Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Центров психологической помощи населению становится в России все больше


Программу ведет Андрей Шароградский. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Санкт-Петербурге Татьяна Вольтская.



Андрей Шароградский: Психологическая помощь населению - явление довольно обыденное в западных странах, но сравнительно редкое в России. В маленьких городах и в деревнях об этом практически ничего не знают, в крупных городах России сегодня появляется все больше центров, куда люди могут прийти и обратиться за помощью к психологу. В Петербурге такие центры уже несколько лет работают практически в каждом районе города.



Татьяна Вольтская: И в Европе, и в Америке человек, чувствуя, что в его душе возник сумбур, в котором ему трудно разобраться самостоятельно, недолго думая, идет к психотерапевту. Понятно, что такая практика имеет и свои оборотные стороны - например, привычку глотать горсти сомнительных таблеток. Но есть и несомненные плюсы - хотя бы осознание сложности ситуации и ответственности за ее разрешение. Россиянин, как полвека назад, так и сегодня идти к психотерапевту или к психологу не спешит. Лучшее лекарство - поплакаться в жилетку подруге или приятелю, а то и выпить. Но все же время берет свое - и вот, теперь уже существует Центр экстренной психологической помощи МЧС России. Всего за год по телефону "горячей линии" он оказал помощь 4 тысячам человек. В Москве и Петербурге появились центры психологической помощи, куда каждый может записаться и прийти. В Петербурга такой центр сегодня существует в каждом районе города.


Первый центр появился 11 лет назад, самому молодому центру, в Московском районе, всего 5 лет. Психологи, работающие здесь, стараются сосредоточить свои усилия на семье, на помощи детям и подросткам. Говорит сотрудница центра Елена Покромович, которая мечтает создать на базе центра свою кризисную службу.



Елена Покромович: Мы поняли, что нужна не только профилактика правонарушений, девантного поведения, но и необходима помощь быстрого реагирования, когда уже случилось и когда уже нужно помочь сейчас и сегодня. И вот для этого в этом году на базе нашего центра мы хотим открыть кризисную службу для помощи как бы семье в целом. Таким образом, мне кажется, эта помощь будет более действенной. В рамках кризисной службы центра мы пытаемся еще как бы создать два проекта - это проект "Семья", который будет сотрудничать с социальной защитой, с родителями, с органами опеки, и проект "Здоровье".



Татьяна Вольтская: Как вы считаете, почему на Западе помощь психолога давно в обиходе, а у нас до этого еще так далеко?



Елена Покромович: Там другой уровень культуры. У них римское право. Мы не базируемся на римском праве, насколько я знаю. У них был Фрейд, у них был Юнг, у них были разные школы, у них был Роджерс, их поддерживали, им помогали, их двигали. У нас долго вообще ничего не было. Мы должны быть готовы к переходу. То есть спасибо, что сейчас мы вот уже этому поколению, которое у нас выйдет из школ, которое вышло пять лет назад, и оно уже нас видело, оно уже нас знает, они уже готовы работать с психологами. Нельзя сказать, давайте завтра все будем работать с психологами, потому что это хорошо.



Татьяна Вольтская: На западе психологу гораздо легче работать, поскольку он обязательно имеет еще и медицинское образование, такая сложилась традиция. "Но есть вещи, против которых и лучшие специалисты бессильны, например, воздействие телевидения и кино", - говорит педагог-психолог центра Борис Караваев.



Борис Караваев: Пример подражания, например, знаменитому герою фильма "Молчание ягнят" Ганнибалу Лектору после того, как он прошел по экранам Соединенных Штатов, появились подражатели. Кроме всего прочего, если почитать литературу, до 60 процентов, например, заключенных тюрем США говорят, что примером для совершения преступлений являлся телевизор.



Татьяна Вольтская: "Западные центры гораздо лучше обеспечены технически", - говорит Елена Покромович.



Елена Покромович: Понятно, когда у тебя есть муляжи, когда у тебя есть наглядные пособия, когда у тебя есть творческая мастерская, замечательная связь с медиками, с исследовательскими центрами и ты не должен делать все сам, это совсем другой уровень. Вот сейчас у нас в центре мы все исследования, достаточно глобальные, мы делаем сами. Вот пытаясь создать кризисный отдел, нам необходима аналитическая служба, ну необходима. Не может человек, который ведет приемы, работает на индивидуальных консультациях, на групповых каких-то занятиях, на тренинговых занятиях, еще при этом сидеть и все это вместе складывать, анализировать. Это просто физически невозможно. Во-вторых, это другой склад ума. Вот сейчас мы пытаемся действительно создать эту кризисную службу, она необходима. И вот сейчас мы в ее структуру вводим аналитический отдел. В нашем городе еще есть три района, в которых точно работает такой кризисный отдел, но это все на энтузиазме.



Татьяна Вольтская: Елена Покромович уверена, что энтузиазм и самодеятельность в психологических центрах давно пора заменить серьезной работой, обеспеченной соответствующим штатом сотрудников.


XS
SM
MD
LG