Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Роль сессии Генеральной Ассамблеи ООН для российской дипломатии


Программу ведет Андрей Шарый. Прини мает участие главный редактор журнала "Россия в глобальной политике " Федор Лукьянов.



Андрей Шарый : О роли сессии Генеральной Ассамблеи ООН для российской дипломатии, о возможном развитии ситуации в отношениях Москвы, Вашингтона и Тегерана я побеседовал с известным московским внешнеполитическим экспертом, главным редактором журнала "Россия в глобальной политике" Федором Лукъяновым.



Андрей Шарый: В своей известной речи на конференции в Мюнхене президент России Владимир Путин говорил о том, что международная политика должна строиться через ООН. И вот Генеральная ассамблея ООН последняя возможность для уходящего президента России выступить со столь высокой, представительной трибуны, однако представляет Россию министр иностранных дел Лавров. Как вы считаете, почему Путин не поехал на Генеральную ассамблею?



Федор Лукьянов: То, что политика должна строиться через ООН, еще не значит, что она только там строится. Путин, насколько я помню, выступал на юбилейной Генассамблеи два года назад, когда отмечался 66-летний юбилей ООН, в этом году дата не круглая, в общем, далеко не все президенты это делают. Так что я в этом не вижу ничего особенного, такая достаточно рутинная встреча.



Андрей Шарый: Какие задачи стоят перед российской дипломатией на этой Генеральной ассамблеи?



Федор Лукьянов: Генеральная ассамблея давно уже не является тем форумом, где решаются какие-то задачи и, в общем, даже я бы не сказал, что там ставятся какие-то серьезные задачи. В силу изменения международной среды и изменения места в ней ООН крупнейшие державы, в общем, в значительной степени сократили свой интерес. Ведь президент Буш выступает просто потому, что это проходит в его стране. Я думаю, что если бы это было где-то в другом месте, вряд ли он бы поехал.



Андрей Шарый: Всеобщее внимание привлекает сейчас присутствие в Нью-Йорке иранского лидера Махмуда Ахмадинеджада, он выступил уже в Колумбийском университете, ожидается его выступление на Генеральной ассамблеи ООН. Какие задачи ставит перед собой этот лидер и сможет ли он их добиться?



Федор Лукьянов: Как сказал недавно один из американских аналитиков, между сегодняшним днем и январем 2009 года, когда администрация Буша уйдет с политической арены, существует по большому счету одно решение, которое ему придется принять или не принять, - это решение о военной операции против Ирана. Вся политика американская и мировая сейчас сконцентрирована на этом, даже не на Ираке, а именно на этой теме. Конечно, идет такая борьба, психологическая война, война нервов, и выступления Ахмадинеджада и в Ассамблеи Генассамблеи ООН, и конечно в особенности в Колумбийском университете, что гораздо более сенсационно, это элементы этой борьбы. То есть Ахмадинеджаду необходимо продемонстрировать, с одной стороны, стальную твердость, чтобы, не дай бог, никто не усомнился в его способности противостоять чему угодно, а с другой стороны, все-таки обозначить, что Ирана страна, которая нацелена на мирные решения, а не на войну. Сложная задача, потому что ему надо работать и на внутреннюю аудиторию, и на внешнюю. Ситуация во внешней политике Соединенных Штатов сейчас крайне тяжелая. Понятно, что именно этот вопрос будет доминировать во время предвыборной кампании, если ее не вытеснит другая проблема, еще более неприятная для нынешней администрации, это проблема кризиса финансового, кризиса ипотечных рынков.



Андрей Шарый: Я вернусь все-таки к отношениям между Тегераном и Вашингтоном. Как вы считаете, какую стратегию предпочтут избрать оба лидера, играть на понижение или на повышение этой температуры конфликта?



Федор Лукьянов: Пока все играют на повышение. Персидская дипломатия традиционно очень изощренна именно в ведении такой тягучей, вязкой дипломатической кампании. До сих пор Иран, в общем, четко понимал те границы, за которые не надо заступать, не доводил обострение до самого конца. Сейчас, правда, ситуация очень тяжелая для Тегерана сложилась, потому что Европа, которая традиционно, скорее, была склонна к умиротворению, сейчас очень сильно обозлена на эту тактику иранцев шаг вперед, шаг назад. Очень любопытно, как себя поведет Россия, поскольку, если отвлечься от некоторых исторических фигур, то отношения с Ираном, в общем, последовательно ухудшаются. Одновременно в октябре президент Путин едет в Тегеран, правда, не на двустороннюю встречу, а на каспийский саммит, но, тем не менее, конечно, не пройдет незамеченным. И вот интересно, как он себя поведет и попытается ли он использовать это для улучшения отношения с Тегераном или Россия займет ту позицию, которую занимает сейчас, то есть мы, конечно, против войны, но Иран нам, как бы сказать, не союзник.



XS
SM
MD
LG