблюдателю совершенно необоснованными и совершенно нежелательными для России. Но начинать придется с той самой питерской скамейки, мне думается, и решится ли на это Виктор Алексеевич. Если его функция в том, чтобы отбыть срок президентский полный или неполный, а потом снова вернуться к президентству Владимира Путина, то, конечно, это делаться не будет, к сожалению.



Владимир Кара-Мурза: Вы начали анализировать, по каким признакам заслуживал отставки экономический блок кабинета.



Моисей Гельман: Я прежде всего хотел ответить на ваш предыдущий вопрос. За этой кажущейся непредсказуемостью скрывается начало очень серьезных преобразований в стране, связанных с реорганизацией самой системы нашей. То есть с передачей значительной части функций от президента правительству и главе правительства. Поскольку 15 лет, которые прошли со времени существования Российской Федерации и те принципы, которые были заложены, показали всю несостоятельность управления, в том числе в экономике. Те принципы экономические, которые были заложены в 92 году Гайдаром, они по сути дела сегодня не изменились. Я начал разговор относительно Стабилизационного фонда. Дело в том, что в любом нормальном государстве бюджет всегда сводится с нулевым балансом. У нас громадный профицит искусственно создан, то есть обираются предприятия. А затем эти деньги, большая их часть складировались в Стабилизационном фонде. Три года эти деньги лежали без движения. По моим оценкам, из-за инфляции, а инфляция не та, о которой говорит Кудрин, они оперируют инфляцией на рынке потребительских товаров, а нужно оперировать инфляцией во всей экономике, это показатель инфляции официально публикуется, он в два раза больше. По моим оценкам, за три года лежания денег они усохли на 600 миллиардов рублей.



Владимир Кара-Мурза: Это то, о чем мы говорили, что были иные причины для отставки правительства. Президент России Путин сразу же одобрил сегодняшний поступок Михаила Фрадкова.



Владимир Путин: Действительно страна приближается к парламентским выборам, которые затем плавно фактически перетекут в президентские. Может вы правы, может быть нам всем подумать о том, как выстроить структуру власти и управления с тем, чтобы они лучше соответствовали предвыборному периоду и подготовили страну к периоду после выборов в парламент и после президентских выборов в марте 2008 года. Принимая вашу отставку, я прошу вас вплоть до одобрения кандидатуры нового председателя правительства Российской Федерации Государственной думы исполнять свои обязанности.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Эмиля Викторовича.



Слушатель: Добрый вечер, господа. Сначала преамбула небольшая. Одна моя родственница до войны работала в Наркоминделе, она говорила что послы были телеграфными столбами. У меня такое впечатление, что при Путине премьеры - это телеграфные столбы. А теперь вопрос: вы не думаете, что поменяли один телеграфный столб на какой-то другой, а по большому счету ничего у нас в стране не изменится.



Валерий Хомяков: Понятно, не хочу такую терминологию употреблять, безусловно, это все уважаемые люди. Но наш радиослушатель прав в одном, что действительно власть зациклена на президенте и тот сценарий, о чем говорил господин Гельман, безусловно, тоже имеет право быть. Но я не думаю, что он будет реализован по одной простой причине. Я не хочу касаться экономических сфер, хочу просто напомнить историю с так называемой парламентской республикой, которая была несколько лет назад вброшена. И понятно, что один из людей, который активно ее лоббировал, был Ходорковский, за это пострадал, отчасти из-за этого, может быть не на сто процентов. Думаю, что пока нам парламентская республика не угрожает, поскольку партии достаточно слабы и купить их можно в легкую. Тем более есть не очень положительный пример того, что происходит на Украине. Там пошли по пути такого дележа, децентрализации власти, уменьшения роли президента, повышения роли премьера и, к сожалению, это к стабильности пока не привело. Посмотрим на результаты выборов, дай бог, чтобы они прошли спокойно и демократично в нашей братской республике и стране. Но тем не менее, думаю, что все-таки пока у нас это привело к еще более негативным последствиям. Представьте себе, что все решает дума и что там будет происходить в условиях, когда не будет такого монополизма, а будут постоянные столкновения. Может быть это хорошо, это действительно будет местом для дискуссий. Но мне кажется, это может привести и к негативу помимо дискуссий, это может привести к тому, что правительства будут меняться как в Италии. Мы, к счастью, не Италия, мы очень большая страна и нам эти потрясения могут быть вредны, в том числе и в экономическом смысле.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Виктора Ивановича.



Слушатель: Добрый вечер, Владимир Алексеевич. Во-первых, я не понимаю, почему не обратили внимание на то, когда президент встречался с Фрадковым, какой он был взволнованный и как он успокаивался к концу беседы. И стал совсем спокойным в Чувашии. Больше года назад на английском и русском языках мною была направлена в некоторые издания вся полностью структура, что будет происходить перед выборами.



Владимир Кара-Мурза: Чувствовалось ли волнение президента или ощущалась срежиссированность сегодняшней сцены в Кремле?



Иван Рыбкин: Конечно, волнение было. Потому что два обделенных первых вице-премьера, наверное, ждали другого решения, а оно не состоялось. Но я хотел бы вернуться к теме телеграфных столбов. Конечно, вне всякого сомнения рановато говорить о парламентской республике в России, трудно представить себе думу, решающую весь тот комплекс вопросов весьма разнонаправленных, которые приходится решать власти. Поэтому конституцию, видимо, трогать не следует, ни одну страничку, ни одну букву. Надо взять пример с Соединенных Штатов, которое третье столетие живет, внося поправки незначительные в конституцию, принятую давным-давно. А телеграфные столбы, да, наверное, надо говорить эти обидные слова, чтобы премьер-министры такой огромной страны как Россия чувствовали себя премьер-министрами, а не мальчиками для биться и не соглашались на такие должности. Надо свое суждение иметь, его высказывать. И уж тем более не позволять президенту проводить совещание с вице-премьерами, с министрами даже в обход премьеров. По крайней мере, Борис Николаевич в нашей новейшей истории этого не делал. И делал лишь тогда, когда сам обязанности премьера. Должна быть этика взаимоотношений, которые по казарменному раздавливаются. Отсюда премьеры имеют обидные клички от каких-то процентов до Винни-Пухов и прочее. Но они этого, к сожалению великому, заслужили.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Павла.



Слушатель: Здравствуйте. Товарищи ученые, позвольте высказать свое мнение. Я думаю, нас ожидают четыре самых ужасных года и монетизация - это жалкая репетиция перед тем, что нас ждет. А наш царь Владимир Ясно Солнышко отъедет в Александровскую слободу, как Иван Грозный в свое время и будет ждать, пока народ позовет обратно.



Владимир Кара-Мурза: Готовится ли для России финансовые потрясения?



Моисей Гельман: Я сейчас отвечу на этот вопрос, но прежде я попросил бы коллег более внимательно прислушиваться. Слов парламентская республика я не говорил. Я говорил, что на мой взгляд, должны быть перераспределены функции в пользу председателя правительства. Безусловно, парламентская республика сегодня и в ближайшие годы невозможна в силу известных причин. Что касается финансовых потрясений. Из прогнозов следует, что в 2010 году может наступить дефицит платежного баланса в валюте в виду того, что резко возрастут закупки по импорту и сальдо внешнеторгового баланса, разница между экспортом и импортом снизится почти до нуля. Хотя это и три миллиарда долларов, но это мизер. Наши руководители экономического блока утверждают, что это случится в результате того, что понизится цена на нефть. Но это отнюдь не так. Дело в том, что за последние годы резко выросли заимствования в иностранной валюте, в то время как государственный долг снижался, резко выросли заимствования банков и корпораций. И поэтому к 10 году тем, кто должен будет возвращать этот долг, возвращать будет нечем, поскольку ресурсы экспорта почти исчерпаны, а импорт резко возрастет. И поэтому может наступить, это вполне вероятно, девальвация рубля. Это не будет дефолт 98 года, но это будет значительное падение курса рубля.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Тулы от радиослушателя Николая.



Слушатель: Добрый вечер. У меня вопрос гостям Владимира. Буквально перед парламентскими каникулами два месяца назад выступали два председателя комитетов думских Медведев и Гурьев. Они с пеной у рта доказывали, каких успехов достигла Россия. И вот через два месяца они признают, что правительство было никуда негодно. Россия стала большим Зазеркальем, чем бывший Советский Союз.



Валерий Хомяков: Действительно, я с этого и начал, что видимых причин для отставки Михаила Фрадкова и его кабинета нет. У нас нет социальных массовых протестов. Развиваемся худо-бедно, какой-то есть рост ВВП в течение года 7-8%, может быть 10 получим в этот момент. Поэтому и речь, что у нас вся политика и то событие, которые мы обсуждаем сегодня, и отставка Михаила Ефимовича и назначение Виктора Зубкова, все это связано не с тем, чтобы улучшить нашу с вами жизнь, как мне кажется, дай бог, что ошибаюсь, а связано с тем, чтобы переформатировать, перегрузить пространство накануне избирательной кампании. О чем, собственно говоря, Владимир Владимирович сказал, что хорошо, что вы уходите, у нас действительно предстоят большие события. То есть фишки все спутаны. Все думали, что пойдет открытая игра, будет понятно, кто кандидат в президенты, а теперь еще больше стало всяких вопросов, чем до отставки того же правительства.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем Николая из Брянской области.



Слушатель: Всем добрый вечер. Все-таки я полагаю так, во-первых, смена Фрадкова на Зубкова – это попытка выпустить некий пар. И второе: правительство Зубкова будет чисто техническим правительством, по крайней мере, пока обстановка не разъяснится после выборов.



Владимир Кара-Мурза: Смешает ли сегодняшняя смена кабинета министров карты оппозиции перед наступающими выборами?



Иван Рыбкин: Да, должен сказать, что серьезно если не смешает, то подпортит карты оппозиции. Завтра Виктор Алексеевич в первую очередь встречается с фракцией коммунистов в Государственной думе. И я думаю, им с ним будет трудно разговаривать. Наказы будут давать, не более того. Даже радикально настроенным патриотам России тоже сложно будет разговаривать с Виктором Зубковым. Поэтому я и сказал о голосовании в 380 голосов. Мне думается, что не столько техническим будет правительство, правильно замечено моими собеседниками, во многом президент, будучи занятым парламентскими, а потом президентскими выборами, может отвлечься. И Виктор Зубков как управленец опытный может вполне вести гораздо, я думаю, деятельнее, результативнее работу правительства, причем с жестким контролем, какового в правительстве совершенно не бывало.



Владимир Кара-Мурза: Михаил Фрадков, теперь уже бывший глава кабинета министров, выразил уверенность в успехе своего преемника.



Михаила Фрадкова: Все что будет делаться нами, ничего неожиданного ни для кого ни в личном, ни в профессиональном плане не будет. Это лишний раз подтверждает, что курс будет проводиться принятый, озвученный несколько раз, доведенный до граждан России. Нам остается только активная работа. Виктор Алексеевич Зубков известный нам человек, авторитетный, профессионал, очень порядочный человек. Я со своей стороны считаю, что выбор президента хороший.



Владимир Кара-Мурза: Как, по-вашему, дальше будет развиваться ситуация?



Моисей Гельман: Не нужно упрощать, на мой взгляд, то, что происходит и сводить все к некоей политике. На мой взгляд, смена премьера никоим образом не повлияет на выборы. Ну и что, что «Единая Россия» призвала бы Иванова в свои ряды. Неизвестно, пошел бы он еще. Я еще раз повторяю, что, на мой взгляд, речь идет о начале очень серьезных перемен. Это просто слышится неоднократно из уст президента о том, что Зубков должен к избранию нового президента коренным образом изменить правительство, которое должно будет отражать новые принципы управления. Необходимо переходить от болтовни и сочинения прогнозов, которыми занимается Министерство финансов и Министерство промышленности и энергетики, необходимо переходить к управлению балансами, о чем тоже говорил президент. Он, правда, говорил об управлении балансами энергоресурсов. Громадная страна, громадное количество субъектов хозяйствующих.



Валерий Хомяков: Как бы мне хотелось, чтобы господин Гельман оказался прав. Потому что то, о чем он говорил, действительно давно напрашивается и не только на федеральном уровне, не только дело связано с правительством. Посмотрите, что у нас в Москве делается, я уже не буду повторять то, что я иногда говорю. Но тем не менее, народ, наш слушатель из Брянска говорил, что нужно выпускать пар. Сейчас народ больше недоволен местными начальниками, нежели каким-то правительством или президентом или Государственной думы. Потому что народ начинает защищать интересы там, где он живет. Посмотрите, что было в Петербурге, какое было шествие по поводу протеста против строительства огромного здания под названием «Газпром Сити». Вот что интересно. Поэтому, мне кажется, избирательная кампания будет складываться из региональных повесток дня. И в данном случае Зюганов, конечно, оказался в сложном положении. Он сегодня сказал фразу: это правительство, мы весной еще говорили, должно было уйти в отставку, ни одного завода не построило. Собрал бы подписи и как положено по конституции потребовал его отставки. Не сделал Геннадий Андреевич.



Владимир Кара-Мурза: Как вы считаете, сумеет ли Виктор зубков сработаться с двумя вице-премьерами, своими в каком-то смысле конкурентами?



Иван Рыбкин: Я считаю, что назначение Виктора Зубкова по сравнению с другими вариациями на эту тему позитивным. У меня создается впечатление, что правительство будет серьезнейшим образом перекроено. И должен решительно поддержать своих собеседников, что предстоят серьезнейшие изменения. Они назрели и перезрели. И недовольство людское в таком неявно заданном виде существует реально, и это очень сильно беспокоит президента.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG