Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Причины задержки с формированием правительства России



Владимир Кара-Мурза: К исходу дня стало известно о перестановках в Кабинете министров, произведенных президентом Путиным по представлению нового премьера Виктора Зубкова. О наиболее заметных состоявшихся и не состоявшихся отставках беседуем с Андреем Пионтковским, ведущим научным сотрудником Института системного анализа академии наук, членом федерального совета партии «Яблоко». Ожидали ли вы нечто подобного тому, что произошло сегодня вечером?



Андрей Пионтковский: В общем-то гора 12-дневных ожиданий родила мышь в виде отставки Зурабова, Грефа и Яковлева, о необходимости которых партия «Единая Россия» говорила уже, по-моему, в течение года и так как партия «Единая Россия» говорит только то, что разрешается кремлевской администрацией, примерно такое же время эти отставки уже как-то и планировались президентом. Поэтому ясно, что ничего не изменилась, и вся цель операции была воцарение Зубкова на место руководителя правительства. И ясно, что она была связана не с задачами повышения эффективности работы правительства, а явилась важным этапом в реализации многоходовой операции «Наследник».



Владимир Кара-Мурза: Бывший министр экономики России Андрей Нечаев, член Союза правых сил, считает состав кабинета итогом долгой борьбы.



Андрей Нечаев: Пытаются сделать правительство, которое проработает очень долго. Хотя я знаю, что некоторые министры не рвутся удержаться в своем кресле. Скажем, Герман Греф давно почти официально объявил, что он хочет покинуть правительство. И есть вторая, ничуть не менее острая борьба, но происходящая в большей степени под ковром - это борьба за так называемый силовой блок. Поскольку это группа министров, которая напрямую подчиняется президенту, эта группа министров, от которых зависит стабильность в стране, особенно в такие сложные периоды. Самый главный вопрос, который, безусловно, больше всего мучает президента самого – это, как быть с преемниками.



Владимир Кара-Мурза: К числу сенсаций можно отнести сохранение Анатолия Сердюкова в кресле министра обороны. Как вы к этому относитесь?



Андрей Пионтковский: В общем эту сенсацию я предсказываю больше недели в средствах массовой информации, в том числе и в вашей телевизионной программе. Мне было ясно с самого начала, чувствовалась определенная фальшивость этой комбинации с подачей рапорта об отставке, какие-то невиданные для современных российских чиновников слова, как этические соображения и так далее. А кроме того совершенно ясно, что для этого Сердюков несколько месяцев назад сажался на пост министра обороны, в какой-то степени ему удалось то, на что совершенно не способен был Иванов, любитель звонкой и громкой фразы, ничем другим себя не зарекомендовавший на этом посту. Именно владеть финансовыми потоками в Министерстве обороны. Я хочу обратить внимание наших слушателей, что для питерской группировки, назовем ее путинской группировкой, людей, объеденных членством современной масонской ложи, назовем ее кооператив «Озеро», очень важным был контроль над финансовыми потоками Министерства обороны. Особенно сейчас, когда предметом купли-продажи становится земля. Ведь Министерство обороны, может не все из наших слушателей знают эту часть, крупнейший землевладелец в стране. Я имею в виду не только громадные площади под военные полигоны. Но ведь была в Советском Союзе, она и сохранялась, система военных совхозов, сельскохозяйственных земель, принадлежащих Министерству обороны. И стоимость земли в распоряжении Министерства обороны на порядки превосходит стоимость вооружений, которые можно продавать и списывать, о чем обычно пишут в связи с финансовыми потоками Министерства обороны. Поэтому это важнейший участок. И освобождать Сердюкова, когда он только развернул эту работу, было нецелесообразно.



Владимир Кара-Мурза: И наконец в правительстве появился Дмитрий Козак, глава Минрегионразвития, тоже один из возможных преемников президента. Как к этому вы относитесь?



Андрей Пионтковский: Два события сегодняшних значительны, мне кажется, не считать же события повышение Кудрина до поста премьера. Известно, что Кудрин человек, близкий Путину, он ему доверяет. И после ухода Грефа, о котором правильно коллега сказал, что он давно стремился оставить этот пост. Ясно, что он и Зурабов получат очень большие должности в бизнесе, а бизнес у нас всегда полугосударственный, они и сейчас не бедные люди. Что касается Зурабова, то он прямо или через своих родственников продолжал свою финансовую деятельность и коммерческую деятельность и на посту министра. А события два - это подтверждение моей гипотезы о том, что отставка Сердюкова – дешевый фарс, а второе - возвращение Козака, конечно. Но я бы не трактовал как его возвышение. Ведь Козак ушел с генерал-губернатора Кавказа с гораздо более крупного поста в правительстве, чем тот, который ему сейчас предложен. По существу был вторым лицом в правительстве, он был начальником аппарата и заместителем премьера. Мингрегионы – это не такой ключевой пост. В последнее время он по существу был отстойником для пенсионеров, от которых хотели избавиться, но по каким-то соображениям сразу полностью избавиться было невозможно. Так, как небезызвестный Яковлев, старый противник Путина еще с питерских времен. А оставляет Козак очень важный пост, он уходит с пылающего Кавказа, на котором, по свидетельству разных людей, разных политических взглядов, он играл скорее позитивную роль. Он пользовался уважением и среди лидеров национальных республик, среди российских военных. И собственно он был единственным крупным гражданским чиновником, которым военные, склонные к самостоятельности, известны преследованием своих собственных интересов, реализации собственных целей, что сейчас происходит в Ингушетии, к которым они прислушивались. Я не думаю, что свято место пусто не бывает, кого-то назначат представителем президента в Южном регионе, что этот новый назначенец будет пользоваться авторитетом Козака. С одной стороны, Козак потерял. Вот такое назначение свидетельствует о том, что в шорт-лист Путина, о котором он сказал Валдайскому клубу, пять плюс один претендент, Козак явно не входит. А с другой стороны, очень оголяется федеральное представительство в южном регионе в весьма критический момент.



Владимир Кара-Мурза: Депутат Виктор Алкснис, член думского комитета по делам СНГ, так объяснил незначительность перестановок.



Виктор Алкснис: В предвыборных целях необходимо от кого-то избавляться, чтобы добавить рейтинга власти действующей, а избавляться от многих не хочется, хотя вопрос перезрел. Действительно у них очень короткая скамейка запасных, им некого ставить. Они из года в год тасуют одну и ту же колоду, но как в басне Крылова говорится: как ни садитесь, все в музыканты не годитесь. Конечно, телодвижения закончатся в ближайшее время, но это все напоминает фарс и комедию, что происходит с правительством.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от Александра радиослушателя из Санкт-Петербурга.



Слушатель: Здравствуйте. Сегодня Владимир Путин объявил, что подписал указ об одномоментном увеличении пенсий с 1 октября. Вся наша административная перестановка, конечно, очень важное дело, но сфера, о которой я упомянул, еще важнее для многих миллионов людей, - примерно так сказал он. Тем самым он сказал, что простых людей по большому счету не интересуют перестановки в новом правительстве, их интересует кошелек, куда они ежедневно заглядывают, видимо, голосовать будут именно им. Сколько же надо прибавить и как же та самая пресловутая инфляция?



Владимир Кара-Мурза: Реализуется ли сценарий по избавлению от Михаила Зурабова в канун выборов?



Андрей Пионтковский: Это давно предсказывалось. Зурабов, я думаю, не в обиде. Он проделал грязную работу во время по монетизации, лишению льгот, по существу ликвидации последовательно бесплатного здравоохранения. Вознаграждал себя значительно коммерческими достижениями своей семьи. Ведь не секрет, что его супруга возглавляла страховые компании и торговые компании, через которые осуществлялась реализация льготных лекарств. В любой другой стране этого было бы достаточно, чтобы такого министра отправить под суд. Но неслучайно сегодня президент упомянул о повышении пенсий, идет предвыборная кампания, все шаги являются достаточно рассчитанным. Трудно сказать, успевает ли повышение пенсий за инфляцией, тут нужны точные статистические расчеты, которых у меня нет. Но мое ощущение пенсионера, я сам получаю пенсию, к счастью, я получаю зарплату в институте, говорит, что скорее нет. Но тем не менее, уже 8 лет после ельцинского правления Путин, благодаря счастливой нефтяной конъюнктуре, воспринимается большинством населения как человек, который обеспечивает регулярную выплату скромных, но тем не менее, вовремя выплату пенсий и зарплат, чего не всегда происходило в ельцинские времена. И это во многом объясняет достаточно устойчивый рейтинг как самого Путина, так и «Единой России».



Владимир Кара-Мурза: Депутат думы Юрий Иванов, член фракции КПРФ, разочарован выбором Кремля.



Юрий Иванов: Кадровый голод. Новые люди не появляются, на должностях сидят просто клановые друзья. Поэтому, конечно, при такой системе назначений не могут не возникнуть объективные сложности, связанные со временем. Если посмотреть сверху на всю проблему, у нас ведь очень любят говорить о команде Путина, представьте себе, мы будем говорить не команда, а дачное формирование, братаны Путина, и совсем все заиграет по-другому. Я помню, как Брежнева упрекали, что в политбюро был Кириенко, еще кто-то из Днепропетровска. Сейчас просто весь кооператив «Озера» и все эти ребятишки, которые когда-то работали в КГБ вместе и после его отставки, когда он служил по внешним сношениям в Санкт-Петербурге, все это ребята с одного двора. Тут и сложности вытекают из этого.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвички Ирины.



Слушательница: Добрый вечер. Андрей Андреевич, это Ирина, которая звонила вам на «Эхо Москвы». Мне очень важно услышать ваше мнение. Вот перешерстили, перетасовали всех министров туда-сюда, вверх-вниз и так далее. Ни разу не упомянули министра и соответственно его ведомство, в котором больше всего безобразия, коррупция, по сравнению с которым ведомство Зурабова вообще институт благородных девиц. Мне называть его или вы догадаетесь?



Владимир Кара-Мурза: Назовите, Ирина.



Слушательница: Нургалиев.



Андрей Пионтковский: Вы знаете, я только что вернулся из Грузии, там много позитивных изменений за последние три года, я был три года назад последний раз, поэтому у меня такая точка отсчета. Но три года назад была просто катастрофическая ситуация. Темные улицы, выключался свет, по существу стояла экономика, разгул коррупции, преступности. А сейчас Тбилиси во многом напоминает тот советский Тбилиси с такой фланирующей толпой, вечером заполненные кафе до полночи. Уже масса строительства, город залит светом. Грузины всегда недовольны своим правительством, Саакашвили все критикуют. Но самое большое достижение, о котором они говорят – это реформа полиции. Реформа полиции произошла следующим образом: 40 тысяч сотрудников Министерства внутренних дел были в один день уволены. И был набран совершенно новый состав, молодые люди, им предложены были высокие оклады. И вот грузины не нахвалятся на свою новую европейскую полицию. В общем-то вы совершенно правы, уровень коррупции, разложение в этом ведомстве настолько высок, что назрела реформа именно такого порядка. Первый вопрос, который я задавал своим грузинским собеседникам: куда ушли эти сорок тысяч вооруженных людей, которым объявили в один прекрасный день, что они уволены? Мне объяснили, что они рассосались, некоторые пошли в таксисты. У нас под ружьем в Министерстве внутренних дел, по-моему, вообще около двух миллионов людей стоят. Я боюсь, что эти два миллиона вооруженных людей так просто не разойдутся. Будь то сам Путин тем человеком, который решился бы провести эту реформу. А вот разложение, каждый из нас имеет массу примеров, иллюстраций на бытовом уровне.


Но я хочу сказать о тех фактах, которые мы сейчас узнаем из официальной прессы, из официальных сообщений о расследовании убийства Анны Политковской. Бесспорно следующее, что в убийстве участвовали целые бригады, одна из Министерства внутренних дел, другая из Федеральной службы безопасности. Мы знаем, что дело своими заявлениями разваливает, следствие разваливает никто иной, как генеральный прокурор Российской Федерации Чайка, который вдруг неожиданно объявил фамилии всех подозреваемых и уже арестованных. А на ложный след в этом преступлении через несколько часов после преступления указал никто другой, как, простите, первое лицо в государстве. Я помню замечательную фразу, что у нас есть сведения, и они достоверны, что наши враги за рубежом планировали ритуальное убийство, чтобы дискредитировать российское руководство. Именно эта версия, которая была совершенно нелепой в свете вот этой информации о массовом участии сотрудников МВД и ФСБ в этом убийстве. Они что, все агенты Березовского? Если МВД и ФСБ участвует в убийстве, генеральный прокурор разваливает следствие, а глава государства направляет его по ложному следу. В каком государстве мы живем? Я не хочу Ирине и всем остальным навязывать какие-то определения, эпитеты и дефиниции, но вы можете сделать самостоятельно.



Владимир Кара-Мурза: То же самое, очевидно, происходит в деле Александра Литвиненко?



Андрей Пионтковский: Это особая песня. Понимаете, выдвижение Жириновским Лугового в депутаты думы не могло бы произойти, мы знаем, кто такой Жириновский и насколько управляемая эта фигура, без санкций, скорее без подсказки с самого верха государственной лестницы. Позвольте, за какие заслуги выдвигается Луговой? Если верить официальной версии российской произошедшего в Лондоне, то Луговой мелкий жулик, приближенный Березовского, уголовник, проведший полтора года в российской тюрьме. Бывший офицер спецслужб, которого пытался завербовать, выполняя поручение британской разведки, Литвиненко. О вербовке четыре года не сообщал нашим компетентным органам, тем не менее, продолжал какие-то свои мелкие коммерческие делишки с тем же Литвиненко и Березовским. И этот человек должен в качестве образца для нации избираться в Государственную думу? Значит мы избираем его как убийцу Литвиненко, как героя, ликвидировавшего предателя. Фактически мы в лицо говорим английской стороне: да, мы убили Литвиненко.



Владимир Кара-Мурза: Депутат Государственной думы Виктор Шеин, член президиума партии «Справедливая Россия», ощутил колебания Кремля.



Виктор Шеин: Выстраивается система сдержек и противовесов. Возможно, у президента появилась дополнительная информация, которая вынудила его пересмотреть подходы недельной давности. Видимо, когда президент предлагал Зубкова, у него однозначно было понимание состава Кабинета министров. Не исключено, что за несколько последних дней кто-то себя неправильно повел из потенциальных министров, в этой связи президент вынужден выстраивать новую сетку.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Виктора Ивановича.



Слушатель: Добрый вечер, Владимир Алексеевич, добрый вечер ваш собеседник. Во-первых, по поводу громкого заявления и указа о повышении базовых части пенсий - это просто смехотворно повысят на 100-й50 рублей. Цены намного выше, на порядок повыше. Второе то, что не ушел в отставку ни министр обороны, ни тем паче министр МВД показывает слабость самого нашего президента, нерешительность его и боязнь того, что бы ни произошло другое. Состав кабинета министров остался бы в том же составе, ничего бы не изменилось. Значит он ведет свою такую политику тихую и боязнь за все, другого я не вижу в его решении.



Владимир Кара-Мурза: Можно ли было ожидать хотя бы отставки министра юстиции Устинова?



Андрей Пионтковский: Во-первых, я хочу заметить интересную закономерность сегодняшней передачи. Наши слушатели говорят вместе с нами в прямом эфире, то есть они знают. Создается такое впечатление, что большинство экспертов говорили, были записаны до объявления в 9 или 10 часов изменения структуры состава правительства, то есть фактически об отсутствии изменений. То есть эксперты объясняют, какие готовятся изменения, а слушатели совершенно адекватно реагируют на отсутствие таких изменений. Нельзя ожидать отставку Устинова, потому что Устинова один раз отставили. За излишнюю активность он был наказан, но потом он был прощен и возвращен. Он активный член сечинско-ивановской-патрушевской группировки. Иванов, имеется Виктор Иванов. И второй раз за его прошлогодние шалости его наказывать уже не стали бы. Еще раз повторю, что практически не было никаких изменений. Потому что три отставки, о которых мы говорили, во-первых, давно планировались, во-вторых, эти люди сами мечтали оставить посты и уйти в коммерческую деятельность. Поэтому, если вы позволите, я бы вернулся к единственной интересной теме последних двух недель – это назначение Зубкова. Почему, собственно, Зубков. И здесь очень важное замечание сделал Юрий Павлович Иванов, депутат Государственной думы, сославшись на тот же кооператив «Озеро», который я уже упоминал. Господин Зубков является создателем, можно сказать крестным отцом кооператива «Озера». В 92 году молодой питерский чиновник, хорошо знакомый с Собчаком, Владимир Владимирович Путин был назначен председателем комитета по внешним связям питерской мэрии. Ему заместителем был поставлен очень опытный крепкий хозяйственник Зубков. Вот они и рулили этим комитетом. А где-то в середине 92 года после расследования деятельности комиссией Петросовета, Петросовет принял резолюцию о рекомендации освобождения руководителей комитета по внешним связям от должности, передачи их дел в правоохранительные органы. Большим скандалом закончилась операция «Цветные металлы и продовольствие». Цветные металлы были направлены в Финляндию и прибалтийские страны, а никакого продовольствия не материализовалось. Путин позднее объяснял это, мы можем найти в книге «От первого лица», что мы были очень наивными людьми. Может быть он и был очень наивным человеком, о Зубкове это трудно предположить. Мы заключили контракты с фирмами-однодневками, которые провели цветные металлы через таможню, на следующий день исчезли. Во всяком случае оба человека вместе прошли через сложные испытания в 92 году, такие переживания очень сближают. И Путин назначил человека довольно преклонного возраста на этот пост, решая, видимо, свои личные задачи. На мой взгляд, я уже говорил об этом в первой половине программы, важный шаг в реализации операции «наследник». Назначение Зубкова, видимо, свидетельствует о том, что после долгих колебаний Путин выбрал вариант закамуфлированного третьего срока. То есть Зубков плавно перейдет с должности премьера в должность нового президента, а потом через три-четыре месяца, может быть через годик в виду того же преклонного возраста и может быть не совсем идеального состояния здоровья, он попросит освободить с этого поста и уже в полном соответствии с конституцией, ни одной запятой в которой не нужно будет менять, Путин будет баллотироваться на третий срок. Именно так я вижу всю эту операцию. Не реформы структуры правительства, не замены правительства, не замены уставших министров, обеспокоенных своим личным будущим, о чем говорил Путин, а замена премьера Путиным, который больше всего обеспокоен своим личным будущим после окончания своего второго срока.



Владимир Кара-Мурза: Депутат Государственной думы Андрей Савельев, лидер незарегистрированной партии «Великая Россия», все еще ждет разгадки кремлевской интриги.



Андрей Савельев: Интрига, которую затеял Путин, непонятна еще ему самому. Эта интрига, безусловно, затрагивает проблему преемника, затрагивает президентские выборы. И вопрос, в какой пропорции оставить тех, кто в эту интригу вплетен, на первых ролях и в какой пропорции останутся в правительстве старые ельцинские кадры, он до сих пор не решен. И думаю, что президент сам толком не может понять, какую же интригу он затеял.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от москвича Эмиля Викторовича.



Слушатель: У меня короткая реплика и вопрос. В первой половине передачи господин Пионтковский не стал давать определение тому, в каком государстве мы живем, позвольте мне его дать. Мы живем в эпоху принципата, очень похоже на то, что было две тысячи лет тому назад в Древнем Риме, во времена, скажем, Октавия Цезаря. Был парламент у них, были выборы, но все решало первое лицо, оно же назначало наследника. А теперь, простите меня, вопрос: к чему может придти государство, которое живет по лекалам двухтысячелетней давности?



Андрей Пионтковский: Да, система власти, которая сложилась при Путине и его друзьях из кооператива «Озеро», она ведет к маргинализации России, она закрывает путь в постиндустриальное общество, а учитывая проблемы, которые мы имеем на Северном Кавказе и на Дальнем Востоке, она не в столь отдаленной среднесрочной перспективе ведет к распаду России.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Армавира от радиослушателя Сергея.



Слушатель: Добрый вечер, господа. Вы знаете, меня удивило то, что новый состав правительства назначал президент, а не премьер-министр. Надо было сменить вообще весь кабинет. Допустим, Зурабова в отставку, Яковлева и Грефа. А они поналомали дров, мама не горюй. И можно было статьи пришить, грубо говоря. И еще дело в том, что сейчас назревает конфликт военный на Северном Кавказе и в Ингушетии. Как ни говорите, Путин готовится к третьему сроку. Или будет какая-то перестановка в конституции или насчет этого конфликта, мол, выборы во время военного конфликта не могут происходить. Как вы думаете, армия чиновников, коррупционеров в России, ее надо сокращать, если новое правительство?



Андрей Пионтковский: Что значит надо, дорогой слушатель? Они сами себя что ли будут сокращать? Это та самая проблема, что бюрократия не ограничена ничем, в отсутствии гражданского общества она будет только воспроизводиться и усилит свою власть. Кроме того добавим, что в наших условиях власть - это одновременно и собственность. Ведь в чем принципиальная разница с коммунистической системой, хотя многие старые черты реставрируются. Те 10-15 человек, которые нами правят, современное политбюро, они не только правят Россией, но и владеют Россией. Все они там или председатели совета директоров или наблюдательных советов большинства крупнейших корпораций, контролирующих до 80% российского валового продукта. Не секрет, что многие, если не все, мультимиллиардеры. Поэтому им есть, что защищать гораздо больше, чем кремлевским обитателям позднекоммунистического периода. Что касается вашего совершенно справедливого соображения о том, что Путин скорее сделал выбор в пользу третьего срока, я согласен. Но как я уже говорил, я считаю, что для этого нет необходимости и ни в смене конституции, ни в таком варианте 99 года, когда явно был спровоцирован походом Басаева конфликт на Кавказе. Сейчас политическое поле настолько зачищено, что можно решить проблему гораздо более минимальными средствами, тем сценарием, который только что описал. Ситуация на Кавказе как бы обостряется по своему собственному сценарию, не столь связанному с электоральными соображениями, как это было явно в 99 году. И еще раз повторю, что в этой ситуации очень странным шагом кажется отзыв Козака в Москву. Это один из немногих путинских чиновников, который более-менее адекватно справлялся со своими обязанностями. Конечно, он не мог изменить сущность основных, фундаментальных причин конфликтов на Кавказе, но по крайней мере, он старался купировать какие-то очевидные глупости и ограничивать крайности в поведении силовиков. Я думаю, что его уход - это явное ослабление позиции федерального центра на Кавказе. А впрочем, что такое федеральный центр? Может быть как раз усиление тех элементов федерального центра, которые заинтересованы в большой напряженности там.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Михаила.



Слушатель: Господа, добрый вечер. Я просто о чем думаю: сейчас у власти находится мафиозная группировка людей в меру образованных, скорее нет, чем да. И вопрос такой возникает: насколько предсказуемо развитие событий? В частности, какова вероятность того, что кто-нибудь из них доживет до судебной скамьи?



Андрей Пионтковский: Я бы немножко переформатировал ваш вопрос: насколько устойчив сложившийся в России режим, потому что перспектива судебной скамьи возникает в случае падения режима. Я бы сказал так, что в долгосрочной перспективе он, конечно, обречен, потому что он совершенно неадекватен тем вызовам и тем требованиям, которые стоят перед Россией. Каждый час, день этого режима - это потеря Россией исторического времени. А в краткосрочной перспективе он весьма устойчив благодаря одному чрезвычайно счастливому для него обстоятельству – невероятно высокому уровню цен на нефть. Кстати, вчера эта цена достигла своего исторического максимума - 82 доллара за баррель. И современные члены нашего современного политбюро, они прекрасно понимают эти зависимость и они прекрасно помнят судьбу советских лидеров. Они не будут повторять их ошибку, пассивно дожидаться возможного падения этих цен. Тем более, что цены на нефть для них это все – это не только устойчивость политического режима, их положение на мировой арене, но и просто это их уровень персонального личного состояния и богатства. У них достаточно есть рычагов влияния на Ближнем Востоке для того, чтобы высокий уровень цен поддерживать.


Давайте рассмотрим в этом контексте нашу политику в Иране. Ведь что делает Москва в Совете безопасности, кстати, будет делать в ближайшие дни, когда в Совете безопасности будет рассматриваться третья резолюция по Ирану. Она всячески саботирует введение любых существенных экономических санкций против Ирана, которые болезненно сказались на иранском руководстве и заставили его отказаться от своего форсированного пути к ядерному оружию. Иногда меня и других российских экспертов спрашивают: что делает Россия, неужели она заинтересована в ядерном оружии Ирана? Нет, конечно, не заинтересована, и кремлевские руководители не заинтересованы. Ведь не секрет, что Иран - это единственное в мире государство, кроме всего прочего, кроме всяких безумных планов по уничтожению Израиля, о которых каждый день говорит президент, оно предъявляет официальные территориальные требования к России. Это гораздо большая часть акватории Каспийского моря, чем та, которая отводилась Ирану по советско-иранскому соглашению - 12%, а они претендуют на 20. Я думаю, что у российского руководства совсем другие планы. Ситуацию очень точно на прошлой неделе охарактеризовал французский президент Саркози и повторил собственно те же тезисы французский министр Кушнер, который специально скорее всего для обсуждения иранской проблемы посетил Москву. Есть два катастрофических варианта. Первое – Иран овладевает ядерным оружием. Это абсолютно недопустимо для мирового сообщества. Второй вариант – атака на ядерные объекты Ирана Израиля и Соединенных Штатов вместе или одного Израиля, она тоже решив первую проблему, ликвидировав угрозу овладения режимом Ахмадинеджана ядерного оружия, она породит не второй не менее опасное может быть. Ясно, что Иран в ответном ударе уничтожит саудовские нефтяные платформы в проливе, ряд портов. То есть экспорт нефти из Ирана и из Ближнего Востока будет блокирован, по крайней мере, на полгода. Вы можете себе представить, что цена на нефть будет не 82, а как минимум 200 долларов за баррель. Какая возможность избежать обоих катастрофических вариантов, задает себе вопрос Саркози, как и любой нормальный человек. Единственное - серьезные экономические санкции против Ирана и его руководства. Но это как раз не допускает Россия в Совете безопасности. Так какие цели преследует при этом кремлевское руководство? По-моему, оно заинтересовано в израильском и американском ударе по иранским ядерным объектам, потому что это решит сразу три его задачи. Во-первых, действительно нам не нужна иранская ядерная бомба, иранский проект будет ликвидирован или, по крайней мере, на многие годы остановлен. Во-вторых, вся ненависть, негодование арабского, исламского мира будет направлена против Запада и Соединенных Штатов, что, как нам кажется, нам выгодно. И в-третьих, может быть самое главное, для всех наших нефтетрейдеров, которые руководят страной, будет очень приятной новостью новое фантастическое повышение цен на нефть.



Владимир Кара-Мурза: Экономист Михаил Делягин, директор Института проблем глобализации, строит предположения относительно долговечности созданного сегодня кабинета.



Михаил Делягин: Если это будет правительство, которое досидит до марта, а там будет разогнано к чертовой матери, с высокой степенью вероятности Зубков тоже уйдет на другую работу вместе со своим правительством. Если же это правительство будет всерьез и надолго, то с высокой степенью вероятности Зубков будет нашим следующим президентом. Это тяжелый выбор. Я думаю, что так или иначе, неважно, как будут садиться участники этого квартета и нынешнее правительство будет ненамного более эффективно, чем предшествующее просто потому, что характер государства не изменится. Они подбросят немножко денег на социальные нужды ради выборов, они запустят один или два заметных проекта тоже ради выборов, но любой серьезное дело будет по-прежнему сводиться именно к коррупции, к распилу денег или к пустопорожним разговорам.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Виктора.



Слушатель: Добрый вечер. Ну вот Путин перед своими первыми выборами, как известно, играл роль борца с терроризмом и на этом был выбран, на этой волне. Вот сейчас Зубков тоже должен спеть и сыграть какую-то роль, хотя на него Путин достаточно ясно указал. Как вы считаете, какую песню и какую роль будет играть сейчас и во что это выльется?



Андрей Пионтковский: Какие-то нам сигналы уже даны. Во-первых, вспомните первый перфоманс Зубкова на заседании правительства. Это стилистика, некоторые сравнивали с секретарем обкома, некоторые с секретарем райкома. Что между директором колхоза и секретарем райкома - разнос чиновников. Имидж Путина в 99 году - это спаситель нации, террористы забивают нас в наших домах, вот человек, который вас защитит. Имидж Зубкова, я уверен, не подвело меня интуитивное чувство, что отставка Сердюкова - это фарс. Слишком тесно эта группа, спаянная делами 92 года, Путин, Зубков, Сердюков. И так же что-то мне очень сильно подсказывает, что Зубков будет нашим потешным временным президентом. Поэтому нужен яркий, апеллирующий к избирателям имидж. Это жесткая борьба с недисциплинированными чиновниками и коррупцией. Ведь Зубков известен еще как человек, работавший в финансовом мониторинге, известен своими предложениями отслеживания финансовых потоков высших государственных чиновников. То есть там какая-то борьба с коррупцией будет нам продемонстрирована, несколько голов будет сброшено на пике, но явно не членов той элитарной масонской ложи, о которой я говорил.



Владимир Кара-Мурза: Андрей Андреевич, не можем не воспользоваться ситуацией, поговорить о вашем личном положении. Снимает ли отставка непопулярных министров с вас лично подозрение в экстремизме перед завтрашним судом?



Андрей Пионтковский: Никоим образом, потому что предметом моей критики были не эти очень легкие цели, а гораздо более серьезные фигуры, о большинстве из них я говорил и сегодня. Завтра, это символично, что в Басманном суде будет суд над моей книгой. Обвинение совершенно смехотворное, меня обвиняют в разжигании национальной розни. Я просто демонстрировал расовую неприязнь и превосходство по отношению к американскому, к еврейскому, к русскому народу. Интересно, с позиции какой национальности? Видимо, марсианской я вот эту расовую неприязнь демонстрировал. Это первое применение закона об экстремизме для расправы с политической оппозицией. Ясно, что если суд признает книгу экстремистской, следующим шагом будет отстранение партии «Яблоко» от выборов. Дело не только в том, что я член руководства партии «Яблоко», моя книга издана партией «Яблоко», значит она распространяет экстремистскую литературу. И параллельно против меня лично открыть уголовное дело по обвинению в экстремизме. Мы возвращаемся к сталинским временам, когда существовала статья «контрреволюционная агитация», и брежневским, когда существовала статья «распространение сведений, порочащих советский и общественный строй». Закон об экстремизме - это римейк этих сталинских и брежневских статей, по которым в сталинские времена миллионы, а в брежневские сотни людей были отправлены в лагеря.



XS
SM
MD
LG