Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Россия обеспокоена разговорами о возможных военных санкциях в отношении Ирана


Программу ведет Виктор Нехезин. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Париже Семен Мирский.



Виктор Нехезин: Россия обеспокоена разговорами о возможных военных санкциях в отношении Ирана - такова в общих чертах позиция Москвы в изложении исполняющего обязанности министра иностранных дел России Сергея Лаврова. Об этом он заявил после встречи со своим французским коллегой Бернаром Кушнером. Обсуждение ситуации вокруг иранской ядерной программы вспыхнуло с новой силой в преддверии очередной сессии Генеральной Ассамблеи ООН, на которой выступит, кстати, сам президент Ирана Махмуд Ахмадинеджад. Сегодня во второй половине дня ожидается встреча главы МИДа Франции с госсекретарем США Кондолизой Райс, на которой стороны, как любят говорить российские дипломаты в таких случаях, сверят часы.


С нами на прямой связи по телефону из Парижа наш корреспондент Семен Мирский. Семен, какова была реакция на воскресное телевизионное выступление Кушнера во французском обществе? Насколько неожиданной для самих французов была столь решительная постановка вопроса Бернаром Кушнером? Я напомню, постановка вопроса такова: "О войне с Ираном" - буквально в таких словах.



Семен Мирский: Вы знаете, заявления Бернара Кушнера, о которых вы говорите, дают возможность следить, как вопросы внешней политики превращаются в проблемы политики внутренней. Здесь стоит, вероятно, напомнить, что Бернар Кушнер, врач по профессии, один из основателей гуманитарной организации "Врачи без границ", пришел в нынешнее правоцентристское правительство Франции из рядов Социалистической партии. И неудивительно, что именно социалисты и шире - левые французские круги наиболее жестко критикуют сегодня заявления министра иностранных дел Франции. Критики Кушнера, а заодно и президента Николя Саркози указывают на разрыв с традиционной ориентацией политики Франции на Среднем и Ближнем Востоке, этот разрыв с политикой, которую в течение долгих лет проводили предшественники Саркози в Елисейском дворце, чреват для Франции серьезными последствиями, утверждают критики нового политического курса. Франция очень уязвима в этом регионе, на Ближнем и Среднем Востоке, напоминает, в частности, сегодня левая газета "Либерасьон". В Ливане в рамках международного миротворческого контингента находятся французские военнослужащие, там же, в Ливане действует мощная военная организация "Хезболлах", которую вооружает и финансирует Иран. Если Франция, предупреждают критики Кушнера, и Николай Саркози не свернет с нынешнего курса, то французским солдатам в Ливане не поздоровится. Вот такая критика, Виктор.



Виктор Нехезин: Семен, наверняка звучат какие-то обвинения в адрес правительства Франции именно в том смысле, что Франция оказалась, можно сказать, в фарватере США. Более того, я бы сказал, что заявление Бернара Кушнера было даже более решительно, чем разговоры о возможных военных санкциях американских политиков.



Семен Мирский: Это верно. И надо здесь сказать, что критика в адрес Кушнера не началась с минувшего воскресенья, когда он сделал свое заявление, в котором были слова: "Мы намерены вести переговоры, но нельзя исключить возможности избежать худшего", - и когда его спросили, а что такое худшее, он сказал: "Худшее - это война". Итак, к курсу на сближение Франции и США, курс этот не совсем нов, он был частью предвыборной программы Николя Саркози, въехавшего в Елисейский дворец в мае этого года. И поэтому в том, что сказал Кушнер, и в том факте, что немедленно по возвращении из Москвы он вылетел в США, местные наблюдатели видят всего лишь подтверждение курса на сближение или на смену ориентиров нового французского руководства. Есть еще один важнейший аспект этой проблемы. Предвидя, что на дебатах в Совете безопасности ООН, о которых вы упоминали в начале, Россия и, скорее всего, Китай заблокирую сколько-нибудь значимые санкции против Ирана, Франция выступает в роли мотора европейской инициативы, с тем чтобы в конечном итоге блокирование санкций в Совете безопасности не развязало Ирану полностью руки и не дало ему возможность в конечном итоге произвести или, кто знает и боже упаси, применить атомное оружие, о чем не раз говорил Ахмадинеджад.



Виктор Нехезин: Семен, вы уже фактически сказали о том, что вот эти выступления Кушнера - это был признак нового курса, внешнеполитического курса именно Николя Саркози. Почему именно с Ирана так неожиданно ярко стала проявляться эта новая позиция Франции.



Семен Мирский: Ну, в отношении Ирана здесь как бы надо смотреть фактам в лицо. Именно от Ирана исходит самая большая и самая вероятная угроза применения ядерного оружия впервые со времени Второй мировой войны, после Хиросимы и Нагасаки. Именно президент Ирана, который намерен выступить на Генеральной Ассамблее ООН, говорил о том, что Израиль не имеет права на существование, и что Иран сделает все для того, чтобы Израиль перестал существовать. Эта угроза совершенно однозначна, она недвусмысленна, и здесь имеет место попытка Франции предотвратить худшее, о чем говорил Бернар Кушнер, а до него 27 августа - я процитирую заявление Николая Саркози, сказавшего, что "альтернатива ставится так: иранская бомба или бомбардировка Ирана". И Николай Саркози сказал, как и после него Кушнер, что война была бы, разумеется, худшим из всех решений проблемы.



Виктор Нехезин: Ожидают ли во Франции, что другие европейские страны, в первую очередь страны Европейского союза, поддержат позицию Франции?



Семен Мирский: Да, здесь на этот счет пишут всего. Упомянутый вами аспект является самым как бы дискутируемым сегодня во французской печати. И местные наблюдатели высказывают убеждение, что Бернар Кушнер не сделал бы своих заявлений, не скоординировав в общих чертах позицию Франции с позицией канцлера Германии Ангелы Меркель. Здесь намечается смена ориентиров европейской политики. Вспомним фронт отказа против участия в войне в Ираке, символами которой были канцлер Германии Шредер и бывший президент Франции Ширак. И вот сегодня мы видим тандем Саркози и Меркель, которые намерены резко повернуть руль европейской политики и создать как бы второй центр влияния, европейский в данном случае центр влияния.


XS
SM
MD
LG