Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Убит лидер дагестанских боевиков Раппани Халилов


Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Любовь Чижова.



Кирилл Кобрин : В Дагестане убит один из лидеров местных боевиков Раппани Халилов. Спецоперация в поселке Новый Сулак Кизилюртовского района была проведена вчера. На счету Халилова, по данным спецслужб – свыше 60 терактов в Дагестане, в том числе – взрыв в Каспийске 9 мая 2002 года, в результате которого погибли 45 человек. Эксперты сравнивают смерть Халилова с уничтожением Шамиля Басаева. Рассказывает корреспондент Радио Свобода Любовь Чижова.



Любовь Чижова: По информации представителей правоохранительных органов, тела Раппани Халилова и его заместителя Наби Набиева были обнаружены в ходе разбора завалов после проведенной в Кизилюрте крупной спецоперации. Это уже не первое сообщение о гибели Халилова, однако на этот раз силовики говорят о смерти главного дагестанского боевика с полной уверенностью. Сообщается, что в ходе спецоперации в Кизилюрте погиб так же соратник Раппани Халилова по кличке Абдурахман, убита одна мирная жительница. Представитель ФСБ по Дагестану Вячеслав Шаньшин утверждает, что гибель Халилова не была случайной, спецслужбы давно шли по его следу.



Вячеслав Шаньшин: Специальная операция явилась как бы логическим завершением комплекса оперативно-розыскных мероприятий, которые проводились под руководством соответствующих служб ФСБ России. Это был долгий процесс, не один год это все длилось и в результате удалось выйти на Раппани Халилова по месту его нахождения в республике Дагестан.



Любовь Чижова: Работающий на Северном Кавказе журналист газеты "Время новостей" Иван Сухов сравнивает гибель Раппани Халилова с уничтожением Шамиля Басаева. Главарей такого масштаба, считает Сухов, на Кавказе почти не осталось. Однако исчезновение популярных лидеров бандформирований вовсе не означает, что рядовые боевики сложат оружие.



Иван Сухов: Раппани Халилов - это звезда номер один, если можно так выразиться, среди полевых командиров дагестанского подполья. Если верны сведения о его уничтожении, это, в общем-то, повторимо с уничтожением Шамиля Басаева в Чечне. По уровню своей известности и авторитета Раппани Халилов человек уровня Басаева.



Любовь Чижова: Чем он завоевал себе такую известность?



Иван Сухов: Раппани Халилов брал на себя ответственность за весьма громкие теракты, такие, как взрыв в Каспийске 9 мая в 2002 году, участвовал во всех событиях 99-го года, ну и фактически руководил всем этим дагестанским подпольем в течение, можно сказать, десятилетия.



Любовь Чижова: Уничтожение Раппани Халилова как-то может отразиться на обстановке, которая сложилась сейчас на Северном Кавказе?



Иван Сухов: Понимаете, это процесс, который идет достаточно долго уже. Вот эти вот "звезды", если можно, опять же, так выразиться, 90-х годов, которые совершали эти громкие подрывы, наступления на города и так далее, и тому подобное, они потихонечку уходят в прошлое тем или иным способом, там часть сдалась Рамзану Кадырову, часть уничтожена. Лидеров такого масштаба, в общем, в подполье больше не осталось. Но это просто несколько меняет ситуацию, им на смену приходят менее именитые люди, может быть, менее влиятельные, но ведь и сама война изменилась. Сейчас уже не происходят такие масштабные вылазки боевиков, как это было, скажем, до 2004-2005 года. В 2005 году была последняя масштабная акция боевиков, когда они напали на Нальчик в октябре. После этого война приобрела уже совсем другой характер и в этой обстановке, в общем, не так уж важно, есть ли командиры первой величины или на их место пришли какие-то менее известные персонажи.


Судите сами, как бы изменила ли ситуацию смерть Басаева? В какой-то степени да. Это было знамя. Точно таким же знаменем в Дагестане являлся Раппани Халилов. На его место придут другие, на его месте уже есть другие и в Дагестане, в Махачкале, по всему городу развешаны стенды с изображениями этих людей, о которых пока еще не знает, слава богу, Россия так, как она знала Салмана Радуева, Шамиля Басаева, Раппани Халилова. Но, тем не менее.



Любовь Чижова: Сергей Маркедонов из Института военного анализа так же считает, что уничтожение Раппани Халилова никак не повлияет на обстановку в Дагестане. Он уверен, что корень проблемы в другом: дагестанцы не чувствуют себя полноценными гражданами России и российская власть и общество не пытаются им в этом помочь.



Сергей Маркедонов: Если говорить об эмоциональной стороне, да, я доволен, потому что Раппани Халилов был террористом, человеком, боровшимся с моим государством, с моей страной. Если говорить о рациональной составляющей, а не поддаваться только исключительно эмоциям, то здесь, наверное, будет больше скепсиса, чем каких-то положительных эмоций, потому что совершенно очевидно, что с ликвидацией Раппани Халилова и любого другого боевика ситуация на Северном Кавказе не станет более стабильной и безопасной. Нужные системные меры, прежде всего со стороны власти, для того, чтобы действительно ситуация была стабилизирована. Уничтожением одного партизана или второго диверсанта, или третьего боевика ситуация не будет разрешена, если не будут меры системные, я имею в виду взаимоотношения внутри исламского сообщества Дагестана (так, может быть, общинно говорить), налаживания диалога с рядовыми дагестанцами, решения межэтнических проблем, земельных проблем, решения социальных вопросов, борьба с коррупцией и так далее.



Любовь Чижова: Как решать эти проблемы? Кто их должен решать? И вообще, насколько быстро они разрешимы?



Сергей Маркедонов: Эти проблемы, конечно, разрешимы не быстро. У меня нет иллюзий, что проблемы, скажем, интеграции Дагестана или Ингушетии будут разрешены в течение 5 или 10 лет. Можно посмотреть на европейский опыт, чтобы понять, что, например, интеграция южной Италии в общеитальянский социум идет до сих пор, не везде успешно, или интеграция, скажем, Восточной Германии в общегерманский социум тоже наталкивается на проблемы. Только мы говорим, скажем, об одном этническом фоне, здесь же совершенно другие вещи, тут и история накладывается и так далее. То есть я не оптимист в том смысле, что это может быть разрешено в течение 10 или 15 лет. Это долгий проект, с которым нам надо жить и так далее. Мы все должны не чувствовать себя в Дагестане за границей, но и дагестанцы, приезжающие в Москву, должны чувствовать себя в Москве, в общем-то, как в своей родной столице, в своем родном городе, а не в чужом городе, где по внешнему виду проверяют документы.


Кто должен заниматься решением этих проблем? Можно легко сказать, власть: федеральная власть, власть региональная, должен быть соответствующий отбор чиновников. Но это только одна часть на самом деле и это самый легкий был бы ответ: вот власть должна работать. Безусловно, общество должно работать. Речь идет, прежде всего, и об активистах гражданского общества, не только, так сказать, заниматься какими-то публикациями для поднятия имиджа своего в мире и внутри страны, а решать реальные проблемы. Проблема-то в том, что на общественном уровне серьезного диалога разных частей России нет на самом деле. Дагестан становится интересен московскому обывателю когда? Вот теракт в Каспийске произошел? Вроде бы что-то опасное. Или заявления, которые делал тот же Халилов, обращенные в адрес Москвы. Прежде всего многое зависит и от самого общества, его готовности действительно считать Дагестан своей частью. Не просто говорить, вот мы самые сильные, Дагестан должен нам подчиниться. Да не подчиниться должен, а на равных разговаривать. Но это проблема еще общества, а не только власти.



XS
SM
MD
LG